"Тебе он... просто поможет"

      Выйдя из лифта на сорок третьем этаже самого крупного бизнес-центра города, я проследовала к офису двести, в котором, судя по визитке, работал Томас Уильям Хиддлстон, психолог-психотерапевт. На входе я увидела молодого парня, сидящего за столом. На столе стоял новенький лэптоп. Парень вскочил и подбежал ко мне.       — Мисс Гонсалес?       Я кивнула       — Позвольте Ваш…       Я рукой показала, что против передачи своего тренча третьим лицам, надменно приподняв бровь. Парень смутился, но кивнув, снова защебетал.       — Мистер Хиддлстон начинает сеанс ровно в назначенное время, а сейчас без трёх минут. Быть может, чай или кофе?       — Спасибо, не нужно. Как Вас зовут?       — Шелдон, мисс.       — Шелдон, судя по интерьеру, местоположению вашего с боссом офиса и последней новинке технического прогресса, стоящей у Вас за спиной, пациенты платят огромные деньги за услуги. В том числе и моя мама. Так что позвольте мне войти.       Я сделала шаг, опередив Шелдона, и повернула ручку двери, проходя внутрь. В полуметре от меня, направив хитрый взгляд на своего секретаря и засунув руки в карманы идеально отглаженных коричневых брюк, стоял мужчина. Он облизнул губы.       — Мистер Хиддлстон, я предложил мисс подождать, но она…       — Ничего, Шелдон, мне тоже не терпится познакомиться с мисс Гонсалес. Принеси нам чай, зелёный, без сахара.       — А Вы подрабатываете провидцем или просто любите доминировать? Это, между прочим, тоже лечится в психотерапии.       — Неужели я ошибся с Вашими предпочтениями? — притворно-почтительно уточнил он.       — Я уже ответила Шелдону, что ничего не желаю.       Я сделала несколько шагов влево, подходя к креслу. Поставила сумку на подлокотник, взглянула на часы.       — Мистер Хиддлстон, Ваш секретарь рассказал мне о Вашей любви к строгому тайм-менеджменту. Позвольте указать Вам на то, что наш сеанс уже должен был начаться.       Он кивнул Шелдону, прикрывая за ним дверь в кабинет и быстро прошел к креслу напротив. Мы синхронно коснулись одежды: он — пуговицы на пиджаке, а я — пояса на тренче и так же синхронно дернули рукой, расстегивая одежду.       Присаживаясь, я видела, что он жутко взбудоражен. Что он ждёт моих дальнейших «выпадов». И я готова была дать ему эту «пищу».       — Знаете, — закидывая ногу на ногу, начала я, — Вы походите на богатенького дилетанта, к которому идут «по отзывам» подруги дамочек, которые в Вас влюбляются.       — Вы находите меня привлекательным, Лея? — улыбнулся он.       — Я не из тех, кто отрицает очевидные вещи. Вы молоды, красивы, успешны. Следите за собой, разбираетесь в моде, гаджетах и интерьере. У Вас примерно трехдневный маникюр, костюм, сшитый на заказ от Ralph Lauren и дерби Christian Louboutin. Всё подобрано по тонам. А на стене какая-то баснословно дорогая картина художника Эпохи Возрождения.       — Моё почтение, Лея, Вы… интересный собеседник. В самом начале Вы сказали «молоды». И дальше Ваш ответ описал материальную сторону моей привлекательности. Для Вас важны эти составляющие при выборе объекта…       — Вожделения? — договорила я.       — Пусть так.       — Хотите им стать? — я не дала ему ответить. — А Вы могли бы, Том… Не возражаете, если я буду обращаться к Вам так?       — Если Вам так удобно, — улыбнулся он, сцепляя руки в замок и откидываясь на спинку кресла.       — Удобно. Думаю, Вы в курсе проблем, с которыми я к Вам пришла?       — А Вы уверены, что проблемы, озвученные Вашей мамой, у Вас имеются?       — А Вы подвергаете сомнению материнскую чуйку? — округлила глаза я.       — Когда у Вас последний раз был секс, Лея?       — Вчера.       Казалось, он не был удивлён ответом.       — Это Ваш постоянный партнёр?       — Да.       — Но не парень.       — Но не парень.       — Сколько ему лет?       — Шестнадцать, это парень из параллели. Мы спим около четырёх месяцев, нас устраивает. В отношения не вступаем, потому что мы в этом плане друг друга не интересуем. У него — большой член, а я — гибкая и громкая. Все в плюсе.       — Спасибо, что сразу ответили на мои следующие вопросы.       — А среди них был вопрос про то, насколько я громкая?       — Полагаю, что нет, но информация интересная, — Том сглотнул, улыбаясь краем губ. — Какие у Вас отношения с мамой?       — Какой ответ на этот вопрос ждёт каждый психолог? Нормальные? Хорошие? Все вот эти слова, которые не имеют никакого веса. У меня есть мать, они с отцом в разводе. Постоянно я живу с матерью, отношения с отцом более теплые и прочные.       — Именно такой ответ хотят услышать психологи, ну, по крайней мере, я. Почему Вы не живете с отцом, если с ним у Вас более крепкая связь?       — Потому что мой отец — пианист. Он часто на гастролях, но почти всё время, что он проводит в Англии, я провожу с ним.       — Ваши родители одиноки?       — Да.       — Всё время после развода?       — У отца время от времени бывают романы. Мама одна уже пять лет.       — С чем Вы хотели бы связать свою жизнь?       — Со свободой, да попрочнее.       — Сейчас Вы считаете себя ограниченной в чём-то?       — Не думаю, Том, просто не хочу привязывать себя к месту, человеку, делу. Хочу путешествовать, может быть, играть в какой–нибудь группе, волонтёрить и ещё много чего. Вы не услышите от меня ответа в стиле «хочу стать программистом и завести семью».       — Кто знает, может быть, я хотел услышать именно то, что Вы сказали. Однако со стороны Вы создаёте впечатление почти что бизнес-вумен. Сколько Вам лет?       — Семнадцать, а Вам?       — Тридцать четыре.       — Жаль не тридцать восемь.       — Почему? — у него на лице проступили «гусиные лапки», он подавлял искреннюю улыбку.       — Вы сдерживаетесь, разве это правильно? Давайте вместе посмеёмся с анамнеза моих психологических проблем, который надиктовала Вам моя мама.       — Вы правы, Эбигейл дала исчерпывающий взгляд на ситуацию. Вы не будете против прогулки?       — Вся Ваша, если Вы договаривались с моей матерью о почасовой оплате с прогулками.       — Не волнуйтесь об этом.       Он встал и подал мне руку.       — Том, я не особо предпочитаю физический контакт, извините.       — Разумеется, я усвою.       По пути к двери взгляд мой упал на книгу на его столе, так небрежно брошенную на угол. Это был мой любимый роман в стиле «психологический реализм» — «Источник» Айн Рэнд. Сердце пропустило удар, я неконтролируемо сжала зубы, как будто кто-то «незваный» посягнул на моё.