Чемпион

Последняя миссия Мерсеи: День 1

До вторжения Друэллы в Лескатию остается всего неделя Работа с тренировкой и воспитанием из зеленых рекрутов настоящих, стойких, подобно хорошей стали, бойцов была адской. Королевство Лескатия готовилось к войне, которую оно не видывало раньше. Это была война всех войн, главная, генеральная битва, что должна была решить, устоит ли славное государство Лескатия в тяжелой борьбе с монстрами, или падет так же, как пали многие империи и государства до нее. Потому на подготовке солдат никто не экономил. Ситуация разворачивалась не в пользу человечества… и черные, злые тучи сгущались над Лескатией. Не вполне довольная Мерсея Даскарос, одна из героинь Лескатии, сейчас прошла в зал Консулата, где на нее с высоких трибун глядели угрюмые и знакомые лица. Она окинула высокопоставленных чинов тигриным взглядом: они редко переговаривались, предпочитая большую часть времени молчать, дабы им не предписывались громкие высказывания, имеющие потенциал разрушить их репутацию. Она узнала среди них Генерала лескатийских войск Петена, и суб-магистра ордена Жибера, государственного секретаря Мосли, Архиепископа Орлеанского Луиса… а вот как была фамилия тоже присутствовавшего на этой комиссии министра правосудия она не знала. Серьезные дядьки. С такими шутки плохи. Причем, Генерал Петен, если говорить формально, был ее непосредственным начальником Выйдя вперед, она, в сопровождении охраны, вставшей у дверей, выпрямилась перед важными шишками и строго стукнула себя кулаком в грудь. — Здравия желаю, уважаемые государственные комиссары! — сурово вытянулась сереброволосая воительница, выражая безусловную готовность выполнить любой приказ, — Действующий Герой Лескатии, Капитан Мерсея Даскарос, по вашему приказу прибыла! Чиновники вразнобой поприветствовали ее. Все, кроме одного. Архиепископ Орлеанский был в дурном настрое: его старое, морщинистое лицо отображало сухую, тягучую и долгую тревогу. Он, не особо заморачиваясь с приветствием героини, просто кашлянул, давая знак остальной комиссии. — Капитан Даскарос! — громко обратился к ней ее начальник, генерал Петен, — Наш достопочтенный коллега, представитель Церкви Верховной Богини, Архиепископ Орлеанский, запросил проведение этой комиссии, а также настойчиво рекомендовал явиться в нашем текущем составе. Государственная комиссия созвана с целью немедленного решения проблем на одной из наших колоний. Оставим формальности в стороне и перейдем к непосредственно заданию. Мерсея прищурила единственный целый глаз, блеснувший стальным цветом. — О какой колонии идет речь? — перешла она к делу. Государственный секретарь немедленно начал строчить что-то в своей книжке авторучкой. — Вы когда-нибудь слышали об острове Атлантис? — спросил ее Генерал. — Так точно, товарищ Генерал! Неприметный остров с небольшим населением в Южном Океане, принадлежащий Лескатии. У него нет особой военной или мореходской ценности, он удален от континента и связь с ним поддерживается раз в неделю с помощью торговых кораблей, — Мерсея была достаточно хорошо образована, чтобы знать о лескатийских колониях, и тут ее знания не подвели. Однако сама новость неслабо удивила ее: что могло случиться на тихом, отдаленном острове в Южном Океане? — Меня радует ваша осведомленность, — впечатленно произнес Генерал. Его вытянутое лицо, обтянутое серой щетиной, изобразило подобие удовлетворенной ухмылки, — Капитан, исходя из донесений тринадцатой разведывательной флотилии, а также показаний очевидцев, бежавших некоторое время назад с острова, ситуация с безопасностью на острове Атлантис неуклонно ухудшалась. Мерсея ничего не говорила, стоя смирно, а взгляд направляя четко вперед. — По нашим данным, около месяца назад на острове обосновались организованные воинские формирования… — сухо зачитывал Генерал военные донесения. Священник, сидевший рядом с ним и морщившийся от злости, наконец, не выдержал этого сжатого, топорного объяснения, и взялся за дело сам. Повернув старческое лицо с длинным носом коршуна, священнослужитель мягко ткнул Генерала в бок пальцами левой руки. Петен перестал зачитывать донесения, поворачиваясь к архиепископу. — Ваша светлость? Вам что-то нужно… — Генерал, прошу вас, оставьте ваши солдатские чеканные фразы для письменного закрепления сегодняшней комиссии, — тонким старым голосом попросил священник и обратил свой серьезный взор на молодую героиню, — Капитан, слушайте меня и внемлите, ибо чрез мои уста Верховная Богиня диктует нам, рабам смиренным, свою святую волю! Это задание я поручаю вам от имени нашей Богини и ее светлой мудрости. Его взгляд был преисполнен холодного, праведного гнева, который он словно хотел передать героине через суровый взгляд. — Остров Атлантис уже два месяца терроризируют проклятые еретики, исповедующие враждебную к людям религию! Они стращают простой верующий люд, уничтожают посевы, зачищают целые деревни, а с недавнего времени слуги божьи с острова начали распускать слухи о том, что эти еретики… якобы умеют насылать на остров природные катастрофы. Это немыслимо... но в случившейся недавно разрушительной засухе на Атлантисе винят именно их. Он приподнялся со стула и грозно навис над героиней. — Капитан, ваше задание крайне простое: я, Архиепископ Орлеанский, лично прошу вас покарать проклятых еретиков, посрамивших род людской перед светлой нашей Верховной Богиней, да славится имя ее в веках! Он сощурился. — Не щадите никого. Еретики, поклоняющиеся ложнобогу, и действующие от его имени… не заслуживают человеческого отношения. По плечу его похлопал Генерал, что заставило архиепископа очнуться от святого гнева. Он скромно опустился в стул, безучастно глядя куда-то вдаль. Генерал взял из нагрудного кармана своего синего мундира платок и провел им по своей шее. —… как и сказал Его светлость архиепископ, твоя задача — полное уничтожение опасной религиозной ячейки, обосновавшейся на острове Атлантис, — взял на себя инициативу Петен, — Для выполнения этой задачи мы предоставляем тебе под прямое командование восемьдесят пеших бойцов из профессионального полка мечников, а также команду нанятых авантюристов А-ранга из союзнического государства Вельспле. Под ваше командование переходит заброшенная площадка для подготовки ополчения в четырех верстах пути от Карфийской пристани на острове, а также мы снабдим вас припасами для путешествия по Океану, кораблями для транспортировки, и инструментами для обустройства временного лагеря. Задача вашего отряда — полная ликвидация ячейки религиозных фанатиков на острове Атлантис. Вопросы? — Как мне опознать этих фанатиков? — Мерсея сразу решила, что должна знать, с кем ей придется воевать. — По сводкам местных жителей, фанатики предпочитают носить плащи с капюшонами темных оттенков синего и фиолетового цветов. Они хорошо вооружены, и встреча с ними скорее всего приведет к потасовке, так что будьте аккуратны. И еще… местные говорят, что у фанатиков взгляд жуткий… немигающий, — Генерал глянул на героиню и заметно поежился. — Они поклоняются чернобогу, коего называют… — вдруг подал голос архиепископ, —… Ярим, «тиран джунглей», дракон зеленого ада. Их правление безжалостно, как и сам их бог, они жестоки, как и их бог… и они готовы умирать за своего кровавого тирана! Сломите… сломите их волю, или, если придется, головы, дабы они не могли и дальше осквернять храмы Верховной Богини! Внешне Мерсея оставалась спокойной, хотя по спине у нее пронесся холодок. За ее долгую и успешную военную службу ей часто приходилось бороться с разными бандформированиями, заговорщиками, простыми бандитами, и даже с симпатизирующими монстрам людьми. Но она могла признаться честно: ей никогда прежде не приходилось брать на себя такое дело, как уничтожение религиозных фанатиков. Даже с ее опытом, Капитан плохо представляла себе, на что похож бой с поклонниками ложного бога… — Сроки задания? — Постарайтесь справиться за неделю, — навскидку прикинул Генерал, сам плохо знакомый с истинной ситуацией на острове, — Если миссия затянется, пришлите гонца в Лескатию, и мы отодвинем сроки… или вышлем подкрепление, однако это маловероятно. Все наши самые талантливые офицеры и полки сосредоточены на границе с демоническими царствами и, кажется, вторжение монстров может состояться уже… в ближайшие дни. — Предельно ясно, товарищ Генерал! Вопросов больше не имею! — отчиталась героиня. Ее одолевали смутные чувства. — Капитан Даскарос… мы доверили вам это задание, так как не сомневаемся в вашем воинском таланте, — поспешил заверить ее Петен, — Никто так не умеет командовать профессиональными формированиями, как вы. К сожалению, другие герои либо не подходят по лидерским качествам, либо им недостает опыта… или они занимают критически важные позиции в армии, тем более, что вторжение монстров может состояться в обозримом будущем. Мы уверены, что вы справитесь с этой миссией! Вы отправляетесь завтра с речной пристани Орлеана, корабли уже готовы к отплытию. Не разочаруйте! — Я не подведу, товарищ Генерал! — уверенно заявила Мерсея. — В таком случае, можете быть свободны… — откинулся Генерал в спинку стула, — Обязательно информируйте меня о ходе вашей миссии! — Так точно! — стукнула Капитан себя в грудь еще раз и, развернувшись на месте, твердой походкой направилась к выходу. Разобраться с фанатиками… как назывался их «бог»? Ярим? Мерсея никогда не слышала о подобном божестве, несмотря на некоторую осведомленность в религии. Неужели просто кучка людей заблудились в своем пути на поиске истины? Или кто-то целенаправленно создает такие ячейки в пределах Лескатии, чтобы ослабить страну изнутри, сделав ее легкой добычей для монстров, которые обожают использовать внутренние распри людей как оружие против них самих? Впрочем, думать — не удел Мерсеи Даскарос. Ее ремесло — война, а философия пусть будет отдана на обсасывание долбанным философам… Сейчас нужно было заняться организацией ее отряда, с которым она будет охотиться на опасных фанатиков. Едва на следующий день взошло солнце, как транспортные корабли, не раскрывая парусов, поймали попутное течение, понесшее их в Южный океан. Путешествие обещало быть недолгим — корабельный маг обещал превосходную безоблачную погоду, а океанические течения направлены как раз в сторону Атлантиса. Сами суда были загружены под завязку: запас продовольствия, инструменты, оружие, снаряжение и сигнальные средства. Много еды брать не было смысла — если верить погоде, предсказанной колдуном, она донесет их до острова к обеду. Им на редкость повезло с погодными условиями. Находясь в переднем корабле, Мерсея глядела вдаль. Мимо проносились зеленые леса, луга и холмы родной страны, а широкая река стремительно несла их крохотную флотилию из четырех кораблей навстречу заданию. С носа корабля было видно не так много, как с мачты, но героине и не нужно никуда смотреть — она не моряк. Она солдат. Солдаты воюют на земле. А трое авантюристов, которых нанял, должно быть, суб-магистр, маялись без дела на палубе парусника. — О-а-а-а-х… ну и ветер! — вздыхала свесившаяся с бортика девушка с русыми волосами, скрытыми под длинной шапкой. Её голубые глаза восхищенно глядели вдаль, цепляясь за сменяющийся пейзаж. — Нас быстро вынесет в океан… — говорил сидевший рядом на закрытой деревянной бочке мужчина средних лет в рогатом шлеме и темном нагруднике. Из-под шлема торчала его рыжеватая борода, которую он поглаживал, а на спине висело крепление, державшее четыре метательных топора, — Черт, а я его терпеть не могу… столько воды. — Лира, не свешивайся так опасно! Е-мое… ты как школьница себя ведешь, — пожурил девушку молодой человек с темными волосами средней длины, одетый в легкую кожаную броню. Его вооружение преимущественно состояло из коротких клинков — они громко бряцали всякий раз, когда он ступал сапогами по палубе. Девушка, названная Лирой, смутилась и перестала свешиваться с бортика. — Извини. — Я же волнуюсь за тебя, — сказал парень, положив руки на её плечи, — Если с тобой что-то случится… — Эрих… я не маленькая девочка, я могу за себя постоять, ты же знаешь, — улыбнулась волшебница, — Мне приятно, что ты волнуешься, но ты слишком печешься обо мне. — Да, прости… — убрал он руки, чувствуя, как с его души падает груз. Он вздохнул. Послышались твердые, гулкие шаги по деревянной палубе: это Мерсея меряла палубу, заодно осматривая своих подчиненных единственным глазом. Её стальное око остановилось на авантюристах. Те замерли, глядя в ответ на неё. — К… Капитан? — отдал её парень честь, как мог, но героиня отмахнулась рукой. — Вольно… — фыркнула воительница в ответ. Её позабавила такая реакция — вообще-то, этому парню не требовалось отдавать ей честь. Наемные воины все такие… со странностями. Все у них по-своему, — Ты не солдат лескатийского войска, так что отдавать мне честь не обязан. — Да, извините… — скис парень, а волшебница погладила его руку. — Ничего страшного. Меня вы, скорее всего, уже знаете. Я — героиня Лескатии, капитан Мерсея Даскарос! — представилась воин с стальным глазом. Авантюристы склонили головы в уважении. — Меня зовут Эрих Найт, я — лидер нашей скромной команды, — подал голос парень, зарядившись уверенностью. Ранее тяжелая, давящая аура героини исчезла после того, как та представилась им совершенно обыденным способом. — Я — Лира, маг-целитель и элементалистка. Фамилии у меня нет, потому что я… росла в приюте и не помню своих родителей, — склонила она голову еще раз, выглядя несколько печальной, — Эрих — это… все, что у меня есть. Очередь перешла к рыжему мужику, носящему броню. Он почесал бороду под полузакрытым шлемом, крякнув: — Карл. Так и называйте меня, — коротко бросил он и снова сел на излюбленное место, на бочонок с рыбой. Парень и девушка с улыбками на лицах переглянулись. — Не обращайте внимания… он просто немного стеснительный, но боец из него превосходный, — заверила героиню Лира. Мужик с топорами цыкнул в ответ, но решил ничего не говорить, — Он метатель топоров с севера Лескатии. Мерсея оценила их: вроде бы на вид совсем молодые, кроме, конечно, метателя топоров, но их характеристика говорила о том, что они — не дураки. К тому же, они А-ранга, а это многое значит. Это как минимум вторая ступень, если говорить субординацией Ордена. То есть, им можно доверять. Корабли несло к океану, а нанятые моряки бегали по палубе по своим делам, драили её, направляли паруса, и иногда забегали внутрь корабля, нося припасы и инструменты. — Вы первый раз плывете настолько далеко? — спросила их героиня. — Мы с Лирой — да… а вот Карл… не знаю, — почесал затылок Эрих, украдкой оглядываясь. Карл смотрел вдаль. — Это и для меня новый опыт. Обычно меня не направляли командовать настолько далеко… — призналась Мерсея. Ей и вправду казалось странным, что комиссия решила, будто она подходит для этой миссии. Дело было в её боевом опыте? — Но раз государство нашло врагов на нашей земле, то моя работа — покарать их. — Ага… я слышала, что там на острове неспокойно… — неуверенно заявила Лира, снова свешиваясь с палубы, но уже не так опасно, как прежде. — Мне рассказывали о каких-то еретиках с факелами, — парень, к слову, тоже не светился уверенностью, — Мол, они ходят там по фермам и поджигают их. А еще людей из домов вытаскивают…и больше их никто не находит. — То есть, вся информация о враге состоит из слухов? — подняла бровь Мерсея. Да уж, суб-магистр мог хотя бы оповестить их о том, с кем они идут воевать, — Мне рассказывали, что они очень опасны. Так что будьте готовы к бою сразу, как мы сойдем на сушу! — Да, капитан! — хором ответили Эрих и Лира. Еще три корабля несли достаточное число рыцарей из отряда поддержки. Для небольшого острова — весьма существенное количество. Атлантис в принципе спокойное место, изолированное от разных потрясений, но теперь, когда на нем орудуют чокнутые фанатики, да и еще прибудет целый отряд рыцарей для охоты на них, то о спокойной жизни островитянам можно позабыть. Необъятный океан раскинулся перед небольшой флотилией во всей своей красе. Никогда прежде не путешествовавшим так далеко авантюристам он казался бескрайним — огромный синий бассейн, у которого не видно берегов, безумно просторная масса воды. Мерсее, свесившейся на секунду с борта, оставалось только гадать, насколько тут глубоко — она видела под кораблем лишь темнеющую, уходящую вниз пучину. Авантюристы сидели неподалеку и пытались себя развлечь, играя в карты. Рассевшись на примитивных деревянных табуретах вокруг бочки, они вели игру в «старую деву». Героиня лескатии глядела вдаль и пыталась приготовиться к тому, что ожидает её впереди. Как солдат, она была готова отдавать приказы и сражаться самой, но… ей было неспокойно, несмотря на то, что опыт войны научил её меньше думать и переживать. На секунду она подумала, что эта миссия может оказаться для неё роковой… особенно в свете неминуемого вторжения монстров. — Ха! Я выиграл! — громко обрадовался Эрих, вскинув руки. Волшебница в ответ насупилась и выбросила свои карты со «старой девой». Метатель топоров сделал то же самое. — Везунчик… — буркнул мужик, завидуя удаче парня. Мерсея улыбнулась, наблюдая за тем, как эти ребята проводят свою молодость. Эрих и Лира были такими юными и полными энергии, что их окружение как будто становилось светлее, ярче. Конечно, и сама героиня Лескатии не была старой, но она была старше Лиры минимум лет на шесть. Да и вообще, её суровый взгляд, осанка и сухая, грубоватая речь делали свое дело: иногда казалось, что она старше, чем выглядит. — Опять я проиграла! Да как у тебя это получается… — полезла Лира на парня, стараясь ухватить его за ухо, но тот ловко увернулся, довольно улыбаясь. — Кого-то из нас Богиня одарила большим везением, чем других… — уклончиво ответил он, на что девушка нашла ответ: — О? Значит, ты любимчик Верховной? Интересно, а почему она не одарила тебя великой силой? — скептически спросила Лира. — Одарила! — возразил Эрих, надменно задирая подбородок, — Из меня получился превосходный боец, владеющий многими видами оружия… я могу драться в рукопашную в трех стилях, владею мечами, шпагами и еще двадцатью видами клинкового оружия. А еще я умею стрелять с нескольких видов дальнобойного оружия, и могу поразить цель на расстоянии пятидесяти шагов с лука… а кое-кто умеет только махать посохом и вызывать небольшую метель. Он с вызовом глянул на волшебницу, оскорбленную до глубины души. — Что? Значит, я бесполезная? А кто тебя спас тогда, из лап проклятой огрши?! А?! Богиня собственной персоной?! — начала она колотить его кулаками. Впрочем, ему было совсем не больно, да и не хотел парень её обижать — он заключил волшебницу в крепкие объятия и не отпускал. Девушка некоторое время отбивалась, вырывалась, но в итоге робко затихла, прекратив сопротивление. — Пусти, — смущенно попыталась она отстраниться, и Эрих с улыбкой отпустил её. Лицо её было пунцовым аж до ушей. Мерсея блекло улыбнулась этой сценке, и ей на секунду привиделся… Эльт. Она была так занята, что даже не успела сказать ему, куда отправляется! Сердце героини вдруг громко застучало, и она отвернулась от авантюристов, пытаясь успокоиться, дабы не выдать своего волнения. — Ты моя Богиня, — хохотнул парень, садясь обратно на табуретку. Девушка сделала то же самое, пристраиваясь на свое место. — Тьфу! Мне твоя лесть… — отмахнулась девушка смущенно. Метатель топоров не отрывал своего сурового взгляда с океана. Бескрайний синий простор постепенно поглощал всё поле зрения, а качающийся на небольших волнах корабль скоро начал усыплять людей. К сожалению, как и предполагала героиня с самого начала, самой большой проблемой после высадки будет отдых солдат: она отсюда видела, что её рыцарей нещадно бьет морская болезнь. Все-таки, эти рыцари — опытные бойцы на земле, а не на море. Саму её качающийся пол пока не беспокоил. Однако посмотрев туда, куда был уставлен взгляд рыжего мужчины, она замерла. Где-то на самом краю поля зрения, далеко-далеко виднелась небольшая черная кромка дождевых облаков… это сразу не понравилось Мерсее. Она нахмурилась. Почему юнга не дает сигнал? Неужели не замечает? Словно бы услышав её мысли, молодой матрос крикнул с верха наблюдательной мачты: — ТУЧА НА ДЕВЯТЬ ЧАСОВ! Туча на девять часов! — он пригляделся еще раз, — Готовьте корабль к шторму! — Что?! — вскочил Эрих, — Какой… еще к черту шторм?! Наш маг сказал, что погода будет идеальная! — Ошибся ваш маг… — тихо процедила мрачная Мерсея. Дело принимало плохой оборот. Они уже далеко от берега, а до острова еще плыть и плыть — встать на якорь здесь нигде не получится. Не говоря лишних слов, троица авантюристов бросилась на капитанский мостик, где капитан корабля, немолодой седеющий мужчина с густой бородой недоумевающе присматривался к волшебному шару. Самим же шаром орудовал одетый с иголочки колдун, долговязый, тонкий, как жердь, парень лет тридцати с кудрявыми волосами. — Что за чертовщина происходит?! — ворвалась в помещение Мерсея, злобная от такого просчета. Капитан корабля интересовался тем же самым. — Я и сам не понимаю… — ответил капитан судна, — Наш бортовой маг еще несколько минут назад говорил, что мы доплывем без проблем, что попутный ветер, никаких потрясений… — Черт… — ругнулся маг. Вокруг волшебного шара, который он поддерживал в рабочем состоянии, витали магические образы разных цветов — синего, белого, и на все это ползла огромная черная воронка, которая и ужаснула его, — Понятия не имею, откуда тут появилось это завихрение… полная бессмыслица! Этого шторма здесь вообще быть не должно! Здесь зона высокого давления! Он, наоборот, должен идти прочь отсюда! — Но тем не менее, огромная черная туча ползет на нас! — возразил Эрих, громко стукая обеими руками о стол, — Ты что, просто уследить за погодой не способен?! — При чем здесь я?! — разозлился маг не на шутку, — Говорю же, пару минут назад все было идеально! Откуда мне-то знать, как здесь появился такой шторм?! Корабль ощутимо накренился, когда о его борт ударилась мощная волна. Каюта покачнулась, дерево затрещало, а снаружи стал слышен вой усиливающегося ветра. — Всем приготовиться к шторму! — скомандовал капитан вбежавшим на мостик матросам, — Будем встречать волны носом! Складывайте паруса! — Есть! — отрапортовали матросы. — Остальным укрыться в трюме! Шторм будет очень жестоким! — орал мужчина в треуголке. На палубу корабля обрушился мощный дождь, застучавший по дереву тысячами тяжелых капель. Не прошло и пяти минут, как в кают-кампанию начала затекать вода. Увидев надвигающуюся волну, капитан корабля схватился за штурвал: — Приготовьтесь! Следующую волну корабль не выдержал — масса воды разбила корабль, разрушив его корпус. Ворвавшаяся в каюты вода сбила людей с ног и стремительно заполонила внутренние помещения корабля. Мерсея вместе с группой авантюристов успела лишь заметить, как в коридор кают-кампании врывается поток морской воды. — Черт… осторожно! — закричала она, но вода сшибла её с ног. Героиню дезориентировало ударом о доски, и следующие несколько минут она пыталась не захлебнуться — вода почти заполнила помещение, оставляя для дыхания все меньше воздуха. Успев глянуть под себя, пока её метало по коридору, Даскарос с ужасом узрела, как корабль едва не раскололо надвое. Пытаясь всплыть повыше, героиня лишь поняла, что уже не может этого сделать — её засасывало под воду. Она успела ухватиться за несущий брус, но тот уже нещадно трещал, угрожая надломиться в любой момент. Волшебница Лира вскрикнула где-то рядом, и Мерсея успела её схватить вслепую. Сзади кто-то шлепнулся о брус — это был Эрих, растерявший свою броню. — Эрих! — крикнула Лира, которую держала героиня Лескатии. — Я держу тебя! — схватил он её руку и вместе с Капитаном они вытащили девушку из водяной воронки. А корабль тем временем все никак не желал тонуть… Ветер хлестал по дереву, капли дождя пробивались сквозь доски, но судно все еще несло в неизвестном направлении. Мерсея приподнялась, чтобы выглянуть в огромную дыру, что образовалась в правом борту корабля. Она с горечью могла вздохнуть, видя, как остальные транспортники с рыцарями просто разметало кусками по океану. Бронированные мечники далеко не сразу догадались сбросить с себя броню, и это погубило очень многих: потонули почти все, даже те, кто пытался спастись от волн без брони. — Не отпускай руку… — шептала перепуганная волшебница, не понимавшая, что происходит, пока парень держал её так крепко, как мог. Мерсея спустилась и предупредила авантюристов: — Нас все еще несет куда-то! Нам лучше остаться в корабле, пока он еще цел! — Нас может досками прибить! — возразил парень, — Нужно прыгать! — Отставить! Выпрыгнешь сейчас — тебя волна тоже прибьет! Уже не всплывешь! — резко выдала Мерсея, оценивая обстановку, — В корабле оставаться рискованно, но прыгать в бушующий океан еще хуже! — Но… — Остаемся тут! — рявкнула Мерсея прямо в лицо парню. Тот, поколебавшись пару секунд, все же покорно молвил: — Так точно… Ветер усилился настолько, что казалось, будто начался тайфун. Корабль метало и несло куда-то вперед… И в какой-то момент деревянная конструкция не выдержала: корпус окончательно поделился пополам, доски разъехались, а задняя часть корабля, нагруженная припасами, оружием и собравшая большую часть воды, начала стремительно идти ко дну. Оставшиеся в передней части авантюристы и Мерсея держались за брус в надежде, что их это спасет. — Где Карл? — крикнула Мерсея. — Не знаю! — ответил парень, сам не знавший, куда делся молчаливый метатель топоров. — Надо… — хотела было предложить что-то волшебница, но треск дерева прервал её — потолок над их головами затрещал, не справляясь с нагрузкой. Но Лира не стала дожидаться его обрушения — она вытащила из сумки Эриха мешочек с древесными опилками и извлекла из пузырька на своем поясе ледяного элементаля. — Дух льда, позволь мне позаимствовать твою силу! [Обледенение]! — крикнула она, и элементаль выпустил поток снега, который, смешиваясь с опилками, создал невероятно прочную смесь тверже камня. Эта смесь льда и опилок покрыла толстым слоем потолок, отсрочивая его от скорого разрушения. — Долго не протянет! — крикнула волшебница срывающимся голосом. — Нужно перебраться выше! Капитанский мостик еще цел! — предложил парень. Мерсея и сама уже думала о подобном, но… Чудовищный удар о камни поставил точку в их плавании. Пробуждение у лескатийской героини выдалось не лучшее. Едва сквозь закрытые веки пробился свет, как её сразу затошнило. Резко перекатившись набок, героиня опустошила содержимое желудка на мелкую гальку. Приступ рвоты скоро прекратился, и Мерсея просто уставилась в чистое, почти безоблачное голубое небо. Солнце ласкало верхушки деревьев, преимущественно лиственных. Ветра не было, только речка журчала рядом. Капитан Даскарос медленно перевела корпус в вертикальное положение, чтобы осмотреться. Все её тело болело, ныло, в ноздрях свербило, голова кружилась и раскалывалась от боли. Во рту все еще держался противный вкус желчи. И еще ей страшно хотелось пить. Она лежала на каменистом бережке широкой реки: галька лежала под её телом, но шла не вдоль побережья, а почему-то поперек течения, уходя за небольшой холмик. Она не сразу поняла, что это не искусственная набережная, а дорога. Затопленная дорога. Река явно вышла из берегов — некоторые деревья вокруг неё ушли под воду, а около небольшой рощи Мерсея увидела верхушки досок, которые должны были быть опорами пристани. Героиня неспешно поднялась, и её замутило вновь. На сей раз ей удалось сдержаться и не стошнить. Кое-как встав на ноги, она осмотрелась: как она и предполагала, она лежала посреди затопленной дороги. Река явно выбилась из берегов и уровень воды поднялся на несколько локтей, затопив маленькую пристань для лодочек, а также вода уже заливала рощи деревьев. Мерсея пошла вверх по дороге — на небольшой пригород, с которого она и начала свой путь… куда-нибудь. Туда, где есть люди. Она еще раз оглянулась по сторонам. Тропические леса, не такие густые, как в полноценных джунглях, но все же, влажные и опасные, росли везде, а небольшие кустарники с огромными листьями украшали луга. Местность была достаточно холмистой, а вдалеке виднелся горный хребет. Её уши пришли в норму, и она смогла услышать, как поет лес: пели экзотические птицы, раздавались какие-то трещащие звуки, громкие и резкие вскрики. Ветра практически не было, как будто некоторое время назад не случилось никакого урагана. А сколько прошло времени? Кто знает… вроде бы солнце еще стоит на небе, но оно уже склонялось к горизонту. Навскидку сейчас было часов шесть. Не имея другого варианта, Мерсея Даскарос, последний раз оглянувшись назад, чтобы ничего не забыть, пошла вперед. На ходу она похлопала себя по разным местам на теле: карманы шорт, проверила, сидит ли на ней нагрудник, проверила единственную оставшуюся с ней сумку с медикаментами… Она потеряла почти все, что взяла, кроме лекарств, бинтов, и мелких лагерных принадлежностей, вроде огнива. На первое время этого хватит, хотя она и сомневалась, что ей придется применять свои отменные навыки выживальщика — остров не такой уж и необитаемый. Шагая бронированными сапогами по дороге, она не забывала смотреть вперед, а также высматривать в лесу и на холмах подозрительные места — все-таки, осторожность не помешает в малонаселенных местах, ведь тут могут быть разбойники, а в засаду она попасть не хотела. Но лес лишь пел в ответ, усыпляя её бдительность. Героине начинало казаться, что самый страшный враг для неё сейчас — лес… или хищные животные. Но пока на неё никто не нападал. Несмотря на то, что каменная дорога казалась ей свежей, Мерсея не могла отделаться от ощущения, что тут слишком уж пусто. Людей нет. Героиня постепенно углублялась внутрь острова, и побережье сменилось на густые, но все еще проходимые джунгли. Скоро ей стало душно — несмотря на то, что значительная часть её тела была открыта, влажный воздух и жара делали свое дело. Даже в тени пекло немилосердно. Скоро она вышла на просторный открытый участок, где были только папоротники и высокая трава. Дорога шла дальше, к горам, однако Мерсея вдруг наткнулась на перекресток — тропинка вела куда-то в неплотную зеленую полосу деревьев. Движимая любопытством, она сменила путь, и пошла по тропинке, которая постепенно возвышалась и возвышалась, уходя вверх. Наконец, она пришла к открытому холму, который густым слоем окружал тропический лес. И тут находилась первая человеческая постройка — скромный длинный полукаменный дом, с торчащим из его деревянной крыши дымоходом. На улицу с этой стены смотрело одно маленькое окошко, а перед входом в дом дворик был огорожен невысоким заборчиком из булыжника, через который легко мог перемахнуть человек. Сам двор был заставлен разными приборами для сельского хозяйства: тачки, лопаты, грабли, мотыги и много пиломатериалов. Мерсея, недолго думая, постучала в крепкую, но уже не новую массивную деревянную дверь. Целую минуту изнутри была слышна только тишина. Она постучала снова, уже более аккуратно. Никто не отзывался. Она отошла чуть подальше и наклонилась, чтобы заглянуть в окно, но оно было занавешено какой-то тряпкой. Тут послышалось щелканье дверного запора, и дверь, тихо скрипнув петлями, долгое время не видавшими ухода, отворилась немного. Мерсея глянула в щелку дверного проема. Чей-то карий глаз смотрел на неё из тьмы дома, а кожу вокруг него тронули первые старческие морщинки. Темные волосы человека уже начинали потихоньку седеть по бокам. Взгляд у него был напуганный, подозрительный. — Здравия желаю! — громко поздоровалась Мерсея, отдав честь и готовясь представиться, но человек вдруг резко зашипел. Героиня немедленно затихла, а незнакомец отворил дверь шире, торопливо маня девушку рукой. Не желая нервировать человека и дальше, она шустро прошмыгнула в дом, оказавшись почти в полной тьме. Через пару секунд человек, кряхтя, снял тряпку с масляной лампы, и она дала достаточно света, что Мерсея увидела владельца дома: высокий, худощавый мужчина лет пятидесяти, судя по одетому тканому комбинезону, пахнущему землей и травой, и грязным сапогам, был фермером. Он поднял лампу за ручку и осмотрел прибывшую. — Кто… вы и откуда? — спросил он её сиплым, тихим голосом. — Я капитан Мерсея Даскарос, героиня Лескатии, — представилась героиня так же тихо. — Героиня? Из Лескатии?! Елы-пальмы… как же вас занесло в такую даль? — пришел он в шок, ударив левой рукой лоб. — Меня из Орлеана отправили. Я выполняю здесь особую задачу… точнее, должна выполнять… — рассказала героиня, вдруг поняв, что с этим теперь могут быть проблемы. Но мужчина в ответ на это не стал любопытничать и узнавать у неё, что за миссия… — Задачу… проклятье… — сел он в старое кресло, стоявшее в коротком коридоре, — Ну… госпожа героиня, вы это… не лучшее время выбрали, чтобы сюда приплыть… Он поднял на неё свои уставшие, объятые страхом глаза. По ним она поняла, что все плохо. — Хм… погодите, а с вами случайно не путешествовала некая девушка в таком прелестном зеленом платье и ведьминской шляпой? — вдруг спросил он. Мерсея по описанию узнала Лиру. — Да, была! Она тут? Приведите меня к ней! В одной из комнат на неприметной соломенной кровати лежала Лира. Её лицо было красным, а бледные губы постоянно что-то шептали в бреду. Мужчина подошел к ней и потрогал лоб. — Я нашел её около речки неподалеку. Лежала, бедняга, по грудь в воде. Ей еще повезло, она за корягу какую-то зацепилась… — рассказывал он, убирая руку, — …а то бы её унесло и она захлебнулась. Там были еще люди… точнее, тела. Все в броне, потому, наверно, и не смогли выбраться. Это тоже ваши? — Похоже, что да… — мрачно выдала Мерсея. Надо же… она даже и не могла предположить, что какое-то проклятое погодное условие может погубить целый отряд рыцарей! — Там их десять было… а у этой девушки жар. Но я пою её каждый час целебным отваром, так что она поправится, просто ей нужно время и отдых… — Что случилось на острове? И почему не лучшее время? — задалась она важными вопросами. Мужчина в ответ промолчал. Он отодвинулся от кровати, все еще сидя на стареньком стуле, и взглянул на героиню. — Да… тут объявились эти… фанатики. Они какому-то Яриму поклоняются. Никогда не слышал о таком боге, — говорил он осторожно, — Чокнутые ребята… сначала вроде мирными были, но потом из нескольких деревень люди начали пропадать… ну, этих культистов жители и обвинили в этом, пошли их линчевать… а те, в капюшонах, как с цепи сорвались. — Что произошло? — пыталась Мерсея прояснить для себя, что предшествовало её вызову на остров. — Они… почти всех перерезали… — хрипло заявил мужчина, смотря в пол и цепляя ладони вместе, — Я сам там не бывал… рассказы только слышал от тех, кто убегал оттуда. Говорят, там была жуткая бойня. Море крови. А всех, кто в живых остался, они к себе утащили. — Где находится их логово? — сощурилась Мерсея. Мужик глянул на неё виноватым взглядом. — Да откуда мне это знамо? В джунглях! Они там прячутся. Больше я ничего не знаю, их ведь не спросишь… Такой ответ не очень устраивал Мерсею. Джунгли тут и так везде, зеленой полосой закрывают обзор. Но сражаться с врагом, который скрывается в лесах, не зная местности? Это глупо. Однако… У неё ничего не было. Флотилия, которая везла все, что ей было нужно, сгинула в пучине океана, рыцари либо утонули, либо пропали неизвестно куда, а авантюристы… из них пока нашлась только Лира, да и та находится в небоеспособном состоянии. Капитан Даскарос схватилась за голову, раздраженно рыча. — Какие поселения есть на острове? — спросила она, успокоившись. Если ей и стоило начинать организовывать охоту на фанатиков, то только из деревень, где еще остались способные держать оружие в руках люди. — Если вы спрашиваете про те, которые остались… этого я не знаю. Давно не вылезал из своего дома, — развел он руками, — Но если вы спрашиваете, какие вообще есть, то здесь в верстах пятнадцати находится деревня Камино. А еще дальше, почти у горы Вергилия, стоит шахтерский поселок Сэмион. Ну и самое большое поселение — на другом конце острова, это прибережный городок Флавий. Он не так популярен, как Карфия, в который обычно и прибывают все мореходцы, но он, может быть, не пострадал… — От фанатиков? — От урагана, — поправил её мужчина, — Говорят, это они и наслали его на нас. Это уже было интересно. Значит, это не просто безумцы, потрошащие людей. Но… может, он преувеличивал? Не может быть такого, чтобы люди могли просто так взять и вызвать такой страшный ураган. Впрочем, если они поклоняются чернобогу, то такие способности вполне могут быть им по силам. — Я только в Карфию хожу, разговариваю с рыбаками… в остальные места не суюсь и вам не советую. Все там… как на иголках сидят, — предупредил он. — Ясно… — вздохнула Мерсея. Лира перестала бредить и погрузилась в спокойный сон, — С ней все будет хорошо? Мерсея волновалась за девушку: она её подчиненная, хоть и не солдат. Она столько пережила за какие-то несколько часов… — Да, но есть небольшая проблема… — говорил седой мужчина, потягиваясь за сундучком, в котором он хранил, судя по запаху, вырвавшемуся из-под открывшейся крышки, лекарственные травы. И не только лекарственные, — У вашей подруги лихорадка, и чтобы сбить симптомы, мне нужен травяной сбор. Тропическая мята и экстракт ромашки неплохо работают вместе, а там еще и мед сверху… правда, быстрее будет просто смешать… — Её можно вылечить быстрее? — Можно. В приречных пещерах растет плоский гриб-моховик, зеленовато-серый на вид… Вот если его с мятой ей дать, то она к завтрашнему утру уже пахать сможет хоть в поле, хоть на войне. Она быстро поправится. — Ясно. Значит, необходимо найти этот гриб-моховик? — собралась Мерсея отправляться в путь, но мужчина остудил её пыл. — Ну, погоди… нужно подумать. Лечить её ромашковым чаем с мятой и медом — это как мы делаем по-народному, но долго… до грибов мы обычно не доходим. — Почему? Есть побочные эффекты? — насторожилась героиня. — Есть. Могут быть галлюцинации, тревожность, повышенное пото- и слюноотделение, — объяснил он, — Но я практически могу гарантировать, что она поправится к завтрашнему дню. — Тогда… — задумалась Мерсея. Нельзя было терять время — ей нужны были руки, чтобы искать остальных выживших, в том числе, авантюристов. Потому Лиру нужно было поставить на ноги срочно. Она приняла решение, — …решено! Я отправлюсь за этим грибом в пещеры. — Да? Ну, ладно… не стану останавливать, но вы это… берегитесь там, — опасливо глянул он на неё, убирая сундучок обратно в тумбу, — Тут всякая живность водится… без оружия не ходите. Героиня кивнула и вышла из дома, захлопнув за собой дверь. Не прошло и получаса, как Мерсея нашла первую приречную пещеру — зайти в неё будет проблематично, поскольку река, у которой она находилась, вышла из берегов. Вода все прибывала и прибывала, затапливая постепенно пещеру. Мерсея поправила пояс с примитивной дубиной из дерева, сделанной наспех из подручных материалов, и попыталась спуститься по крупным камням вниз, ко входу. Булыжники, закрывавшие провал в земле, поросли мхом, а вода опасно подступала к их верхушкам. Еще чуть-чуть поднимется уровень воды — и она начнет затапливать пещеру. Мерсея понимала, что время у неё ограничено. Опустившись сапогами на камни, она чуть было не подскользнулась — мох легко уходил из-под ног, да и тот факт, что поверхность была мокрой, не помогал уверенно стоять. Но ей удалось проскользнуть вперед, в пещеру. Она сразу опустилась на каменистую наклонную поверхность, по которой начала плавно скатываться вниз. Когда уклон кончился, она уже была в системе вымытых водой широких, но невысоких туннелей, и здесь, к счастью, был свет. Солнечные лучи проникали в туннели из разломов сбоку и сверху, через которые сюда наверняка раньше лилась вода. Под ногами хрустел твердый, серый песок вперемешку с галькой. В пещере было сыро, а хруст эхом резонировал внутри туннелей. Журчание воды теперь казалось очень приглушенным, а дыхание девушки — громким. Мерсея прошлась по туннелям — ничего. Только сплошной мох. Но пещера не заканчивалась на этом: она нашла среди поросших лианами камей лаз, уходящий наверх. Крепко схватившись за толстые лианы, подобные по прочности хорошему канату, она ловко взобралась наверх, в пещеру, что шла под большим холмом, находившимся у реки. Теперь туннель был овальным и широким, а растительности значительно прибавилось — почва тут была более зернистой и менее песчаной. Разные растения кучковались в небольших островках света, проникавших из проломов наверху пещеры. Тут росли и немногочисленные грибы — они сторонились остальных растений, предпочитая оставаться в тени, и Мерсея едва могла их увидеть. Приблизившись, она рассмотрела их — нужного среди растущих здесь грибов не было. Она прошла дальше, углубляясь в пещеру, и скоро поняла, что разломов наверху становится меньше, а они сами — уже. Света становилось все меньше, но вот факела у неё не было. Точнее, сама палка была, она не забыла её взять, но вот материалов для его изготовления не хватало. Но долго ковылять по пещере ей не пришлось — на самой границе света и тьмы, в том месте, где пещера уходила вглубь, высоко на своде пещеры, росла колония необычных зеленовато-серых грибов. Она сначала перепутала их с камнями, но присмотревшись, она определила в них моховиков. Забравшись на наклонную стенку, она потянулась к грибам, чтобы сорвать их. Но первый гриб, за который она схватилась, не поддавался. Мерсея, нахмурившись, приложила больше силы, но, не услышав никаких рвущихся звуков, решила потянуть изо всех сил. *ХРУСТЬ* Гриб оторвался от камня лишь тогда, когда Мерсея совсем этого не ожидала, и, потеряв равновесие, она поняла, что падает: — Черт! — успев сгруппироваться, она закрыла голову руками, и падение получилось не таким болезненным. Её металлический нагрудник лязгнул от удара о землю — к счастью, она была не каменной. Вывалившийся из её рук гриб, оставляя за собой след из трухи, мха и каких-то зеленых спор, укатился немного дальше. Ругаясь, героиня поднялась на ноги и осмотрела себя. Пару шишек она точно заработала, а на ноге, которой она больно ударилась о торчавший камень, образовывалась гематома. Отряхнувшись, она подошла к грибу, лежавшему на свету, и подняла его, не обращая внимания на неплотное облако зеленых спор. Вторая попытка была удачнее — она догадалась подбить грибы дубиной, чтобы те легче было сорвать. Она сорвала еще четыре штуки на всякий случай, и, чихнув от зеленого облака, опустилась на землю обратно. В носу странно свербило, но очень скоро это чувство притупилось, и героиня, решив, что этого более чем хватит, положила добычу в мешочек. Пора было возвращаться домой. Не успела она пройти и десяти метров, как её странно зашатало. Сбившись с маршрута, она схватилась за голову, а её ноги подкосились. Она облокотилась рукой о стенку пещеры, чтобы не упасть. Сиюминутная слабость вдруг прошла, а голова прекратила кружиться. Мерсея, решив, что она уже утомилась, не придала головокружению значения, сосредоточившись на том, чтобы выбраться отсюда и не заблудиться. Перед ней, в свете, лившемся из потолка, на пригорке, обросшем целыми колониями разных цветущих растений, что-то выбирала из земли… некая мамоно. Мерсея сразу насторожилась — девушка перед ней обладала странными, как будто бы случайными звериными чертами, перьями, густым мехом, когтями и пушистыми лапами, перепончатыми крыльями за спиной, а её хвост с большим, как груша, наконечником, пугал своей мускулистостью. Пара секунд размышлений — и героиня поняла, кто перед ней. Мантикора. Мамоно прекратила изучать коллекцию цветов, и, сев на пятую точку, по-звериному почесала ногой свое левое ухо. Обратив внимание на шуршание справа от себя, она обернулась, и её уши повернулись следом. Она вдруг расплылась в жуткой ухмылке: — Ого! Да вы только гляньте! Хе-хе-хе… — оскалившись, облизнула она губы и грозно поднялась, демонстрируя мощное тело, срамные места которого едва закрывали кожаные повязки, — Ты выглядишь, как сочный кусок ебабельного мясца! Мерсея приняла боевую стойку, вытащив из-за пазухи деревянную дубину. Против такого монстра, как чертова мантикора, она, может, и не сильно поможет, но это всяко лучше, чем защищаться с голыми руками. — Ух ты! Ты и драться умеешь! Хе-хе… — разминая кулачки, заявила мантикора, — Люблю обед, который сопротивляется! — Ты сначала попробуй меня достать… монстр! — воинственно рявкнула Капитан. Недолго думая, она бросилась в атаку: нацелившись когтями в лицо героине, монстр по прямой кинулась на оппонентку, и та закрылась от её выпада дубиной. Когти вонзились в дерево, но Мерсея почти не почувствовала этого. С необычной легкостью отразив выпад, она тут же перешла в атаку, стукнув мантикору замахом сбоку, попав той прямо в челюсть. Жалобно мявкнув, мантикора, перекатом ушла в сторону, и, остановившись, зашипела. Тут последовала контратака героини — мощный удар должен был попасть по голове вражины, но ловкая мамоно отпрянула назад, отчего кончик дубины ударил по земле, рассыпав зернистую почву вокруг. Не медля, она взмахнула дубиной сразу из такого положения, отогнав нападавшую мантикору, и та, опасаясь за свою жизнь, резко прервала атаку, уходя на исходную. Резко бросившись вперед, герой махнула дубиной для виду, и её атака прошла мимо… но вот удар ногой, который она нанесла параллельно, попал в живот мамоно, выбивая из неё весь дух. Но Мерсее показалось опять, что это было слишком легко… она даже тяжести не почувствовала. Мантикору скрючило от боли, а Мерсея, собрав ману в усиление мускул, нанесла решающий удар — махнув дубиной снизу вверх, она отправил мантикору в непродолжительный полет, и та, стукаясь о землю несколько раз, укатилась за холмик, каким-то образом не придавив на нем все цветы. В пещере опять стало тихо. Подозрительно тихо. Мерсея настороженно начала подходить к холмику, держа дубину наготове. Но мантикора не подавала признаков жизни. Мерсея резко заглянула за холмик… и не обнаружила там тела. Какая-то странная тень отображалась лишь на том месте… героиня ничего не понимала. Куда делась эта мамоно? Выросший из камней минерал своей гранью отражал столько света, что мог бы вполне успешно заменить зеркало. Озадаченная солдат глянула в него на секунду… отражение показывало, что за ней, на границе тьмы и света, стоит какая-то фигура. Светло-лиловая кожа, покрытая немногочисленными татуировками, серебристые волосы, глаза зловещего красного цвета, один из которых был закрыт чем-то наподобие полумаски с прорезью для обозрения, и большой змеиный хвост, уходящий в кромешную тьму… Мерсея резко обернулась, испуганно глядя назад. Никакой фигуры там не оказалось. Девушка помотала головой. Ей это просто мерещится… просто… она устала. Ей нужно отдохнуть, она ведь и так целый день на ногах, потеряла целое подразделение рыцарей, растеряла команду авантюристов, и попала на захваченный культистами остров… многие бы задались вопросом: а как она еще не сдалась? Как ей хватило сил не сложить руки? Она и сама не до конца понимала, что сподвигало её выжить каждый раз, не сдаваться, идти до конца… Помассировав закрытый глаз, она раскрыла его вновь. Рядом никого не было. Когда приступ страха отошел, она похлопала себя по щекам: она солдат, она никогда не боялась сражения, не боялась брать на себя командование, и никогда не пугалась ответственности! Собравшись с мыслями, она зашагала вновь. Её почему-то начало трясти. Мелкая дрожь… которую она не могла остановить. Глянув на короткое время вперед, а не под себя… она увидела, как вдали мелькнула чья-то знакомая броня с плащем. Буквально секунда понадобилась девушке, чтобы память молниеносно определила, чей это синий плащ. — Эльт! — вскрикнула Мерсея совсем не по-солдатски. Забыв про все, она, глубоко ошеломленная, рванула вперед, стараясь нагнать постоянно ускользающий за углом плащ. Он неуловимо мелькал в туннелях, прыгал вниз, игнорируя лианы… а Мерсея старалась поспевать за ним. Эти кошки-мышки продолжались, пока Даскарос не прибежала куда-то… это место не было похоже ни на что: будто бы искусственно выстроенная из каменного кирпича комната-зал, вытянутая, продолговатая, и… Пустая. Лишь старый плиточный алтарь стоял перед ней. А на нем лежал… Эльт. Сердце героини сжалось от боли, и она бросилась к нему на помощь… не подумав, что такой секции пещер она здесь не проходила никогда. Добежать до алтаря она не успела — он словно отодвигался от неё все дальше и дальше. И чем быстрее она бежала, тем быстрее он уходил вдаль, грохоча каменным основанием… К конце концов, когда героиня почти выдохлась от марафона, он остановился. Мерсея хотела было подойти к нему ближе… но чьи-то красные глаза с опасными узкими зрачками, возникшие во тьме над ним, подсказывали, что этого не стоит делать. То, что выползло из тьмы, оказалось… ехидной. Та самая фигура, которую Мерсея случайно увидела в отражении… Мамоно обвилась вокруг неподвижно лежащего тела парня. Её лицо отображало похотливую гримасу, а рот раскрылся, выпуская наружу неестественно длинный и склизкий язык, обвивший голову парня и ласкавший его левое ухо. — Ах ты…. Сволочь! — потянулась героиня к оружию, но стоило ей взяться за рукоять дубины, как вдруг её тело перестало слушаться, а головокружение возвратилось мощными волнами, расшатав сознание героини. Она припала на колено. — Не злись так… — послышался странно знакомый голос. Мерсее было сложно понять, чем именно он казался странным… вроде бы просто слегка грубоватый, глубокий женский голос… но он вызывал у неё мурашки по спине, — … сильно. Ты же не хочешь навредить любви всей своей жизни? — О чем ты… — смутилась героиня, поднимая красное от жара лицо, — Кто ты? — Ты знаешь, кто я… — загадочно ответила ехидна, пряча свой язык обратно на законное место, — Прекрасно знаешь… но не хочешь в этом сознаваться. Это вызвало у Мерсеи замешательство. О чем это она? И почему её голос… и единственный рабочий глаз казались ей такими знакомыми? Что-то было не так… — Отпусти его, — потребовала героиня, поднимаясь на ноги, когда наплыв головокружения сошел на нет, — Сейчас же! — А я спрошу тебя: о чем ты сейчас говоришь? — оглаживая тело парня изящной рукой, ворковала ехидна, — Он свободен. Несвободна лишь ты… — Я… — зарычала героиня, сжимая до боли в руках дубину, — … как ты смеешь трогать моего ученика! Проклятый монстр… я сотру тебя с лица земли! — Ты думаешь, я пытаюсь украсть его у тебя? — ахнула мамоно, и вдруг захихикала, — Нет. Я лишь хочу предоставить его тебе… — М-мне? — вдруг пришла героиня в замешательство. Почему она сказала это так… будто Эльт — её… возлюбленный? Мерсея помотала головой, прогоняя незванный румянец, — Просто отпусти моего ученика. — Хи-хи-хи… — словно насмехаясь над ней, мамоно обхватила лицо парня руками и медленно начала подносить к нему свои губы, — Сначала скажи, что ты хочешь от него… — Тварь! — рявнула героиня резко подавшись вперед и взмахивая дубиной сбоку… но к тому моменту, как дубина достигла похотливого лица ехидны, та просто испарилась фиолетовым туманом… как и алтарь, и Эльт… Мерсея выпученными глазами смотрела на то место, где пару секунд назад лежал самый важный в её жизни человек и не могла понять, что произошло. Её мозг еще не успел переработать произошедшее, как она пошла вперед, ведомая невидимой силой. Длинная комната-туннель дополнилась длинным каменным мостом с массивными перилами. Он шел далеко вперед, а тьма, ставшая будто бы живой, не давала смотреть вперед дальше десяти шагов. Мерсея бегло глянула за борта — там тоже, словно какая-то жидкая мерзость, всё покрывала тьма, не давая понять, насколько глубоко вниз уходит комната. Она шла по бесконечному мосту. Ей не было страшно… просто, в ней будто что-то просыпалось и вырывалось наружу… а она смотрела на все это и не могла понять, что это — её собственная душа. Слева от неё вспыхнул тусклый свет, и она узрела, как во вспышке фиолетового тумана возникла сценка — там была… она. Мерсея Даскарос, и в руках её была фирменная глефа, которой она отбивала атаки молодого парня в броне и синем плаще, с русыми волосами и зелеными глазами. Эльт. Звенела сталь. Дыхание парня сбивалось, а его лицо покрывалось испариной. Вскоре героиня Лескатии взяла верх и глефой отбила меч в сторону, попутно подсекая ноги парня и заставила его упасть. Лезвие её глефы теперь смотрело точно в горло молодого солдата. Она глянула на него сверху-вниз… и тепло улыбнулась, немного отойдя назад. Парень попытался встать, и она протянула ему руку в знак помощи. — Неплохо, Эльт… но до меня тебе еще далеко, — подмигнула она ему. Парень, смутившись, подобрал свое оружие и схватился за руку, позволив себя поднять. — Да… по сравнению с тобой, Мерс, я даже в подмастерье не гожусь… — виновато почесал он пальцем левую щеку, но героиня в сценке поспешила его обнадежить: — Не парься, Эльт! Ты уже обошел многих мастеров во владении мечом! У тебя определенно талант, и если ты не забъешь на него, то далеко пойдешь! — она похлопала его по плечу. — Спасибо, Мерс… — Не за что… ах, да… еще…. Не хочешь зайти в таверну вечером на кружку горячительного? Я угощаю! — пыталась она его заманить. — А… ну… я не против, но… — по лицу парня можно было понять, что ему приятно такое внимание его наставницы. Но тут же героиню из прошлого обломили непредвиденные обстоятельства: — Что?! Капитан проставляется?! — послышался чей-то заискивающий тон. — Ого! Ништяк! — и в тот же миг небольшую сценку заполонили безликие, галдящие люди в броне Лескатийских солдат, облепившие героиню. — Э-э-э… — на секунду скривилось лицо героини из прошлого от горечи, и тут же вернулось в норму, — Да! Давайте сходим и выпьем за сегодняшнюю тренировку! Выпивка за мой счет! — Ура-а-а-а! — заорала толпа, — Мы вас любим, капитан! — Да… и я тоже пойду, наверно… — согласился Эльт, а Мерсея, загнанная в ловушку по неосторожности, могла лишь устало вздохнуть. На секунду образ героини из прошлого сменился расстроенной, но решительно глядевшей на него ехидной… и потом вернулся в норму, когда настоящая героиня моргнула. Сценка окончилась и развеялась. Мерсея шла вперед, одолеваемая ностальгией: как же тогда было хорошо… когда не было этой одержимости войной и кровопролитием, когда угроза монстров казалась чем-то эфемерным, преувеличенным, а сама Мерсея могла проводить долгие вечера, болтая в таверне с самым интересным в её карьере учеником… Справа зажглась еще одна сценка: на этот раз дело происходило во внутреказарменной раздевалке. Героиня Лескатии стояла около своего шкафчика и уже сняла свою офицерскую куртку, и теперь освобождалась от металлического нагрудника. В этот момент в раздевалку зашел Эльт, не видевший Мерсею из-за открытой дверцы шкафчика. Уже начав расшнуровывать свои сапоги, и попутно сбрасывая часть брони, он услышал копошение за спиной. Мерсея, переодевавшаяся в штатское, захлопнула дверцу. Она была голой по пояс. Эльт, увидев её, резко вскочил. — А-а-а-а… к-к-к-капитан! Извините, пожалуйста, я не знал… — вскакивая, он наступил на свой же шнурок, и, движимый желанием дернуть из помещения, лишь неуклюже споткнулся, грохнувшись на пол. Мерсея с сочувствием посмотрела на него. — Эльт! Ну что ты, как маленький… — покачала она головой, набрасывая рубашку себе на плечо и ничуть не стесняясь своей наготы, — Раздевайся ты спокойно! А то я подумаю, что тебе казарменная жизнь не нравится! — П-прости… Мерс… я просто… просто ты голая! — закрывая глаза пытался он встать. — И че такого? — надоуменно спросила она, — Тело солдата — это его оружие, а не… как это… объект культурного любования! Кому тут какая разница, голый ты или одетый? — Мне есть разница! — краснея заявил он, все еще не смотря на героиню. — Ох… опять что ли на муштру тебя отправить… — устало почесала Мерсея свой накачанный живот совсем не по-женски, — Солдат, который парится насчет таких мелочей, не сможет нормально исполнять свой долг. Или ты хочешь сказать, что если какая баба разденется перед тобой в бою, ты отвернешься? И плевать, что она с мечом на тебя летит?! Эльт, я тя умоляю… — Да… ты права… — решился он открыть глаза, и, стараясь не смотреть на героиню начал переодеваться. — Ну вот! — одобрительно показала героиня из прошлого ему большой палец, — Видишь? Все нормально же… На секунду эта Мерсея, залюбовавшаяся на своего ученика, мелькнула, сменившись образом голодной облизывающейся ехидны… Сценка окончилась. Бряцанье оббитых железом сапог эхом раздавалось в туннеле. Как в трансе, завороженная, Мерсея шла вперед, не останавливаясь. И опять слева что-то зажглось… Сценка, развернувшаяся здесь, была уже менее реалистичной: Мерсею, раздетую почти догола, и оставшуюся только в своих коричневых чулках, бросил на постель Эльт, и тут же набросился на неё с жаркими поцелуями в шею. Она издала негромкий стон наслаждения, и, сгорая от нетерпения, уже буквально срывала штаны со своего ученика, которые уже не могли сдержать его «клинок»… Настоящая Мерсея шла вперед на автомате, не отворачивая головы от сценки. — Черт… Эльт… Я!.. хочу сейчас… — шептала жарко Мерсея из сценки, но её уверенно затыкал поцелуями парень. Тот, уже не думая спрашивать разрешения, освободился от своих штанов и навел свой половой орган прямо в нутро девушки… Мерсея издала негромкий вскрик, и было непонятно, какая из двух это сделала — фантомная или настоящая. Послышалось ритмичное шлепанье, и Мерсея из сценки, лежавшая на кровати, потянулась вверх, обхватив спину ученика, и увлекла его за собой. Два тела слились в страстном соитии… Вскоре фантомной Мерсее надоела одна и та же поза, и она, на секунду мелькнув ехидной… и вернувшись в норму, повалила парня за шею на кровать, взобравшись на него верхом. — Мерс? Ты хочешь… — издал парень. — Да, боец… я буду учиться верховой езде… — шаловливо заявила она, опускаясь бедрами на его достоинство. Она вогнала его агрегат глубоко в себя, шумно выдохнув, и медленно начала двигаться вверх и вниз… Скоро она ускорила темп, скача на нём с большей скоростью, пока парень изучал то её мощные мышцы пресса, то гладкие бедра… Они быстро достигли экстаза. — Э… Эльт… — запыхавшаяся героиня с красным лицом уже подходила к пределу своей выносливости, — Я… я сейчас. — Я тоже… Мерсея, я… — М-н-н-н! — замычала она, выгибаясь дугой… Сценка закончилась снова, оставив краснеющую Мерсею идти дальше по пустой комнате с мостом… Она сейчас поняла, что это была уже одна из её влажных ночных фантазий… Девушка замотала головой, прогоняя лишние мысли. Сейчас не об этом надо думать! Надо выбраться из этого… места! Комната кончилась: перед ней появилась узенькая арка, ведущая в освещенную тусклым пурпурным светом комнатку. Мерсея зашла внутрь. Пространство вокруг казалось бесконечным… стен не было видно, Мерсею будто окружало космическое пространство без звезд, галактик… в комнате был лишь выложенный булыжниками пол, на который падал неизвестно откуда шедший свет. Глаза Мерсеи пытались найти выход. Перед ней на площадке во всполохе фиолетового тумана появилась та самая ехидна. Увидев свою гостью, она обрадованно улыбнулась, плавно начав ползти навстречу Мерсее. — М-хм… ты ведь уже всё видела? Всё, что я хотела тебе показать? — шкодливо поинтересовалась змея, на что Мерсея ответила максимально холодно: — Ты пробралась в мои воспоминания, и украла оттуда самое дорогое и сокровенное… — шипела героиня, — Думаешь, я тебе спущу это с рук? — О-о-о… но это и мои воспоминания тоже… и я ценю их всем сердцем, — обиженно заверила ехидна, — Они дороги мне, как никому другому… — Да кто ты такая, чтобы это говорить?! — взорвалась героиня. Ехидна совсем не смутилась такому резкому проявлению эмоций: — Я? — и вдруг исчезла во всполохе тумана. Прошла секунда, и её лицо материализовалось прямо перед взором Мерсеи, которая даже не отпрянула, — Ты прекрасно знаешь, кто я… Но героиня отрицательно помотала головой. — Мерсея… ты так усердно тренируешься… — начала ехидна обходить героиню, украдкой поглядывая на ту, — …и все это ради того, чтобы подавить свою женскую натуру… ты выслуживаешься не из чувства долга, не из искреннего желания защитить человечество… Она замерла позади героини. — …а из страха. Из страха того, что твоя женская сущность найдет путь наружу. И все увидят твою слабость… твои страхи и переживания… они увидят слабую, сопливую девушку, что пытается завоевать сердце любимого мальчика… Эти слова как током ударили Мерсею. Все, что она говорила — было правдой. Но сама героиня еще сопротивлялась: — Заткнись! Я стала солдатом по просьбе матери! Солдаты не проявляют слабости, они идут до конца, даже когда ситуация безнадежна! — возразила герой. — Конечно-конечно… — мягко говорила змея, — Все так… так тебя учили в тренировочном корпусе… или этому обучила тебя твоя мать? Мерсея вздрогнула, а в её голове пронеслись эхом фразы, которые она давно хотела бы позабыть… «Тупая шваль! Ты ведешь себя, как слабачка! Хватить хныкать и поднимай тренировочный меч! И бейся им, будто он настоящий! Мерсея, если ты опять упадешь через минуту, я тебя опять на гречку посажу! Я научу тебя терпеть боль… как настоящий солдат!» Голос принадлежал её матери, которая, как и Мерсея сейчас, отринула свою женственность и посвятила себя только военному делу. Мерсея ненавидела её, эту сумасшедшую, двинутую на войне и парадах милитаристку, воспитывавшую своего ребенка в спартанских условиях… но в то же время, она все чаще стала замечать… или, скорее, осознавать, что сама мало чем отличается от неё… «Девочка?! Какая еще девочка?! Ты — орудие войны, ты не знаешь никаких эмоций, кроме ненависти к врагам и гордости за свою Родину! Если ты сейчас отпустишь меч — я тебе всеку так, что ты неделю будешь прихрамывать!» — Заткнись! Это не твое дело! — включился у Мерсеи защитный механизм, хотя она понимала, что змея глаголит правду. — Разве твоя мама любила тебя всем сердцем? Стоило тебе достичь четырнадцати лет, как она ушла к другому мужчине, предав все то, что она вколачивала в тебя с детства… — попала ехидна в точку, — …из-за неё умер Папа… а ты обросла страшной, лютой ненавистью к своей женской природе, к маме… но ты сама стала точно такой же… Мерсея горько молчала, глядя в пол единственным глазом. Красные глаза с узким зрачком появились перед ней. — Разве тебе нравится такая жизнь? Тебе нравится убивать в себе то, что заставляет твое сердце трепетать от счастья? Нравится вечно скрывать свою натуру, которой ты можешь гордиться перед своим возлюбленным… — Разве у меня был выбор? — зашипела Мерсея, поднимая взгляд, — Я была маленькой и глупой, и мне нужно было воспитание. Да, мама была не лучшим человеком… но родителей не выбирают. — М-м? — сощурились змеиные зрачки, — Но ты уже давно взрослая женщина и можешь выбирать сама, разве не так? Почему ты не пробовала… жить иначе? — Я… — ответить было решительно нечего. Она провела два десятка лет своей жизни… добившись высокого положения в армии, уважения от государственных деятелей, она собрала множество наград, её уважали во всем геройском корпусе, а её именем пугали врагов Лескатии… Но она не добилась лишь одного — сердца её возлюбленного. Почему? Потому что боялась… А солдат не должен бояться. — Ты все еще лелеешь эту мечту… ты помнишь его и хочешь соединиться с ним навсегда… — наступала ехидна, нежно улыбаясь. Прибор на её правом глазу засветился тусклым фиолетовым цветом, — Эльт. Он похитил твое сердце, но ты не признаешься ему в этом… потому что боишься. Она поднесла свое лицо настолько близко, что, казалось, они сейчас столкнутся носами. — Чего ты боишься, бесстрашная Мерсея Даскарос? Ты не испугалась адских тренировок в лагере… не испугалась своей первой миссии… ты смогла лишить жизни многих упырей, которые наслаждались насилием над людьми… не испугалась кровожадных фанатиков на этом острове и отправилась сюда… не испугалась и чудовищных потерь от урагана, ведь ты еще не сложила руки, так ведь? Она расплылась в странной ухмылке. — Но ты все еще до ужаса боишься признаться в любви своему ученику? — Пф… — очнулась Мерсея, найдя ответ, — Что ты хочешь от меня? — Ничего особенного… — развела руками ехидна, — Просто хочу, чтобы ты приняла, наконец, свою природу… свою истинную сущность… поняла, наконец, кто ты… и почему Эльт для тебя так важен. — И как мне это сделать? — усмехнулась герой. — Просто, — ответила она честно, — Твое слабое человеческое тело мешает тебе раскрыться в полной мере… превратиться в мамоно ведь так приятно, а ты постоянно этого избегаешь, пугаясь нас… ибо мы — воплощение женственной красоты! Лицо Мерсеи накрыла тень. — Тебе нужно лишь вкусить этого неземного удовольствия… испытать на себе наслаждение от болезненной, пульсирующей любви… ты… — Хорошее предложение… только вот… мне сейчас не до этого. Эльт далеко, и у него свои дела… а у меня свои. И к слову… раз уж ты говоришь про то, что взрослый человек умеет делать выбор… так уж, сука, не приказывай мне, как поступить! — разъяренная словами героиня вложила еще больше маны в свое тело, усиливая его до предела. Три последовательных удара, между которым обычный человек не увидел даже перерыва, понеслись в сторону ехидны. Скривившись в болезненной гримасе, ехидна словила последний удар по лицу, отпрянув от героини. — Хра! — издав боевой клич, рванула Мерсея вперед, замахиваясь дубиной. Удар прошел мимо, змеюга увернулась, но герой, прокрутившись, нанесла еще один: он попал в живот ехидны, заставив ту зашипеть и прокатиться назад. Её массивный хвост понесся в сторону героини, но та, предвидев подобное, поймала его дубиной. Он обвился вокруг её орудия, и Мерсея схватила его кончик рукой, а когда ехидна потянула хвост на себя, то тут же пожалела об этом. Даскарос набросилась на неё с дубиной, попав точно по голове, вызвав у змеи болезненный вскрик. Ценой чудовищных усилий Мерсея повалила змею на землю, придавив её горло деревяшкой. — Тварь! Скажи еще хоть слово, и я выдерну твой ебучий язык! — давила она все сильнее и сильнее. Ехидна пыталась сопротивляться, её лицо побагровело. Она тщетно пыталась отбросить героиню прочь. — Кха… почему… ты… не слуш… — хрипела ехидна, — Я — это ты! — Хуй там! — возразила Мерсея, добавляя себе больше силы, а ей — меньше кислорода, — Ты никто! Просто ебаная демоническая потаскуха! Ехидна прекратила сопротивляться, а её лицо вдруг покрылось оранжевыми и красными линиями, словно они пронзили её изнутри, заставляя её кожу раскалываться, как скорлупу. Лицо змеи вытянулось в жуткой, нечеловеческой гримасе, глазницы провалились, а из них сразу полились яркие лучи света. Изо рта вырвался самый мощный луч света, захвативший лицо героини, в ужасе пытавшейся отскочить… но она не смогла. Раздался оглушительно громкий звук, похожий не то на вой, не то на крик, и с ним все зрение единственного глаза Мерсеи занял свет… Взрыкнув от боли в ушах, она закрылась рукой от бьющего в глаз света. Когда его интенсивность немного упала, она убрала руку… и чуть не упала на землю от шока. Ей прямо в глаза било вечернее солнце, готовившееся ко сну. Небо окрашивалось в пастельные оранжевые и розовые цвета, верхушки тропических деревьев тоже розовели, а река отражала великолепие света. Рядом хлестала вода — её потоки уже давно преодолели каменную границу, отделявшую русло реки от пещеры, и теперь она постепенно затапливала пещеру. Мерсея растерянно оглядывалась по сторонам, выглядя ошеломленной. Как… как она так быстро выбралась? И что это была за змеюга? Куда она делась? Но на её вопросы никто не собирался отвечать. Она постепенно поняла, что этот «крик» или чтобы это ни было, оказался лишь звоном в её ушах. Видимо, их заложило из-за разницы давления. Мерсея схватилась за голову, пытаясь вспомнить, как она выбиралась на поверхность. Все смешалось в одну кучу… она уже не понимала, что из произошедших событий было реальностью — нападение мантикоры, бегающий от неё Эльт, та ехидна… ей трудно было сказать, что из этого произошло на самом деле. Дубины с собой у неё не было — она обнаружила это, не чувствуя её тяжести за пазухой. Впрочем, это последняя из проблем, о которых стоило бы волноваться. Мешочек с грибами все так же висел на поясе, а значит, сходила она туда не зря. Однако… её самочувствие все еще было не лучшим. Её немного шатало, голова была как в тумане, а её тело буквально слипалось от пота. Она нашла уже знакомую тропу, и пошла по ней назад, в дом того мужчины, все еще пытаясь прийти в себя. Мерсея зашла в освещенную лампой комнату, где над Лирой склонился новый знакомый. Он, заметив вошедшую героиню, встал и заговорил: — Вы нашли его? — Да. Вот здесь… — она протянула ему мешок, и он взял его осторожно. — Превосходно. Я сейчас попробую заварить целебный отвар, на это нужно некоторое время. Посидите пока с ней… — сказал он, уходя в другое помещение. Мерсея осталась наедине с напряженно ворочавшейся девушкой. Она страшно потела, тяжело дышала и мотала головой во сне. Смотря сквозь неё, героиня прокручивала в голове произошедшее… «Чего ты боишься, бесстрашная Мерсея Даскарос?» — Действительно, чего я боюсь… проклятые культисты… если бы не они, я бы уже давно… — буркнула она под нос, но не стала продолжать фразу. Нельзя сдаваться. Эльт ждет её там, в Лескатии! Она не может подвести его! Нужно найти здесь людей, кто готов держать в руках оружие, кто готов воевать, потом найти логово этих дикарей и спланировать неожиданную атаку, разбить их… поймать всех, и предать суду. И тогда она сможет вернуться к Эльту и наконец… признаться ему. Да, так она и сделает! Мерсея с серьезным лицом смотрела на физиономию волшебницы: кажется, ей было больно… и она понимала её. Её парень, Эрих, тоже пропал, и она намеревалась найти его. В голову начали лезть странные мысли… неужели, та змея — это и вправду она? Мерсея… но искаженная, поддавшаяся соблазну? Так она будет выглядеть, если демоническая скверна её поглотит без остатка? Капитан лишь ужасалась тому, насколько похабной её могут сделать монстры… Она, зависнув, просидела так почти двадцать минут, пока в комнату не зашел травник и повеяло чем-то теплым, с резким освежающим запахом мяты. — Готово. Я перелью его в эту чашечку… и остужу немного, чтобы не обжечь ей глотку, — объяснил он, показывая деревянные сосуды, уже приготовленные на тумбочке заранее, — Можете освободить место? — Да, конечно… — очнулась Мерсея, но при попытке встать… её снова зашатало, ноги подкосились, и она упала на пол, едва успев подставить правую руку. Травник спешно поставил отвар на тумбочку и бросился ей на помощь: — Мерсея? Что с вами? Вам нехорошо? — присел он рядом с ней. — Нет… все… в порядке… — отмахивалась она и попыталась встать, но мужчина сам настойчиво взял её лицо и развернул к себе. Он заглянул в её глаза. — Зрачки очень расширены… у вас все лицо красное, вы обильно потеете… — бубнил он себе под нос, осматривая её. Героиня не нашла сил сопротивляться, — Вам явно нехорошо. Что случилось? Это очень похоже на действие… — Я… я… — начала героиня, когда он отпустил её, — …черт знает… может, это из-за переутомления? — Симптомы другие. Рассказывайте, — мужчина, кажется, обладал достаточным опытом, чтобы догадаться, что на неё так повлияло. — Когда я собирала этот… гриб-моховик, я… пыталась сорвать один из них, у меня не получилось… а когда я оторвала его, он свалился на землю, как и я, и запылил какой-то зеленой херней… — напрягла она память, пытаясь вспомнить, с какого момента все пошло не так. — М-м-м… — приподнял он подбородок, — Понятно. Должно быть, вы надышались спор моховика… это плохо. Эффект от их вдыхания намного мощнее, чем от отвара. — Значит, это из-за гриба все? — смотря в пол, догадалась Мерсея. Травник же не очень её понял. — Что все? Ваше состояние? — Нет, ничего, забудьте… что мне делать? Мужчина вздохнул. — Пока ничего. Если я дам вам отвар, он может вызвать у вас зависимость… из спор этого гриба вообще-то наркотики делают, и весьма сильные. Так что лучше… ложитесь спать… отоспитесь. Вот тут есть диван, если вам не претит… — указал он в темную комнату позади него, и Мерсея согласилась. — Да, пожалуй, пойду вздремну… чуток… — говорила она как сквозь пелену. Организм устал подавлять последствия галлюциногена, и теперь она чувствовала, что слабеет. Мерсея еле-еле доковыляла до неприметного, накрытого покрывалом диванчика, и рухнула на него всем телом, почти мгновенно погружаясь в сон…