Закон равновесия

      — Даже если бы вечер не был свободным, тебя бы все равно это не остановило, — усмехнулся Поттер. Иногда колдомедик был даже очарователен в своих попытках контролировать все вокруг.       Гарри направился к выходу, когда его негромко окликнули:       — Мистер Поттер! — Аврор обернулся и увидел, как к нему с улыбкой спешит одна из медсестёр. Он улыбнулся, делая шаг навстречу.       — Мистер Поттер, — повторила она, аккуратно беря его за локоть и отводя чуть в сторону от Малфоя. Тот понятливо отступил к дверям и сделал вид, что усиленно изучает стопку отчетов. — Вы вряд ли меня помните, — она посмотрела аврору в глаза, а к тому резко пришло осознание, откуда же появилось такое зудящее чувство из прошлого, когда он только-только увидел её в палате.       — Я участвовала в вашем обследовании тогда, — негромко произнесла женщина, а Поттер скосил глаза на силуэт колдомедика у открытой двери. Да, не самый подходящий момент. — Хотела просто узнать, как вы? — Она улыбнулась той самой улыбкой, которой награждают больных в онкологическом отделении. По спине аврора поползли противные холодные мурашки.       — Все в порядке, — понизив тон, ответил он. — Как видите, даже жив.       — Даст Мерлин, все обойдется. Не унывайте. Я верю, что все можно исправить, — тихо проговорила мисс Конор, а затем вежливо кивнула Малфою и удалилась вглубь палаты.       — До завтра, — отозвался тот, закрывая папку бумаг и поднимая на Поттера заинтересованный взгляд. Но от вопросов воздержался, и Гарри был ему крайне благодарен.       Поттер сделал глубокий вдох, а затем запустил пятерню в волосы, тормоша их на затылке (давняя привычка, обозначающая нервозность). Гарри терпеть не мог, когда его жалели, а уж когда относились как к смертельно больному — это и вовсе выводило из себя.       — Идём, — аврор вышел из палаты, утихомиривая бурлящий в груди шквал эмоций. — Поблагодарю твоего зама за прекрасно сделанный отчёт.       Драко отлепился от стены, обвел взглядом неподвижных пациентов и тихо закрыл за собой дверь. Поттер выглядел откровенно хреново. Прошлая ночь никому из них не пошла на пользу, но сейчас в чужих движениях читалось напряжение. Малфой решил пока ничего не спрашивать. Ему было любопытно содержание диалога людей, которые, как он думал, встретились впервые, но нужно было дать Поттеру время, поэтому путь до кабинета прошел в тишине. Зато стоило им объявиться в приемной, как у перекладывающего документы Джеффа с хлопком выпала из рук папка.       — Мистер Поттер! Добрый вечер! — Голубые глаза загорелись, а с лица тут же соскользнуло выражение вселенской усталости. — Мой отчет… Вам его передали?       Незаметно (и с сочувствием) похлопав брюнета по спине, Драко прошел в свой кабинет.       — Я закончу с делами и можем идти. Подожди меня здесь. В прекрасной компании моей правой руки, — он хитро кивнул на своего заместителя.       — Ой, мистер Малфой! Вы просили напомнить про благотворительный вечер, сэр, — затараторил Джефф.       — Верно, — с заминкой кивнул Драко. Предстоящее событие совершенно вылетело у него из головы. — Спасибо.       — Добрый вечер, Джефф. Да, благодарю, ты отлично справился с работой, — Поттер, решивший не встревать в чужой разговор, запоздало ответил, когда на него воззрилось две пары глаз. Джефф был похож на подпрыгивающего от радости щенка, а вот Малфой — на ехидно оскалившуюся скотину: хотелось показательно провести большим пальцем по горлу, но в данной ситуации этот жест вряд ли мог считаться вежливым. А портить репутацию перед малознакомым человеком все же не хотелось.       Джефф широко улыбнулся, кивнув начальнику, и, едва тот закрыл дверь в свой кабинет, тут же повернулся к красавчику, который свел его с ума еще во время прошлой встречи. Вживую герой выглядел еще лучше, чем на колдографиях, и не походил на напыщенного индюка, как многие посетители мистера Малфоя. В голове Джеффа уже звучали свадебные колокольчики.       — Я слышал, что на этот вечер приглашают только выдающихся личностей, — пальцы заместителя быстро собирали рассыпавшиеся документы, а на щеках полыхал румянец. — Вы уже бывали на таком, мистер Поттер? Расскажите мне.       Юноша смущенно улыбнулся, скользя взглядом по лицу своей мечты, ненадолго задержавшись взглядом на бледном шраме. Он один на один с легендой. С ума сойти!       Гарри тяжело вздохнул и присел рядом, чтобы помочь собрать бумаги. Значит, Малфой согласился. Что же, это отличная возможность влиться в «высшее общество» магической Британии. И без сомнений, колдомедик непременно сможет найти подход к нужным людям. Тем более, если рядом будет крутиться Главный Аврор…       — Аккуратнее со своими… — Поттер повернул к себе один лист, а после передал его Джеффу, — финансовыми отчетами. Злой дракон не дремлет.       — Не злой, а просто строгий и уважающий дисциплину, — промямлил Джефф и поднялся на ноги, прежде чем прижать бумаги к груди и отступить за стойку. Словно она была барьером между ними. Поттер же плюхнулся на кожаный диван, стоявший в паре шагов, и закинул щиколотку правой ноги на колено левой.       — Я заметил. Не удивлюсь, если тут персонал по струнке ходит.       — Я не могу обсуждать начальника за его спиной, простите, — юноша развел руками и выдавил извиняющуюся улыбку, которая, впрочем, тут же сменилась игривой. — Так вы уже бывали на подобном мероприятии?       — Бывал, — Гарри кивнул, подпирая голову кулаком и сдувая с глаз кучерявые пряди волос, которые опять успели отрасти за какую-то неделю. Он был приятно удивлен тем, что Джефф не собирался крысятничать у Малфоя за спиной. Это впечатляло. — Знаешь, я бы лучше провёл это время с книгой и чашкой чая у себя дома.       Поттер улыбнулся, наблюдая за румянцем, распускающимся на щеках парня, и за тем как Джефф нет-нет да и бросит на него взгляд из-под ресниц. Эта наивная детская симпатия была столь же мила, сколь и губительна. Гарри хотел быть дружелюбным, но в таких случаях проявление человеческой вежливости люди нередко принимают за ответные чувства, поэтому приходилось филигранно выдерживать баланс.       — Вечер начинается с короткой речи Министра. Очень скучной, скажу я тебе. Затем берут слово спонсоры, а их там немало. В это время все потихоньку пьют шампанское и молятся, чтобы официальная часть как можно скорее подошла к концу. И стоит выступить последнему спонсору, как все скидывают с себя маски благочестивых граждан, шампанское уходит вёдрами, а за ним и что покрепче. Все пытаются произвести друг на друга впечатление — дамы своими платьями и бриллиантами, а мужчины — толщиной кошелька и величиной благотворительного взноса, — Гарри покачал головой, думая о том, что совсем скоро ему снова придётся терпеть этот триумф лицемерия. — Меня хватает ненадолго, обычно я ухожу на балкон со стаканом виски и жду, когда это все закончится.       — А разве вы не можете покинуть мероприятие раньше? Есть какое-то условное время, до которого все должны присутствовать?       — Несмотря на то, что мне все это не особо нравится, я должен находиться там как можно дольше, — Поттер пожал плечами. — Но пару раз сбегал, каюсь.       Джефф не любил толстосумов, перечислявших пожертвования больнице только для галочки. Он знал обо всех отчетах, которые отправлялись таким спонсорам, а еще знал, что эти самые отчеты мало кому вообще нужны. Спасибо, если ими хотя бы камин растапливали. Он видел, с каким отвращением начальник подписывает заранее заготовленные формы с благодарностью. Нет, Джефф определенно не хотел бы оказаться на таком мероприятии. О чем тут же и сообщил Главному аврору.       — Может быть… — он взволнованно вздохнул. — У меня есть два билета в театр на послезавтра. Может, если вам удастся уйти раньше, составите мне компанию?       Предложение Джеффа было в высшей степени неожиданным: Поттер понял, что еще пара неосторожных слов, и он влипнет по самое не балуй. Поэтому напрашивался единственный выход: отказать так, чтобы не обидеть. Вежливо, держа лицо, без насмешки над чувствами.       Едва аврор набрал в грудь воздух, как справа услышал спасительный смешок.       — Поттер, хватит переманивать в свой штат моего самого ценного сотрудника, — Драко приложил ребро ладони к уголку губ и заговорщицки понизил голос, обращаясь к красному как рак Джеффу. — Зарплата у авроров нищенская.       Хитрый взгляд метнулся к аврору, удобно расположившемуся на диване в приемной. Собственно, именно такую картину застал Драко, закончив с делами: Джефф, словно щенок, едва ли не в рот заглядывал Поттеру, который чувствовал себя максимально комфортно и вообще сидел так, что хоть сейчас зови фотографов и помещай его на обложку «Мужчина года». Но нужно было признать, аврор притягивал взгляд, и реакция Джеффа была логичной. Самого Малфоя спасало лишь то, что он знал этого кучерявого придурка много лет и уже давно заимел иммунитет. Наверное.       — Ну конечно, куда уж нам до главного врача, — цокнул языком Поттер, облегченно выдыхая.       — Идем, — Драко смешливо закатил глаза, запахнул мантию и спрятал в карман палочку. — Доброго вечера, Джефф.       Аврор встал с дивана, а после подошёл к юноше, протягивая ему руку.       — До свидания, Джефф. Я не против театра, но как-нибудь в другой раз, — улыбнулся мужчина, и, получив ответное рукопожатие, вышел из приемной вслед за Малфоем.       Больничные коридоры встретили тишиной и неспешными шагами где-то вдалеке, но кто знает, не было ли это эхо от их собственных. Вечер вступил в свои права, и на улице зажигались первые фонари. Драко не боялся себе признаться, он специально тянул время. Набросал список обязательных дел на завтра, навел порядок на рабочем месте, ответил на несколько писем. Он не хотел возвращаться домой. Как бы ни было грустно это признавать, но после того, как расследование закончится, он хотел бы переехать. Чувство безопасности давно стало превыше всего, и оставаться в доме, где происходила эта неприятная история, не хотелось абсолютно. Пусть именно там сын сделал первые шаги, место жительства сменить все же стоило. Воспоминания останутся с ним навсегда, так чего цепляться за вещи.       Желудок вновь издал вой раненного кита, напоминая о себе. Ужин, оставленный домовиком, уже наверняка остыл. Больше всего Драко сейчас хотел оказаться в маленьком уютном ресторанчике в Венеции, скрытый от чужих глаз и собственных проблем. Но он слишком устал и боялся, как бы не расщепило при аппарации.       — Нам нужно обсудить детали следствия, — наконец заговорил Малфой, останавливаясь на крыльце больницы. Вечер встретил их порывом ветра, бросив под ноги сухие желтые листья. — Может, зайдем куда-нибудь? Уверен, у тебя есть пара приличных мест, где ты прячешься от назойливых репортеров.       — Если ты не против маггловских ресторанов, — Гарри спустился с крыльца больницы и щёлкнул зажигалкой, затягиваясь. Дым потек сквозь губы сизой рекой, и аврор двинулся в сторону антиаппарационного барьера: — Идём, здесь недалеко, всего один квартал. Там делают лучшие стейки из говядины и лосося, что я когда-либо пробовал.       — Почему ты так привязан к миру магглов? — Малфой засунул руки в карманы мантии, нагоняя Поттера, и неспешно пошел рядом. — У твоих ног весь магический мир, все, что пожелаешь, а тебя так и тянет прочь от этого.       Серые глаза проследили, как мужчина выпустил изо рта струйку дыма, как ветер подхватил ее и растащил в разные стороны, растворяя в себе. Пахло осенью и будущим дождем. Мимо прошла шумная компания подростков в легких мантиях, и Драко немного посторонился, прижимаясь к теплому боку Поттера и вновь отстраняясь. Они переступили магический барьер и вышли на маггловскую улицу, более людную и освещенную. Вдоль дороги пестрели вывески магазинов, рекламные плакаты призывали купить вещи, значения которых Малфой не знал, и он невольно засмотрелся на движущиеся картинки на большом экране. Они были яркими и создавали единую историю, как будто много-много последовательных колдографий склеили вместе. Он даже замедлил шаг, чтобы понять суть происходящего на экране. Мимо сновали люди, и Драко пришлось оторваться от разглядывания маггловской техники, чтобы нагнать своего спутника. Он не боялся потеряться в этом незнакомом мире, но и отставать от Поттера не хотелось.       — Ты прав, — ответил тот негромко, но так, чтобы его можно было услышать из-за шума вечернего города. — Я действительно могу получить все, что захочу, но проблема лишь в том, что мне это не нужно. Здесь, среди магглов, я просто Гарри. Я не спасал мир от Волдеморта и сотни людей не гибли не в своей войне. Здесь меня никто не знает, и каждый день я могу быть просто собой. Я люблю магический Лондон, но маггловский мир ценен для меня не меньше. Тебе разве никогда не хотелось сбежать хоть куда-нибудь?       — В маггловский мир — нет. Но раз уж мы разоткровенничались, то скажу так: мне хотелось спрятаться. Чтобы меня никто не видел, пока я не отращу броню, пока не стану сильным и успешным. Терпеть не могу, когда меня видят слабым. А ты, кажется, видел целое комбо моих провалов, — Малфой погрозил пальцем и совершенно серьезно заявил. — И только посмей это как-нибудь прокомментировать.       Поттер заулыбался, явно прокручивая в голове все его косяки, и поднял руки в примирительном жесте.       — Я — могила.       — То, что мечтал услышать от тебя Сам-знаешь-кто. Неудачник.       И оба прыснули со смеху. Вместе с тем в рассуждениях Поттера была доля правды. Порой хотелось отгородиться от всего, скинуть «титулы» бывшего Пожирателя, наследника знаменитого рода, известного колдомедика. Быть обычным человеком, а не букашкой под микроскопом. В такие моменты Драко старался выбраться куда-нибудь в другую страну на пару дней, но подобное чувство его посещало редко. Слава, подобная популярности Поттера, ему никогда не светила, если он, конечно, однажды не возглавит революцию. Малфоя знали в профессиональных кругах, порой на улице здоровались бывшие пациенты, иногда тыкали пальцами, узнавая как бывшего сторонника Темного Лорда. И то он уже не мог точно назвать, когда его в последний раз узнавали по последнему критерию. Он не был Гарри Поттером, которого знает каждая собака. Фотографии и постеры которого много лет назад передавались из рук в руки, как запрещённые агитационные листовки, а теперь украшали музеи и развороты учебников. Он не был героем, который периодически красовался на обложках журналов и первых полосах газет и не мог похвастаться своим изображением в шоколадной лягушке. Драко Малфой не имел такой славы, поэтому ему не нужно было от нее бежать. Он знал, что перед Главным аврором открыта сотня, тысяча дверей, что с его связями он может хоть до звезд дотянуться, но медик никогда не задумывался, а надо ли оно вообще Поттеру.       Поэтому рассказ бывшего врага стал для него откровением. И было так непривычно, когда аврор назвал себя по имени. Ведь для блондина он всегда был Поттером.       Гарри — это странно.       Гарри — это близкое окружение.       Гарри — это обмен улыбками и крепкие объятья.       Гарри — это взъерошенные волосы с утра и завтрак на двоих.       Гарри — это что-то далекое и нереальное.       А Поттер — это оскомина на языке, фингал под глазом и отвергнутая дружба. Это донос на гриффиндорскую троицу, ненависть и бессильная злость. Это закатывание глаз на очередной его подвиг, долгие взгляды на красно-желтый стол и испуг за чужую жизнь.       Поттер — это задеть побольнее, помочь Амбридж в поимке его друзей и закушенный уголок подушки, чтобы заглушить стоны. Это разные баррикады, сердце в пятках и брошенная безоружному палочка. Это красная нить, протянутая через всю жизнь. У Драко никогда не было Гарри, но у него всегда был Поттер. И он стал роднее всех тупых мечтаний о близости, которой они похвастаться никогда не могли.       — Кстати, не знал, что парни вроде Джеффа в твоем вкусе.       Не думал, что парни вообще в твоем вкусе, подумал Малфой, решив прощупать почву, раз уж близость Поттера не давала ему покоя, а сердце требовало идти в наступление.       — Мне казалось, тебе по душе рыжие и конопатые.       Аврор удивленно покосился в его сторону, сделал последнюю затяжку и выбросил окурок в урну.       — Кто же выбирает партнера по внешности? — мягко улыбнулся Поттер, очерчивая взглядом профиль блондина и вновь отворачиваясь. В его голосе на удивление не чувствовалось колкости и насмешки, сквозило лишь любопытство и как будто осторожность. — Да и выбирать-то особо не приходится, просто чувствуешь и все. И, нет, к Джеффу у меня никаких эмоций.       — Да две трети населения, Поттер. Конечно, духовная связь и все такое — это замечательно. Но если вы уже находитесь в одной компании или коллективе. Даже не говори мне, что внешность не имеет значения. Выбирая между двумя девушками в баре, ты подойдешь к той, которая больше приглянется, — Драко повел плечом. — Попадет под желанный типаж. И какой бы прекрасный внутренний мир ни был у второй, мозг непроизвольно ее отсеивает. Это работает не только с людьми — аналогично с вещами, с произведением искусства. Что-то кажется более красивым, что-то менее. Это работа мозга, Поттер. С самого детства наш мозг работает по такому принципу — по внешнему виду распознаем, кто хороший, кто плохой. Вспомни все сказки — положительные герои красавцы, как на подбор, в то время как зло уродливо.       Слова текли плавной рекой, а гласные вновь начали растягиваться. Старая дурацкая привычка.       — К слову, Гриндевальд в молодости был вполне недурен собой. Сказки в реальной жизни не работают, а вот установки и естественные процессы — на формирование первого впечатления о человеке уходит всего 40 миллисекунд, ты только подумай! — работают безотказно. Поэтому я ни за что не поверю, что люди ищут себе пару не по внешности. Как по мне, это один из первостепенных факторов. А вот что делать дальше, когда красивое яблоко оказалось кислым или с гнильцой, тогда уже другой разговор. Но это выясняется уже тогда, когда ты это яблоко выбрал.       — Я не подумал об этом, — аврор задумчиво покрутил часы на запястье и тише проговорил: — Но одно яблоко мне все же хочется сорвать.       — Поделишься, кому же так крупно повезло, садовод-любитель? — Внутри поднялось волнение, но Драко никак его не выдал. Возможно, аврор говорил о бывшей жене, но вряд ли прошлые отношения подошли бы под это описание. Хотя бы по тому, как дрогнули в улыбке губы аврора. Так не говорят о прошлом. Так говорят, когда осознают и принимают влюбленность. Малфой потер шею через воротник водолазки. В любом случае, кто бы ни поселился в сердце Поттера, он сможет и подвинуться. Если судьба дает шанс, да еще и так сталкивает нос к носу, будет непозволительно упустить возможность. Единственное, блондин пока до конца не понимал, хочет ли он побороться за аврорское сердце, либо просто затащить в койку. Нутром хотелось первого, но разум подсказывал, что он ни черта не знает Поттера и, может, после они просто разбегутся, оставшись в воспоминаниях друг друга фигурантами дела и любовниками одной ночи. Вдруг все это влечение — лишь эффект его незавершенного действия, безответной подростковой влюбленности?       — Мы пришли, — проигнорировал его вопрос Поттер, остановившись у стеклянных затемненных дверей с сомнительным названием «Стейк Хаус». Драко хотелось надеяться, что Поттер все еще его охранник и не собирается отравить и кинуть в самом пекле маггловского мира. Но вместо этого аврор открыл дверь и поманил за собой в сумрак ресторанчика. В нос тут же ударил запах мяса на гриле, специй и пряностей. Драко с сомнением осматривал заведение. Несмотря на скудный, темный интерьер, в зале было довольно многолюдно. Ладно, это внушало некоторые надежды на качество еды.       — Добрый день. Вы бронировали столик? — улыбнулась подошедшая хостес.       — Нет, но, надеюсь, у вас найдётся стол на двоих, — в ответ улыбнулся Поттер, расстёгивая пряжки своего чёрного камзола.       — Секунду, — девушка опустила глаза в электронное табло на стойке, — да, места ещё есть. Вам в зале для некурящих?       — Если можно, — кивнул аврор, не глядя на Малфоя. Впрочем, тот благородство жеста все равно оценил.       — Прошу за мной, — девушка вышла из-за стойки и направилась вглубь ресторана, а Поттер властным жестом положил руку Драко меж лопаток, заставляя идти следом за хостес. Девушка пожелала приятного вечера и оставила их у столика, который так кстати довольно обособленно расположился в углу. В помещении было тепло и пахло мясом с розмарином. Малфой передернул плечами: не привык бывать в подобных заведениях, считая, что эконом-класс совсем не про него, но в данном случае решил прикусить язык и проглотить все комментарии насчет выбора Поттером места для ужина. В конце концов, тот не послал колдомедика куда подальше и услужливо таскался с ним, хотя мог бы попросту смотреть за домом, как остальные авроры.       Поттер стянул с себя камзол, оставаясь в обычной чёрной водолазке и протянул руку.       — Снимай мантию, повешу ее.       — Вот это сервис, — Драко усмехнулся, но передал ему мантию, оставшись в темно-зеленой водолазке. — Но спасибо.       — Когда ещё представится такая возможность.       — Поухаживать за мной? Правильно, лови момент.       Теперь со стороны они выглядели двумя абсолютно обычными магглами, зашедшими на ужин после тяжелого трудового дня. Драко знал, что сейчас выглядел не лучшим образом, о чем ему также любезно подсказывало отражение в стекле. За окном уже давно опустились сумерки, сжимая прохожих и здания в темных объятьях, так что из-за света в помещении блондин мог лицезреть свои синяки под глазами в отражении во всей красе. Радовало лишь то, что Поттер был ему под стать.       — И, Поттер… Я подумал над твоими словами: иногда мне хочется сбежать, ты прав. Но именно этим я сейчас и занимаюсь. Гуляю среди магглов с их любителем. Такое мини-приключение.       Он послал аврору улыбку и пожал плечами. Тот улыбку вернул, и за столиком воцарилась тишина, нарушаемая только шелестом страниц меню. Поттер медленно вёл взглядом по бледному лицу, задерживаясь на прямом греческом носе, непривычно длинных для мужчины ресницах, острых скулах, которые поймали на себе тень неяркого освещения ресторана и как будто стали мягче. Он ощущал странное спокойствие и комфорт прямо в это мгновение, и чувствовалось это так непривычно, но так… правильно? Аврор понял, что за несколько дней человек напротив стал для него не просто открытием — Малфой таил в себе такую огромную Вселенную, так много граней, которые Гарри хотел увидеть и рассмотреть каждую буквально под микроскопом. Он хотел быть рядом, ловить взгляд серых глаз, иметь возможность прикасаться просто потому что хочется. И провалиться ему сквозь землю, если колдомедик не показывал ответного интереса. Малфой же, кажется, не замечал чужого взгляда, придирчиво изучая разворот с рыбой.       — Так говоришь, если я возьму стейк из лосося, меня потом не вынесут вперед ногами? — Он поднял взгляд серых глаз и удивленно изогнул бровь. — Что? У меня что-то на лице?       Он был слишком занят изучением меню, что слишком поздно заметил чужое пристальное внимание: Поттер разглядывал его, но этот взгляд не был тяжелым, сканирующим или оценивающим. Первым, что пришло на ум: «любуется».       — Печать усталости и все тяготы жизни руководителя, — трагично заявил Поттер, на что Драко тут же с улыбкой отмахнулся:       — Ой, иди ты, — и тут же хитро прищурил глаза, склонив голову набок и проворковав: — J'aime quand tu me regardes.       Драко убрал упавшую на глаза светлую прядь и оперся подбородком о руку, прикладывая указательный палец к губам.       — J'aime te regarder quand tu ne vois pas. Tu es belle.       То, что аврор не понимал по-французски, было преимуществом. Драко мог говорить ему что хотелось, не боясь и разрушить и без того шаткое, только наладившееся общение. Так что не грех было воспользоваться ситуацией, к тому же, похоже, Поттеру оказалось важнее само журчание французского из его уст, нежели смысл произносимых слов. Реакция не заставила себя ждать: аврор замер, словно гончая, услышавшая поступь лисицы. Губы приоткрылись на тихом выдохе, а пальцы сильнее сжали меню. Восхитительно.       — Не стыдно? Мы не в равных условиях, — буркнул Поттер, откидываясь на спинку стула.       — Все, что тебе следует знать, я говорю на чистом английском, — парировал Драко, мило улыбаясь. — Beau garçon.       — Малфой, кончай.       — Я бы с удовольствием, но здесь слишком многолюдно.       Язва, подумал Поттер. Драко же мысленно хихикал. От внезапного флирта спас появившийся возле столика официант.       — Добрый вечер. Меня зовут Стив, сегодня я буду вашим официантом. Уже выбрали что-нибудь?       — Рибай, прожарка медиум рэ, запечённый картофель, стакан воды, — ответил Поттер, улыбнувшись официанту уголками губ, но тут же вновь перевел взгляд на Драко. Тот с невозмутимым видом листал винную карту.       — Сэр, что желаете? — Молодой человек повернулся к блондину.       — Добрый вечер, Стив. Мне ризотто фрутти ди маро, рыжий чизкейк с карамелью и зеленый чай марокканская мята, — меню вернулось к официанту, а барная карта осталась невостребованной. Не хватало еще набираться в компании Поттера.       — Рибай медиум рэ, запеченый картофель, воду, фрутти ди маро, тыквенный чизкейк и марокканскую мяту, верно? Что-нибудь еще?       — Это все, спасибо.       — Ожидайте, приятного вечера.       Серые глаза проводили официанта, дожидаясь, пока он скроется на кухне.       — Итак, Поттер, — все же им стоило обсудить детали дела, потому что Драко хотел знать все, что есть на руках у следствия. Жить под колпаком, будь то авроры или какой-то ненормальный, его не устраивало. А пока заказ готовился и стол не заняли широкие тарелки, как раз можно было и скоротать время. Драко взял солонку и поставил ее на середину стола.       — Есть я, — рядом с солонкой выросла перечница. — Есть ты. И есть какой-то псих.       В качестве психа была выбрана зубочистка. На что Малфой тут же уточнил:       — При желании можно в глаз ткнуть. И у этого психа есть мотив. Вопрос — какой? Изначально я предполагал, что дело касается исключительно исследований, но в последнее время, особенно после ночного инцидента, что-то начинает подсказывать, что дело еще и во мне. Что вообще известно о моем поклоннике?       — Что ж, — аврор вздохнул, подаваясь к столу и складывая ладони домиком перед лицом. — Судя по наличию знаний о маггловской технике, довольно современной и дорогой, человек до тридцати лет, не обделённый финансами. Входящий в твоё окружение и бывающий у тебя дома, поскольку это единственный способ поставить камеры, — задумчиво говорил Поттер, смотря то на инсталляцию на столе, то на Малфоя. — К тому же, плохо владеющий зельями. Или конкретно Мопсовым. Насколько сложно достать ингредиенты для его правильного приготовления? В конце концов, эта надпись на окне. Выглядело как что-то очень личное. Кому из своих ты мог перейти дорогу? — Гарри сцепил пальцы в замок и положил их на стол.       — Поттер, это все мы знали и до надписи. Ну, кроме версии о личном мотиве.       Длинные пальцы забарабанили по столу, и Драко задумался. С детства он любил загадки, они давались ему легко, но когда дело касалось его жизни и деятельности, начинали встревать эмоции, что замутняло разум. Прикрыв глаза и глубоко вздохнув, колдомедик решил посмотреть на ситуацию со стороны.       — Давай рассуждать. Положим, ингредиенты зелья найти не так уж и сложно, тут больше вопрос в ценнике. К тому же, как я уже говорил, подлинного, подтверждённого рецепта нет. Что касается моих гостей…       Малфой задумчиво постучал указательным пальцем по губам.       — Панси и Блейза даже не рассматриваем. Во-первых, не их стиль, во-вторых, они скорее мантикору сожрут на обед, чем будут возиться с маггловскими примочками, — он замолчал, пытаясь припомнить, кто еще бывал у него за последний месяц. — Коллега Паркинсон все время была со мной в кабинете, никуда не отлучалась. Фред…       Мужчина, запнулся, пытаясь припомнить события того дня.       — Он пробыл всего несколько часов, и мы все время работали в лаборатории на первом этаже. Эм. Ладно. Остается еще два человека, но за их перемещениями по дому я не следил. Но в кабинет и рабочие помещения без меня не попасть. Если это кто-то из них, возможно, это объясняет, почему твои механические насекомые стояли только в коридорах. А насчет личной неприязни: я бы не сказал, что сейчас у меня есть открытые враги. Конкуренты — да. А знать всех, кому я когда-либо мог перейти дорогу, себе дороже.       Пальцы сжали переносицу — меньше всего сейчас хотелось разговаривать о вышеупомянутых гостях. Честно говоря, Драко надеялся, что Поттер их как-нибудь проверит сам тихо-мирно. И им не придется обсуждать этот вопрос, особенно сейчас. Не в полумраке ресторана. Не тогда, когда можно было убедить себя, что это почти свидание.       — Я тут подумал, — произнёс аврор, беря в пальцы солонку, олицетворяющую Малфоя, и крутя её. — Будет ли отравление от неправильного зелья? Судя по заменённым ингредиентам, как скоро наступит интоксикация?       Идея проверить поступивших в отделение не была лишена смысла. Логично предположить, что маг, принявший тот вариант эликсира, который приносил ему Поттер, обратится за помощью, потому что побочку замененные ингредиенты давали немалую. Но с другой стороны, часть побочных эффектов можно купировать отдельно друг от друга, используя вытяжки из трав или путем смешения препаратов. И тогда не факт, что преступник обратится в больницу со всем спектром симптомов, которые должны проявиться. Если он вообще прибегнет к помощи медиков, зная, что в дело вовлечен Аврорат.       — Достань бумажку, чтобы мы могли официально поднять истории болезней и списки тех, кто был зарегистрирован за последние несколько недель с симптомами отравления, о которых я тебе рассказывал. Но не стоит забывать, что есть колдомедики и фармацевты, которые работают на себя, в частных кабинетах. Нет гарантии, что у моего поклонника нет подобных связей. Или же, — Драко недовольно поджал губы, — его может провести в Мунго кто-то из персонала по знакомству, не указывая приема на бумаге.       Как бы Малфой ни боролся с подобным попустительством своих сотрудников в отношении родственников и знакомых, но оно продолжалось. И блондин был уверен, что будет продолжаться всегда. Потому что это человеческий фактор, от этого никуда не деться.       — Но мы попробуем.       К столу почти бесшумно подошёл официант, заставив Поттера, внимательно смотревшего на блондина, едва вздрогнуть.       — Ваша вода. Блюда будут готовы через пару минут, — аврор ответил серьезным кивком, после чего Стив удалился.       — Отпечатки пальцев что-нибудь показали? Это мужчина или женщина? — помолчав, спросил Драко. Видит Мерлин, он цеплялся за последнюю соломинку, стремясь избежать расспросов о своих гостях-однодневках.       — Точно пока нельзя сказать, кому принадлежат отпечатки, ты заляпал эти снимки донельзя, — усмехнулся Поттер. — Завтра потороплю лабораторию, чтобы сопоставили их с образцами на колбе. Судя по отчетам, отпечатки на колбе скорее женские, а вот на снимках с большей вероятностью принадлежат мужчине.       — Класс, то ли гермафродит, то ли их несколько, — зашипел Малфой. — Выбирай не хочу.       — Теперь о твоих гостях: ты не помнишь даже имен тех, кого приводил к себе? — недоверчиво спросил аврор, прищуривая зелёные глаза. — В списке недавних гостей тоже написано просто «брюнет», — Поттер приподнял бровь в удивленном жесте. Он никогда бы не подумал, что всегда осторожный Малфой станет вот так просто таскать к себе домой незнакомцев на одну ночь, даже не удосужившись где-то черкануть их имена. В принципе-то, слегка раздражало, что блондин вообще где-то цеплял парней, но Поттер вовремя пресёк эту мысль. Это не его дело. В конце концов, он мог бы заняться тем же самым, если бы у него вообще было на это, блять, время. Гарри опустил взгляд на свои пальцы и только сейчас заметил, что они в тихой ярости кромсают салфетку на мелкие кусочки. Вздохнув, он отложил ее остатки в сторону.       Драко же нервно крутил солонку в руках. Все силы, которые он потратил на образование, саморазвитие и дисциплину, все бессонные ночи, пока изучал вопрос смертной казни от поцелуя дементора, нервы, которые готовы были сдать, когда образцы зелий одно за другим не давали результата, все, к чему он так долго шел, хотел разрушить какой-то псих. И Малфой был этой хрупкой солонкой, которая не знала, в какой момент ее может столкнуть со стола чужой локоть. Но сейчас рядом был Поттер, и это вселяло надежду. Избранный всегда был надеждой магического мира, но теперь он защищал конкретно Драко, и тот ему верил. И хотел поскорее раскрыть это дело. Малфой вздохнул. В его же интересах помочь следствию, пусть и приходилось буквально ворошить перед Поттером постельное белье.       — Одного из гостей я помню очень хорошо. Сэм. Высокий рост, шатен, на груди татуировка орла с расправленными крыльями, — Драко развел ладонями от грудины к ребрам. — Легкий американский акцент. Мы познакомились на выставке, организованной Паркинсон. Он то ли соучредитель, то ли что-то в этом роде. Меня в тот момент это не интересовало. Ушел утром, пока я еще спал.       Драко нахмурился, пытаясь вспомнить что-либо о своем втором неизвестном госте.       — Поттер, вот хоть убей, во втором случае вообще мало что помню. Я был подавлен. Мы потеряли… одну из исследуемых особей. Я зашел в бар в соседнем квартале от работы. Вроде бы выпил немного, но довольно быстро захмелел. Наверное, последствия усталости и малого количества сна — не делай так.       Блондин усмехнулся, смотря на молчащего аврора, ожидая от него осуждения.       — В любом случае, тот парень угостил меня, я не отказался. Не могу четко вспомнить внешность, помню лишь, что подумал — мой типаж. Искать поблизости гостиницы не хотелось, неизвестно, в каком клоповнике окажешься. Последнее, что я помню — как отрубился дома в гостиной. Домовик с утра сообщил, что все вещи на месте, а ночной гость покинул дом вскоре после того, как я отключился. Малфой цокнул языком и поджал губы.       — Говорю тебе и понимаю, как тупо меня развели, — ладони потерли лицо, и длинные пальцы зарылись в платину на затылке. — Но кто мог предугадать? Поттер, тебе ли не знать, что такое давление общественного мнения и как трудно идти по пути, который сам для себя выбираешь, не стараясь быть тем, кем тебя хотят видеть окружающие. Хоть иногда хочется расслабиться.       Он видел, как от рассказа о втором госте ладонь Поттера так и норовила прилипнуть ко лбу и больше никогда от него не отлипать. Это действительно было тупо, и Драко было стыдно, очень стыдно, что его так легко обвели вокруг пальца, но Поттер молча кивал и держал лицо, оставаясь профессионалом, за что Драко был ему безмерно благодарен.       — Ты можешь не оправдываться передо мной. Что теперь, каждый бокал с алкоголем проверять, верно? Тебе просто повезло, что ты уснул, а не помер, — хмыкнул мужчина, представляя эту бесславную кончину главного колдомедика, а по спине пробежал холодок. Малфою действительно повезло.       Спрашивать даже о названии бара было бесполезно, потому что наверняка это был бар для магов, а значит, об использовании камер видеонаблюдения внутри и снаружи и речи идти не могло. Можно было бы попросить Малфоя поделиться воспоминаниями, но он говорил, что ни черта не помнит, значит, и это не даст никакого результата.       Оставался единственный способ, которым пользовался Аврорат — глубокая проработка определенного временного фрагмента с помощью легилименции, но Поттер понимал, что Малфой ни за что не даст копаться в своей голове, особенно министерским ищейкам.       — Есть один способ попытаться вспомнить хотя бы лицо, — Поттер глянул на собеседника исподлобья. — Подразумевает глубокую легилименцию и работу с памятью. Не спеши кричать категоричное «нет». Может, оно того стоит? — Слова звучали осторожно, лишь бы не спугнуть.       Вопрос про легилименцию остался висеть в воздухе свинцовой тучей. Со стороны Аврората это было обычной процедурой, прорабатывался только один участок воспоминаний, но меньше всего Малфою хотелось, чтобы кто-либо вообще пытался влезть к нему в голову. Он уже много лет не верил ни людям, ни в людей, поэтому сама идея казалось дикой. Все нутро протестовало против подобной процедуры. Люди любопытны по своей природе. А у Драко слишком много секретов и того, что не предназначено для чужих глаз, ушей и мыслей. Все его маски были созданы не просто так. Обществу нужен образ. Людям плевать, что у тебя внутри: продолжай играть роль, которую ты выбрал, либо которую требует общество. Никому не интересно, каким ты являешься на самом деле. А если показываешь свои болевые точки или оплошности, этим пользуются: сплетни разлетаются со скоростью света, и каждый промах обсасывается, как кости гиенами.       У Драко были слабости, триггеры и секреты. И он противился любому проникновению на свою «территорию».       — Я против. Категорически. Ты же понимаешь, что лицо может ничего не дать? Это могло быть оборотное, это могли быть чары, меняющие внешность вкупе с заклинанием забывчивости. В таком случае, от стороннего вмешательства в мою голову не будет ничего полезного.       — Будь у нас хотя бы набросок внешности, это бы многое облегчило. Можно было бы узнать в том баре, не помнит ли кто твоего ночного гостя, — аврор задумчиво поднял глаза к потолку. — Конечно, твой домовик наверняка помнит лицо этого человека, но даже если мы выясним его личность через внешность, в это все и упрется. Ты прав, это мог быть случайный волшебник, который даже не вспомнит, с кем имел дело в тот день. А если ещё и Обливиэйтом поработали… — Поттер удрученно покачал головой, вываливая весь поток сознания на Малфоя, буквально рассуждая на ходу и совершенно не фильтруя слова. Ещё на первых годах обучения в Аврорате их учили технике мозгового штурма — говорить все, что только взбредёт в голову, потому что в конечном итоге все равно придёшь к какому-то решению.       — Именно. Поэтому не будем спешить влезать в мою голову. Давай тянуть за уже имеющиеся ниточки, и в особенности не своди с меня глаз. Не хватало еще, чтобы в следующий раз надпись вырезали мне на лбу.       Малфой нервничал, но его собеседник, как ни странно, был спокоен. Поттер мог поклясться, что ни один волос не упадёт с белобрысой головы, пока он ведёт это дело.       — Послушай, — аврор понизил голос, внимательно смотря в серые глаза, обрамлённые длинными ресницами. — Защита на твоей лаборатории и в больнице впечатляющая. Авроры охраняют дом и кабинет, а я охраняю тебя. Пока ты со мной, с тобой ничего не случится, — Гарри говорил вкрадчиво, неспешно, чтобы каждое слово накрепко засело в чужом сознании. А чтобы усилить эффект произнесённого, в конце Поттер аккуратно коснулся кончиками пальцев бледного запястья, лежащего на столе, слегка проводя по коже, будто давая негласное обещание.       Слова Поттера обнадеживали. Сейчас вокруг действительно была воздвигнута нехилая защита, но отсутствие улик и подозреваемых, несомненно, давило на нервы.       — Reste avec moi pour toujours. Даже когда поймаешь его, — Драко перевернул руку ладонью вверх, касаясь кончиками пальцев ладони и пальцев аврора, поглаживая их и сжимая в своих. Кожа была теплой, немного грубоватой, с уплотненной под пальцами кожей — следы частых мозолей. А еще казалось, словно между их ладонями плясали тоненькие иголочки. Драко посмотрел в зеленые глаза и улыбнулся уголками губ. — А ты его поймаешь.       — Мне придётся выучить французский, чтобы ты перестал выпендриваться, — усмехнулся Поттер, зная, что не выучит его никогда. Лучше он будет слушать журчащее звучание из уст Малфоя.       Слева послышалось деликатное покашливание (Драко вздрогнул, но руку не отдернул) — Стив оповестил о своем появлении и поудобнее перехватил поднос.       — Рибай с запеченным картофелем, — он опустил широкую тарелку перед Поттером и такую же поставил перед медиком. — И ризотто. Чай и десерт будут готовы через несколько минут. Что-нибудь еще?       — Если что-нибудь придумаем, обязательно обратимся, — улыбнулся Поттер, смотря снизу вверх на Стива и замечая его взгляд, брошенный на соединённые руки. Гарри был готов поклясться, что в уголках губ парня дрогнула улыбка.       — Ешь давай, пока твой желудок не перепугал всех гостей, — беззлобно усмехнулся Гарри, осторожно высвобождая свою руку из малфоевской, перед этим снова погладив ее большим пальцем. Тёплое покалывание моментально растворилось, и Поттер неосознанно сжал кулак и разжал обратно, будто разгоняя кровь.       Он быстро расправился с нарезанием сочного стейка, от вида и запаха которого во рту мгновенно собралась слюна. Мужчина отправил в рот первый кусок, который заполнил все рецепторы идеальным вкусом прожаренного мяса вперемешку с розмарином. Сдержать стон удовольствия оказалось той еще задачкой.       Драко тоже взялся за вилку, с решительным видом пододвигая к себе ризотто с морепродуктами. Стейк аврора действительно выглядел хорошо и пах просто изумительно — желудок колдомедика криком кита подтвердил мысли хозяина, заставив того слегка смутиться. Вид собственного блюда тоже вселял надежду. Но уже визуально Драко мог придраться к рису — хотя тот и был мелкозерновой, короткий и круглозернистый, казалось, что кое-где он все же приобрел кашеобразную структуру. С другой стороны, что он хотел получить в маггловском заведении, которое явно не носило звание ресторана и уж точно не удостаивалось звезд Мишлен? Драко подцепил немного риса с мидией вилкой и отправил в рот, пробуя — далеко не идеально, но он был сейчас слишком голоден, чтобы отказываться.       — Ну, и как тебе? — спросил Гарри, дождавшись, пока Малфой попробует своё блюдо. — Потому что на этом стейке я готов жениться, — хохотнул Гарри, отламывая кусок картофеля.       — Скажу, что у тебя заниженные стандарты, раз бывшее место Уизлетты так легко досталось куску мяса.       Поттер же и ухом не повел, продолжая жевать мясо с таким блаженным видом, словно действительно делил с ним ложе. Лишь, когда тарелка опустела на две трети, он решил вернуться к теме разговора.       — Мы так увлеклись твоим вторым гостем, что совсем не обсудили первого, — он пожевал влажными от слюны и мясного сока губами, припоминая: — Сэм. Соучредитель. Он принимает участие в организации каждой выставки? Когда будет ближайшая? — В голове у аврора завертелись шестеренки. Если ему удастся выйти на этого Сэма — если бы у внутреннего голоса было лицо, оно бы непременно скривилось — и допросить его, то круг сузится как минимум на одного человека. В ситуации данного расследования это весьма большой шаг.       Малфой закатил глаза и цокнул языком, покачивая в руке вилку с нанизанным на нее колечком кальмара.       — Поттер, откуда я знаю, принимает он участие в организации каждой выставки или был исключительно на той, где мы и пересеклись? Я же сказал — в тот момент меня это не интересовало. Думаю, тебе проще поговорить с Бёрк, в девичестве Паркинсон. Что будет весьма разумно — она очень щепетильно относится к делам, поэтому сможешь получить его персональные данные из первых рук.       Пока Поттер прелюбодействовал с картофелем, Драко задумался: вопрос о следующей выставке откинул на несколько дней назад, к разговору с подругой. И если бы билеты не были убраны в секретер, а до сих пор лежали в кармане, огнем бы обожгли сквозь несколько слоев одежды. За всей это суетой с личным преследователем и работой Драко о них напрочь забыл. Он вспомнил тепло чужой ладони на своей и понял: если он не пригласит его сейчас, то Панси сделает это сама, когда Поттер к ней заявится. Паркинсон из тех, кто всегда получает то, что хочет, и идет к своей цели по головам. Это она еще считалась с его чувствами — столько лет дружбы как-никак. Если Панси всерьез захочет заполучить Поттера, она из кожи вон вылезет, но добьется своего.       — Выставка на следующей неделе. В пятницу. Конечно, не стоит затягивать с допросом ее организатора, — на губах заиграла самодовольная улыбка, а серые глаза с превосходством воззрились на собеседника. Чертова привычка в моменты волнения идти в нападение. — У меня есть два билета. Настоятельно рекомендую свою компанию. Уверен, на подобных мероприятиях ты нечасто бываешь. Будем приобщать тебя к прекрасному.       — Так агрессивно на свидание меня ещё никто не приглашал, — произнёс аврор, пока в зелёных глазах плясали смешинки, а губы тронула беззлобная улыбка. Поттер запустил пятерню в густую копну волос, убирая их со лба назад. — Скажу Мишель, чтобы отменила все встречи на следующую пятницу, — аврор молился всем известным богам, чтобы Малфой сейчас ничего не ляпнул, что заставило бы Гарри усомниться в своём решении. Их временное перемирие было слишком хрупким, казалось, только дунь — и все разлетится к чертям собачьим, как тот домик из сказки о трёх поросятах. Этого не хотелось катастрофически. Поттер поймал себя на мысли о том, что рядом с бывшим врагом чувствует себя потрясающе комфортно, но в этом не хотелось признаваться даже самому себе.       Это не свидание, хотел сказать Малфой, но с языка быстрее сорвалось самодовольное: — Ты не пожалеешь.       Он приподнял подбородок, смотря на Поттера с ликующим превосходством и возвращая широкую улыбку. Можно было бы вдогонку уточнить, что это совершенно не планировалось, как свидание, но Драко быстро отправил в рот еще порцию риса прежде, чем решился на это. Рядом с Главным аврором он снова чувствовал себя школьником, который долго ходит вокруг да около, прежде чем пригласить девчонку на Святочный бал. Только вместо однокурсницы был взрослый мужик, по которому сходила с ума половина магического мира. И сам Малфой был где-то среди этой разноликой толпы.       Что ж, отлично, у них будет свидание. Драко с трудом смог удержаться от улыбки, хотя уголки губ все же мимолетно дрогнули. Свидание. В следующую пятницу. Если только маньяк-психопат не прикончит его раньше. А значит, в его же интересах сделать все, чтобы преступник был пойман как можно скорее. Все, кроме глубокой легилименции. Нужно отдать должное Поттеру — он не загонял Драко в рамки. Не стучал кулаком по столу, ставя перед фактом. Малфой понятия не имел, насколько подобное ведение расследования тормозит его или способствует динамике, но аврор уже во второй раз давал возможность выбора. Что сейчас, что с предложением об убежище. И слизеринская натура не могла не повертеть хвостом, выбирая более удобные варианты для себя. По правде, это не делало Драко чести, но если есть выбор, почему бы им не воспользоваться? В конце концов, он лишь пострадавшая сторона, а все косяки и последствия мягкотелых решений будет разгребать непосредственно сам аврор.       — Прекрасно. Завтра же отправлю ей официальную повестку, — деловито кивнул Поттер, снимая зубами кусочек картофеля с зубчиков вилки. — Значит, мы, во-первых, изучаем посетителей больницы, во-вторых, выясняем, что там с твоим «загадочным» соучредителем. В остальном будем ждать. Наблюдать и ждать, пока он допустит ошибку.       Пока Поттер рассуждал о ходе расследования, официант успел ловко заменить полупустую тарелку Драко на блюдце с десертом и разлить по двум чашкам мятный чай, исчезнув так же незаметно, как появился.       — Значит, будем ждать, — вторил медик со вздохом, отламывая вилкой кусочек тыквенного чизкейка. На вкус — посредственно, ничего выдающегося. — Хочешь попробовать? После того, как все закончится, нужно будет показать тебе настоящую кухню. Драко хитро улыбнулся, подаваясь вперед и делая тон голоса более доверительным.       — В Париже есть очаровательное местечко — «Kiki» — там подают лучшие лягушачьи лапки во Франции, а десерты сродни произведениям искусства. Будем считать это моей благодарностью за то, что ты спас меня от голодной смерти сегодня.       Подмигнув, Драко поднес к губам чашку с чаем и сделал глоток восхитительного напитка, чувствуя, как тепло мягко окутывает горло. Он все еще не сводил взгляда с ярких изумрудных глаз, понимая, что безбожно флиртует, но когда еще представится такая возможность? Драко опустил взгляд на губы аврора и вновь внимательно посмотрел в глаза, улыбаясь уголком рта.       Слева замаячила фигура официанта, и Драко приподнял запястье, привлекая внимание.       — Счет, пожалуйста.       Поттер смотрел на него прямым, оценивающим, темным взглядом, и Драко почувствовал, как покрывается мурашками, а сердце начинает частить. Он отвел глаза, обхватывая ладонями белые бока маленькой керамической кружки и делая еще пару глотков. Их вечер заканчивался, а значит, предстояло вернуться в дом, где Малфой больше не чувствовал себя в безопасности. За окном уже давно опустились сумерки: кто-то спешил домой к родным, кто-то заливисто хохотал над шуткой своего спутника; зажигались первые фонари, а ветер лениво гонял по тротуарам сухие листья. Хотелось малодушно остаться в кафе — в тепле, в полумраке, где фоном играет тихая музыка, в воздухе витает пряный запах мяса и розмарина, а голоса посетителей и тихий звон столовых приборов превращаются в уютный гул. Хотелось вот так сидеть рядом с Поттером, растянуть интимность момента, но Драко не мог в очередной раз пойти на поводу у своих слабостей. У них обоих сегодня был трудный день.       — Не хочешь возвращаться домой? — спросил Поттер, кутаясь в камзол и выдыхая облачко белого пара. Осенняя прохлада уже начинала кусать за щеки и кончик носа.       — Не могу называть домом место, где не чувствую себя в безопасности, — передернул плечами Драко и завернул в переулок. Он остановился и подождал, пока аврор подойдет к нему вплотную.       — Скоро это закончится, — тихо ответил тот и сжал плечо Драко, перенося их к пустому коттеджу, зияющему темными окнами.