Чемпион

Колыбель чемпионов — 1-2: «Лучший психолог в Тимискаминге»

Заседание было тяжёлым. Ещё тяжелее было понимать, что завтра предстоит ещё одно собрание… и ещё одна конференция, самая важная, та, ради которой чемпиона и пригласили сюда. Но этот день уже закончился. Его широкую кровать в ВИП-номере уже приготовили, и Соляр с готовностью упал в мягкий матрас, подобрал под свою голову подушку и принял свою обычную позу для сна на спине. Не прошло и двадцати минут, как его глаза сомкнулись, и чип приступил к обычному циркадному циклу, после которого организм чемпиона проснулся бы, как новенький, словно его только что заново собрали на заводе. Он спал, не зная никаких забот. В углу спальни тихо скрипнули открученные болтики, державшие решётку вентиляции. Вообще, в вентиляционную шахту обычный человек не мог поместиться по габаритам, но чрезвычайно гибкая тень все равно нашла каким-то образом путь через приплюснутое узкое пространство. Тень шустро проскользнула в комнату, закрыв решётку за собой длинными отростками. Фигура приблизилась к чемпиону. Медленно, осторожно, тень словно бы пыталась не спугнуть его. В темноте сверкнули изумрудные глаза. Дриада с благоговением и странным, взволнованным дыханием, подошла к постели, на которой лежал объект её концентрированного внимания. Живой. Во плоти. Отсюда чувствовалось тепло его дыхания… Она задержалась на его лице. Прекрасное. Мужественное. Совсем не как у того… рыжего, который как будто взял слишком много от матери. На её лице заиграла лёгкая улыбка, но глаза явно играли безумными бликами. Она приложила руки к груди, активируя своё благословение и направляя ману ближе к сердцу. Пространство меж её сложенных ладоней заполнил зелёный свет. Она призвала самые сильные лианы, которые смогла, создав их из платья, которое она подбирала перед этим вечером. Оно безжалостно и бесшумно разрослось, превращаясь в гибкие извивающиеся отростки, потянувшиеся к первому чемпиону и начали обвивать его ноги, руки, и шею. Крепко-накрепко связав чемпиона так, чтобы система предупреждения этого не заметила, Дриада, улыбаясь, вытянула руку вперёд, и опустила её на могучую грудь мужчины. Она казалась совсем маленькой на фоне его крупного корпуса. Её ладонь легла на область рядом с желудком и печенью, откуда удобнее всего можно было высосать из него часть сил. А вторую ладонь она приложила аккуратно к его лбу. Её благословение, учуяв цель, начало свою работу по блокировке его способностей… Как же легко было обмануть его биочип… его глаза даже ни разу не моргнули, а значит, система не почуяла опасности… Вскоре, когда её мана перестала тратиться, она поняла, что дело сделано — хотя бы временно, на один час, он будет бессилен. Ей более, чем хватит времени на совершение того, что она запланировала… Нагая Дриада вскочила на кровать, и оседлала сложенные вместе ноги чемпиона. Веки чемпиона дёрнулись, его лицо на секунду оживилось, и вскоре он распахнул заспанные глаза, видя перед собой потолок. Они опустились ниже… Сперва ему показалось, что ему кажется. Неужели это тот самый «демон сонного паралича»? Увы, довольно быстро до него дошло понимание ситуации: он без труда узнал по зелёным волосам, собранным в косу и светящимся в темноте изумрудным глазам, отдававшим безумным блеском, что это была Дриада. Не понимая, что она здесь делает, он тряхнул головой, прогоняя остатки сна. — Мисс Селестина? Это… это ведь моя квартира. Что вы… Она положила указательный палец на его губы, обрывая его вопрос. Смелое действие, которое было нетипично для обычно холодной и отстранённой хранительницы флоры. — Тш-ш-ш… — хотя её лицо было скрыто тьмой, первый чемпион прекрасно видел, что на нем отображалась странная улыбка, — Наконец-то, мы наедине… я давно ждала этого момента… жаль, что наш разговор происходит в таких обстоятельствах… но увы, он не терпит никаких отсрочек. Она медленно убрала палец с его губ. Чемпион предпочел молча выслушать её. — Догадываешься ли ты, почему я сейчас с тобой в одной комнате? Соляр приоткрыл рот, перекатывая слова на языке. — Да. Но более того, я бы хотел знать, почему я стянут лианами… и почему твоё Природное Благословение блокирует мои силы? Дриада тихо хихикнула, и её тон очень не понравился Соляру. Он был какой-то рваный… дёрганный. Нервный. Что-то произошло с ней. Она начала чертить узоры указательным пальцем на его оголённой груди. — Так надо, милый. Это для того, чтобы ты не предпринял никаких лишних телодвижений… — Скажи, зачем ты пришла, — прямо выдал Соляр, с вызовом глядя в глаза Дриаде. Самый смелый и мудрый из всех чемпионов, он знал, что в таких случаях нужно знать правду, — Это будет лучше всего. Она закусила губу и прекратила чертить пальцем. Её лицо стало серьезным. — За тобой, Соляр. Я пришла не за «первым чемпионом», а за тобой. Я хочу сделать то, что давно уже стоило сделать… — не успев даже договорить, она потянула руку к его брифам и схватилась за резинку. Мужчина понял, что ситуация пахнет керосином и девушка явно помешалась. Он никогда не замечал за ней такого поведения, Дриада всегда отличалась собранностью, терпеливостью, холодным расчётом… но сейчас она действовала, как животное, охваченное сезонной течкой, абсолютно неразумно. Он не видел признаков пси-контроля на ней… да и вообще, её глаза говорили о том, что ею просто руководят инстинкты её человеческой части. Да, скорее всего, с ней просто что-то случилось… вроде нервного срыва, или какая-то истерия. В любом случае, он знал — такое состояние временное, она обязательно придёт в себя… но увы, это была не простая девушка. Это была хранительница флоры Террарии, Дриада, и она точно могла наломать много дров, прежде, чем остановится. — Селестина, пожалуйста, не спеши. Я не знаю, почему ты поступаешь так, но… прошу, объясни мне, почему? — пытался Соляр её образумить, понимая, что с подавленными способностями он не сможет выбраться из её хватки, поэтому он и не сопротивлялся. Нужно было выиграть время. Наверняка, либо она очнется от истерии, либо… либо произойдёт что-то другое. Это было маловероятно, но надежда все же была. Дриада остановилась, когда её руки уже оттягивали резинку его трусов. Её глаза вернулись к чемпиону, и он увидел в них океан грусти и одиночества. — Знаешь… я… я просто уже устала быть на заднем плане… где-то там, где меня не видно. Я не прошу многого, не прошу ставить меня на пьедестал, я лишь хочу, чтобы кто-то видел во мне нечто большее, чем какую-то мебель… — жаловалась она, мелко дрожа всем телом, — Моя подружка живёт жизнью в своё удовольствие, она любит свою работу, и «любит» своих друзей, настолько, что… Она осеклась, грустно усмехнувшись. — …что отдаёт им всю себя. Соляр отчаянно смотрел вокруг, пытаясь найти хоть что-то, что могло помочь ему, но увы, рядом не оказалось ни одной спасительной мелочи… — Селестина… прошу, остановись. Я вижу, что что-то случилось с тобой и нам нужно будет поговорить об этом. — Я уже не могу… — ответила она с придыханием, — Я слишком далеко зашла, чтобы просто взять и бросить всё… знаешь, что самое болезненное, когда твоя жизнь длится тысячелетиями? Соляр молчал, глядя в её глаза. Они были переполнены одиночеством, от которого у него невольно пробежались мурашки по спине. Неужели, она настолько отчаялась? — Когда ты находишь кого-то, кто готов разделить с тобой хотя бы недолгую жизнь, который понимает, на что идёт… и твои чувства предают тебя… ты начинаешь ценить его больше. Его жизнь коротка, полна впечатлений, друзей, знакомств… а в твоей пробегают однообразные века, и каждый раз ты видишь рождение — юность — зрелость — угасание — и смерть… каждого своего знакомого… и ты понимаешь, что твоя жизнь, несмотря на её долготу, ничего не стоит по сравнению с его… В уголках её глаз начали блестеть слезы. — Я нашла тебя… и я слишком поздно начала осознавать это. Я не хочу снова оказаться в ситуации, когда во мне просыпаются эти бесценные чувства, а я просто отмахиваюсь от них. Не стану… не стану повторять ту же ошибку.

***

Она отчаянно стянула трусы с его паха, и её постигло невероятное разочарование. Его мужская часть не реагировала на неё. Жгучая обида тут же ужалила её, и девушка в отчаянии начала искать причину: — Нет… не может… быть… я… я что, настолько отвратительна тебе?! — повысила она голос, чуть ли не срываясь на плач. — Селестина… прости, дело совсем не в этом. Я просто слишком хорошо это контролирую… — признался чемпион. Он превосходно владел своим телом как воин и разумеется, эту часть себя он успокаивать умел не хуже других, — Прошу, остановись… — Ну уж нет… — загорелись её глаза решимостью, и хотя она все ещё лила слезы, девушка решила идти ещё дальше, схватившись за его агрегат руками. Пока что он помещался в её руках… но она уже с предвкушением представляла, каким он станет, когда затвердеет. Она не была экспертом в размерах этих… органов у людей, но ей казалось, агрегат первого чемпиона был весьма большим. Это будоражило её и внушало приятную нотку страха перед болью. Сладкой болью, — Я доведу это до конца… Она начала неумело массировать его спящего гиганта, водя обеими руками вверх вниз по стволу, пытаясь добиться какой-либо реакции. Первый чемпион, совершенно отвыкший от таких ласк, понял, что стремительно теряет контроль — увы, долгое воздержание дало свои плоды, и он чувствовал, что ещё пару минут таким темпом, и даже её неловкие дёрганые движения доведут его до пика. Чемпион шумно втянул воздух через зубы. — Селестина… пожалуйста, не нужно этого делать. — Почему? — не останавливаясь, спросила она, — Не нужно? Может и так… но я хочу это сделать. Чтобы не жалеть потом ни о чем… — Я очень беспокоюсь, что все-таки пожалеешь, и мне не хочется видеть, как ты пострадаешь от этого, — сочувственно выдал чемпион, пытаясь подавить похотливый зов своего тела. — С тобой… я не буду жалеть ни о чем… — хихикнула она и подняла голову. Чемпион с некоторой опаской погрузился в эти два изумрудных омута, которые в темноте отдавали слегка полубезумными бликами. Она смотрела на него почти неотрывно, её расширенные зрачки и странная, голодная ухмылка пугали его, заставляя мурашки бегать по коже. В них отражался он… со стоически спокойным лицом, с которым могущественный богоубийца предстаёт перед лицом превосходящей угрозы. Кровь потихоньку начала приливать к его органу, и он начал потихоньку оживать от её ласк. Дриада жалась к нему как можно ближе, словно пытаясь вплавить свою плоть в его, стать единым целым. Её тело было необычно горячим, дыхание стало возбуждённым и влажным, её страсть перед объектом своей пристальной, беспощадной любви разгоралась с силой облитого бензином костра. Её сводил с ума сам факт того, что первый чемпион вот-вот достанется ей… Она чувствовала, как бьётся его сердце, как пульсирует кровь в его жилах, этот ритм она хотела запомнить навсегда… — Н… ну же… — рычала Дриада с явным отчаянием в голосе, её лицо искривилось гримасой, когда она поняла, что у неё плохо получается вызвать в нём животную похоть, — Разве моё тело не возбуждает тебя? Оно совершенно не постарело за всю мою жизнь, оно такое, словно я все ещё молоденькая Дриада… почему ты не реагируешь?! Слова сорвались с её губ пронзительным визгом. Она приподняла свой корпус, сидя наездницей на его ногах, и сфокусировала внимание на его органе, начавшем подавать признаки эрекции. Её ладони неумело, но с энтузиазмом скользили вдоль его ствола. Хотя Дриада сама никогда раньше этим не занималась и сейчас испытывала жгучий стыд от понимания того, что она делает, её одержимость толкала её вперёд. Она должна была заполучить его. Он будет принадлежать ей… и только ей. Отступать нельзя… — Хи-хи-хи… — не смогла спрятать своего возбуждения Дриада, видя, что её действия все же приводят к какому-то результату, — …он шевелится! Он… такой теплый… все же я не настолько уродливая, верно? — Вы совсем не некрасивая, леди Селестина, скорее, даже наоборот, — шипя от натуги, все же выдал чемпион, пытавшийся сдержаться, как только мог. Его защита таяла на глазах, — Но я все же прошу Вас… Она наклонилась к нему, поднеся своё лицо как можно ближе и поймав его глаза своими. Её личико отображало легкую обиду. — Называй меня просто Тиной… — потребовала она, прижимаясь к нему, — Пожалуйста… Она снова выпрямилась, обнаружив, что его агрегат пришел в почти что полную боевую готовность…ну, или наполовину. Она не разбиралась. Но в свои чуть более, чем 1200 лет, она уже точно знала, как два человека могут соединиться телами, и знала, что нужно делать. Соляр понимал, что дело принимает крайне неприятный оборот — он хотел остановить слегка помешавшуюся девушку, но не знал, как её уговорить, да и вредить ей ему тоже не хотелось… он лихорадочно пытался сообразить решение, но понимал, что ждать его неоткуда. Разве что надеяться на чудо… Глаза Дриады зажглись сердечками, она нависла корпусом над его пахом, пока её правая рука массировала его эрекцию. Подчиняясь инстинктам, она игриво опустилась чуть ниже, прижимая его агрегат к своей гладкой намокшей промежности, и начав тереться об него. Приятные разряды удовольствия поразили её изголодавшееся по ласке телу, быстро выбивая из головы остатки благоразумия. Дриада не сопротивлялась, полностью отдаваясь во власть страсти, которую она не могла зажечь уже несколько веков. — Видишь, какая я мокрая? — выдала она со вздохом, облизывая тонкие аккуратные губы, — Это все из-за тебя… я так устала быть невидимкой… но теперь, когда я нашла тебя, я хочу сделать то, что должна была сделать уже давно… Закусив губу, она чуть приподнялась, и, держа его оживающий инструмент в вертикальном положении правой рукой, направила его на своё чистое, гладкое святилище. Она почувствовала, как его горячая головка прикоснулась к её губам внизу. — М-м-м-ф… — застонала Дриада в предвкушении. Он уже казался ей огромным, и она могла лишь представить, как это может быть больно в первый раз…но ради их долгожданного единения телами она могла потерпеть! Со стороны занавешенного окна, выходящего на улицу, раздался тихий стук. Ни Соляр, ни Дриада необратили на него внимания, поглощенные друг другом, и он скоро повторился… никто из них и не задумался, кто или что может посреди ночи стучать в окно девятнадцатого этажа. Осталось совсем чуть-чуть. Она чувствовала, как в низу живота полыхает пожар, как её нутро всё чешется и желает, чтобы его туго наполнили чем-то длинным и твердым… еще немного давления, и его головка проникнет в неё. Чемпион чувствовал на своем органе давление и понимал, что пути назад после этого уже не будет. Он не сможет смотреть спокойно ей в глаза, он не сможет просто взять и забыть это… но хуже всего было то, что он знал, что Дриада потом просто будет уничтожена стыдом от того, что она совершит… даже несмотря на свой 1000-летний опыт жизни, Дриада все же имела эмоции, и потаённые желания, как и все смертные. Соляр сжал зубы до скрипа, его лицо скривилось в гримасе: сейчас она совершит одно движение, и их отношения, их жизнь может измениться навсегда… Дверь в санузел внезапно распахнулась, озаряя комнату теплым светом ламп оттуда. — Соляр! Извини, что так поздно беспокою! Тут задница вообще! Наши зубные щетки перепутали, прикинь! Мне положили твою в сумку, я только сейчас это понял, собирался как раз чистить зубы на но… — болтал ворвавшийся в комнату четвертый чемпион, но увидев, что Соляр тут не один, Даст замедлил шаг, пока не остановился полностью, — …чь. Он заметил, что Соляр был буквально привязан к кровати темно-зелеными и желтыми лозами, толстыми, как канаты, а на его паху неловко сидела в позе наездницы Дриада. Девушка медленно повернула голову к призывателю, её суженные от ярости зрачки сверкнули нездоровым, опасным блеском. — Оу… простите, я что-то прервал… сейчас же удаляюсь, — сжал зубы чемпион и стыдливо попятился назад в роскошный санузел, к окну, через которое он проник сюда. — Даст… помощь! — выдавил из себя Соляр, пытаясь не нарушить концентрацию и вернуть себе контроль над «инвентарем». Повторять ему не пришлось. Призыватель моментально осознал, что происходит, его зрачки сузились до бусинок, а рука приподнялась, чтобы принять из его собственного инвентаря Молот Паладина. Дриада что-то шепнула себе под нос… и тут же все комнатные растения, стоявшие в горшках в комнате, резко скомкались и увеличились в размере, словно на строидах, вырастая до толщины огромных веревок, и, плюхнувшись на землю, они распрямились, устремившись к вторженцу, усиленные благословением Дриады. — Как ты смеешь прерывать такой момент! — взревела девушка, вскакивая с места, готовая испепелить рыжего сорванца, но парень не собирался просто так сдаваться, — Проклятый ЖУК!!! Понимая, что напрямую в неё Молот метнуть не получится, Даст переключился на Атомный Клинок, материализуя его в своей правой руке. Поток лиан резко врезался в него огромным кулаком, пытаясь отбросить чемпиона. Увы, зелено-желтая масса лишь бессильно разбилась об его тело, рассыпаясь нитями в стороны, ибо Щит Анкха защищал его лобовую проекцию от отброса. Но Дриада знала об этой особенности Щита, и потому у неё был запасной план — одновременно с ударом в лоб она отправила еще несколько сильных лиан под ноги чемпиону, дабы те обвили его щиколотки и отволокли назад. Щит Анкха давал почти полное сопротивление отталкиванию и отдаче… но критическим недостатком была брешь в ауре его действия, не дававшей сопротивления оттаскиванию, чем она и воспользовалась. Пока чемпион заслонялся рукой и кинжалом от потока лиан, таранящих его спереди, лианы внизу уже начали тащить его в сторону санузла. Даст уже собирался уйти в сторону, чтобы не стоять на пути растений-переростков, но обнаружил, что его ноги заблокированы. — Что за…?! Javlar!!! — ругнулся он. Растения быстро выбросили его за порог комнаты и, не медля, начали стремительно врастать в дверную раму из роскошного дерева, блокируя ему проход. Чемпион рубанул Атомным Клинком сначала по одной лиане — правая нога свободна, потом по другой — левая освободилась, но теперь проблема была иная — путь в комнату полностью блокировала стена из плотно утрамбованных сросшихся лиан, которые потихоньку начинали деревенеть, словно бы срастаясь с деревянной рамой. — Да чтоб тебя! — начал он пробиваться свкозь заслон. Лианы щёлкали по нему в ответ, пытаясь повредить его кожу, и у них получалось — подобно хлыстам, они ранили его и разрывали его футболку, — Отпусти моего учителя! Он принялся резать деревенеющие лозы с рвением, стараясь как можно быстрее расчистить путь. Горячее лезвие с легкостью разрезало лианы, заливая все вокруг прозрачным соком вперемешку с пеплом, но стена была настолько плотной, да еще и зарастала сама собой, так что чемпион понял: прорезаться через эту самовосстанавливающуюся стену не получится. Был, конечно, альтернативный вариант… но владелец гигаплекса с него за это семь рыжих шкур спустит. Однако другого варианта он пока что не видел. Чемпион не стал долго думать, и отскочил обратно, набрав воздуха в легкие. — Ну… была ни была! — он встал на изготовку, и, материализовав за спиной Вихревой Ускоритель, заслонился правой рукой, ускоряясь по прямой вперед. Дриада, тем временем, продолжила наслаждаться своей добычей, возобновив свои потуги: она снова нависла над ним, пытаясь насадиться на могучий ствол Соляра. Его взгляд, направленный на заблокированную дверь, где сейчас резался с лианами его ученик, перебежал снова на безумный образ возвышавшейся над ним Дриады. — Прости, Соляр. Меня прервал один паразит… — сквозь зубы процедила она, сочтя четвёртого чемпиона на время обезвреженным, — …теперь… продолжим то, что начали? Она облизнулась в предвкушении, вызывая волнение у первого чемпиона, который чувствовал, что он уже на пределе — ей достаточно будет один раз насадиться на него, и извержение состоится немедленно. Она заняла ту же позу снова, её влажное горячее дыхание достигало его кожи даже отсюда, он прекрасно чувствовал, насколько Дриада была разгорячена. Чемпион зажмурился, глядя, как она схватила его дружка и направила в себя, готовясь к смеси боли и удовольствия, которая захлестнёт её с головой, отчего лицо девушки было исписано предвкушением: поднятые домиком бровки, закушенная нижняя губа, сощуренные глаза и застывшая напряжённая гримаса. Вот и все, ей достаточно совершить одно движение бёдрами, и их отношения уже никогда не станут прежними… В этот момент её прервали снова. К огромному неудовольствию хранительницы флоры, её барьер из живого дерева, призванный задержать вторженца в помещении, оказался с грохотом снесён его же узником. Даст попросту протаранил стену, сросшуюся с дверной рамой и частью бетона вокруг: сама импровизированная стена и рама разбились в щепки, разлетевшиеся по комнате вместе с крупным бетонным крошевом. Несколько крупных кусков несущей стены также откололись и улетели в разные углы комнаты. Грохот и цементная пыль заполонили пространство спальни. Зарычавшая девушка вскочила подобно ощетинившейся разъярённой кошке, и, пытаясь не слезть с пойманного чемпиона, отмахнулась рукой, призывая длинную гибкую ветвь, которая подобно хлысту должна быть ударить Даста. Недолго думая, он, не удерживаемый более лианами, быстро материализовал Зенит из инвентаря, и выставил его перед собой, чтобы древесный хлыст обвил его лезвие и застрял так, пока вторая рука держала Атомный Кинжал. Взгляды чемпионов соприкоснулись, и Даст коротким кивком дал коллеге знак. Соляр как мог вывернул правую ладонь и раскрыл её. Ринувшись вперёд, рыжий увернулся от ещё двух агрессивных зелёных хлыстов, и, отбившись от одной толстой лианы, перерубив её зенитом, обнаружил в защите Дриады брешь, тут же воспользовавшись этим: он метнул выключенный Атомный кинжал Соляру. Чемпион ловко поймал орудие, включил его лезвие и с лёгкостью рассёк живые путы на своём запястье. Освободив руку с кинжалом в ней, он не менее лёгким движением рассёк лианы на второй руке. Дриада, сконцентрированная на попытках удержать четвёртого чемпиона и не дать ему добраться до товарища, на секунду обратила внимание на свою жертву — он уже почти освободился прямо под её носом. В её голову закралось отчаяние — она уже понимала, что появление четвёртого чемпиона похоронит её попытки «забрать себе» Соляра, но оно не помогало ей придумать план. Извернувшись, Дриада вскинула руки, выпустив из них еще несколько лиан, прицепившихся к потолку, и резко подбросила себя в воздух. Флористка чувствовала, как внутри неё закипает ярость… она была так близко к намеченной цели, так близко к тому, чтобы завладеть тем, чего она жаждала долгие столетия…он почти принадлежал ей. Всего лишь несколько минут, но он был в её руках… Обида захлестнула обезумевшую от ярости Дриаду, принявшую тот факт, что её добыча ускользнула из рук и теперь ей придётся вступить в неравный бой с сразу двумя чемпионами. Она не имела шансов победить… но просто сдаться она уже не могла. Надо идти до конца. Но здесь было слишком мало растений, которые она могла бы использовать, как помощников… Сконцентрировав своё благословение в руках, она обвила свое нагое тело лианами, превращаясь в воздухе в нечто наподобие куколки и ринулась вперёд, запустив себя в полет с помощью взрыва маны. Чемпион приготовился отражать её удар… но к его удивлению, бронированная Дриада вместо атаки всего лишь пролетела санузел и с грохотом пробила сравнительно тонкую бетонную стену, выложенную бежевой плиткой, оказываясь на улице… на огромной высоте. Она как могла укрепила кокон для приземления, проложив его внутреннее пространство упругими листьями и лианами, создавая подушку. Некоторое время она чувствовала, что падает, что её тело тянет вниз гравитация, и очень скоро толстые ветки выдвинулись наружу, впиваясь в землю и тормозя живой деревянный кокон. Он раскрылся спереди, давая телу девушки по инерции вылететь наружу, и её скорость достаточно снизилась, чтобы она ничего не сломала при приземлении. Почувствовав почву под ногами, Дриада метнулась прямо к лесополосе на небольшом отдалении от Гигаплекса Тимискаминг. За ней последовали двое: первый чемпион выпрыгул из окна девятнадцатого этажа, и его ученик последовал за ним. Пролетев небольшое расстояние в свободном падении, Соляр материализовал за спиной солнечные паруса. Крылья, словно сотканные из полотна с поверхности их звезды, вспыхнули и расправились, освещая землю своим теплым сиянием. Он взмахнул ими, ускоряясь в сторону леса, куда отступала Дриада, и Даст следовал за ним на Вихревом Ускорителе. — Соляр! — послышался оклик молодого чемпиона, направленный товарищу, — Ты как? Что она сделала с тобой? Поровнявшись в воздухе с учеником, боец ответил: — Я в порядке, разве что она на меня заклятие наложила на ослабление. Просто врасплох застала, вот я и не среагировал. — Чёрт… да она, похоже, вообще с катушек съехала! Придется её усмирять и… — Не нужно, — дернулся первый чемпион, чувствуя, что от такого развития событий все только станет хуже, — Я сам хочу поговорить с ней. Это проблема возникла между нами, и нам просто нужен адекватный диалог. — Ну… хорошо, как знаешь, — пожал плечами призыватель, высматривая в лесной чаще силуэт убегавшей хранительницы флоры. Он не стал спорить с наставником, но все же поинтересовался резонно, — Ты уверен, что она станет тебя слушать? — Да, — коротко и без сомнения ответил Соляр, ускоряясь в полете, — Так будет лучше и для неё, и для нас всех…

***

Селестина пересекла лес и выбежала на открытую поляну, с которой можно было видеть вдалеке освещенные теплым светом прожекторов башни гигаплекса Тимискаминг. Её бег стал замедляться: все равно, какой смысл был убегать, когда тебя преследуют два чемпиона? Её босые ноги нежно ступали по зеленой спящей траве, покрытой блестящей россыпью ночной росы. Она замерла в самом центре поляны, ощутив вдруг ледяную ясность мысли, словно с её взгляда сорвали красную вуаль гнева. «Это конец» — обреченно подумала девушка, — «Я… я собиралась взять его… силой. Я… хранительница всей флоры Террарии, прожившая более 1200 лет, проиграла собственной похоти и позволила сиюминутным желаниям контролировать себя. Какая же я… жалкая. Соляр, должно быть, ненавидит меня… и он прав. Разумеется, я ведь повела себя, как конченная маньячка. С моей железной выдержкой, и таким длинным жизненным опытом, я просто не устояла перед низменными инстинктами… как я теперь посмотрю ему в глаза?» Она услышала, как позади неё приземляется, хлопая солнечными крыльями Соляр — она поняла это, заметив оранжевые блики на росинках. Чуть поодаль также опустился на землю рыжий чемпион — он взялся за Молот Паладина, готовый метнуть его в любой момент и обезвредить мятежную Дриаду, но наставник обернулся и остановил его жестом. Первый чемпион неспешно приблизился к повернутой к нему спиной Дриаде, упавшей на колени. Отсюда он прекрасно слышал, как она всхипывает, захлебываясь слезами. — Селестина, — попытался он привлечь её внимание, но девушка будто не реагировала, — Прошу, послушай меня. Я… прости. Я виноват в этом всём… Дриада медленно обернулась к нему. Её глаза, блестящие от слез, казались в новолунном полумраке очень большими. — Н… нет! Это не твоя вина… я просто… не смогла себя сдержать… ты правильно поступил, пытаясь остановить меня… — опустив голову, призналась девушка. Соляр замер, подбирая правильные слова. — Я… не стану лгать, говоря, что полностью понимаю тебя. Это не так, и это было бы лицемерием, — признался чемпион тоже, чтобы Дриада чувствовала себя увереннее, — Мне сложно представить, какого это — жить такое продолжительное время… я и представить с трудом могу, что тебе пришлось пережить. Но в том, чтобы желать близости с человеком, который тебе очень нравится — нет ничего плохого. Просто… у него тоже есть право выбора, как и у тебя. Ты и сама знаешь, что насилие не принесёт счастья ни тебе, ни тому, кого ты любишь… — Я знаю… — её голос почти утонул в виноватом шёпоте, ладони прикрыли её лицо. — Поэтому важнее всего смело заявить о своих чувствах, чтобы предотвратить… подобное… — он окинул руками себя, своего ученика и её, грустно опустившую лицо, — Не все люди могут любезничать со мной из чистых и непорочных побуждений. Да и к моему ученику тоже мало кто подходит, чтобы быть честным… Я всегда осторожно отношусь к словам людей, пойми. Если бы ты сказала напрямую, чего желаешь, я бы и ответил тебе честно. — И это я знаю… Чемпион вздохнул и опустился на корточки. Его пальцы осторожно коснулись её обнаженного плеча, начав поглаживать кожу осторожными, успокаивающими движениями. — Разве не было бы проще просто рассказать мне о том, что тебя гложет? — задался он главным вопросом сегодняшнего дня. Дриада торопливо вытерла слезы. Её лицо повернулось к нему, искаженное гримасой из смеси стыда и досады. — Я и собиралась это сделать… но… когда ты пообещал мне, что поговоришь со мной позже, я почему-то расстроилась и накрутила себя, что завтра все опять повторится, что опять будет просто бестолковый обмен любезностями. И я… я совсем расклеилась. И меня нашел этот рыжий балбес… и начал допытываться. Даст, безучастно стоявший неподалеку, округлил глаза, чувствуя себя оскорбленным. Он раскинул руки в стороны, его брови поползли вверх, а на изумленном лице явно читался вопрос: «Это Я что-ли виноват?!» Впрочем, Соляр не придал особого значения этому. Он знал, что Даст действовал из добрых побуждений, но, видимо, он многое недоговорил, либо выдал ей всё под другим соусом. — Хорошо, я понял, — вздохнул Соляр, решаясь все же не откладывать важный разговор, — Селестина, нам нужно сейчас же вернуться в комплекс. Там мы и поговорим.

***

Место, куда решили «припрятать» пока что уважаемую хранительницу флоры Террарии, было одним из самых спокойных и любимых для неё — верхний этаж гигаплекса с теплицами, где среди растений и экзотических цветов Дриада могла успокоиться. Да, в теории, она могла бы воспользоваться биомассой вокруг себя, чтобы предпринять еще одну атаку на чемпиона, благо этого самого материала было вокруг предостаточно, но в текущем психическом состоянии она едва ли представляла угрозу. В своей правой руке она держала небольшую лейку, из которой поливала растения. По сути, в этом не было острой необходимости — автоматические разбрызгиватели выполняли всю работу по поливу растений, но в данном случае Дриаде это было необходимо, чтобы успокоиться. Помогало ли это? Вполне. Но движения девушки были механические, как у дефектного робота, чуть ломаные, а в глазах как будто отсутствовала жизнь. Она успела подумать над всем, что случилось, и мысли у неё мелькали далеко не самые светлые. Скорее всего, ей устроят взбучку за повреждение имущества, общественно-опасное поведение и нарушение условий пользования гигаплексом. Скорее всего, Соляр ненавидит её, ведь она пыталась сделать с ним невероятную и вероломную гадость. Скорее всего, её вообще отстранят от должности… Устав накручивать себя, она просто примирилась с последствиями своих неосторожных действий и… сдалась. Её жизнь более ничего не стоила, ведь она была преисполнена работой в полях, а в полях могут работать и машины тоже. Она совершенно не жила полноценной жизнью, но теперь, видимо, ей не суждено даже работать на благо планеты. Оба чемпиона находились за полупрозрачной стеной теплицы, обсуждая дальнейшие действия. Впрочем, их обсуждение было очень коротким. — Она уже успокоилась. Не думаю, что она будет сопротивляться теперь. Так что я выйду к ней и поговорю серьезно, — выразил свои намерения первый чемпион вполголоса, — Я понимаю, чего она хочет… но раньше она не вела себя так… агрессивно. Возможно, что-то произошло с ней, что она сорвалась. Но это уже не так важно, это мы можем узнать потом, сейчас лучше не ковырять эту рану… — Ну, раз ты так уверен, что у тебя все схвачено, — развел руками рыжий чемпион, — тогда я не особо нужен сейчас, тем более, что я, оказывается, виноват еще во всем… Первый чемпион вздохнул, выслушивая его слова. — В этой ситуации твоей прямой вины нет, — объяснил Соляр, положив руку на плечо ученика, — С её слов, ты лишь раззадорил её, а значит, проблема существовала и до тебя. Я её успокою и… посмотрим, что будет дальше. Даст же, впрочем, был немного скептично настроен насчет его планов, о чем сразу дал знать изогнутой бровью. — Ты… собираешься ответить на её чувства? — задал он роковой вопрос, который, без сомнения, поставил первого чемпиона в тупик. Мужчина завис на долгую минуту, раздумывая над ответом. Накрыв свой рот ладонью так, словно он боялся раньше времени сказать какую-то глупость, он, судя по гуляющим глазам, подбирал слова. — Я… — притормозил он, снова раздумывая, но теперь уже недолго, — …мне ничего не остается, я не могу уже просто отвергнуть её. — Да ты и сам не против, как я понимаю, — хмыкнул Даст, чуть улыбаясь, — Несмотря на свой возвраст, это для многих шикарная женщина. Соляр посмотрел на него нечитаемым взглядом. — Внешность — не главное в человеке. — Я не уточнял, что говорю именно про внешность, — отметил парень, — Но раз уж она так тебе симпатична, то стало быть, ты ответишь взаимностью? Соляр опять многозначительно вздохнул, судя по всему, решаясь на что-то. — Да… — Ну… тогда поздравляю! У вас теперь есть своя женщина, учитель! — посмеялся швед, похлопав Соляра по плечу, хотя это далось ему с трудом — разница в росте была заметной между ними, Даст и сам был лишь на пару сантиметров выше Дриады. — Полно тебе… — улыбнулся Соляр, прикрывая глаза, — Любовь за одну ночь не расцветает. Это долгий и кропотливый процесс, как и восстановление равновесия в природе биома… — Да-да, Мудрец, как скажешь, — по-доброму отозвался призыватель, понимая, что тут его «помощь» уже не требуется, и пора бы уже пойти и заняться своими делами, — Я пойду отсыпаться… мне очень нужно отдохнуть после всей этой беготни. Пусть он и говорил об усталости, он имел в виду усталость моральную: все произошедшее едва ли заставило его напрячься по-настоящему, пусть и рваная одежда все еще напоминала о случившемся. — Как пожелаешь. Я тут уже сам справлюсь… — провожал своего коллегу старший чемпион, — Отдохни хорошо перед завтрашним днём! Тебе завтра понадобится хорошая концентрация на встрече. — Знаю-знаю… — уже уходя, бросил маг, — До встречи! — До встречи… — выдал Соляр, хотя его слова не достигли ушей рыжего призывателя, исчезнувшего в дверях гигаплекса. Воин повернулся вбок и зашел с угол теплицы — приоткрытые двери ждали его, и он отворил рукой одну из них, заходя внутрь. Запах здесь был весьма приятный, травянистый, переливающийся то сладким ароматом, то легкой горечью. Листья разных экзотических цветов свисали с высоких стеблей, а у некоторых образцов они и вовсе были скручены в трубочку и смотрели вверх. Были тут и более странные растения — мхи, лишайники на небольших булыжниках, стоявшие не в огражденной грядке, а отдельно, в огороженном невысоким заборчиком месте. Это были такие растения, которые не были типичны для этой местности, в Тимискаминге и вообще на многие километры вокруг не росли такие крупные лопухи и цветы. Все это было привозным, и насколько знал первый чемпион, они были завезены сюда с целью выведения холодоустойчивых декоративных растений. Он прошёл ещё несколько десятков метров внутрь и нашёл самый красивый цветок из всех здесь присутствующих — девушка стояла и рассеяно поливала грядку с уникальным фиолетовыми незабудками, погруженная в свои не очень хорошие мысли, судя по выражению лица. Мужчина аккуратно приблизился к ней, словно бы боясь, что она, подобно тюльпану, закроется от него своими лепестками в испуге. Приблизившись к ней на достаточное расстояние, чтобы она его слышала, он произнёс её имя: — Селестина… Она заметно вздрогнула, когда он обратился к ней. Дёрганым движением она прижала лейку к груди, подобно щиту, и отпрянула от грядки, уставившись на него несчастными, виноватыми глазами. Мелкая дрожь бегала по её телу, будто от ночного холода. — Да? — тихим голоском прошелестела дриада. — Я… — он аккуратно перекатывал слова на языке, пытаясь подобрать ключ к этой энигме, -… подумал на тем, что случилось. Её лицо исказила гримаса стыда. -… понимаю, что тебя давно гложет что-то, и, как я понял, причина твоих метаний — это я, — смело заявил он, пытаясь быть откровенным, но при этом не задеть её лишний раз, — Пожалуйста, прости, что я… игнорировал твои чувства. Острые ушки Дриады удивлённо дёрнулись и заалели. Смущённая до глубины души, она замахала руками и протараторила: — Нет-нет-нет! Что ты! — её явно смутил тот факт, что теперь он говорил с ней на «ты», и пусть это именно она и попросила его так делать, сейчас она поняла, что её это очень смущает, — Это… я должна извиниться, что не была более открытой. Если бы я более ясно заявила о своих намерениях, то этого всего не случилось бы… Он приблизился к ней. Её дыхание участилось — стало очевидно, что она очень волнуется, её взгляд бегал по полу, она явно избегала смотреть ему в глаза. — Пожалуйста, Тина, будь честной в этот раз, — он мягко положил руки на её плечи, — Раз ты готова была зайти настолько далеко, то это очень серьёзная проблема. Пожалуйста, позволь мне разобраться в ней… в тебе, и решить её. Дриада покраснела, чувствуя тепло от его мощных рук, державших её плечи, но упорно молчала. — Ну? Пожалуйста, не молчи, — подбодрил её Соляр. Девушка глубоко вдохнула и выдохнула, собираясь с мыслями, и её язык наконец-то разморозился: — Прости меня… я боюсь… я до ужаса боюсь, что если скажу тебе, что я чувствую, ты отвернёшься от меня… Соляр удивлённо моргнул, слыша подобное. — Нет… почему же? Конечно нет! — Даже после того, что я пыталась сделать с тобой? — всхлипнула она, — Я… я не заслуживаю прощения. — Тина, — с нежностью в голосе произнёс он, чувствуя, как трясутся её плечи, — Не говори о себе так, будто тебе ничего не может помочь. Ты прекрасная девушка. Я, честно признаться, очень редко вижу, чтобы какой-нибудь человек настолько посвящал себя благородному делу, и твоё стремление не допустить гибели природы Террарии достойно уважения. Ты умная, самоотверженная и мудрая хранитель биомов… и то, что у тебя есть слабости, как у и всех нас, это абсолютно естественно. И если тебя беспокоит это, ты может просто… попросить помощи. Дриада измученно фыркнула. — Из твоих уст это звучит так просто… — она снова вздохнула, — Я же не смогла даже собрать в себе смелости сказать просто «Мне нравится проводить с тобой время, я хочу больше видеться с тобой». Я прожила уже больше тысячи лет и усложнила всё в своей жизни, что только возможно… какое тут «просто»? — Тогда я спрошу тебя: чего ты на самом деле хочешь? — смело задал он ей главный и самый важный вопрос. Дриада решительно подняла голову и, собрав все силы в кулак, посмотрела смело ему в глаза. Их взгляды соприкоснулись. Её зелёные глаза и его карие. — Я хочу быть с тобой. Навсегда. Ты… — она шумно вдохнула, явно нервничая, — …ты мне нравишься! Несмотря на невозмутимое лицо Соляра, его глаза выдавали с потрохами вспыхнувшую в его душе бурю, вызванную вполне ожидаемым, но практически фантастическим признанием. — Правда? — ошарашенный, спросил он, будто был не до конца уверен, что не ослышался. — Да! — уверено ответила девушка, — Я хочу… узнать тебя получше. Мне… можно на тебя рассчитывать? Соляр не смог удержать тёплой улыбки. — Без проблем. Раз ты так этого хочешь, я совсем не против. Давай познакомимся ближе. Дриада не верила тому, что слышит: сердце готово было выпрыгнуть из груди. Все это было похоже на сон, и ей казалось, что она вот-вот очнётся в своём маленьком святилище, потерявшая сознание в очередной раз от сеанса «наслаждения» запахом пота чемпиона. Все это походило на фантастику, и она против своей воли расчувствовалась так, как никогда в жизни. Она опустила голову, и её эмоции полились потоком, подобно воде из прорванной плотины. Руки чемпиона почувствовали, как её плечи затряслись от всхлипов, и скоро он понял, что она готова разрыдаться. Девушка поспешно закрыла лицо ладонями, пытаясь скрыть от него слезы, но мужчина не принял этого, и, аккуратно взяв её за запястья, развёл руки в стороны. Зелёные глаза блестели от влаги, а на щеках уже были видны характерные влажные полоски, оставшиеся от слез. Соляр, тронутый до глубины души, произнёс: — Ох… Тина, ну что ты? Сразу в слезы… — он мягко обнял её за спину и прижал к своей груди. Девушка перестала себя сдерживать и дала чувствам вырваться наружу воем, попутно пропитывая слезами его рубашку. Вся та тоска, всё отчаяние и боль — всё покинуло её вместе с надрывным рыданием. Вжимаясь лицом в его грудь, она, не стесняясь и не боясь остановиться, плакала. Её пальцы вцепились в ткань на спине и сжали её, словно она не хотела его отпускать, опасаясь, что он пропадёт, исчезнет в тот же миг. Соляр нежно гладил девушку по голове, успокаивая её и давая понять, что она в безопасности, и что он полностью принимает её эмоции. Через несколько минут Дриада более-менее успокоилась. Она все ещё прижималась к телу чемпиона, но уже не плакала. Заключённая в его объятия, она наслаждалась теплом и и его дыханием, которое чувствовала на своей макушке. Девушка медленно, почти нехотя, освободилась из его объятий. Подняв лицо с прикрытыми заплаканными глазами, она выдохнула громко, и уголки её губ поползли вверх. Несмотря на страшный эмоциональный взрыв, на короткую битву с двумя чемпионами, и даже на ту самую ситуацию с Шанти, она сейчас высказала всё, что так давно хотела сказать первому чемпиону, показала свои чувства, и испытала настоящий катарсис. Все, что так долго копилось в ней, сейчас словно бы исчезло из её жизни, будто её душу очистили от всей отравляющей грязи. Она открыла глаза и посмотрела Соляра, мило шмыгнув носом. — Это ведь… не сон? Мужчина хитро улыбнулся и протянул свою массивную руку к её округлой щеке и подёргал её, заставив Дриаду ойкнуть. — А, ясно, это не сон… — чемпион отпустил её щеку, когда к Тене пришло осознание этого факта. — Просто столько всего произошло, что мне с трудом в это верится. — Ты как? Меня больше всего волнует именно это, — с беспокойством спросил чемпион. Дриада снова улыбнулась и вздохнула. — Намного лучше… как будто скала с души упала. — Хорошо… — облегчённо выдохнул Соляр, которому было радостно от того, что удалось все решить миром и помочь ей. Да, многое теперь изменится в их отношениях, и ему трудно будет поддерживать видимость их «рабочих» отношений, в то время как она всерьёз желает быть с ним, но… А стоит ли волноваться сейчас об этом? Главное — он узнал о настоящих чувствах главной защитницы флоры Террарии. — Теперь мы можем открыть новую страницу наших отношений, верно? — поинтересовался Соляр ненавязчиво, — Могу я теперь называть тебя просто Тиной? Без этих «леди» и «уважаемая». Дриада смутилась, но быстро вернула себе уверенный и собранный вид, отвечая ему: — Если ты позволишь называть себя Сол. Ты не против? Соляр счастливо улыбнулся. — Не против… Тина. Дриада светилась от счастья. Может быть, это был тот момент, когда её тысячелетнее одиночество закончится? Она с надеждой смотрела теперь на человека, который стал ближе к ней, который разделяет её тревоги, который понимает её. Он мягко смотрел в ответ. До абсолютной любви дорога все ещё была очень долгой, но она готова была её пройти. До конца. Ради него.

***

Своими действиями, в частности, готовностью броситься в пасть к Плантере, как это завуалировано назвал четвёртый чемпион, или же поговорить с Дриадой, Соляр явно дал понять младшему коллеге, что бюрократия будет лежать на нём. После этого инцидента ему необходимо было доложить о его разрешении в штаб охраны гигаплекса, заполнить отчёт, заверить его и отдать на рассмотрение. Само по себе это не долго — компьютер поможет с заполнением листа, но… Проблема была в том, что после того, как стукнул час ночи, все обитатели комплекса были уверены, что прибывшие гости уже давно спят. Конечно, в гигаплексе имелась круглосуточная небольшая смена уборщиц, поваров и дворецких, готовых оказать ВИПам необходимый сервис, но они, мягко говоря, не имели полномочий решать задачи такого масштаба. Все проблемы касаемо брешей в безопасности комплекса, в том числе и уже произошедшие, необходимо было зафиксировать на бумаге и составить должным образом отчёт. Но поскольку очевидцами этого происшествия по чистой случайности оказались лишь три человека — Даст, Селестина и Соляр, из которых свободен был только первый, ему выпала неудача работать с бумагой. Даст был очень знаком с этой работой и в какой-то степени даже любил бюрократию, да и его образование в основном было как раз таки связано с бумажной работой. Его подвешенный язык и знание юриспруденции помогало разгребать и, наоборот, пополнять тонны документов новыми делами. Чемпион сразу направился к лифту, чтобы опуститься на несколько этажей ниже, на «отсутствующий» 13-й этаж, который не был отмечен в перечне доступных в сенсорной панели, и потому попасть на него можно было только по пропуску. Он приложил карточку ридеру на сенсорной панели, она считала чип, и «открыла» ранее недоступные опции — технические помещения, серверная, «спецкухня», лабораторный этаж и, наконец, отдел безопасности. Туда он и направился. Лифт приехал на 13-й этаж медленнее обычного. Двери открылись, являя ему этаж совершенно другой компоновки — коридоры были шире, дверей значительно меньше, и вместе украшенных обоев и отделки под дерево, тут был бетон и глухой металлический пол. Лампы дневного света освещали коридоры, в которых тень могла образоваться только от человека. Его шаги гулко отзывались эхом в пустом коридоре. Он прошёл мимо арсенала, прошёл казармы, и, повернув по стрелочке налево, зашёл в коридор со всего двумя дверями — одной из бронированного стекла, штабной, и двойной дверью, ведущей в командный пункт. Дежурный офицер должен быть там… Но дверь была не заперта. Приложив к ридеру свою карточку, чемпион обнаружил, что замок просто выключен, и никак не реагировал на чип. Он потянул железную ручку вниз, которая без труда поддалась, открывая бронированную дверь. На посту никого не было. Пустая комната, в которой было полно устройств связи, компьютеров, стол на двадцать человек, большой сенсорный экран для презентаций… и ни одной живой души. Сказать, что чемпион удивился этому — ничего не сказать. Куда мог деться дежурный по смене? Это было не нормально. Кто-то обязательно должен быть на дежурстве… так ведь? По уставу он должен был сейчас находиться на посту. И почему устав нарушался? А ему как раз необходимо было отправить отчёт, но, видимо, вместо этого чемпиону придется выяснять чужие промахи и решать проблемы посещаемости. Непорядок! Будь он тут управляющим, или хотя бы главой отдела кадров, он бы быстро навёл порядок и нарушитель уже отвечал бы за свой промах, однако реальность была такова, что всё ему придётся делать самому. Вздыхая, чемпион закрыл бронированную дверь и направился обратно к лифту, который привёз его сюда. Он зашел в кабину, его пальцы замерли в нескольких сантиметрах от сенсорной панели, ждавшей ввода сигнала. Он задумался, прокручивая в голове возможные варианты. Возможно, дежурный вышел взять чашку кофе? У них предусмотрены короткие перерывы в работе, но в таком случае он должен был оставить сообщение на двери о том, что уходит на перерыв? Да и сейчас было не обеденное время у ночной смены. Может, у него случилась какая-то другая непредвиденная ситуация? Но в голову не приходило разумного объяснения этой ситуации, и выхода, казалось, не было. Хотя… Его осенило, и чемпион нажал кнопку девятнадцатого этажа, чтобы хотя бы обзавестись зацепками. Вряд ли эта краснопёрая дура знает хоть что-то, но сплетничать она умеет точно, а значит, она может выпалить что-то интересное. Чемпион, конечно, слегка недолюбливал ведущую специалистку по сфере зоосферы Террарии за её ветреный характер и излишнюю болтливость, но он не мог не признать, что со своей работой она справлялась на все 100 процентов. Она наверняка сейчас спит, но звонок чемпиона в дверь посреди ночи — такое не каждый день испытаешь, и его она точно игнорировать не станет. Он быстро нашёл её квартиру — рядом с дверью была табличка с её именем и фамилией. Он уже хотел было нажать кнопку винтажного электрического звонка, как дверь внезапно отворилась сама. Начальник охраны вышел оттуда, переговариваясь с товарищем, шедшим позади. Он перешёл через порог и вдруг резко остановился, медленно повернув голову в сторону неожиданного гостя, уже готовившегося нажать на кнопку звонка. Даст, продолжавший ещё пару секунд смотреть вперёд, вдруг тоже повернул своё лицо к нему, изгибая вопросительно бровь. — Начальник охраны Шеридан? — прочитал он бейджик на его слегка помятой форме. Мужчина побледнел, понимая, что их встреча не сулит ничего хорошего, ибо по правилам, он должен был быть уже давно на своём месте, — А Вы… что тут забыли? — А! Да… ничего особенного, — пытался начальник увести разговор в другое русло, — У нас… разговор был с… друзьями. — Неужели? — ещё больше удивился чемпион. Ему не нужны были никакие показатели с биочипа, чтобы понять, что этот человек пытается соврать, — И что же вы собрались обсуждать… втроём? У молодой девушки на квартире? Его слова заставили остальных мужиков напрячься. Занятые Шанти, они совершенно забыли про то, что сегодня весь день им трубили про приезд важных гостей, и обычно никого из них это не касалось… какой гость будет ходить по гигаплексу ночью? Они обычно все спят в это время. Но, видимо, не в этот раз… — Э… ну… — пытался начальник придумать оправдание себе, Взгляд чемпиона словно окатил их водой со льдом. Его лицо нисколечко не изменилось, все так же оставаясь бесстрастным, а вот тон его заметно похолодел: — Я полагаю, мне не нужно объяснять, что отсутствие в рабочее время на своём месте — это серьёзный проступок. Вы также не оставили никаких предупреждений о том, что уходите на перерыв, что подтверждает тот факт, что Вы просто оставили пост самовольно, — говорил чемпион ровно, без эмоций, словно зачитывая протокол, который все и так должны знать, — Знаете… если бы я работал в отделе кадров, и обнаружил, что Вы в самоволку ушли с рабочего места… Шеридан скривился лицом. Чемпион же продолжал наседать на него со спокойствием хищника, загнавшего добычу: — …то Вас бы мигом выбросили из Тимискаминга, заблокировали бы пропуск и это увольнение точно вошло бы в Вашу трудовую книжку. Трое мужчин стояли ни живые, ни мёртвые, давая его словам осесть. Рыжий парень сверлил их пытливым взглядом ещё с дюжину секунд, прежде чем его лицо изобразило насмешливую гримасу. — Но поскольку я не глава отдела кадров, а всего лишь ВИП-гость, то у меня нет прямых полномочий как-то на Вас повлиять, кроме как пригрозить Вам, что если вы сейчас же не вернётесь на свой пост, мне придётся доложить об этом инциденте руководству, а они там уже сами порешают, как Вас образумить… — Я… я понял Вас, уважаемый четвёртый чемпион, — шумно выдохнув, произнёс мужчина и энергично закивал головой, — Прошу прощения за это безобразие, я уверяю Вас, такого больше не повторится…

***

— Конечно, не повторится. Вас же уволят за такое! — махнул рукой чемпион раздражённо двум другим его товарищам, будто прогоняя надоедливое насекомое, — Исчезните, пожалуйста! — Вас понял! — начал он боком двигаться в сторону лифта, — Через минуту я уже на посту буду! Если Вам что-то необходимо, я там! Шанти, наблюдавшая за процессом из тени своей квартиры, решила вмешаться, чтобы отвести внимание этого пытливого придурка. С легким неудовольствием она решила, что это будет не такой уж и дорогой жертвой. Одетая лишь в банный халат, она с хищничьей грацией подкралась к чемпиону, злобно бубнившего себе что-то под нос, глядя на удаляющихся в сторону лифта мужчин, и набросилась на него. Он ни за что не устоит перед ней, думала она. Чемпион внезапно почувствовал, как его обхватили чьи-то тонкие тёмные руки, а к спине прижались два упругих полушария. — Приве-е-ет! А я тебя помню! — весело поздоровалась она прямо ему на ухо, — Даст, правильно? Ты ученик первого чемпиона… слушай, может, зайдёшь ко мне и мы обсудим эту ситуацию… ну, наедине? Последнюю фразу она прошептала ему на ухо, голос стал томным и с нотками сладкого намёка. — М? Что скажешь? Даст повернул лицо вбок, чтобы она услышала его. — Да… пожалуй, я все же приму твоё предложение. Шанти хитро улыбнулась, её розовый язычок облизал пухлые губы. — Ну, тогда добро пожаловать… проходи, чемпион!

***

Разговор вышел совершенно не таким, как рассчитывала Шанти. Стоило ей плюхнуться на диван, расслабленно потягиваясь и приоткрывая для обзора немножко больше кожи, чем принято в приличном обществе, как Шанти обнаружила, что он не менее быстро устроился в кресле напротив неё, вынимая табельный бластер, и, переключив его на «оглушение», навёл на неё. Уже было комфортно устроившаяся на диване Зоолог, подумав, что он не против «повеселиться» с ней и снять напряжение, поняла, что он пришёл сюда не для постельных утех. Она подобрала ноги поближе к себе, закрывая то место, которое короткий халат открывал под таким углом для обзора, а её руки чуть подтянули ткань, закрывая грудь. Она посмотрела не него уже серьезно, без игривости. — Ну? И зачем ты меня на мушку поставил? Я бы могла бы уже перекусить и пойти спать… Чемпион, безотрывно наблюдавший за ней, ответил не сразу. Его лавовые глаза, удивительно неподвижные, будто сканировали её, а холодное, наполовину закрытое тенью лицо, как у андроида, слегка пугало. — Да… да, могла, — подтвердил он, но бластер не опустил. — Могла бы уйти спать. И, конечно, я могла бы скрасить немного твоё время… если ты понимаешь о чем я, — подмигнула она ему. — Понимаю. — не двинув ни одним мускулом на лице промолвил он, и внезапно сменил тему, — И ты ничего не слышала и не знаешь о том, что недавно произошло? Он поймал её. Шанти не знала всех деталей, но уже успела прочитать, что сегодня ночью, пока она… развлекалась со своими друзьями, Дриада устроила истерику этажом выше, и до квартиры Шанти даже донёсся грохот… который, правда, все проигнорировали, но она догадывалась, что там случилось. Тем более, она видела в окно убегавшую Дриаду и чемпионов, преследовавших её. — Я… понимаю, кажется, что случилось, — призналась Шанти, грустно опустив голову. — Если бы ты понимала, ты бы уже трезвонила своей подруге, пытаясь узнать, в порядке ли она, — отрезал парень, не с упрёком, но с твёрдой констатацией факта. — Ну, я… обязательно позвоню ей, как только она придёт в себя, — вздыхая, говорила Шанти, до сих пор не понимая, почему он держит её на мушке, — Я знаю, что ей сейчас нехорошо, что она немного не в себе… Голова чемпиона медленно наклонилась в сторону, он немного нахмурился. — А я знаю кое-что покруче. Шанти закатила глаза. Она, честно признаться, плохо знала этого человека, окромя тех крупиц информации, что доставались ей от первого чемпиона, Дриады и других служащих Террарии. И потому просто подыгрывала ему, чтобы не добавить себе проблем. — И что же? — Я знаю, что может случиться, если ты не позвонишь ей сама, — ответил он. Конечно, чемпион на данный момент врал, пользуясь неосведомлённостью Зоолога о произошедшем. Вряд ли Дриада теперь стала бы разрушать комплекс и опять носиться в истерике, ибо она уже помирилась с нужным человеком, но Шанти ведь этого не знала… — И что случится? — устало тёрла глаза зверолюдка. — Она снова поедет кукухой, помешается, опять полезет к чемпиону в квартиру, а там её уже полноценно отстранят от работы, поведут к психологу, может, таблетки пропишут пить, — лавовые глаза чуть сверкнули, когда он это говорил. Его рука, державшая бластер, не дрожала. Шанти покачала головой. Она никогда не видела в Тине таких наклонностей, и уж тем более, что она может оказаться психически нездоровой. — Ты этого не можешь знать наверняка, — заявила она, с вызовом глядя на него. Чемпион все равно оставался спокоен. — Я могу это знать наверняка. Но я не знаю одного — вдруг что-то… или кто-то помог ей, ну, знаешь, косвенно, попасть в такое состояние, которое и привело к нервному срыву? Шанти не ответила, её взгляд ушел куда-то в комнату. — Вдруг её лучшая подруга бросила её в момент нужды, и потому она оказалась на грани? — Ты обвиняешь меня в случившемся? — приложив руку к груди, выдала Зоолог. — Лучше было бы, если бы кто-то сознался в том, что виноват. Так мне было бы легче переложить на кого-то ответственность за случившееся, — честно ответил чемпион, не стесняясь правды, — Пусть у меня и нет прямых тому доказательств, но я уверен, что ты каким-то образом замешана во всем этом. А раз замешана, значит, и с тебя тоже мы потом спросим… Уши зверолюдки раздражённо вскинулись, шерсть на них встала дыбом, и она прорычала в ответ: — Да пошёл ты к черту. Даст лишь ухмыльнулся от её реакции. — Ладно… тогда другой вопрос. Подумай. Если твои действия и принципы привели к тому, что сейчас тебя сидит и допрашивает чемпион, который, вообще-то, не обязан этим заниматься, то… разве это не должно сказать, что с твоими принципами что-то не так? Она долго смотрела на него. Её взгляд также покрылся льдом, и ей явно не нравилось, в какую сторону он идёт. — Пх… — фыркнула она с неудовольствием, — Да ты просто чокнутый. Брови шведа поползли вверх. — Ты так подумала из-за этого разговора? — Нет, я так всегда думала, — огрызнулась зверолюдка, но вопреки её ожиданиям, чемпион стоически проигнорировал это оскорбление, — Да и вообще, если она снова увидит или услышит меня в таком случае, не сделает ли это ей хуже? Может она наоборот, ещё сильнее поедет крышей? — Есть лишь один способ проверить, — намекнул чемпион туманным тоном, и Зоолог, несколько раз хлопнув ресничками, наконец, догадалась, о чем он. — Я не знаю, что с ней произойдёт, если я ей позвоню. Это опасно, — пыталась она уйти от ответственности, — Разве что она сама мне позвонит и… Её смартфон, лежавший на кофейном столике, разделявшем пространство между чемпионом и девушкой-зоологом, завибрировал, и спустя пару секунд заиграл знакомый Шанти рингтон. Её уши встали торчком и зафиксировались на источнике звука. Чемпион медленно, даже лениво склонил голову, бросив взгляд на вспыхнувший экран, чтобы посмотреть, кто звонит. Его лицо вернулось обратно к ней, уголки его губ поползли вверх, изображая самодовольную улыбку. Ах, как же это было удобно! Когда обстоятельства словно складываются исключительно в твою пользу, словно по щелчку чьих-то пальцев! Было бы лучше, если бы Даст сам мог повлиять как-то на эти щелчки… и тогда бы не случилось той ситуации с Дриадой. Шанти неуверенно застыла на месте, пытаясь решить для себя — стоит ли поднимать трубку или нет, а Даст наслаждался её метаниями с огромным удовлетворением. Казалось, что сама реальность изгибает свои булки ему навстречу. — Ну? — подал он голос, заставляя закусившую от волнения зубами кончик большого пальца девушку чуть вздрогнуть и прийти в себя, — Ты трубку возьмёшь?

***

Дриада взволнованно теребила пальцами прядь своих волос, пока её правая рука удерживала смартфон находился около правого уха. Соляр сидел с ней рядом на скамейке открытого этажа, терпеливо ожидая. Конечно, в такое время Шанти уже наверняка спит, но Дриада не оставляла надежды всё прояснить, и дать своей подруге знать, что всё уже разрешилось. Гудки шли долго, и в какой-то момент Дриада даже думала прервать звонок, но спустя примерно полторы минуты гудки прервались, и на том конце провода кто-то неуверенно ответил: — А… ало? — Шанти! — выдохнула Дриада, собираясь с мыслями, — Привет… прости, что звоню так поздно. — Да ничего страшного, хорошо, что ты успела, пока я на боковую не ушла! — посмеялась Шанти, пытаясь скрыть нервозность. Чемпион положил бластер себе на ноги, но не стал убирать его совсем. — Я… в общем… — Дриада замешкалась, не зная, с какой стороны подойти к этой проблеме и как начать разговор. Но после недолгих раздумий решила, что лучше быть прямолинейной, — Извини, что я вот так просто зашла к тебе и… и… Шанти моментально поняла, что подруга хочет сказать и сразу же затараторила: — А! Тина, да брось! Я не злюсь на тебя, и вообще, это не твоя вина… это я, скорее, забыла, что дверь за собой лучше запирать, — неловко рассмеялась Зоолог, — Это я должна просить прощения, что тебе пришлось это видеть. Обе девушки замолкли, и повисла неловкая пауза, которую лишь спустя несколько секунд развеяла Шанти: — Ты в порядке, Тина? Дриада громко вздохнула, но тон её теперь поменялся с усталого на более жизнерадостный. — Да… теперь в порядке. Зря я вообще ковырялась в этом… только злилась и злилась, корила себя за что-то, завидовала… особенно тебе, Шанти. Я страшно завидовала именно тебе, — призналась Дриада, — Смешно… в итоге все оказалось так просто. Никогда у меня не было такого в жизни. Даже странно… Дриада перестала накручивать волосы на палец и посмотрела в сторону, где сидел первый чемпион. Он ответил ей изогнутой бровью. Девушка улыбнулась в ответ и продолжила: — Ладно, я не буду тебя держать больше, иди спать. У нас ещё будет много времени, чтобы поговорить о разном… пока, Шанти. Скоро увидимся, — Дриада нажала на красную кнопку завершения звонка. Главное, что она успокоила свою подругу, а в её собственной душе, наконец, наступил дзен. А чтобы разобраться с их проблемами у них ещё столько времени впереди… которое Дриада была согласна терпеть, пока он находится рядом с ней. Она подвинулась к чемпиону ближе и прижалась головой к его плечу, закрыв глаза в блаженстве.

***

— Ну! Видишь! Все хорошо кончилось! — вскинула Шанти руки сразу же, как Дриада бросила трубку. Чемпион удовлетворенно хмыкнул и убрал бластер обратно в кобуру. На самом деле, ему совершенно не было необходимости держать её на мушке бластера изначально, однако он не мог быть уверен, что она послушает его слова. Но теперь… он сделал все возможное, чтобы предотвратить возможные проблемы в дальнейшем. Подруги помирились, и самая опасная из них пришла в себя с небольшой посторонней помощью. Это был очень даже положительный исход. Ещё одно выполненное задание! Осталось сделать дела по мелочи: отчёт заполнить, отослать его, и, разумеется, прибрать тот бардак, что натворила Дриада. Всего то! Рыжий парень спокойно встал с кресла и направился к выходу. Но тут ему в голову пришла еще одна мысль. Он хотел кое-что уточнить у этой вертихвостки. — Слушай, Шанти, мне любопытно узнать, — начал он, стоя к ней спиной, — Ты, получается, для всех дверь открытой оставляешь? Бордель что ли решила открыть? Девушка возмущенно хлопнула хвостом по обшивке дивана. Она скрестила руки и злобно буркнула: — Нет! Я не пускаю к себе кого попало, а только тех, кого долго и хорошо знаю! — оправдалась она, — И вообще, какого Ярима ты интересуешься моей личной жизнью и кого я вожу к себе?! Ты мне не отец, чтобы указывать! — Ну… — он резко обернулся и посмотрел на неё серьёзный, — А меня ты тоже вообще-то хорошо знаешь, если говоришь таким тоном. Почему тогда нам не потрахаться? Шанти опешила. — Ни за что. — Опа! — вскинул руки чемпион, изображая удивление, — А несколько минут назад ты уже чуть ли не облизывалась, заводя меня в комнату к себе! Что изменилось? Ты одному из главных защитников Террарии не доверяешь? Шанти в отвращении фыркнула и бросила ответ его обвинениям: — Да я тебя просто отвлечь пыталась, чтобы ты мальчиков моих не пилил! Честно, мне реально противно было играть из себя шлюху, которой я не являюсь, я просто не хотела, чтобы Шеридану досталось по шапке, — под конец предложения её голос взял высокую ноту, её язык явно говорил больше, чем её голова хотела выдать. Она резко захлопнула рот, понимая, что сказала слишком много. — Ага! Вот и оно! — торжественно заявил чемпион, тыча пальцем в сторону девушки, — Что ж, то, твоё нежелание помочь мне сбросить листву я полностью понимаю, но все же твой мотив был — сокрытие безалаберного отношения к работе. Ладно… я догадывался об этом, но просто хотел подтвердить. Он махнул рукой и повернулся прочь от девушки. — Но я все же отмечу, что если ты уж тут гнёздышко решила свить, и водить в него понравившихся самцов, то будь добра, пожалуйста, не снимай их с работы, — говорил он, стоя вполоборота к ней, — После случившегося… сама знаешь чего, мне одному досталась обязаность зафиксировать этот случай в отчёте, а того, кто этот отчёт должен принимать, не было на месте в рабочее время! Когда он должен был быть там, причём! Это понятно! Девушка зарычала, шерсть на её ушах и на хвосте вздыбилась от злости: — Да поняла я! Пошёл вон отсюда, задолбал уже нотации читать! Ты не начальник мне и не отец! — бросила она уходящему чемпиону вслед, — Да тебе ни одна шмара отчаянная не даст! Ты из женщин то, небось, только маму трогал в своей жизни! Придурок… Чемпион удалился в темноту, и скоро до ушей девушки докатился хлопок двери. — Вот мразь! Как я его ненавижу!!! — зарычала она после того, как услышала щёлканье замка. В ярости зверолюдка схватила первую попавшуюся под руку вещь — подушку с принтом хелло-китти, и безжалостно впилась в неё ногтями. Во все стороны полетел наполнитель и пух, оседавший в основном на полу, как иней. Хищница хладнокровно прикончила несчастную подушку, совершенно не заслужившую такой страшной кончины, и бросила опустевшую рваную наволочку прочь. Это помогло ей расслабиться, но слова чемпиона слишком застряли в её голове. В чём-то он был прав — её неосторожность привела к тому, что сейчас этот говнюк отчитывал её за «неправильные поступки». Может, ей и правда стоит быть аккуратнее со своими развлечениями? Возможно. Она точно не хотела бы повторения подобного, так что стоило с этого момента задуматься над тем, чтобы следить за временем и графиками своих партнёров. Она, фыркнув, потянулась к телефону, чтобы позвонить кому-нибудь и выговориться… но её рука замерла перед сенсорным экраном, и она засомневалась. Оно того не стоит. Это была просто мелочь, которая, однозначно, разозлила её, но не нанесла критического урона. — Тц! — цыкнула Зоолог, поправляя бордовую прядь, засловнившую глаза, — Ладно, чёрт с ним… Встав с дивана, она потянулась и направилась в свою спальню, чтобы во сне забыть всё, что случилось сегодня…