Там, где нет нормы морали

Дима 11:27 «погуляем вечерком? я тебе омск покажу)» Утро субботы. Город новый, но ничего не меняется. Неделя прошла точно так же, как и первый день. Менялись только предметы, которые им преподавали. Типичные серые будни, которые не скрашивало даже наличие друга в школе. Всю ночь Антон играл в телефон, мониторил Вк, слушал музыку и просто страдал всякой фигнёй, именно поэтому, сейчас, он рассчитывал лежать в обнимку с одеялом и никуда не торопиться. Но оповещение о новом сообщении, которое разнеслось эхом по всей комнате, заставило Антона открыть глаза. Он нехотя встал с кровать. «Боже упаси, сколько времени?» — было ещё куча интересных вопросов, крутящихся у Антона в голове, по типу: «Кто я?», «Где я?» и «Что вообще происходит?» — но это — его типичное состояние.

11:29

«хорошо, во сколько и где встречаемся?»

Дима 11:30 «а ты сильно много мест в городе знаешь?»

11:30

«понял. в пять?»

Дима 11:30 «договорились»

***

К обеду (14:00) он уже был готов. Ему очень хотелось увидеть Омск так, как видит его Дима. Для него Омск заканчивался там, где и заканчивался двор его нового места жительства. Теперь, к его познаниям этого города, добавилась новая локация, именуемая как «Школа». Да и просто прогуляться по городу ему очень даже хотелось.

***

До школы Шастуну идти минут десять. Он стоял готовый уже в четыре. Антон вышел из дома и начал медленно направляться в сторону школы. Дабы скрасить одиночество во время пути, он надел наушники и включил музыку.

Я искал тебя везде.

Я нашёл тебя во тьме.

Он включил первую, что попалась ему под руку. Кажется, он сохранил её недавно.

Однажды покоряя мир — покорил тебя.

Когда другие отвернулись, что было зря.

На улице дул прохладный ветер. Антон был одет довольно легко, из-за чего от каждого нового порыва ветра он покрывался мурашками. Он шёл минуя лужи. За эти пять дней он уже выучил дорогу до школы и даже прикидывал, как можно скоротить этот самый путь.

Риск — намекает нет.

Намекает — нет виноватых.

Антон шёл разглядывая серые многоэтажки. На улице было пасмурно. Вокруг проходили немногочисленные люди. Парень разглядывал их. Ему нравилось смотреть и наблюдать за людьми. Они все разные. У каждого свои проблемы и заботы. Каждый думает о чём-то своём, а кто-то не думает совсем. Вот идёт женщина с коляской. «Как забавно. Ещё чуть-чуть, и её ребёнок выпрыгнет из коляски, а она переписывается с кем-то. Мне жалко этого ребёнка. Наверное, он вырастет кем-то вроде… Как его…» Мужчина в костюме. «У него, наверно, дом, жена, дети, домашний питомец и прочая лабуда. Повезло. Хотя я, наверное, не хотел бы такую жизнь… Нянчится с детьми, иметь свой дом, хозяйство… Такие люди, чаще всего, внутри пустые.» Собака. «Такая худая… Видимо, давно на улице. Бедная. Ей, наверное, не суждено узнать, что такое жизнь в тепле и любви.» Впереди показалась школа. Антон достал телефон, чтобы посмотреть время. 16:44. Он подошёл к главному входу и стал ждать.

***

Утро. Ещё одно ссаное утро. Ещё одно утро, в котором не будет ничего необычного. Он опять проснулся. Ему хотелось бы умереть этой ночью. Умереть шесть лет назад. Но он проснулся. Это — только начало сентября, соответственно, только начало месяца. Где-то числа двадцать пятого им отключат воду и свет за неуплату. Впрочем, как и всегда. Потом, когда в квартиру станут стучаться и днём и ночью, не давая проходу, его «мама» пойдёт куда-то и вернётся утром. Уже с деньгами. Арсений думает, что она продаёт что-то запрещённое. Но точно не знает; Каждый месяц так происходит, и этот не будет исключением. Так что, пока есть и то и другое, ему же лучше воспользоваться этой возможностью. Именно поэтому он сейчас стоит в ванной и льёт воду себе на голову. Мыть голову обычным мылом — привычное дело. Наверное, ему стоит сказать спасибо, что на стенах нет плесени, а по полу не ползают тараканы. Наверное. «Сегодня суббота… Точно. Суббота. Где моя гитара?» Да, Арсений играет на гитаре. Она его лучший друг. По субботам он обычно ходил в один из переулков. Он находился достаточно далеко от его улицы, поэтому он мог не бояться, что его там застанут одноклассники или знакомые. Нашёл он этот самый переулок когда его выгнали из дома без ключей. С собой он успел ухватить гитару и куртку с кроссовками. Он бродил по улицам знакомого города, в надежде найти где ему можно переночевать этой ночью. В клубы и бары его не пустили по понятной причине. Так он и забрёл туда, где теперь его любимое место. Он играл всю ночь, пока не пришёл обратно, к себе домой. Правда, он с трудом может назвать это домом. Тот переулок — единственное место в городе, где он чувствует себя спокойно. Одиноко, но спокойно. Постепенно он стал ходить туда чаще. Он брал с собой гитару и играл на ней там. В этом месте была достаточно хорошая акустика из-за близко расположенных домов. Он завёл привычку — чтобы не случилось, он всё равно будет ходить туда по субботам и играть на гитаре. Чтобы не случилось. Вот и сейчас он надевает первое, что попалось под руку. В очередной раз открывает холодильник и… Как всегда. Пусто. «Заебало.» — он идёт в ненавистную ему комнату. Медленно открывает дверь. Запах перегара и просто крепкого алкоголя ударяет в нос и бьёт по вискам. В глазах на секунду темнеет. Кажется, что эту дверь не открывали около года, настолько здесь застоявшийся воздух. Он оглядывает бренное (читать как: вялое, дряхлое) тело собственной матери. Она лежит на кровати. Вокруг множество бутылок из-под самого разного алкоголя. На подоконнике цветы, завявшие давным-давно. Арсений оглядывал комнату, будто видит её в первый раз. «Сумка.» — из раздумий его вывела собственная цель. Он прошёл прямо и остановился около табуретки, игравшей роль прикроватной тумбочки. На ней стояла небольшая чёрная сумка. Арсений осторожно открыл её и достал кошелёк. Он старался делать всё как можно тише. Попов взял купюру номиналом в пять тысяч. Помимо этой купюры в кошельке были и другие. «Надо же ей где-то брать алкоголь.» Он попятился назад и вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь, чувствуя, как на глаза накатывается пелена слёз. Схатив гитару и рюкзак, он выскочил на улицу, попутно застёгивая куртку и выбрасывая все мысли и воспоминания нахлынувшие разом. Он бежал сломя голову. Завидев впереди остановку и нужный ему троллейбус, он побежал ещё быстрее. Уже в троллейбусе он закинул в рюкзак деньги и достал старые проводные наушники. Включив музыку он повернулся к окну.

Фонари светили будто над луной.

Поднимаюсь в падик — там на затяжной.

Дверь открыта — дым, толпа передо мной.

Погружаюсь в глубину её виной.

Во вниманья пацаны насобирали,

За рассказами, скрывающими боль.

Понемногу вечер таял, отражая,

Кто здесь мразь, а с кем ты обретёшь покой

***

Диму не пришлось долго ждать. Он пришёл спустя восемь минут после прихода Антона. — Привет. Пошли? — Привет. Хорошо. А куда? — Да так…съездим кое-куда. Есть тут красивая улица. — Хорошо. Веди меня, мой верный гид! — Шастун махнул рукой в сторону, призывая Диму к движению. — Хах, ну пошли. Парни шли через улицы, ведя попутно весёлую беседу. Они громко смеялись, привлекая взгляды прохожих, но сами внимания на них не обращали. Им было слишком легко и хорошо. Антон обычный парень, с которым можно поговорить обо всём на свете. Да, он бывает неуклюжим и стеснительным, но это только придаёт ему собственного, индивидуального характера. Он рад, что смог найти такого хорошего друга как Дима. Вместе им легко.

***

Арсений шёл вдоль реки. Музыка громом била по ушам, отдаваясь стуком в голове. Он знал куда идёт. Он ходил туда слишком часто. По улице шли редкие прохожие. В голове пролетали такие же редкие мысли. Последний поворот налево, и вот, он уже видит узкую улочку с фонарными столбами и лавочками. По-привычке доходит до конца этой самой улицы, садясь на одну из лавочек. Арсений достал гитару из чехла и положил на колено, попутно вынимая наушники из ушей, достаёт телефон, дабы вспомнить аккорды. Глубокий вдох. Музыка заполняет всё вокруг, предавая миру красок.

***

Расхаживая по набережной парни много разговаривали. Но вдруг звонок. — Да, мам, — Дима достал из кармана телефон и ответил на звонок. — Да, гуляем. Нет, на набережной, у реки. Да, конечно… –Ууу, ясно, — посмеялся Шастун и направился дальше самостоятельно, исследуя новые для него места. Антон рассматривал красивые улицы и дома; заглядывал в разные переулки, наблюдая за людьми. Очередной переулок. Тут было шумно, но ему удалось различить резкие звуки гитары, которые звучали не привычно плавно, а совсем по-другому. Резко, лишь изредка сменяясь плавными нотами. Парня это настолько заинтересовало, что он решил заглянуть в один из переулков, откуда и доносились эти самые звуки. Улица. Фонарные столбы. Лавочки и… …и парень на одной из них. Темноволосый и стройный. Его лица не было видно, но он показался Шастуну знакомым. Однако сейчас его внимание привлекала только музыка. Спустя минуту парень начал петь. Он поднял голову и Антон его узнал. «Арсений.» — на большее Антона не хватило. Он был заворожён и ничего не понимал, чтобы делать поспешные выводы.

Собери меня по кусочкам.

Собери все мои куски.

Собери меня по уголочкам.

Собери меня и сожги. Арсений рвал горло, выкрикивая громки слова, которые, казалось, слышал весь мир. Шастуна это завораживало.

Собери меня по кусочкам.

Собери все мои куски.

Собери меня по уголочкам.

Собери меня И С О Ж Г И. –Антох, мне в магаз зайти надо, мама попросила, а ты чего… — Позов подбежал к Антону, выводя его из гипноза. Он метал глазами из стороны в сторону, от Антона к Арсению. Музыка оборвалась. Попов услышал негромкий голос, на который он бы не обратил внимание, будь то голос кого-нибудь другого, но… Он остановился. Голос показался ему знакомым. Поворот головы, и вот, он встречается глазами с ошеломлённым взглядом высокого парня. В следующую секунду парней и след простыл, оставляя Арсения в немом шоке. — Не, ну ты видел?! Это же придурок Арсений! — Шастун в миг сгорел со стыда, как только был пойман с поличным на разгядывании красивого профиля брюнета. Он утащил Диму за руку в неизвестном направлении. Дима почти летел сзади, ведь из-за длинных ног Шатуна ему постоянно приходилось бежать за ним, а тут он сам его тащил. — Да, я видел… Он играл там. Один. Не считаешь это минимум подозрительным? Ведь по твоим рассказам вокруг него, то и дело, что кто-то крутиться. А тут один… — Антон тоже переводил дух — ещё и эта песня… — А ты чего это так испугался? Ну увидел он нас, и что? Подумаешь. — Да я просто… — Антон замолчал, подбирая подходящие слова. Он и сам толком не знал причины. Её попросту не было, — застеснялся? Да. Наверное… — Ладно, — Дима не стал докапываться. Он видел в глазах друга смятение, — Просто пошли в магазин зайдём, погуляем и по домам? — Да, конечно.