Чемпион

Глава 15: «Гость из глубокого космоса»

Набрав вещей и мебели, караван отправился обратно в поселение Уфу. Перед отъездом чемпион, суккуб и орк решили, что больше им тут делать нечего — время ограничено, кошельки тоже облегчились, да и целью поездки был вовсе не отдых. Да и, если говорить честно, сам чемпион не поехал бы сюда отдыхать — если опустить то, что местные туземцы в основной массе напоминали ему приставучих, болтливых сыроедов, и то, что в городе обитают большие змеедевушки, которых он боялся, выходит, что в городе нет развлечений. Как он понял, местные развлекались весьма оригинально — некоторые здания в городе сгорели при его захвате демоническим войском, потом их снесли, и на их месте были построены парки, которые использовались как места… хотел бы Даст сказать, «уединения» со своей второй половинкой, но нет, это все, оказывается, было публично. То есть, оргии в парках были частью городского вида. На этом развлечения заканчивались — Даст не имел привычки одеваться просто так, для удовлетворения, и не был склонен к шопоголизму и оргиям, так что оставались только местные рестораны… в которые он уже не имел возможности пойти, ибо время поджимало. Как-нибудь потом, если будет возможность. Хотя ехать сюда ради того, чтобы набить желудок, парень тоже не горел желанием — мало ли ему еда не понравится! А он гурман еще тот… Собравшись, они все отправились назад, в королевство. Дорога шла почти что гладко — Уфу сидела и мечтательно рассматривала пейзажи демонического царства, медленно проплывавшие мимо, а парочка из упрямого человека и глупого суккуба спорила ни о чем. — Что ты имеешь в виду, говоря, что я — расист?! — недоумевал Даст, сидевший спереди повозки, но за дорогой совершенно не следивший, поручив это дело Уфу. — Да потому что твое отношение к мамоно — дурацкое! — выставила свой аргумент суккуб, возмущенно восседавшая немного позади, за бортиком, — Ты считаешь ламий мерзкими только из-за их чешуи! Они же не могут это изменить, они родились такими! Тебе бы понравилось, если бы тебя, например… Она задумалась, пытаясь подобрать подходящую ситуацию. — Тебя ненавидели за то, что у тебя волосы рыжие? Как бы ты к этому отнесся? Я думаю, не очень вес… — Ха-ха! — усмехнулся чемпион, хлопнув в ладоши, — Такое у меня было! И ничего, я уже не обижаюсь! — Ну… а если бы тебя сторонились из-за внешности? — решила Этна избрать другой путь, но и он оказался неверным. — Меня постоянно с девчонкой путают, но я же ничего, живу как-то? — пожал он плечами, показывая свое безразличие, — Если бы я по каждому подобному пустяку злился, у меня бы нервные клетки давно уже все перегорели бы! — И ты считаешь, что это нормально? — А как иначе? Хочешь всех переделать? — поинтересовался Даст скептически, — Я тебя умоляю. Ни одна попытка переделать мир не увенчалась успехом. Это не так уж и просто, да и не стоит того. Проще это просто игнорировать. — Но Повелительница демонов честно и с чистой душой пытается все это исправить! — воодушевленно заявила суккуб, подпрыгивая на месте, — Разве это плохо — желать счастья и любви людям, и доказать, что этого прекрасного чувства достойны все, даже самые заблудшие души независимо от их расы и внешности? Она хочет мира и процветания всех рас… — Ну, блин, удачи ей… — отмахнулся чемпион наплевательски, уловивший здесь явную демагогию, — Мир и процветание… если она так хочет мира, то почему мамоны с Орденом воюют до сих пор? М? Я тут слышал, вы, монстрики, постоянно вторгаетесь в другие страны, особенно в орденские. Чего вам в своих-то землях не сидится? — Ничего мы не вторгаемся! По крайней мере, просто так… — рявкнула суккуб, но тут же осеклась, понимая, что её слова звучат слишком наивно, — Люди в орденских странах постоянно страдают от непомерных налогов, эксплуатации, подавляющей и сковывающей истинную любовь морали, и они настолько черствы к чувствам своих близких… Она театрально ахнула и приложила ладонь ко лбу, словно бы падая. — … и мы всего лишь помогаем им открыть глаза перед своими истинными чувствами, хотим подарить им возможность выплеснуть те эмоции и ту любовь, что таится глубоко в каждом из людей! — М-м… — промычал чемпион, подняв бровь, — То есть, чтобы исправить какие-то неправильные с вашей точки зрения законы или правила чужого общества, вы не находите ничего лучше, чем просто напасть? — Нет, ну, демоническая армия может и тайно проникать в эти общества и менять их изнутри, или отсылать туда товары с демонической энергией… — замялась Этна, теряя в споре опору. Уфу молчала. — Мда, неплохо, то есть кроме инвазивных способов помощи вы больше никаких не знаете? Блеск. Я потрясен, — накрыл Даст глаза ладонью, — Этна, не знаю, понимаешь ли ты это, но… я тебе огромную тайну жизни сейчас открою. — К… какую? — вдруг оробела блондинка, а её крылышки, прежде трепыхавшиеся в такт её настроению, замерли. — Этна… — посмотрел он на неё серьезно, — …не все проблемы в этой жизни решаются вмешательством. Пойми эту истину наконец, и хорош уже оправдывать ваш сексуально озабоченный милитаризм! — Да нет у мамоно никакого милитаризма!!! — тут же вспылила суккуб. Караван тем временем подъехал к пропускному пункту. Прошло уже достаточно долгое время, и Даст, как и его партнер-орк не увидели среди пограничниц ни одного знакомого лица. Очевидно, это другая смена. Светловолосая кентаврица, приходившаяся тут, видимо, главой КПП, приказала путешественникам сидеть на местах, пока её подчиненные бегло осматривали товар. На это ушло меньше минуты, поскольку осматривали они повозки не очень тщательно, скорее соблюдая определенную формальность, чем реально проверяя их на наличие «запрещенки». И в тот момент, когда их уже готовились пропустить, случилось неприятная ожиданность. По крайней мере, для чемпиона. Одна из самых старших по званию девоящериц с медной чешуей и модной стрижкой, одетая в легкий комплект стальной (ли?) брони без шлема, чеканя шаг, важнецки вышла вперед повозки, громко заявив: — Сто-я-я-ть! — по-солдатски протянула она спокойным голосом, — Мы не закончили. Не соизволит ли уважаемый месье спуститься с повозки? Даст цокнул языком, но подчинился, уже догадываясь, зачем эта ящерица его вызвала. Потому он не особо спешил, перемещаясь медленно. Когда он наконец оказался на земле перед ящеркой, оценивающе поглядывающей на него, местная златовласая командир-кентавр подошла и шикнула на воительницу: — Олянд! Ты чего устроила? Ты ведешь себя неподобающе офицеру! — упрекнула лошадка ящерицу, но та лишь хмыкнула в ответ. — Простите, капитан, я всего лишь хочу проверить этого мальчишку, — облизываясь, сказала она, — Красавец молодой, я, воительница демонической армии, лейтенант Анна Олянд, вызываю тебя на брачный поединок! — На брачный я не согласен, но обычный можно провернуть, — абсолютно безразлично ковыряясь мизинцем в ухе, выдал нисколько не тронутый громкими словами чемпион. — Кх… — закусила медная ящерка палец, почувствовав твердость в его голосе, — Я не могу принять такой отказ. Он позорит мою воинскую честь, а потому немедленно объясни причины! — Я очень избирательный человек, — спокойно поведал чемпион, и, хотя это было преувеличением, заявление частично являлось правдой, — Да и никогда я не собирался прыгать под венец с той девушкой, что я даже не знаю. — Хм! И все равно это не оправдывает твоего отказа! Как представительница своего молодого рода Оляндов, семьи, что тренировали искусство клинка несколько поколений в Лескатии, я желаю лишь одного — родить от сильного человека сильное потомство! Это укрепит наш род, сделает наши родственные узы нерушимыми, твердыми, словно сталь… — величественно представила она свои мотивы, которые мало волновали Даста, — Я могу понять, что я могу тебе не понравиться сначала, да и, честно говоря… Она осмотрела его еще раз с ног до головы, задержавшись на лице. — Ты тоже немножко не в моем вкусе. Но… — лицо её захватила пошлая ухмылка, а язык смочил сухие губы, — … знаешь, на безрыбье — и рак рыба! И такой смазливый мальчонок сойдет в качестве мужа! — Ого. Громкие заявления, — прокомментировал Даст, спокойно кладя ладонь на навершие молота, еще не угрожая, но уже давая понять, что он за свои слова готов ответить, — Сделать мужем… а подкрепить свои заявления чем-то более основательным мадемуазель не хочет? Кентавр снова хотела разразиться тирадой, потому что это явно смахивало на неподчинение, нарушение субординации, и просто на плохую дисциплину, но Даст её остановил, подав знак рукой. Из этой ситуации есть только один выход. — Я стану твоим мужем только при условии, что ты победишь, — глядя в глаза девоящерицы с вызовом, поставил чемпион условие, — Но если победа достанется мне, ты бросишь попытки меня посватать. Кто сможет устоять после нашего боя — тот и победил. Идет? Она подумала несколько секунд, прежде чем схватиться за рукоять меча и рявкнуть с азартом: — Идет! — голос её был переполнен страстью, предвкушением и нетерпением. Даст же медленно снял руку с верхней части молота, перенеся её ближе к рукояти, подвешенной на ремешке. Послышался звон клинка, вытаскиваемого из ножен. «Ну и дура» — подумал Даст, поскольку ящерица даже не додумалась уточнить правила поединка. — Хмф… посмотрим, сколько ты сможешь против меня выс.! — бросилась она в атаку с полутораручным мечом в руках. Следующие события оказались для неё неожиданностью. Спокойным, но быстрым и отработанным движением Даст снял Молот Паладина с ремешка и сразу, не целясь, метнул его в ящерку — с расстояния в пятнадцать шагов он промахнуться не мог, даже если бы постарался. Загудев в воздухе, орудие мгновенно настигло девушку и ударилось о нагрудник. Раздался характерный «дын-н-н-н», дополненный видимой ударной волной; молот отлетел недалеко в сторону, а ящерка улетела метров на двадцать назад, трепыхаясь, как тряпичная кукла и стремительно теряя детали брони. Пропахав черную землю и оказавшись далеко от КПП лицом в почве и попой вверх, она уже была небоеспособна, и все, что ей оставалось — считать зведочки в глазах. Остальные ящерки, тоже до этого горевшие желанием бросить вызов незанятому мальчику в караване, вдруг стушевались. Поединок был окончен, не успев толком начаться. Эта ящерица оказалась дешевкой по сравнению с Атэной — та хотя бы увернуться смогла бы… наверно. Вскинув руку, Даст поймал вернувшийся сам собою гудящий молот и повесил его на ремень. Он осмотрелся по сторонам на всякий случай. — Ну? Кто еще хочет испытать удачу и попросить мои руку и сердце? — задался он вопросом, но никто отвечать уже не собирался. Впрочем, именно такого результата он и добивался, — Хм, ожидаемо, никто. Тогда я поеду. Несколько девушек уже пошли поднимать потерявшую сознание коллегу, а кентавр, вздохнув, подала знак суккубе, занимавшей будку. Она отворила легкие деревянные ворота и пропустила первую телегу, куда забирался чемпион. Стоило ему сесть, как сзади послышался вопрос: — У… у тебя всегда так происходит? — интересовалась шокированная Этна, впервые запечатлевшая своими глазами, как монстродева проигрывает человеку. Мало того, проигрывает за какие-то секунды, что поражало еще больше. — Да не… в городе же не приставали? — пожал плечами парень. Его тут ничего не удивило — мотивы этих «воительниц» ему были более-менее понятны, хотя это не отменяло того, что они звучали очень эгоистично. — Знаешь, своим отношением ты можешь навлечь на себя внимание мамоно посильнее… — загадочно пропела Этна, осматриваясь вокруг. Пейзаж постепенно менялся с демонических земель на обычные, и скоро они уже были на тропе, ведущей в обход пунктов королевства. — Да? Было бы интересно узнать, кто у вас тут посильнее… — не стал Даст выделываться на сей раз и действительно изобразил некий интерес, — А то уже достали всякие надоедливые неписи диалог со мной начинать ни с того, ни с сего. Я к ним не пристаю, пусть и они отвечают тем же… — Они не нечисть… — мягко поправила его Этна, думая, что он ошибся понятием. Но парень тут же возразил: — Неписи. Не нечисть, это я знаю, что такое. Я имею в виду ничем не примечательных тошных обывателей, которые почему-то думают, что они умнее и сильнее других, — пояснил он. Этна фыркнула. — Ну, знаешь ли, та ящерка всего лишь хотела себе сильного мужа… ей нельзя этого хотеть? — Я ничего не говорил про то, что им что-то там нельзя, — начинал парень заводиться, что было для него не типично, — Просто вот эти дешевые «воины» постоянно судят по внешности, делают поспешные выводы, и еще думают, что им светит джекпот, просто потому что они классные. Я об этом. — Ну, их всех тянет к тебе, ибо они чувствуют твою духовную энергию… — улыбаясь и кладя голову на перегородку, говорила Этна. Правда, повозка, налетевшая колесом на камешек, ответила ей чувствительным ударом в челюсть, и Этна, чудом не прикусив язык, резко поднялась, состроив на секунду недовольную мину, — Муж для каждой из нас — это не только любимый человек на всю жизнь, но и доступный источник духовной энергии. Для мамоно нет большего счастья, чем жить вместе с возлюбленным, питаясь его духовной энергией… — Духовная энергия… — передразнил её Даст, кривя лицом, — Что это вообще за ахинея? Люди для вас что, просто кормушки? Я не очень понимаю, что ты до меня хочешь донести, но пока я выяснил только это. Уфу хотела было вмешаться, но, повернувшись, увидела, что суккубу было уже не остановить — судя по возмущенному лицу, он нехило так задел её мировоззрение. Даст же упрямо настаивал на своем, и орк решила промолчать, дав им возможность разобраться в своих отношениях. — Кормушки?! Да что ты такое несешь?! Это все взаимно, и не только муж мамоно кормит её своей энергией, но и мамоно отдает её мужу. Что тут непонятного? Все честно и справедливо! — возразила Этна. Орк схватилась за голову. Она никак не ожидала, что эти двое начнут такой жаркий спор. Этна сначала показалась ей легкомысленной и ветреной дурой, не воспринимающей ничего всерьез, а Даст — немногословным и рассудительным человеком. Вот только почему они цапаются, как мелкие дворняжки, забор не поделившие? — Охренеть, справедливо?! А если у человека нет этой пресловутой «духовной» энергии? М? Что тогда — одиночество, вечное прозябание в нищете и девственность до гроба? — не на шутку разошелся Даст, совершенно не замечая, что он потерял всякое хладнокровие. Такое с ним случалось редко… если вообще случалось. Сейчас он понял, что эта суккуба действует на него чуть ли не гипнотически… если бы на её месте побывала другая соблазнительница, возможно, Даст был бы очарован, а его голову вскружили бы её феромоны, ослабляющие бдительность даже самого зоркого человека… Но конкретно этот экземпляр вызывала у него резкое желание врезать ей по морде. — Н-н… — замялась суккуб, не найдя, что сразу ответить, — Так не бывает. — Угу, а ты-то откуда знаешь? — Я многих людей повстречала за свою жизнь, — сменив тактику, Этна решила задавить его опытом, — И ни у одного из них не случалось ничего подобного. Такое просто нереально — духовная энергия есть у каждого существа, а если её нет, то это, скорее всего, неживой предмет, за исключением нежити. — Многих? — скептически фыркнул Даст, глядя Этне в глаза, — Кого? Только не говори мне, что у тебя везде есть друзья, и что ты с ними болтаешь каждый день, и потому можешь говорить, что угодно… тебя с твоей болтовней невозможно терпеть, и я готов поспорить, что от тебя все убегали! — Грубиян! — уперла Этна руки в бока, хмурясь, — Вообще-то, чтобы ты знал, я намного старше тебя! Уж я-то поопытнее в отношениях буду! А ты… хе, я вижу и чую, что ты еще девственник, хотя тебе немногим больше двадцати! И что ты мне можешь говорить, не познав еще любви, м? Совершенно не думая о последствиях, рогатая блондинка говорила это с хитрой ухмылкой на лице. — Хе… и насколько старше? — сложил парень руки, — Удиви меня. — Ну… — вдруг стушевалась демон-соблазнитель, — Намного старше. Мне, вообще-то, сто тридцать один год… — Аха-ха! Herrjavlar, din javla Fitta! — заорал Даст на незнакомом двум мамоно языке, срываясь на смех, — Ха-ха-ха! Так ты у нас уже на пенсии?! Что-ж ты сразу не упомянула, а то там, в Бордо, может, нашелся бы для тебя санаторий… — ЧТО?! — разъярилась суккуб, а её лицо мгновенно стало багровым от обиды, — ДУРАК!!! Ты чего вдруг такие вещи стал говорить?! Мне вообще-то обидно! И чтобы ты знал, мы, мамоно, не стареем, и всегда остаемся свежими и привлекательными, независимо от прожитых лет! — Ой, бабуля, не серчай, я так, просто… ха-ха, — продолжал Даст делать ситуацию хуже. — «Бабуля»?! Да как ты посмел! — колотила она его руками, но удары, казалось не проходили, да и от половины парень играючи уворачивался, — Я тебя сейчас как отделаю… А потом… а потом я… объезжу тебя так, что ты стоять не сможешь! — Уфу, смотри, тут бабка забыла свои таблетки выпить, и теперь пургу несет! — чемпиона занесло настолько, что это уже становилось неприлично. Уфу же едва сдерживала смех, чтобы совсем не убить смертельно обиженную суккубу. — ТЫ! — готова была Этна уже просто придушить его, но это оказалось совсем не просто, — Дурак! Кретин! Да я же к нему с чистым сердцем подхожу, а он меня «бабулей» зовет! Да как так можно! Знаешь, что? Даст кивнул головой, давая ей знак продолжать. — Ты мне больше не нравишься! Да и я вообще не представляю, как такой тупица может вообще хоть кому-то понравиться. Ты грубый, бестактный, вероломный и жадный! — Э! — возмутился Даст, — А «жадный»-то чем я заслужил? — Ты мне ничего в городе не купил! Ни одного подарка, даже хоть бы розочку одну! — вспоминала она все его промахи на свой лад, — И ты слишком избирательный! Ламий он чурается, а вот на паучих западает сразу! — Ты меня за вкусы просто осуждаешь… — нейтрально выдал Даст, пожав плечами. — Пф! И вообще, оставайся тут один с этой тупой дикаркой! — расправила она крылья, демонстративно оборачиваясь прочь, да еще и задирая подбородок, — Кувыркайтесь в грязи столько, сколько влезет! Но даже если ты уже с ней переспал, ты все равно навсегда останешься тупым и никому не нужным девственником! Все хорошие мамоно будут обходить тебя стороной, потому что такого придурка даже самая отчаянная девка в мужья не возьмет! — Да-да, как скажешь… бабуля, — отмахивался чемпион, уже смирившись с мыслью, что она его покинет. Впрочем, это было скорее плюсом, потому что ему больше не придется выслушивать её болтовню. — Импотент! — обозвалась она в ответ и высунула язык. Взмахнув крыльями, она шустро подняла себя в воздух и скоро исчезла высоко в небе, скрываясь между крон деревьев. — Ох… что-ж с ней не так… — положил Даст руку на лоб, удивляясь прежде всего его же собственному поведению. Его никто до этого не мог так быстро вывести из себя, а недостатка терпения у него точно не наблюдалось, — Болтает, и болтает, и болтает… как понесет — не остановишь. — Фу-у-у-х… — выдохнула покрасневшая Уфу, героически сдерживавшая смех, — Действительно, она та еще прилипала. Не суккуб, а какая-то истеричка. Впрочем, теперь мы хотя бы с миром доедем… Теперь, когда рядом не оказалось надоедливой болтушки, Даст мог насладиться тишиной, разбавляемой стуком колес, фырканьем лошадей, да шепотом листвы. Леса вокруг уже давно стали зелеными, а это значило, что они уже скоро прибудут назад в поселение. --- Первым же делом Даст занялся строительством. Необходимо было завершить второй этаж, крышу, и отделать внутри хотя бы кухню, спальню и гостиную. Развернув проект, Даст прошелся по нему еще раз глазами. Второй этаж скорее всего будет жилым, с его собственной спальней, да парой гостевых. Вечеринок он закатывать не планировал, так что можно было бы ограничиться одной комнатой, но он решил сделать две — мало ли что может случиться? Вдруг путник окажется тут без крова? По мере строительства Даст отмечал, что не чувствует за собой слежки. Неужели, шпионы Стила настолько искусные? Или они шпионят каким-то иным методом? Крыша оказалась скоро построена, и Даст начал вытаскивать из инвентаря инструментарий для внутренней отделки — валик, кисточку, лоток для краски, шпатель, клей… В главном коридорчике, где будет находиться лестница и двери на кухню и в гостиную, а в дальнем углу — в гараж, он хотел поклеить обои в урбанистическом стиле. То есть, с рисунком города. Через пару часов работа была в общих чертах завершена. Парень осмотрел дом: еще много предстояло докрасить, доклеить, но гостиная, кухня и коридор были готовы к обстановке мебелью, чем он и занялся. К концу вечера все было готово. Уфу помогала с расстановкой, носила вещи, и устанавливала двери, и в две пары рук работа быстро оказалась завершена. Поскольку спать еще было негде, орк пошла ночевать к себе в поселение, не забыв пригласить Даста. Он согласился, но сказал, что задержится. Мамоно не стала допытываться, и, пожелав Дасту заранее спокойной ночи, ушла довольная. А сам чемпион… только девушка скрылась за горизонтом, как он снова выхватил устройство-манипулятор гравитацией. В инвентаре у него хранились бесполезные листы прокатного железа — для него это был хлам, но сейчас он мог пригодиться. Найдя укромный уголок в чаще деревьев в самой дали участка, парень в считанные минуты забетонировал небольшую площадку, разровнял поверхность, и тут же возвел хлипкий, временный сарайчик из железных листов. Эта неказистая и жалкая на вид постройка предназначалась для сокрытия главного артефакта, что Даст давно не доставал. Вынув из инвентаря Личный Сейф, с гулким грохотом опустившийся на пол, он открыл его и порылся в этом карманном измерении, что было внутри него. — Ага, нашелся! — ликующе вынул он одну из запечатанных коробок. Правда, тут же он удивился её размеру — разве Астральный Маяк не должен быть больше? Тем не менее, он не остановился, и начал распаковывать артефакт, начав его сборку — там не было ничего сложного, несмотря на то, что это мутная космическая технология неизвестного происхождения. Собрать эту штуку — фигня, а вот пользоваться ею… совсем другое дело. Через две минуты он завершил сборку и поставил устройство на столик в центре сарайчика. Повесив простенькую магическую лампочку для освещения, он принялся настраивать устройство. Маяк запустился, выдав короткий звуковой сигнал. Табло загорелось синим цветом, и на нем отобразилась частота, скорость вращения улавливателей тахионов, и угол вращения. Была одна проблема — хотя чемпион и подключил к Маяку мобильный конвертер маны, той мощности, что он выдавал, не хватало, чтобы запустить устройство даже на 60 процентов. Нужен был дополнительный источник энергии. Это заставило парня задуматься. «Хм-м-м… у меня есть лунные панели в инвентаре. Но они маломощные, даже если я поставлю на поле всё, что у меня есть, они не дадут ощутимой прибавки. К тому же, они занимают много места, и точно привлекут внимание. Ветряки? Я знаю, как они делаются, но на это нужно много времени и ресурсов, которых у меня нет. Остается только… дизель?» У него имелось два дизельных генератора и пара канистр с топливом в Сейфе, которые он держал на черный день. Похоже, это как раз тот случай. Он извлек из хранилища оба генератора и расположил их за сарайчиком, просверлив дырку в сарай и проведя кабели внутрь. А потом он, плача по-мужски, заливал в генераторы свои последние запасы дизеля. Он прокрутил специальным ключом коленвал у каждого генератора, заведя их, и ушел под тарахтящие звуки машинерии. «Так… ну-ка, посмотрим малые частоты» — подумал Даст, набирая разные числа. Устройство пищало, трынькало, выло, но из какофонии звуков парень не разобрал ничего полезного. К сожалению, инструкции к устройству не полагалось, а потому чемпион работал наугад, рискуя даже сломать Маяк. Хотя, тут было больше шансов того, что он найдет проблемы на свой зад… «Нихренашеньки. А что на высоких?» — он начал постепенно увеличивать мощность и частоту, и скоро улавливатели пучков наверху начали так шуметь, что парень перестал слышать даже самого себя. Но он не останавливался. На экране было видно, что на этих частотах один только белый шум, причем появлялся он только тогда, когда мощность повышалась до 100 процентов. «Ему что-то мешает? Иначе откуда тут помехи? На других частотах сигнал вроде есть… что тут не так? Знать бы еще, как этой штукой пользоваться…» Некоторое время устройство гремело на всю комнатку, как вдруг белый шум пропал, и Даст услышал странные электронные звуки. Это было упорядоченное пиканье, в котором узнавалось нечто разумное. — О, да неужели… — вслух обрадовался парень, но его фразу заглушили вертящиеся на максимальной частоте улавливатели. Тем временем рядом происходило то, чего чемпион не мог увидеть из сарайчика — в небе загорелся небольшой огонек оранжево-бирюзового цвета, приближавшийся к земле подобно метеориту. Тишину леса разорвал резкий треск пламени от горящей громадной капсулы размером с дом. Её падение было управляемым — она резко изменила направление и упала четко на участок Даста… рядом с тем местом, где стоял сарайчик. Падения слышно не было — капсула сама остановила себя прямо у земли, резко замедлившись в воздухе, и, помогая себе сесть гравитационными лучами, она тихо плюхнулась на землю, прожигая траву под собой. Некоторое время горящая красным цветом раскаленная серебристая капсула просто лежала без дела. Через минуту тонкий шов разделил её пополам, и капсула открылась, являя миру сложенную внутри сущность. Тварь из металла и Астральной пыли ожила, глаза на голове змееподобного тела загорелись, и существо шустро выползло из капсулы, направляясь к сарайчику. Вылезая из своего обиталища, эта змея опрокинула капсулу, отчего земля глухо содрогнулась. Доползя до двери, гость из космоса включил гравилуч, встроенный в свою пасть и приготовил его. Даст не заставил себя ждать, и скоро явился на улицу, бурча себе под нос: — Блин, да что тут за шум? — он молча пару секунд пялился на заряжавшее гравилуч существо, прежде чем выдал, — Оу… Чудовищная сила снесла его сарайчик, разорвав его на куски металла, тут же воспарившие в воздух. Генераторы, укрытые за фундаментом, гравитация, к счастью, не тронула, как и самого Даста, устойчивого к отбросу и принудительному перемещению благодаря Доблести Асгарда. Очнувшись, чемпион опознал перед собой врага. — Твою мать! — выругался он, уходя от удара хвостом, расколовшего бетонную площадку в том месте, где он стоял секунду назад. Взмыв невысоко в небо на Ускорителе, Даст бросил оба Молота наугад. Оба ударились о тело твари, загудев от удара, но это не нанесло ей какого-либо ощутимого урона. Змея извернулась и подняла свое гибкое тело высоко вверх, пытаясь поймать чемпиона металлическими жвалами, встроенными в пасть. Впрочем, увернуться не оказалось проблемой, и чемпион ушел еще выше, уже зная, что высота — лучший друг при борьбе с такими тварями. Правда, такая тактика тут была не очень уместна — сам металлический змей дал это понять, выстрелив несколькими пучками частиц. Красные линии пронзили чемпиона в паре мест, и тот не успел увернуться, не ожидавший таких быстрых лучей. — Ауч! — снаряды неплохо сняли ему очки здоровья, и Даст начал двигаться, пытаясь увернуться от следующих. У змея через один сегмент из брюха торчали эти самые турели, пускавшие пучки — они были похожи на небольшие камеры, закрытые в стеклянные купола. — Ах, вот так?! Ну что, поиграем тогда, змейка? — загорелись глаза чемпиона, а в руках материализовалась Призма. Небольшая граненая хрустальная вещица являлась мощнейшим орудием в руках умелого мага, и она способна наносить космический урон… но у неё есть один недостаток — чудовищный расход маны. У чемпиона всей маны хватит максимум на двенадцать секунд стрельбы. Призма выплыла в центр ладони и парень, не прекращая выписывать пируэты в воздухе, прицелился, а свет начал фокусироваться в линзах. Несколько разноцветных лучей россыпью вырвались из грани Призмы, начиная сходиться в один мощный луч. Даст, увидев, как шкала маны резко начала падать, направил луч Призмы в летящего навстречу ему змея. Луч пронзил сразу несколько темных фрагментов его тела, окрашенных прожилками красного и бирюзового цвета, и те начали гореть и трещать по швам. Загудев, существо ушло с линии огня, и чемпион повел луч вслед за уползающим в панике змеем. Призма успела слегка прожечь середину тела врага, прежде чем мана чемпиона закончилась. В его сторону полетели еще пучки частиц, но Даст ожидал этого и резко нырнул вниз, уходя от лишнего урона. Змей не стал медлить, и, отталкиваясь от земли, подпрыгнул, выстреливая сразу всему турелями. Даст почувствовал жжение в плече и левом бедре, но кроме этого ничего его не задело. Тихо шипя, парень достал посох Элементальный Луч, попутно закидывая в себя склянку с темно-синей мутной жидкостью. Мана мгновенно восстановилась почти до полной шкалы, однако вместе с этим тело парня сковала магическая пост-зельевая болезнь — все магическое оружие несколько десятков секунд будет не таким сильным. При подъеме посоха сзади парня запустились в воздух четыре источника, из которых были элементы Небесных башен — солнечный луч, туманный, вихревой и луч звездной пыли. Все четыре луча, вихрясь, врезались в голову змея, пытавшегося увернуться, но ему не удалось уйти. Энергия, собравшаяся у его головы, взорвалась четырьмя разными цветами, а существо завыло вновь, стреляя лучами из турелей наугад, пытаясь зацепить ими чемпиона, но тот уже готовился добивать змея. Взлетев невысоко в небо, парень окинул убийственным взглядом извивающегося змея, который, вертясь, пускал лазеры во все стороны из последних сил. Они срубили несколько деревьев, подрезав их стволы, но Даст не обратил на это внимание. Вызывая один за другим Бритвенные Тайфуны, он посылал эти водные диски вперед, и те начали резать змея, который уже ослеп от удара четырьмя элементами. Сначала диски из уплотненной морской воды разбивались о его броню, вызывая на неё ржавчину, но через десяток попаданий броня износилась и начала колоться, обнажая беззащитную начинку из плоти и бионики. Движимый отчаянной попыткой выжить, Аструм Деус резко взмахнул хвостом, и тот весьма удачно ударился о грудь чемпиона самым кончиком, но этого хватило, чтобы отправить его прочь. Даст весьма больно ударился о землю и полетел бы еще дальше, если бы не сгруппировался и не включил ускорители, загасившие инерцию. Аструм Деус сбросил часть своей брони, и теперь его похудевшее тело покрывало нечто вроде зеленоватого защитного поля, множество турелей исчезли, зато вместо них появились длинные излучатели. Они загорелись оранжевым цветом, и чип в голове чемпиона выдал предупреждение об изменении гравитации вокруг. Самого парня это не задело, но он заметил, как камни, щепки, крупные комья твердой земли и кусочки металла от брони Аструма медленно взмыли в воздух, повинуясь силе, проецируемой излучателями на гибком теле космической змеи. Несколько осколков полетели в сторону чемпиона, и тот, вовремя среагировав, сжег их Элементальным лучем. Испарив опасные части тела, Даст перешел в атаку, кидая в Аструма оба Молота поочередно, сначала один, потом второй, проявляя немалую сноровку и опыт, ловя мельтешащие с сумасшедшей скоростью орудия за ремешки. Змея подбросила себя в воздух, волнообразными движениями двигая остальное тело и пытаясь взять чемпиона в кольцо. Загорелись сопла Ускорителя, поднимая парня ввысь, и он, выбравшись из смертоносного стального кольца, вынул в очередной раз призму. Удары молотами дали некоторый эффект — силовое поле стало совсем бледным, а это говорило о скором его падении. Лучи призмы снова начали сходиться в один большой луч, а мана чемпиона снова стремительно поползла вниз. Находясь в воздухе, он мог зацепить лучом почти все фрагменты гибкого, но не особо быстрого змея из космоса. Разноцветный луч, разящий чудовищной энергией, развеял защитное поле и начал плавить усиленную кибернетикой плоть. Змей взревел, и, стараясь не обращать внимание на повреждения, раскрыл пасть и бросился на Даста в последней отчаянной попытке победить. — Черт! — ругнулся чемпион, резко убирая Призму и прерывая луч раньше времени. Он резко ушел вправо, но выстрелившие разом последние турели пронзили его тело в нескольких местах, заставив парня зашипеть. Здоровье опять упало — 752 очка из 1200. Впрочем, бывало и хуже. Решив, что раз у змеи нет брони, Даст вынул из инвентаря Хвоемет — малость подустаревшее оружие, но зато эффективно работающее на незащищенных броней целях. Рой игл обрушился на змею, впиваясь в оголенную горелую полу-плоть, и разбрызгивая вокруг зеленый раствор, заменявший змею кровь. Разброс артефакта посылал иглы настолько часто и вразнобой, что скоро тело умирающего змея заволокло пылью, и Даст перестал что-либо видеть — только подслой чипа помогал ему разглядеть тепловой след и силуэт змеемашины. Хвоемет прекратил пускать иглы, а Даст приземлился на землю, на всякий случай отойдя подальше от змеи. Некоторое время он не подавал признаков жизнь, а пыль уже успела почти полностью развеяться, и было логично предположить, что гость умер… Вдруг, заскрежетав остатками металла, змея резко изогнулась дугой, намереваясь стукнуть чемпиона головой. Аварийный реаниматор оживил змея ненадолго, лишь чтобы тот убил свою цель, а затем неизбежно погиб сам от полученных ран… Впрочем, наученный горьким опытом с Каламитас, Даст предполагал нечто подобное и предварительно выпил зелье маны, чтобы вновь выхватить Призму и дать еще залп. Лучи сфокусировались в один большой, и он прошелся почти по всем фрагментам тела Аструма Деуса, нанося теперь уже фатальный урон. Даст продолжал стрелять из Призмы и отступать, так как змей, даже умирая и дергаясь в агонии, пытался доползти до него и разрубить пополам жвалами-лезвиями. Но всему приходит конец — и конец пришёл и к змее из космоса, когда циркуляция хладагента прекратилась, его ядро перегрелось, и змей, жутко выгибаясь телом, начал кататься из стороны в сторону, а его тело гнило прямо на глазах. Ничем не защищенная плоть почти мгновенно умирала, а металл крупными кусками откалывался от обшивки, оставляя лишь адамантиевый каркас-скелет тела. Гул прекратился, и тело наконец замертво грохнулось на землю, поднимая клубы пыли в воздух. Чемпион глубоко вдохнул и выдохнул. Мана была на исходе, сам он устал, а здоровье только начинало неспешно регенерировать. Эффект Доблести Асгарда защитил его внутренние органы от повреждений, но сами лучи неприятно прожгли кожу и одежду в некоторых местах, и если кожа со временем залечится сама собой, то вот одежду придется зашивать. Отряхнувшись, Даст убрал Призму в инвентарь и начал старательно думать, что ему дальше делать. То, что произошло, было абсолютно незапланированным боем, который сам, да и его последствия тоже, может обратить на себя нежелательное внимание. Оставалось надеяться, что шпионы Стила не заметили его ночных манипуляций… да и мамоно, чье поселение находилось в каких-то четырехстах метрах, хотелось бы парню верить, все спали и ничего не видели. К тому же, с огромным разлагающимся телом надо что-то делать! Плоть быстро сгниет, видимо, в ней было столько химикатов и стимуляторов, что без поддержки электроники она сама собой начинает распадаться на простые элементы, а вот металл… надо бы разобрать адамантиевый скелет змея — в хозяйстве точно пригодится! Даст подошел к громадному телу, рассмотрев его — на скелете были надписи на разных языках, многие из которых были явно не с земли. Но один из них он узнал — это была латынь, на которой было написано название изделия — Astrum Deus. «Аструм Деус, значит? Это плохо, раз он сюда каким-то образом попал…» — поднял бровки парень, уже и не надеясь узнать, что это была за штука и что она тут делала. Она явно из его мира… и наверняка она имеет какую-то связь с Астральным Маяком… но сейчас уже нет времени это расследовать. Необходимо убирать последствия битвы — разобрать каркас, посадить обратно упавшие деревья, заделать дыры в земле и отрастить газон, чтобы скрыть снаряды Хвоемета, ожоги от лазеров и лучей! Вытаскивая Кристальный Крушитель, Даст, кряхтя, принялся за работу. --- Террария, неизвестное место в некотором отдалении от штаб-квартиры чемпионов Около Астрального Маяка образовалось настоящее поселение — простенькие панельные дома, бараки для охраны, КПП и высокий бетонный забор по периметру, и две машины с «глушилками» связи и постановщиками помех, скрывавшие базу от любопытных глаз. Вместо насыпных дорог уже были проложены асфальтовые и бетонные пути, проведено электричество, городское освещение уже работало, а инженеры возводили скрытые комплексы ПВО. Охрана здесь была на высшем уровне, и даже сам главнокомандующий прибыл сюда, чтобы поставить этому заведению высший уровень секретности. Сейчас он был в штабе, где сидели вместе с ним за столом трое чемпионов. Главнокомандующий представлял из себя невысокого, но крепко сложенного мужчину пятидесяти лет на вид, уже седого, но не от старости, а от профессиональных рисков. На нем была зеленая камуфляжная форма, высокие берцы, а на голове — полевая кепка ВС Террарии, с эмблемой в виде простенько изображенного дерева. Остальные чемпионы тоже были здесь — Небула и Соляр сидели за столом, в то время как экстравагантный второй чемпион отмерял комнату шагами, не зная, что ему делать. И сейчас между ними разворачивался серьезный разговор. — Нам нужно сказать об этом народу. Он должен знать, — настаивала на своем Небула, скрещивая руки у груди. Главнокомандующий поморщился. — Мы не можем. По крайней мере пока, — отрезал он, глядя на третью чемпиона серьезно. — Почему? Все существа, населяющие Террарию и находящиеся под защитой Федерации, имеют право знать, что четвертый чемпион пропал! Чего мы пытаемся добиться, скрывая этот факт? Думаете, все не узнают, что Даста нет с нами? — спорила полудемон, весьма справедливо подмечая, что пропажа четвертого чемпиона не пройдет незамеченной. — Не сейчас. Если мы выйдем к народу и просто скажем, что одного из вас не хватает, то это создаст панику невиданных масштабов, — сурово представил Главком свой аргумент, — Могут начаться протесты, волнения, а если образуются сепаратистские настроения? Этого нам совсем не нужно — пока мы будет разбираться друг с другом, этот… чертов Ярим разобьет нас всех поодиночке. Мы не можем позволить такому случиться. — И что нам делать? Небула права, мы долго играть в молчанку не сможем, когда слухи дойдут до народа, с нас начнут спрашивать, — включился в беседу Вортекс, крутя на пальце ключи от автомобиля и не переставая шагать по комнате. — Я понимаю. Поэтому я хочу сначала подождать какого-либо результата от ученых, а потом уже делать громкие заявления, — вздохнув, поведал Главком, — Нам нужно узнать, куда Даст пропал, и тогда мы сможем хоть сразу сказать, что организуем спасательную операцию. Это успокоит народ. — И сколько нам ждать? Мы пользуемся космической мумба-юмбой, которая хрен-пойми-как работает, рискуя притом привлечь её энергией каких-нибудь божеств посильнее! — повернулся второй чемпион к военному, бряцая наручными часами. — У вас есть варианты лучше? — скептически окинул он взглядом всех троих бойцов. Они молча смотрели в ответ, кроме Соляра, — Вот и я о том же. Нам больше ничего не остается. Любой другой вариант — худший. — Но мы же не можем просто… — хотел было возразить Вортекс, как Соляр вдруг поднялся со стула. — Я что-то почувствовал. Сильный ментальный выброс. К нам кто-то идет… — загадочно сказал он и обратил свой взгляд на дверь. Все находящиеся в комнате замерли в ожидании. Дверь открылась, и светловолосая девушка-секретарь, привезенная сюда Вортексом, робко выглянула из-за двери. Её встретили заинтересованные взгляды. Мисти зашла в комнату, держа в руках толстую папку с документами. — Простите, шеф! Там… от ученых сообщение. Они что-то нашли. Три чемпиона переглянулись и резко зашагали на выход.