Чемпион

Глава 19: «Укрощение строптивых»

Этот день начался для Даста очередным походом в укромненькую штаб-квартиру вельсплийских спецслужб. На сей раз бой-бабы Валерии не было, только Серый продолжал рыться в бумагах, а Стил излагал Дасту его новое задание: — Даст… меня попросили лично вручить тебе задание от внутренней полиции, — Стил был не самым экспрессивным человеком, и сейчас по его взгляду сложно было сказать, расстроен ли он, или наоборот, доволен. Черт его разберёт, но Даст считал, что это просто его будничный тон, — Такое на моей практике бывает редко. Обычно я обязан вручать тебе задания от своего имени. Но в этот раз, похоже, им кто-то насолил, и они хотят, чтобы ты с этим разобрался. Приятно было, что чемпиона приняли за «своего», что ему доверяют. С другой стороны… — Мда… не нравится мне, что у них аппетит на тебя выработался… Из-за того, что ты выполнил почти невозможное задание с замком Контрасьон, теперь каждая служба в королевстве хочет скинуть самые сложные и запылившиеся задания на тебя. Да, этого и стоило ожидать. Теперь королевство повысило свои ожидания от него, и хочет блестящих результатов. В общем, теперь задания будут постепенно становиться все более и более смелыми и сложными. А сможет ли чемпион и дальше такими темпами поддерживать свой имидж «технического пацифиста»? — Что от меня требуется? — перешёл Даст к делу. Стил в ответ положил на стол папку, развернул её на сто восемьдесят, и протянул чемпиону в руки. Раньше он такие документы так легко не доверял… — Все, как в папке сказано, — откинулся Стил на спинку стула, — Твоя цель — небольшое племя темных эльфиек. По информации ведомства миграции, они незаконно пересекли границу королевства, поселились на земле, которая зарезервирована под лагеря для тренировки ополчения, и теперь совершают набеги на близлежащие деревни, похищают людей и грабят все, что к полу не приколочено. — Почему с ними сама полиция не разберётся? — поинтересовался Даст, гадая, чем же эта «полиция» занимается. — Потому что им рук не хватает, — пояснил Стил, — Тем более способных. Совладать с этим видом мамоно могут немногие, тем более что эти эльфийки превосходно работают в группах. С ними не могут справиться даже авантюристы высоких рангов, судя по отчётам. Полиция размещала задание-запрос в гильдиях… но как минимум три группы авантюристов уже пожалели о том, что взяли это задание. — В общем, они чрезвычайно крутые, и полиция хочет послать против них кого-то посерьёзнее? — догадался чемпион, хотя все лежало на поверхности. — Именно, — отметил Стил. Даст рассмотрел отчёты в папке. Темные эльфийки… звучит грозно, а судя по количеству пропавших людей, ещё и драться они умеют. Ущерба нанесли на десятки миллионов герб. Из-за них в деревнях усиленные патрули пришлось вводить. В общем, проблем доставили немало. — Но тут, я думаю, дело в другом, — вдруг заявил Стил загадочно, — В одной из деревень совсем недавно эти самого похитили старосту, мастера-металлообработчика, и двух парней, оказавшихся не в то время не в том месте. А эти два парня, оказывается, были следователями королевства под прикрытием… просто им никто приказа не давал, чтобы они расследование начали. — А-а-а-а… — протянул Даст. Теперь все стало на свои места. Кто-то из вестников правосудия загорелся желанием наказать бандитов, но начальство не хотело этим заниматься, и они решили сделать все сами. Вышло не очень, они попались, обосрались, и теперь начальство пытается замести следы этого постыдного провала. Классика. — Так что твоя приоритетная задача… неофициально, конечно, но тебе нужно вызволить этих бедолаг, — объяснял Стил, — А официально ты должен разобраться с эльфийками. Полиция просит взять их живьём, чтобы их можно было потом казнить… но поскольку они передали нам это задание, мы сами решаем, что с ними делать. Так что я вверяю в твои руки их судьбу. Делай с ними что хочешь, но грабить простой народ они не должны, ясно? — Предельно ясно, — отрапортовал Даст. — Вся информация есть в папке. Прочти её на досуге. Можешь считать, что задание начато, — отправил его Стил. Первым делом, куда наведался Даст, был его почти достроенный дом. Внешне он был вполне готов к заселению и проживанию, но внутри далеко не все комнаты были сделаны до конца. В каких-то не были отштукатурены стены, не наклеены обои, и не проложен пол. Но основная масса была сделана полностью. Даст мог бы спокойно жить в доме один… но возникший недавно спор между двумя подружками чемпиона вынудил их обеих поселиться тут. Уфу не хотела оставлять его одного с Этной, а Этна подлизывалась к Дасту на ПМЖ и… вполне успешно. Таким образом, в доме Даста прописались две мамоно на неопределенный срок. Парень не особо возражал, несмотря на свой характер одиночки. Впрочем, держаться рядом с местными было полезно, ибо он сейчас в другом мире, и мало что может знать о его традициях и особенностях. Входная дверь хлопнула и чемпион бодро зашагал внутрь дома. Пройдя в гостиную, он обнаружил там обеих мамоно: Уфу с тряпкой и спреем с полиролью проходилась по деревянным поверхностям, а Этна, как и полагается любому уважающему себя суккубу, сладострастно возлежала на диване на боку, подперев голову правой рукой, и наблюдала за уборкой. Говоря обычным языком, она нихрена не делала. Уфу отвлеклась от уборки: — О, Даст! Ты быстро вернулся, — заметила она. — Работа у меня появилась, — рассказал он, пока его взгляд скользил по телу Этны, одетой в свое классическое бикини. Глаза не оторвешь… её формы и гладкая кожа сами притягивали к себе взор, — Чего лежишь, греческая ты богиня? — Оах… Богиней меня ещё не называли, — поднимая голову, кокетничала суккуб, — А почему богиня? — Такая же бесполезная и неподвижная, — съязвил Даст, имея в виду статуи греческих мифических божеств, — Как статуйя… Этна бросила на него скептический взгляд. — Но статуи же не бесполезны… Они дарят людям эстетическое наслаждение! — возразила она, эффектно встряхивая золотую гриву. — Ты даришь мне только головную боль, — вздохнул чемпион, — Хотя живёшь тут всего пару дней. — Ну, я могла бы избавить тебя от неё, — заметила Этна, хитро улыбаясь, — И в полной мере применить мои навыки суккуба… Ты даже и представить не можешь, какое наслаждение ждет тебя. — М-м-м… — тормозил чемпион, — Я подумаю над твоим предложением. Впрочем, ты можешь мне помочь иначе. — У-у? — заинтересованно вскинула суккуб голову и поднялась из лежачего положения в сидячее, — Ну-ка, ну-ка? Что я могу для тебя сделать? — Ты знаешь, что это такое и как оно работает? — достал Даст из инвентаря захваченные в Контрасьоне трофеи. Этна вскочила с дивана, приблизившись к парню, и ошеломленно уставилась на пустые листки волшебной бумаги и чернила. — Это… это бумага и чернила для демонического контракта! — её зеленые глаза хорошо отражали её безмерное удивление, — Но… откуда они у тебя?! Это же очень ценная и редкая вещь! Они просто так на дороге не валяются. Ты их что… украл?! Она направила свои удивленные очи уже в лицо Дасту. — Ну, допустим, украл, — невозмутимо признался чемпион, чем поверг в шок не только Этну, но и слушавшую вполуха Уфу. Она выронила тряпку и полироль, застыв в недоумении, — Короче, какая тебе разница, откуда я это достал? Просто скажи, как этим пользоваться? Девичий шок был вполне обоснован: до этого ни орк, ни суккуб не слышали о случаях, чтобы обычный человек мог взять и украсть у демонессы материалы для демонического контракта. Эти мамоно знают о ценности чернил и волшебной бумаги, а также о том, что не нужно быть конкретно демонессой, чтобы ими воспользоваться… поэтому обычно они носят бумагу и чернила с собой, либо тщательно хранят их в безопасном и укромном месте. Ведь попади эта бумага не в те руки… особенно в недобросовестные, и жди беды! Только вот конфуз вносил тот факт, что демонические контракты попали в руки не к кому-то, а к Дасту. Чем это могло обернуться, мамоно не представляли, потому и сами были в шоке. — Ну… — оттаяла Этна от ступора, — Вместе из них можно составить демонический контракт. Его силы столь мощные, что ни один человек или мамоно не способны противостоять его условиям. Магия в контракте буквально заставляет стороны контракта повиноваться тому, что написано волшебными чернилами. — Вот как? — задумался Даст. Контракт, который невозможно нарушить? Звучит понтово. — Обычно им пользуются демонессы, чтобы составлять брачные договора и брать таким образом себе мужей, — объясняла Этна, — Но вообще, контракт может составить кто угодно, были бы материалы… — Хочешь сказать, если кто-то подпишет такой контракт, то подписавшийся не сможет не повиноваться его условиям, даже если на то будет его воля? — задумчиво спросил Даст, поглаживая подбородок. Суккуб на секунду зависла, не зная, как воспринимать такой вопрос. Он явно что-то задумал… — Д-да… — ответила Этна, — Но… и составитель тоже не способен противиться чарам контракта. А зачем тебе это? — Да так, я кое-что придумал… — отмахнулся чемпион, чем только навлек на себя больший интерес мамоно. — Даст, этот контракт — это нифига не шутка! — вмешалась Уфу в разговор, выглядя обеспокоенной, — Его чары и в самом деле настолько сильные, и разорвать его может быть очень сложно. И о сроках действия контракта тоже нужно подумать: как правило, чем короче срок, тем действеннее чары. К тому же, прежде, чем использовать его, нужно хорошо продумать слова и формулировки… иначе в контракте будут лазейки. — Да это и дураку понятно. Что-ж… ясно. Значит, нужно составить контракт… — бормотал чемпион себе под нос, направляясь к лестнице на второй этаж. Мамоно проводили его взволнованным взглядом, пока он шел до своей комнаты. Дверь захлопнулась, и Уфу тут же выдала свое мнение: — Он точно что-то сделает, — мотала она головой, — Не знаю что, но мы точно будем в шоке. — Да уж… — вздыхая, чесала Этна один из своих рогов, — Как бы он не натворил чего… с его-то возможностями. --- Ближе к вечеру Даст покинул свою комнату и прокрался к выходу. Уфу маячила на кухне, что-то стряпая себе и Этне на ужин, а вот самой суккубы в её излюбленном месте не было. Однако Даст был уверен, что его не заметят, и проскользнул к выходу. Он бесшумно открыл дверь, шустро выскользнул из дома, и так же тихо её закрыл. Превосходно! Никто, особенно его сожительницы, не заметят того, как он слиняет из дома и начнет творить лютую хрень, такую, что у мамоно потом глаза на лоб лезут. Когда чемпион отошел на значительное расстояние от дома, он включил Ускоритель и взмыл в небо, направляясь на север, где орудовали эти «темные эльфийки». Найти их лагерь было несложно — они в принципе и не прятались ни от кого, расположившись на обширной полянке посреди леса. Что интересно, дорог рядом не было, а значит, они не хотели сильно попадаться на глаза. Забрести к ним можно было только случайно. Ну, и с воздуха лагерь превосходно просматривался: жили эльфийки в основном в обширных тканых палатках, ели у костров, где располагались простые кухни под навесами. Даст ненадолго завис в воздухе недалеко от лагеря, чтобы примерно оценить численность эльфов. Да, это действительно были темнокожие эльфийки! Эти мамоно не отличались ростом и телосложением, как орки, но в этом мире внешность часто бывает обманчива. Между палаток то и дело сверкали их белые волосы, из-под которых торчали длинные эльфийские уши. После недолгого осмотра можно было сказать, что их тут было около восьми десятков, но в палатках, кажется, были ещё мамоно. В общем, настоящую их численность можно разузнать, только нашумев. Теперь необходимо было решить, как нападать: тихо, спокойно и с неким стелсом, или… громко и пафосно? Оба варианта были хороши, но вот у некоторых эльфиек луки есть, потому громкий способ может навлечь проблемы. Непонятно, насколько их луки мощные, да и какие у них способности, раз с ними даже высокоранговые команды не справлялись. Даст передумал нападать сразу, решив поступить иначе. Перед тем, как направиться сюда, он догадался заглянуть в лавку Кристалл, и енотка (енотка?) рассказала ему об этом виде мамоно. Они исключительно сильные, гибкие, ловкие и очень меткие. Они часто покидают пределы демонических земель в поисках рабов-мужчин, и часто располагаются в небольших лагерях, постепенно перерастающих в развитые деревни с жёстким матриархатом. Попасться темной эльфийке — это просто феноменальное невезение, и удача скорее всего сказала бы такому человеку поцеловать её в задницу. Участь женщины в случае захвата была незавидной — они обратят её в мамоно и сделают своей «сестрицей», а вот попадись им мужик, так он сразу же удостаивается звания «питомца» или «раба» в самом лучшем случае. Правда, был у них один недостаток: если двум и более эльфийкам приглянулся один и тот же человек, то переход из пленника в раба происходит намного медленнее, до того момента, как эльфийки его поделят. Будучи жуткими собственницами, они считали пленника своим, и только своим, а так называемая «делёжка мужа», практикуемая у других видов мамоно, им видится унизительным и жалким проявлением слабовольности. Короче, этим фактом Даст и собирался воспользоваться самым неожиданным образом. Но для начала нужно было замаскироваться, для чего чемпион достал свой Набор Изменения Внешности. --- Ближе к обеду в лагерь вернулся отряд охотниц: группа из десяти эльфиек вернулась почти что с пустыми руками, приведя с собой за шкирку двух потерявшихся людей. Один из них — молодой парень с черными волосами, симпатичным лицом и плаксивым характером, одетый в простенькую хлопковую рубашку цвета гнилого сена и коричневые штаны. Другим человеком был мужчина средних лет в серой униформе полиции королевства. На них, впрочем, и не пришлось охотиться: черноволосый парнишка с походной сумкой пришел к ним сам, заблудившись в лесу, и, похоже, он ни разу не слыхивал о темных эльфийках, так как увидев их, он побежал сразу к ним, обрадованный. Начал спрашивать про то, где здесь ближайший город, сколько до него идти, по какой дороге безопаснее идти… тут они его и взяли. Их предводительнице Ауре очень понравилось его дразнить: приятно было наблюдать, как его милое личико из радостного выражения плавно перетекает в непонимающее, а затем перерастает в настоящий испуг. Парнишка совсем растерялся, когда они его окружили, и, услышав слова про «нового раба», совсем расклеился и заплакал. Сейчас он более-менее успокоился, но заплаканные глаза выдавали прошедшую у него истерику. А мужик… оказался просто городничим, севшим посрать не в том месте. Его застали в глухом деревенском толчке со спущенными штанами. Буквально. Он более спокойно отнёсся к своему пленению. Пленников привели в лагерь и направились к палатке для добычи. В быту лагеря, что интересно, в основном участвовали пойманные давно мужчины: они готовили еду в котлах на кухне, переносили и резали разные ингредиенты, разделывали мясо, убирались, и чинили палатки, делая на них добротные заплатки. Темные эльфийки же были как надзиратели — вооруженные луками, клинками и хлыстами, они стояли на своих постах либо бродили по лагерю, наблюдая за своими «рабами». На двух пленников надзирательницы то и дело бросали заинтересованные взгляды. Некоторые радовались пополнению в рабской силе, а другие завидовали членам отряда, так как именно им достанется привилегия делить этих мужчин. Практически все эльфийки были белобрысые, кожа у них темная-темная, и лишь у главы отряда кожа была более светлого оттенка, а волосы, завязанные в большой высокий хвост позади, имели цвет потускневшей соломы. Она привела пленников к большой палатке и, громко стукнув полированной палкой о землю рядом со входом, скомандовала: — Заводите их сюда! — она окинула мужчин резким, хищным взглядом. Мужчина в форме недовольно хмыкнул, ответив на её недружелюбный взгляд, но к его неудаче, этот жест она восприняла, как оскорбление, — Не смей так смотреть на меня, жалкий раб! Скотина, да как ты посмел! Палка с силой врезалась ему в пах, заставив городничего сложиться пополам, но упасть на землю ему не дали две мучительницы, державшие его руки. Они подняли корчившегося от боли человека, чтобы их предводитель могла заглянуть ему в лицо: — Хороший раб должен почтенно смотреть либо в пол, либо в глаза своей госпожи! — смотря на него свысока накрытыми злой тенью острыми зелеными глазами, чеканила она, — Думаешь, твоя будущая госпожа простит тебе твоё невежество и паршивое поведение? Молчи… иначе я хорошенько проучу тебя. Она грубо ткнула палкой городничего в то место, куда она нанесла удар, вынуждая человека зашипеть от боли. — А ты… — повернулась она к мальчику, который, уловив на себе недобрый взгляд, испуганно пискнул, —… будешь себя хорошо вести? Будь послушным рабом, и тогда твоя госпожа вознаградит тебя… Она улыбнулась, наслаждаясь реакцией мальчика, который энергично закивал головой, лишь бы его не били так же. — М-м-м… хороший мальчик, — похвалила она пленника и жестами приказала заводить мужчин внутрь. В палатке было тускло, и единственным источником света служило отверстие в потолке, через которое в палатку лилось солнце. Здесь был пол из сена, несколько низких бамбуковых клеток, в которых человек мог либо неудобно сидеть, либо лежать, пара столиков с какими-то орудиями пыток, и дубовые стойки для запирания рук и головы. Нетрудно было догадаться, для чего все это добро. Паренька подвели к его клетке. Обе эльфийки, садистки улыбаясь, наклонили голову парня, придерживая его руки, и так пинком отправили его в клетку, тут же захлопнув её. Городничего вообще чуть ли не швырнули в неволю, заставив того громко крякнуть от боли. — Хм… всего двое… — не очень довольно вздохнула главная, — Что-ж, это лучше, чем ничего. Я думаю, нам удастся воспитать из них покорных и умелых рабов… — Хи-хи, да, и я хотела бы первой заняться воспитанием вот этого строптивого… — подошла одна из них к клетке городничего и пнула её, отчего клеть содрогнулась. Городничий недовольно сплюнул: — Твари черные… — Что ты сказал?! — высокомерно выпрямилась эльфийка, выгибая брови в изумлении, — Ничтожество, ты сейчас сидишь в клетке, как скот! Из твоего грязного рта только и слышатся грязные ругательства… как насчет того, чтобы я почистила его хорошенько? Она приподняла свою ногу, до этого покоившуюся на земле и закинула её на клетку, верхнее ребро которой было не выше верхней части бедра, отчего городничему открылся прекрасный вид на черные тонкие трусики, которые она носила под короткой кожаной юбкой. Он отвернулся, чтобы не видеть этот срам. — Поверни лицо! — повелительным тоном выдала эльфийка, — Сейчас же! Нехотя мужчина подчинился, что дало темнокожей мамоно возможность в ту же секунду просунуть босую ногу в клетку по колено, и засунуть ступню прямо ему в рот. Городничий тут же замычал, когда понял, что у него во рту оказались все пальцы её ноги. Черноволосый парень скривился, узрев подобное, но глава отряда эльфиек поспешила его успокоить: — Не волнуйся так сильно. Если будешь слушаться, то с тобой сделают то же самое намного нежнее, и может, даже с вином… — наклонившись к клетке, подмигнула она пленнику. На лице у того в ответ отобразился испуг вперемешку с отвращением. Поелозив ногой во рту упрямого человека, эльфийка удовлетворилась этим и высунула ступню, брезгливо вытирая её о сено. — Ну и животное… Всю ногу обслюнявил. Его придется долго дрессировать… — заключила она. — Не волнуйся, Джара, я смогу справится с ним, — подалась вперёд другая эльфийка с двумя длинными косами. Её хвастливый тон быстро столкнулся с недовольством той, которую звали Джарой: — Я имела в виду себя, когда говорила про дрессировку, — твердо поставила она свой аргумент, — Я нашла его первой, и он по праву должен достаться мне. — А я связала и привела его в лагерь за тебя! — возразила та, что с косами, — И имею на него прав не меньше твоего! Или ты что, считаешь себя выше меня? — А что, если да? — агрессивно выпятила грудь Джара, сталкиваясь двумя полушариями с оппоненткой, выставившей в качестве контраргумента свою грудь. Пока они спорили, Аура бегло глянула на остальных эльфиек, обсуждавших, кому достанется парень помоложе. — Мы не сможем решить этот спор, просто сотрясая зря языками, — говорила одна из собравшихся дельную мысль, — Предлагаю устроить турнир за право владения молодым питомцем… Каждая из нас сразится друг с другом по очереди, пока не останутся только две победительницы. Потом сразятся они, и кто победит, та и заберёт себе юного раба! Эльфийки энергично зашептались, взвешивая все за и против, и пришли, наконец, к единогласному решению: — Нужен турнир! Пусть Джара и Тия делят этого мужчину, а мы решим, кому будет принадлежать тот милый питомец! — заявила самая авторитетная из них, и остальные закивали головами, выражая полное согласие. Стоявшая в сторонке Аура, не особо заинтересованная в улове, ждала, пока девять эльфиек обсудят их дальнейшие действия, и, в конце концов, спросят её одобрения, как главы отряда. Турнир был самым логичным решением, и она с радостью одобрила бы его. Однако темные уши вдруг дернулись, уловив тихое шуршание бумаги позади. Аура обернулась, щурясь. В темноте темноволосый пленник робко пытался развернуть кусочек бумаги, не создавая лишнего шума и не привлекая внимания. Мило. Но эльфийка обладала достаточно острым слухом, чтобы обнаружить эти манипуляции. — Да, давайте устроим турнир прямо около этой палатки! Поставим доску, определим, кто с кем будет биться, и… — уже набросала планы эльф с длинной витиевато закрученной косой, переброшенной через левое плечо вперёд. Аура вдруг прервала её: — Девочки… — обсуждение и гул стихли моментально, и все внимание оказалось приковано к главе отряда, облокотившейся о столик с инструментами, — Прежде чем устраивать такие грандиозные турниры, вы хоть убедитесь, что пленники не попытаются сбежать или чего устроить. Вы их хорошо досмотрели? Эльфийки переглянулись. — Ну… Да, этого мужика мы с головы до ног обшмонали, все вытащили! — уверенности Джары было не занимать, — А у парня кроме сумки ничего не было. Паренёк вдруг испуганно дрогнул и шустро завел руки за спину, думая, что это действие не заметят. — Да? А что за бумажку он сейчас прячет от нас? — вопрошала Аура, красноречиво изогнув правую бровь, — Завещание? Или, может, заготовленный талисман с убийственным заклинанием? Темные эльфийки на секунду зависли, переваривая её слова. Аура, вздыхая, сама подошла к черноволосому пареньку. Тот, уловив её приближение, всхлипнул и отполз ещё дальше, пусть всего лишь на пару сантиметров, и вжался в стенку клетки, держа обе руки за спиной. Аура присела перед дверцей и, взявшись за один из прутьев, посмотрела парню в его перепуганные большие глаза. — Покажи. Он замотал головой. — Покажи, — приказным тоном повторила Аура, сжимая твердый бамбуковый прут до хруста. — Н-не могу… — отказался парень, опуская голову. Такое упрямство заинтересовало Ауру, и она решила силой узнать, что он там прячет. — Я приказываю тебе, — повторила она, просовывая руки в клетку, — Вытащи из-за спины то, что ты прячешь! — Нет! — взвизгнул парень и заметался в клетке, пытаясь в очень ограниченном пространстве увернуться от цепких рук эльфийки, — Это… это слишком в-важно для меня! Пожалуйста, не трогай! Она поймала его запястья и подняла их высоко над головой парня, обнаружив в правой ладони слегка приоткрытую бумажку. — Хм… — ухмыльнулась эльфийка победоносно, — А ты не хотел показывать. Не огорчай меня так больше… — П-пожалуйста, не надо… — хныкал мальчик, пытаясь отвернуться от эльфийки и скрыть слезы. — А теперь давай эту бумажку сюда… — предвкушала Аура скорую победу над его волей. Однако эльфийку в этот момент подвела её высокомерная неосторожность: она была уверена, что в руке у парня завещание или письмо от родителей, и практически не сомневалась, что отняв его, она подавит его волю к сопротивлению окончательно. Но её пальцы схватили бумагу как раз в том месте, где были расположены квадратики с нанесенным на них тонким слоем составом, напоминающим клейковину, и отпечатки её указательного, среднего и безымянного пальца как раз попали в нужные окошки. Волшебная бумага восприняла это, как согласие, и клейковина с отображенными на ней отпечатками моментально застыла, начиная срок действия демонического контракта. Вихрящиеся разряды магии понеслись вверх по руке эльфийки, в шоке отпрянувшей от клетки, пока бумажка в её руке разделилась на две части, устремившихся в сторону парня и в её. Куски бумаги распались всего за пару секунд, и магия прекратила течь, погаснув. Аура рассматривала свою руку с огромной настороженностью. — Что… что ты сейчас сделал? Это… — Пха-ха-ха-ха! — вдруг послышался торжественный смех парня. Он смеялся громко и от души, а голос его как будто изменился, став грубее, — Охо-хо-хо! Dumbass! Аха-ха-ха-ха-ха-ха! — Ты… А ну прекрати смеяться! Что ты сделал?! — сотрясала Аура клетку, почему-то чувствуя, что сейчас она совершила огромную ошибку. — Ой, не могу… — вытер он слезы, улыбаясь, — Эх, вы… Мамоны… Как же вас облапошить легко! Вроде умные, сильные, ловкие… А как мужика перед собой увидят, так сразу про осторожность забывают! — Заткнись! — вздулись вены на светлой голове Ауры, — Ты всего лишь хлипкий и жалкий человечишка! Да что ты вообще можешь нам сейчас сделать, а?! — Много чего, — пожал он плечами и уселся в клетке поудобнее, более вальяжно, закидывая руки за затылок, — Ну, допустим, я и вправду слабый и немощный человек. Так? Почему для того, чтобы одолеть вас, мне обязательно нужно быть сильным? Я ведь могу на хитрость пойти… Эльфийки в палатке начали чувствовать, что пахнет жареным: его уверенный тон и изменившееся будто по щелчку отношение к ним заставляли мурашки бегать по спине. Что-то было не так. Неужели, они его ещё не победили? — Пф… К чему ты это ведёшь? — отказывалась Аура верить в происходящее, хотя её опушенные уши выдавали тот факт, что она потеряла над ситуацией контроль, и сейчас отчаянно ищет способы его вернуть. Однако других способов, кроме как сидеть и трепаться с пленником, она пока не придумала, — Хочешь сказать, что сможешь победить всех нас? Как же ты это сделаешь?! Ты же в клетке сидишь. — Да, кстати, ты права, — почесал парень подбородок, — Я до сих пор в клетке. Как тебя зовут, соломка? Аура хотела было выдать нечто оскорбительное в ответ на унизительное прозвище, чтобы опустить его… но мозг против воли заставил её выдавить из себя: — А-Аура… — остальные эльфы, потихоньку расчехлявшие оружие, смотрели на неё круглыми от удивления глазами. Она что… только что подчинилась незнакомому человеку? — Какое красивое имя, запоминающееся… — похвалил он её и хлопнул в ладоши, натягивая немного жутковатую улыбку на хитрое лицо, — Приятно познакомиться… и да, Аура, не могла бы ты, пожалуйста, открыть эту клетку? — Чего ты пытаешься добиться? Тебе не одолеть всех нас! — воинственно заявила одна из эльфиек, вытаскивая хлыст. — Одолеть? Хе, девочки, я вас ещё с самого начала победил… — не тронутый её заявлением, отвечал парень, — Вы проиграли ещё в тот момент, как схватили меня в лесу… И сейчас я вам все покажу… смотрите! Аура замерла на одном месте, и судя по суженным зрачкам и обильному поту, она с чем-то боролась внутри себя. — Аура… ну же, чего ты ждёшь? — подзывал он её — Глава! Вы же не собираетесь… — Джара резко очнулась, наблюдая, как Аура медленно начала открывать один засов, потом второй… когда дверцу клетки уже ничего не удерживало, эльфийка отворила её и отошла в сторонку. Парень, тихо посмеиваясь, медленно поднялся с пола и выкарабкался из замкнутого пространства. Выпрямившись в полный рост, он отряхнул руками свою одежду, которая таяла в всполохах сине-золотого пламени, сменяясь на белую рубашку с рисунком в виде оранжевых пальм, синие штаны и обувь, которую эльфийки ранее не видели. — Благодарю, — кивнул он Ауре. Волосы его вдруг изменили цвет, став огненно-рыжими, а глаза вместо карих стали лавовыми. Он прошелся будничным взглядом по напряженно стоявшим и готовым к бою эльфийкам. — Хм… что у вас с лицами? Ну-ка, уберите эту серьезность и напряженность! — фальшиво возмутился чемпион, разведя руками, — Я вам уже не враг. Темные эльфы только сильнее сжали древки орудий, готовясь идти в атаку. Впрочем, Даст был к этому готов: — Ай-яй-яй… так дело не пойдет. Если вы и дальше будете волками на меня пялиться, мы не сможем сотрудничать, как я хотел бы. Аура… — позвал он светловолосую эльфийку. Та заметно вздрогнула, услышав свое имя: — Да? — Твои подруги меня напрягают. Мне кажется, они агрессивно настроены… — вполоборота встал он к ней, указывая рукой на группу воительниц, которая должна ей подчиняться, — Разберись с ними, пожалуйста… недипломатично. — Так точно… — сквозь силу прошипела Аура, расчехляя свою демоническую саблю и выходя вперед. — Вот ведь ангельские сиськи… да она под гипнозом! — воскликнула вдруг Джара, понимая, что сейчас им придется драться с более опытной и сильной главой отряда, и в победе они были не то, чтобы на сто процентов уверены… — Этот ублюдок околдовал её! — подхватила другая, с косой, показывая в Даста пальцем, — Он владеет какой-то мощной магией! Равенна, приведи помощь, скорее! Иначе мы не справимся! Названная эльф с хлыстом тут же бросилась к выходу из палатки, но Аура молниеносно настигла её, да так быстро, что остальные мамоно даже не успели среагировать. Она резко рубанула саблей по шее убегавшей эльфийки, чьи ноги тут же подкосило, и тело, оставшись без поддержки, рухнуло на землю. Увидев, что сраженная одним ударом эльфийка пускает слюни в пол с закатившимися глазами, они поняли, что им придется воевать без помощи. — Да чтоб тебя Верховная молнией долбанула… — шипела Джара, — Аура, очнись! Этот урод просто одурманил и контролирует тебя! Возьми себя в руки и вспомни, кто мы! Но эта фраза лишь призвала кислое выражение лица со стороны Ауры — к их сожалению, она сейчас прекрасно понимала, что происходит, она все еще помнила их и себя, и уж тем более, она знала, что находится отнюдь не под гипнозом… это было похоже на то, как работает демонический контракт. Но сказать она им об этом не могла — это секрет, который она может раскрыть только по велению другой стороны. Обернувшая Аура тут же отразила удар чужой сабли, направленный уже в её сторону, но у подчиненной не было возможности потягаться с главой отряда в скорости. Резко выкрутившись из-под второго взмаха, Аура с легкостью проткнула грудь напавшей мамоно, однако этого оказалось недостаточно, чтобы полностью ту обезвредить: несмотря на потерю значительных сил, эльфийка, выронив саблю, потянулась за спрятанным кинжалом, но Аура вытащила из неё орудие, и воткнула вновь, повторяя так до тех пор, пока эльф не повисла на демоническом лезвии совсем без сил. Она дала бессознательному телу сползти с лезвия, и стоило тому грохнуться на землю, как за ним последовал хлопок хлыста. Гибкое орудие обвилось вокруг вовремя подставленного лезвия, позволяя Ауре резким и мощным движением притянуть атакующую к себе. Бедная эльфийка лишь успела кратко вскрикнуть и выпучить глаза, прежде чем буквально налететь на выставленный кулак главы отряда, отправивший её в нокаут. Следующей на Ауру налетела Джара, выхватившая свои двойные клинки-кастеты, и попыталась вонзить хоть один из них в тело якобы загипнотизированной подруги: — Хра-а! — зарычала она, как пантера и бросилась в бой с животной яростью. Взмах левой руки был отражен скользящим ударом лезвия, а правый клинок Аура сразу же выбила из руки ногой, отправляя его покоиться куда-то в угол палатки. Но Джара, несмотря на боль, смогла сильно ударить Ауру в бок… и это было все, что она смогла сделать. Аура лишь поморщилась от боли в боку, и, не став церемониться, просто рубанула саблей по левой руке Джары, в которой та все еще держала кастет. Послышался неприятный звук металла, вонзившегося в плоть, однако ни крови, ни хруста костей не последовало, и поврежденная рука лишь беспомощно обвисла, словно онемевшая. Взревевшая с новой силой эльфийка не сдалась, бросаясь в бой даже с одной рукой, но её усилия были тщетны — стоило ей дать слабину, как Аура схватила её за горло и приподняла над землей. — Джара… — грозно заглянула глава отряда в глаза задыхающейся эльфийки, — И все остальные. Сложите оружие. Вы должны мне подчиняться, разве не так? — Н-но… — пытались возразить оставшиеся эльфийки, вот только слова для этой ситуации подобрать не могли. Подчиняться ей, как старшей и опытной, было частью их негласного соглашения между мамоно, и нарушать правила этого соглашения им не хотелось. Мнения разделились, но в итоге все пришло к единогласному решению: — Хорошо… Аура, мы не пойдем против вашей воли, — видно было, что эти слова им слышать тяжело, тем более когда их победили, а у некоторых в глазах все еще читалось недоверие к происходящему с их лидером… — Рада это слышать, — отпуская Джару, абсолютно честно ответила Аура с облегчением. Даже когда она поняла, каким образом её провел этот человек, она немало удивилась, что он не приказал ей… убить своих подчиненных. Но, видимо, он и не рассчитывал так делать. — Не то слово! — нагло вклинился в эльфийские разборки Даст, — Тут такое дело, девчонки… вы поймали и удерживаете тут очень важных людей, которых уже разыскивает королевство… и вам сказочно повезло, что отправили сюда именно меня, а не армию. — Так ты служишь людям? — обернулась Аура к человеку, который теперь, исходя из логики, являлся её… начальником, наверно. В любом случае, чары контракта заставляли её безоговорочно подчиняться ему, пусть и не без скрипа. — Я работаю на королевство, — поправил эльфийку Даст, — И своей головы не перед кем не преклонял. Просто мои навыки показались им полезными… Аура промолчала. Видимо, он работает на Вельспле не из личных убеждений, а только ради денег. Это отличало его от различных фанатиков и изуверов, которые встречаются в казалось бы нейтральном королевстве. — А теперь я хотел бы поговорить с вашей… Кто там у вас самая главная? — защелкал Даст пальцами, глядя на Ауру. — Матриарх, — ответила эльф. Её светлые бровки слегка нахмурились, показывая, что недобрые мысли закрались в голову Ауры. Зачем ему понадобилась сама Мать клана? — Она направляет нас к силе и процветанию. Также она наш военный вождь, и навыков боя у неё хоть отбавляй. — Вот и проверим, — улыбнулся чемпион, что пустило по спине Ауры мурашки. Он всерьез собрался драться с самой Матерью? Этому человеку наглости и самоуверенности не занимать, коли он идёт на верное поражение! — А остальные, кстати, пусть тоже пойдут. Эй, девочки, погнали вашу эту мамашу терроризировать! Лица эльфиек вытянулись, когда он назвал их Матриарха «мамашей». Ни один человек доселе даже не смел дурного слова сказать у неё за спиной… Эльфийки заколебались, раздумывая, подчиняться ли человеку, или напасть. Но сейчас они как никогда сомневались в том, что их сил хватит, чтобы одолеть главу отряда и этого парня вместе. Но Аура развеяла их сомнения: — Можете не сильно прислушиваться к его словам, но меня вы должны слушаться… — напомнила Соломка, — Следуйте за мной! — Вот! Другое дело! — обрадованный Даст бросился к выходу из палатки, обзаведясь неплохим подкреплением. План складывался лучше, чем он ожидал: видимо, авторитет для темных эльфиек имеет далеко не последнее значение, а потому они сравнительно легко согласились подчиниться их предводительнице, которая, в свою очередь, теперь подчинялась Дасту. С её помощью он сможет убедить их главу сдаться и тогда можно ожидать пополнения в его поселении. --- Сама же Матриарх поселения уже была в пути. С ней шли пятнадцать отборных воительниц, имевших солидный опыт с людьми, особенно с опасными, и каждая из них уже обзавелась своим рабом, так что о лечении и уходе можно было не волноваться. Эзра впервые была такой взволнованной. Раньше её подчиненные приходили к ней практически сразу, едва им стоило закрыть пленников, а дележку она обычно оставляла на местных командиров. Но в этот раз мало того, что улов был небольшой — она заметила лишь двух человек — так еще и ничего не было слышно от Ауры и её отряда уже двадцать минут. Этого было достаточно, чтобы вызвать в лагере переполох. Матриарх подняла всех на уши, и все свободные эльфийки взялись за оружие. Впрочем, все эти мероприятия были всего лишь запоздалыми полумерами, поскольку маленький отряд эльфиек под предводительством, фактически, Даста, со скоростью молнии шел по направлению к палате Матриарха, снося случайно попавшихся на пути эльфиек стремительными ударами сабель и кнутов. Этот план быстрой победы пока работал на славу. Превосходящая сила нападающих из целого одного человека, и из десятка эльфов в качестве моральной поддержки, была не по зубам лагерю мамоно. Двое белобрысых эльфиек показались из-за палатки, вооруженные короткими луками и колчанами с усыпляющими стрелами, собираясь поливать ими нападавших. Однако к их удивлению, Даст заметил их намного раньше, и оповестил об этом с помощью брошенного в их сторону Молота. *БДЫН-Н-Н* — А-а-а! — ошеломленные атакой эльфийки разлетелись в стороны, и шлепнулись на землю, оглушенные. Даст вскинул руку, вызывая Молот обратно, но его грубо прервала другая эльфийка, выскочившая из-под торговой лавки. Вооруженная кривым кинжалом, она попыталась проткнуть чемпиону шею, вынудив того резко уйти в сторону и перехватить её. Гибкая чернокожая воительница оказалась в его руках лишь на секунду, и тут же, как змея, вывернулась из захвата, метя в живот противнику, хотя и эта атака оказалась заблокирована. Этот человек был на удивление быстрым. Понимая, что ближний бой может плохо кончиться, эльфийка отпрыгнула от него прочь, и, сделав сальто в воздухе, изящно приземлилась на землю, выхватывая короткий лук и сразу вытаскивая облегченную демоническую стрелу. Её отличие от усыпляющей было в том, что вместо крохотного пузырька с концентрированной демонической энергией, она состояла из демонического серебра и была зачарована на снижение веса, а оперение, сделанное вручную с невероятной точностью, на которую способны лишь сильнейшие из мамоно, позволяло стреле лететь быстро, точно и долго, надежно пробивая даже толстые доспехи. Конечно, такой стрелой группу людей не усыпишь… но против сильной одиночной цели она хорошо работает по причине своей высокой скорости, не оставляющей противнику и шанса увернуться. Не медля, эльф пустила стрелу прямо в грудь чемпиону. Не долетев до нужного места пары десятков сантиметров, стрела разбилась о поверхность подставленного Молота, а её наконечник, сплющившись, отлетел куда-то в сторону. Даст посмотрел на свой Молот и уважительно покачал головой. Эта стрела, на его удивление, была весьма быстрой. Он едва успел её отбить. Но теперь, когда он представлял себе её скорость, уворачиваться и отбивать последующие выстрелы было легче. Он ринулся вперед, моментально настигая эльфийку с помощью Релокатора, и это заставило ту очень сильно удивиться. Неприятный сюрприз ошеломил её, но темнокожая эльф быстро взяла себя в руки, и упала корпусом назад, предвосхищая атаку. И вправду, там, где секунду назад был её корпус, сейчас молниеносно пролетело орудие человека, которое он держал за рукоять. Собрав все силы, она резко ударила ногой открывшегося человека, дабы уронить его на землю. Однако уронить у неё получилось лишь себя: он с нечеловеческой скоростью схватил её ногу свободной рукой. Эльф замерла. Человек, кратко улыбнувшись, крутанул её ногу, заставив эльфийку перекрутиться и упасть наземь, роняя вместе со всем еще и лук, которым она собиралась бить его. Оказавшись на земле, она, сориентировавшись, потянулась к луку… темная ладонь легла на древко орудия, но тут же оказалась придавлена ногой человека. Эльф вскрикнула от боли. — Я возьму это, — безапелляционно заявил парень, хватаясь за один из концов лука и поднимая его, но с другого конца в него вцепилась мертвой хваткой эльфийка, невесть откуда взявшая внезапно силы. — НЕТ! — с глазами, переполненными отчаянием и паникой, повисла она на приподнятом орудии, — Прошу, не забирай лук! Моя семья передает его из поколения в поколение… бабушка — матери, мать — дочери, дочь — своим детям… — Извини, но мне нужно что-то дальнобойное, — потянул чемпион сильнее, не понимая её доводов. Раз он так для тебя ценен, так что же ты его не сохранила в бою? Зачем воевать такой ценной реликвией, которую недопустимо терять? Разве что воевать и никогда не проигрывать… — Отдай. — Не отдам! — вопила эльф, цепляясь еще сильнее и пытаясь взобраться на лук всем телом, — Не надо! Не делай этого! Человек… можешь все у меня забрать, и деньги, и титул, и дом… можешь лишить меня девственности, но прошу, не забирай лук! Даст закатил глаза, и, проигнорировав её мольбы, вырвал лук из её цепкой хватки. Эльф рухнула на землю, уничтоженная морально, и осталась лежать, как безжизненная кукла с выпученными глазами. Сорвав с её спины колчан, Даст обзавелся нелетальным и весьма быстрым оружием. В землю около его левой ноги воткнулись две зачарованные стрелы, и он понял, что долго стоять на месте нельзя — нужно действовать. — Аура! — решил он отдать стрелков своей подчиненной. — Поняла! — отозвалась эльф, рванув к небольшому холмику, с которого и стреляли лучники. Пока Даст прорывался дальше, ему были слышны лязг металла и крики, которые быстро затихали. Когда он пробегал мимо небольшого возвышения, то обнаружил, что по нему стреляют — стрелы втыкались почти что ему в пятки. Двое эльфиек заметили его и пускали один снаряд за другим, и Даст, выгадав момент, когда те отвлеклись, прыгнул за ближайшее укрытие, коим оказалась крытая деревянная телега. Послышались звуки вонзающихся в дерево стрел. Чемпион переместился ближе к переду телеги, чтобы высунуться оттуда и выстрелить. Тетива эльфийского лука натягивалась тяжело, Дасту пришлось приложить некоторое усилие, но стоило ему выглянуть из-за угла и выпустить её, как он понял, почему она сделана такой. Скорость, с которой стрела летала, можно было сравнить с арбалетным болтом: увернуться от такой будет проблематично. Вот и одна из лучниц испытывала такую проблему, когда в неё попала демоническая стрела, вонзившись в правое плечо. Она упала за ограждение, схватившись за пораженную часть тела и скрылась от огня, чтобы вытащить истощающую её силы стрелу. Вторая эльфийка, почувствовав опасность, юркнула за перегородку, укрываясь от возможных последующих выстрелов — и не прогадала. Чемпион, приноровившись, пустил еще одну стрелу по ней, припугивая стрелка. Прогнав докучающих ему лучниц, Даст продвинулся вперёд, где хаотично расставленные лагерные палатки располагались все выше и выше на холмах. Ее один патруль из трёх эльфиек выбежал ему навстречу из-за высокого забора, и одна из них тут же получила стрелу в грудь. Темная эльфийка едва успела подставить руки и упасть на четвереньки, дабы не рухнуть головой вперёд. Две остальных перекатами ушли в стороны и оголили свои сабли с лязгом, переходя в атаку на одинокую цель. Но Даст не давал им спуску: молниеносно вытягивая стрелы из колчана за спиной, он успевал пускать их примерно каждые две секунды, вынуждая эльфиек маневрировать и менять траекторию движения. Но стрелять одновременно по двум целям чемпион не мог, и потому одна из них все же настигла парня, с ходу рубанув его саблей. Представленное древко лука успешно задержало удар, к огромному удивлению чемпиона: это что за дерево такое, что оно удары сабель останавливает? Даст выскользнул из этой сцепки, как и эльфийка, чье лезвие уже летело снизу-вверх в правый бок чемпиона. Даст резко ударил луком по стремящемуся ему навстречу лезвию, вышибая саблю из рук эльфийки. Мамоно резко отшатнулась. Орудие отлетело в сторону и воткнулось в землю, оставляя ошеломленную эльфийку без оружия. Её подельницы набросились на чемпиона с двух сторон сразу, за что уже подстреленная единожды эльфийка тут же получила вторую стрелу в плечо, окончательно лишившую её сил стоять на ногах. С резким кличем последняя эльфийка обрушилась на человека, надеясь победить его быстрой серией ударов, посыпавшиеся на него подобно ударам молнии. Отразив первые два удара древком лука, Даст решил, что и так уже задержался, и окончил дуэль, просто достав и внезапно выставив перед собой Молот Паладина. Как и ожидалось, лезвие сабли с огромной силой ударилось о молотище, и отдача тут же болезненно вдарила по мускулам монстродевы. Та громко вскрикнула, роняя саблю, и упала на колени, скованная настоящей агонией в руках. Последняя эльфийка стояла и как завороженная смотрела на своих поверженных соклановцев: одна из них валялась без чувств на земле, сраженная двумя демоническими стрелами, а другая каталась кругами и шипела от боли в руках, забыв про врага. Чемпион сделал шаг вперёд, и шарканье пробудило мамоно от ступора. Она потянулась за спину за кинжалом, не отводя глаз от человека: кажется, даже орденские герои, про которых ей вскользь рассказывала мама в детстве, не могли сравниться с ним. Судя по его лицу, ему эта битва даже никакого удовлетворения не принесла, будто бы он младенцев избивал. Чуть вытащив кинжал из ножен, спрятанных за поясницей под короткой кожаной юбкой, эльф отступила назад, думая, как ей атаковать. Но в то же время, инстинкты подсказывали ей, что любая атака плохо кончится. Уследив опасные движения со стороны «последней выжившей», Даст попытался её образумить: — Не надо. Ты же видишь, что я раскидал твоих подруг без особого труда? — риторический вопрос скорее должен был показать эльфийке, что сопротивление бессмысленно. Но она задумалась, пожалуй, слишком глубоко. — А что, если у меня получится победить? — ответила ему эльфийка, стараясь хотя выиграть время и заговорить ему зубы. Парень поднял брови в изумлении. А она забавная малая… Чемпион расхохотался. — Мне нравится твой настрой! Даже в абсолютно безнадежной ситуации, даже утопая в такой липкой чертовой трясине, ты все равно ищешь способ одержать победу. Я это уважаю. Мамоно на секунду смутил такой комплимент, но она тщательно подавила все положительные эмоции. — Нас много, человек… а ты всего лишь од… — она запнулась, видя, как из-за спины рыжего парня выходят несколько соплеменниц с оружием в руках. Это выбило почву для спора у неё из-под ног. Что они, ангел их подери, тут делают? Они с ним заодно? Уже предчувствуя, что это плохо кончится, эльфийка сглотнула, стараясь не показывать своего страха, хотя сама уже заливалась потом. Даст окинул взглядом своих помощниц и выдал: — Ты что-то говорила? Не имея больше никакого выхода, эльфийка сжала зубы, и выхватив кинжал, понеслась в атаку с криком отчаяния. Чемпион горько вздохнул и пустил в неё стрелу. Поднимаясь все выше и выше на возвышенность, чемпион постепенно выбежал на обширную площадку, огороженную забором. Здесь было много крытых лавок и складов, наполненных самым различным хламом. Но самым интересным было присутствие здесь запертых в некоторых клетках людей, правда, это были не те низенькие бамбуковые клети, в которых хрен развернешься. Эти были куда просторней, и позволяли демонстрировать человека… как товар или как скот, это как посмотреть. Он прошел до середины этого «человеческого рынка» и осмотрелся: а куда все делись? Неужто тревогу били по всему лагерю? Перед ним появился большой отряд эльфов: одна из них, весьма высокая и мускулистая мамоно, с волосами, отливавшими серебром и кожаным бронеливчиком заместо нагрудника, вышла ему навстречу, сопровождаемая тремя бойцами. Даст посмотрел по сторонам: они очевидно пытались его окружить, что было весьма неприятно в условиях ограниченного лавками пространства. Но у него был козырь в рукаве, правда, чтобы он подействовал во всю силу, надо было надеяться, что этот «козырь» сам поймет, когда нужно нападать… — Вот мы и встретились, человек… — раздался её мощный голос. Судя по повадкам, одежде, да и по тяжелым металлическим прослойкам в разных частях наряда, эта эльфийка, вероятно, и была матриархом, главой племени, — Честно признаться, когда мне сказали, что весь шорох в лагере навел всего лишь один парнишка… я сначала не поверила. Впрочем, теперь я вижу, что ты не просто случайный плакса. Она окинула его оценивающим взглядом. — Уверен, что выстоишь против нас? — Абсолютно, — медленно шагая ей навстречу, говорил чемпион, периодически бросая взгляд по сторонам, где его окружали её подопечные. — Хм-м-м… — надменно хмыкнула матриарх. Её слегка вытянутое лицо с янтарными глазами исказила гримаса презрения, — Ты чрезвычайно самоуверен. Даже слишком. У тебя еще есть шанс сдаться и тогда ты станешь почетной наградой для одной из моих отличившихся воительниц. Стать покорной игрушкой сильной и властной монстродевы — очень щедрое предложение, если учесть, что ты успел натворить. — Спасибо. Но я откажусь, — сказать «да» на такое предложение мог либо полный идиот, либо жалкий слабак. Даст не был ни одним из этих типов, — И прежде чем предлагать такое еще не побежденному человеку, подумай хорошенько, не надерет ли он тебе задницу. — Тс… как пожелаешь, человек! — сузила глаза матриарх, готовясь к бою. Она потянулась к поясу и расстегнула цепь, опутывавшую её талию, освобождая таким образом свое оружие. Это же самый настоящий нож на цепи! И лезвие у него размером с мачете! Чемпион был знаком с таким оружием, — Полагаю, мне придется победить тебя и сломить под пытками! Тогда ты станешь послушным мальчиком… Ап! Обе эльфийки по сторонам одновременно вынырнули из-за стенок лавок, уже готовясь рубить чемпиона кинжалами, не подозревающие о том, что чемпион их давно видел. Достав одновременно оба Молота, Даст метнул их по одному в разные стороны, отправляя каждую из нападавших в полет. Сама же матриарх не стояла и тоже присоединилась к атаке, стремительно сократив дистанцию, чтобы он оказался в радиусе поражения её оружия. Громко лязгнула цепь, и… *ПУХ* Раздался громкий хлопок, едва не оглушивший чемпиона, а лезвие не достигло его шеи лишь благодаря Ускорителю, подбросившему парня в воздух. Переварив то, что произошло, он понял, что это именно цепь издала такой звук, когда преодолела звуковой барьер. Опасная штучка! Развернувшись вверх ногами в воздухе, чемпион выпустил трио стрел в сторону эльфийки-босса, но та, ожидаемо, увернулась от них перекатом, пусть и с трудом. Не дожидаясь никого, она взмахнула цепью еще раз, посылая её вверх на упреждение, намереваясь сбить чемпиона. Даст вернул один из Молотов, и тот послушно вернулся в руку, позволив загородиться им от атаки. Цепь с лезвием громко чиркнула по молотищу, но характерного хлопка не последовало, а значит, Молот Паладина остановил изгибающуюся цепь, не дав ей резко распрямиться. Металл улетел в сторону, подтягиваемый матриархом. Приземление выдалось напряженным — стоило кроссовкам чемпиона ступить на землю, как его тут же атаковали еще двое эльфиек. Их резкие и дерзкие атаки двойными клинками прошли наполовину: от одной из них он успел загородиться молотом, но это застопорило лишь один кинжал, вторым она полоснула парня по ноге, а вторая эльф и вовсе исполосовала руку. Чемпион, понимая, что стоять и губкой впитывать урон — плохая затея, резко переместился Релокатором на десять метров назад. Заметив, как человек вдруг исчез у них на глазах, эльфийки пораженно отшатнулись от места, где он стоял, и завертели головами по сторонам. Пропавший обнаружился недалеко, и эльфы снова приготовились атаковать. Даст осмотрел свои раны: урона они нанесли на триста пятьдесят единиц, а это немало, к тому же, их демонические лезвия, оказывается, прорубаются сквозь одежду… В районе бедра виднелся широкий прорыв в ткани, через который можно было разглядеть целую, но немного покрасневшую кожу. Аналогично и на руке кожа стала красной. К огромному неудовольствию Даста, одно из лезвий все же задело и так короткий рукав его рубашки-гавайки, порвав его часть. — Тц… Вот же гадины, новую рубашку испортили! — громко цокнув языком, раздосадовано простонал парень, — Я её только недавно купил! Fucking hell, man! Эти темнокожие эльфийки оказались на удивление противными врагами: быстрые, верткие, и совсем не глупые, как орки. Казалось бы, раз они такие быстрые, сильные и выносливые, то почему бы не применить оружие посильнее? Но пока в очень впечатляющем арсенале чемпиона… как бы глупо это не звучало, не было такого оружия, что бы не убило этих эльфиек за секунду или не разобрало на атомы. Нелетальных образцов у него — раз и обчёлся, только вот лук, отнятый у эльфийки-лучницы. Молот Паладина — хороший вариант, но он летит по прямой, а значит, придется изматывать их бросками, пока они не устанут и не замедлятся настолько, что он сможет по ним попасть. А других вариантов и не было! Лук? Стрел осталось не так уж много, да и сами эльфийки, как он проверил, могут от них уворачиваться. Кинуться в них дисками Бритвенного Тайфуна, которые, пусть и разгоняются постепенно, но зато их можно сразу кучу напустить? Ну, с таким оружием у него больше шансов им все конечности отсечь… Зенит? Это вообще меч. И убивает он легко. Хотя ту драконоподобную девку из замка он сильно ранил, но не убил… Впрочем, там и противник был бронированный чешуей. Чемпион подумал, что ему бы стоило плотнее заняться разработками оружия, которое не будет убивать, но при этом не потеряет особо в эффективности. А то вон, триста пятьдесят урона… «Хм, к слову, а почему индикация здоровья стала… фиолетовой?» Его здоровье увеличилось до трёх тысяч, и сердечки-индикаторы стали пурпурными… хотя должны быть красными… Решив списать это все на глюк чипа, произошедший из-за вмешательства в него большого количества этой таинственной «демонической энергии», Даст решил ввести в игру свой козырь. Патриарх вышла вперёд, раскручивая цепь с лезвием. — Ничего страшного, в рабстве тебе такая одежда не понадобится… — Ещё чего… — буркнул Даст, натягивая на лицо наглую ухмылку, — Думаешь я совсем дурак, чтобы сражаться с вами в одиночку? Пора бы показать вам… мой козырь! Он торжественно вскинул руки, устремил лицо в небо, и… тишина. Эльфийки подняли брови и огляделись по сторонам. — Э-э-э… — недоуменно протянула матриарх, опуская цепной кинжал, — Кажется… что-то должно было произойти? Даст, простояв пару секунд, как петушок, в глупой позе, опустил подбородок и изобразил на лице покерфейс. Почему такая тишина? Где его подкрепление, черт побери? Он думал, оно следует за ним… — Я сказал… покажись, мой козырь! — вскинулся он ещё раз. Опять тишина. Это уже начинало бесить. — Это что, шутка какая-то? Если так, то это совсем не смешно, — недовольно произнесла матриарх, поднимая и раскручивая цепь, — Глупый человек, зря ты связался с… Она не успела договорить, ибо её уши вздрогнули, уловив чужеродный звук, шедший откуда-то позади. Мгновенная реакция, и темнокожая матриарх еле-еле успевает наклониться корпусом назад, не давая лезвию эльфийской сабли оставить на её лице неприятную царапину. Матриарх шокировано отшатнулась, удивляясь не тому, что её внезапно атаковали, а тому, кто это сделал. Две эльфийки разошлись подальше. — Аура?! — неприятный сюрприз выбил из главы племени всю уверенность в своей победе, как и пошатнул её уверенность в надёжности подчинённых. Аура… правая рука Матери племени, преданная последовательница и способная фехтовальщица, чей авторитет был неоспорим, сейчас подняла меч против своей предводительницы, — П… почему? Ты заодно с этим человеком? Аура молча волком смотрела на Матриарха, оставаясь в боевой стойке. — О, а вот и ты, Соломка! — высунулся из-за силуэта высокой эльфийки человек, — Чего так долго? Я уже думал, ты не придёшь, и мне так и придется стоять и позориться! — Извините… Даст. Я разбиралась с её охраной… — Что он предложил тебе? — игнорируя слова парня и горько сморщившись, вопрошала эльфийка, быстро смирившись с фактом предательства. Её интересовало больше не само предательство, а его причины и обстоятельства, — Или ты чем-то была недовольна? С тобой несправедливо обращались? Светловолосая эльфийка все так же упрямо держала рот закрытым. — Ты же сама знаешь, что я справедлива со всеми своими сестрами и дочерями! — настаивала эльф-босс, — Всю добычу мы делили честно, никто ничего не отнимал друг у дружки, а найденные богатства мы всегда делим по заслугам! И ты… все равно предала нас? — Я никого не предавала, — отрезала Аура, испытывая невероятное облегчение от этой фразы, ибо это было чистой правдой, — Просто я… сменила своего лидера. Может быть, это и была ошибка, но это моя ошибка, и с её последствиями я разберусь сама… — Кх… — складное эльфийское лицо исказила гримаса отвращения, — Сменила… как перчатку? Ты так легко отринула свою семью и подруг… — Эй, хорош уже базарить! — недовольно вскинулся чемпион, разведя руками, — Аура, ты знаешь, что делать! — Ха! — сверкнуло молнией лезвие сабли Ауры, тут же отбитое в сторону не раскрутившейся цепью. К драке присоединились и оставшиеся эльфийки-телохранители, но их взял на себя Даст: швырнув в одну из них молот, он заставил её неудачно упасть в попытке увернуться, и, хотя ей удалось уйти от летающего молотища, переполненного кинетической энергией, падение на землю не оставило и шанса уйти от двух последовательно пущенных демонических стрел. Добив эльфийку из лука, разумеется, не насмерть, Даст докричался до Ауры, схлестнувшейся с Матриархом племени в яростном танце клинков: — Аура, бей главаря! Я разберусь с остальной шелухой! Ответом ему послужил рев эльфийки, наседавшей на свою бывшую предводительницу, которой этот бой давался очень тяжело: у Ауры было серьезное преимущество в скорости атаки, в то время как матриарху требовалось время, чтобы раскрутить цепь и тем самым реализовать всю силу своего оружия. К тому же, медленные атаки клинком на цепи на некоторое время делали темную эльфийку почти беззащитной, вынуждая её отбиваться от резкой и настырной в своих нападках Ауры одной лишь цепью. Думая присоединиться к бою, Даст вернул молот в руку, куда ему тут же прилетела эльфийская стрела, вонзившаяся в плечо. — АУЧ! — оскорбленно среагировал чемпион. К его неприятному удивлению, прежде пришибленная молотом эльфийка поднялась на ноги и теперь поливала его стрелами! Желая впечатлить темнокожих воительниц, и заодно показать им, с кем они имеют дело, Даст метнул один Молот Паладина в воздух над стрелком, и, уклоняясь от второй стрелы, на секунду поднял раскрытую ладонь, призывая молот обратно. Тот на секунду завис в воздухе прежде чем полететь обратно, но как раз в этот момент второе орудие настигло и его. Даст прекрасно знал, какая интересная реакция происходит при столкновении двух молотов, и решил использовать это как импровизированное оружие. *ДЫННННН* Два молота отскочили в противоположные стороны, создав сногсшибательно сильную ударную волну, опрокинувшую оглушенную эльфийку на землю, а палатки вокруг неё просто обрушились от чудовищной силы. Забыв про молоты, Даст выкрал из ножен сраженной его стрелами эльфийки демоническую саблю, рассчитывая сражаться ею за неимением лучшего варианта. Только что отбившая серию атак Ауры цепью матриарх, обернувшись на мгновение назад, заметила, что теперь она воюет одна против двоих, ибо теперь лезвия норовили пырнуть её с обеих сторон. Извернув цепь, она взмахнула ею назад, однако это, вопреки её расчетам, даже не замедлило человека, устремившегося её атаковать. Даст с легкостью пропустил цепь над собой и замахнулся саблей. Бросая своё необычное орудие, матриарх схватилась за кинжалы и вскользь отбила оба удара одновременно. — Слишком медленно! — послышалась фраза парня и за ней тут же последовало лезвие, шаркнувшее по спине эльфийки. — А! — вскрикнула она, не ожидавшая такой скорости. Перепуганный взгляд устремился вперед, и она едва смогла отбиться от Ауры, однако бой в одиночку против двоих для неё закончился бы плохо. Выскочив из этого боевого сэндвича, она, словно акробат, приземлилась рядом и закрылась клинками. Тело уже начинало подавать признаки усталости как от продолжительного боя с использованием тяжелого оружия, так и от пореза демоническим серебром. — Проклятье… — сплюнула она, злобно окинув взглядом своих противников, — И где же ваша честь? Сражаетесь двое на одного… — Говорит та, чьё крутое и вооруженное племя хватает и порабощает беззащитных людей, не способных дать отпор, — парировал чемпион, не особо удивляясь проявленному ею лицемерию. Эльф, впрочем, услышав это, осеклась, — На эту тему мы еще с тобой поговорим… а сейчас… — Хм… сейчас что? — изогнула она брови, отступая, — Будешь уговаривать меня сдаться? — Конечно нет, — неожиданно выдал чемпион, чем несказанно удивил матриарха, чьи предположения оказались разрушены, — Да чтобы такая горделивая и упрямая мадам просто взяла и сдалась… так не бывает. Мне придется тебя проучить. — Гах… — выдохнула эльф не без отвращения. Что это за принципиальный человек такой попался? Обычно они более… миролюбивые. Не желая дальше продолжать бестолковую беседу, Даст бросился в бой, в мгновенье ока оказавшись рядом с лицом эльфийки, отчего та, едва успев среагировать, отшатнулась, в последний момент уходя от удара снизу-вверх. Упираясь руками в землю, эльфийка красиво и изящно исполнила колесо в обратном направлении, не давая себя атаковать. Даст же раздраженно вздохнул: скорость его движений, конечно, значительно превышала её, но вот возможности для нападения было мало, сказывалось качество оружия. Сабля из этого хваленого демонического серебра — не такое уж грозное оружие, особенно против такого выносливого и юркого противника, плюс, наш маг-призыватель был не самым талантливым фехтовальщиком. Будь у него что помощнее — он бы выиграл это сражение в считанные секунды, но все оружие в его текущем арсенале либо медленное, либо слишком смертельное. Но, к его облегчению, эльф уже обливалась потом от усталости, и надолго её не хватит. Похоже, атака с двух сторон здорово забрала у упрямой эльфийки сил. А это значило, что изматывающая тактика Даста работала даже лучше, чем он предполагал. Даст и Аура набросились на эльфийку-босса одновременно, не давая той возможности сконцентрироваться на ком-то одном. Мельтешение и звон клинков мешали матриарху видеть и ясно мыслить — ей приходилось бросить все внимание и крохи сил на отражение опасных атак. И тут её усталость дала о себе знать — эльф пропустила критически важную подсечку от Ауры, и рухнула на землю, выронив один из кинжалов. Попытка защититься оставшимся не увенчалась успехом, потому что первый же удар саблей разбил его. Лезвие уперлось ей в горло, и матриарх, тяжело дыша и сфокусировавшись глазами на кончике сабли, все же признала поражение: — Я… поверить не могу… проиграть… человеку? — её губы задрожали. — Ты еще поплачь, — закатил глаза чемпион, удивляясь, как такая взрослая женщина может обижаться на такую мелочь, когда она сама — глава племени жестоких рабовладельцев, — Теперь я решаю, что с тобой делать. Он убрал саблю в инвентарь и схватил матриарха за кожаный чокер, чем совершенно обескуражил поверженную мамоно, поскольку он тут же смог поднять её одной рукой. Когда он поднял её чуть повыше своей головы, чокер начал неприятно давить на кожу — гравитация делала свое дело. — Теперь сделай милость, позови всех своих подружек… я хочу сказать пару слов… --- Над эльфийским лагерем послышался мощный рев труб, означающих созыв всеобщего собрания. Он словно волна прокатился по каждой улочке, проник в каждую палатку, разлился по полянке, и поймать его смогла только густая листва деревьев. Этому зову обязаны были следовать все: от мала до велика, эльфийки и их мужья, все должны были собраться на главной площади у дома Матриарха и выслушать её слова. Никто и никогда не осмеливался ослушаться зова, потому что по любому поводу собрание не созывали. Раз трубят — значит, это что-то очень важное. Это заставило уже рыскающих по лагерю эльфийек, и так уже запутавшихся в том, кого и где они ищут, бросить все и направиться на главную площадь. Потребовалось около десяти минут на то, чтобы собрать в лагере всех жителей: около ста темных эльфиек и примерно тридцать инкубов-рабов. Они приходили малыми группами в разное время, вооруженные и настороженные. Собравшаяся толпа не галдела: суровые эльфийки тихо переговаривались, выражая свои опасения насчёт того, что случилось, и инкубы делали то же самое. Над площадью висела атмосфера неопределенности, все стояли здесь в полном непонимании того, что происходит, ведь раньше собрание не созывалось во время боя. Некоторых мамоно это навело на мысль о том, что произошло нечто плохое. Но остальные думали, что их Матушка всего лишь поймала и хочет наказать наглых беглецов. А другого объяснения тому, зачем их всех подняли по тревоге не было! Вскоре на помосток, выступавший трибуной, взошла одна из самых уважаемых и авторитетных эльфиек в лагере — Аура. За ней раскидистой походкой следовал рыжий парень, которого раньше никто даже и не видел: все могли поклясться, что никто не видел, как он заходил в лагерь. Руки у него не связаны, рожа довольная, а угрюмое лицо Матриарха говорило о том, что ничего хорошего сказано не будет. — Дочери мои… я… — начала было Мать племени свою речь, стыдливо склонив голову, но человек её бесцеремонно прервал, загородив её лицо рукой. — Так, я сейчас говорю, сопли свои пропускаешь потом! — лица собравшихся на площади эльфиек синхронно и дружно потемнели от того, как панибратски он общается с главой племени, — Дамы и господа, попрошу минутку вашего внимания! У меня важное сообщение! Мы с вашей… Он на секунду глянул на Матриарха и повернулся обратно. — …матушкой немного подрались, и я одержал победу, — окинул он лавовыми глазами толпу, чьи лица теперь были бледные, — Слышите? Я одержал победу. Теперь её судьба находится в моих руках… Он подошёл к матриарху и глянул на неё… снизу-вверх. И почему все сильные монстродевушки в этом мире выше него?! Так и комплекс можно заработать. Уфу сильно выше него, Фезер тоже высокая пернатая шпала, орки в поселении… только одна лишь Этна была на пару сантиметров выше, и то, лишь потому что она на каблуках цокает. — Хм… не бери на себя слишком много. Да, ты победил меня, но ты никогда не подчинишь себе моих дочерей… — предупредила его босс эльфов, — Они верны мне, и только мне. Темные эльфы никогда не покорятся какому-то человеку! — Ну… частично, ты права, — поглаживая подбородок, мерил чемпион шагами помосток, — Будет довольно сложно и затратно ломать и подчинять каждую из вас. Признаю, я не смогу контролировать каждую мамоно по отдельности. Но я… Он самодовольно улыбнулся. — …был бы не я, если бы не нашел, э-э-э… как бы сказать… экплойт. Дырку в вашей логике. Он подошёл к Матриарху и заглянул той в глаза, которые надменно смотрели в ответ, лучась непокорностью. — Тебе проще просто убить меня. Давай, делай, что должен! — самоотверженно продемонстрировала она голую шею, показывая готовность отдать жизнь за свое племя. Остальные эльфийки замерли в ожидании развязки этого представления. Но у чемпиона были другие планы: — Ну, да, было бы проще тебя прикончить, но я не планировал этого делать, — пожал он плечами, — Да и зачем мне дарить тебе лёгкий выход из ситуации, в которой ты оказалась? Последняя фраза звучала одновременно и безобидно… и очень жутко. — Нет… Ты, госпожа страшная рабовладелица, не заслужила лёгкой и быстрой смерти! — покачал он пальцем, — Тебе я уготовил другую участь… Участь гораздо… гораздо хуже смерти. Можешь представить себе такое? Лицо эльфийки скривилось в приступе холодной ненависти. — Живодёр… захотел меня замучить настолько, что я сама буду молить тебя об избавлении? Ты ничем не лучше орденских фанатиков… — Ну-ну… — успокаивающе остановил он её жестом, — Не нужно ударяться в такую категоричную полемику. Я не говорил ни о каких пытках или мучениях. Хотя, нет, насчёт второго я лукавлю… Он широко раскрыл глаза и с вызовом посмотрел на темноволосую эльфийку перед ним. — Подойди сюда и узнай, какую страшную участь я приготовил для тебя… Матриарх застывшей статуей смотрела на него с минуту, после чего отбросила все надежды, все эмоции, отбросила гордость и направилась ему навстречу. Встав напротив этого ненавистного ей самодовольного человека, эльф все равно держалась величественно, пытаясь даже в безнадёжных условиях казаться выше своего врага. Даст улыбнулся ей и завел руку за пазуху. Все замерли в ожидании того, что он сделает. Даст достал из инвентаря бумажку, чуть покалывающую руку от мощных чар, что в ней содержались, и протянул её эльфийке. — Поставь, пожалуйста, вот сюда, в окошки свои пальцы… — хитрая гримаса на его лице убрала с мамоно гонор, и она подчинилась, сбитая с толку. Клейковина застыла, укоренив в бумаге её отпечатки, а по рукам как человека, так и эльфийки заструилась демоническая магия. Через полминуты все закончилось, оставив Матриарха в недоумении. — И это… все? — Все? — расхохотался чемпион зловеще, вызвав даже у Ауры мурашки, — Разумеется, нет… это только начало! Он схватил Матриарха за руку и энергично её потряс. — Ну, госпожа эльф, надеюсь на наше плодотворное сотрудничество в течении последующих трёх лет! Некоторое время эльф молча стояла, обескураженная его словами. Почему сейчас он говорит о сотрудничестве? Разве его цель была не истребить их всех, как мерзких рабовладельцев? Или он хотел их самих сделать рабами? Но ведь это не возможно, темные эльфийки созданы только покорять, а не быть покоренными… Но вчитавшись в волшебную бумажку, она начала понимать всю абсурдность ситуации, и вместе с пониманием её лицо становилось все более и более обречённым. Он и вправду не шутил, говоря об участи хуже смерти. — Ну что, э… — защелкал чемпион пальцами, — Как тебя зовут? Прости, забыл спросить. — Эзра, — ответила эльф на автомате. — А, чудно, Эзра, итак, твое первое задание будет освободить пленников, двух парней из королевства, которых вы недавно схватили и городничего. Все ясно? — скомандовал чемпион, с наслаждением наблюдая, как эльфийка борется внутри себя. Что же в ней выиграет? Её эльфийская гордость или чары контракта… Но исход этой битвы он и так знал, потому улыбнулся, видя, как та молча спускается на землю. Аура проводила взглядом ту, кто когда-то была её повелительницей, мудрой и справедливой, хотя жесткой и непреклонной. Кажется, она еще не понимала, в какое дерьмо вляпалась. Видимо, этот человек не хотел погубить их племя, и с самого начала хотел усмирить эльфиек. Но зачем? Этим вопросом и решила заняться Аура: — Даст… простите за внезапность. Могу я поинтересоваться у вас… кое о чем? Но я хочу честный ответ, — обратилась она к человеку. Её язык почему-то сам выбирал более мягкие формулировки и заставлял её обращаться к нему на «вы». — Задавай вопрос, — сказал он, вальяжно присаживаясь на стоявшую рядом дубовую бочку. — Зачем… зачем мы вам? Разве ваша цель была не уничтожить нас? Или вы планировали… поработить все племя? — смело спрашивала Аура, глядя человеку в глаза. Его взгляд был очень спокойный, даже слегка наглый, видимо, он не видел в неё опасности. — Поработить? Соломка, контракт почитай… — отмахнулся чемпион, рассмеявшись, — Вы теперь — моя личная гвардия. Ваша обязанность — выполнять мои приказы. Моя обязанность — обеспечение вас материалами, припасами, оружием и разведданными. А еще я командую вами, во то время как приказы раздавать будешь ты. Эльф хлопала глазами в непонимании. — То есть… — Вы — мои солдаты, — упростил Даст, — И будете подчиняться мне. Так ясно? До Ауры дошло понимание… и ужас переполнил её очи. — А… Да… ясно, — обреченно глядя в пустоту, мямлила мамоно.