Я всегда буду рядом.

Озлобленный поражением в Пристани Лотоса, клан Вэнь не забыл об ордене Лань, а желание отомстить только усилилось. Они не могли найти Лань Сичэня, убежавшего с ценными бумагами. Поэтому псы из ордена Вэнь решили снова взять Лань Чжаня в плен, чтобы выведать информацию о возможном месте нахождения его брата. Но даже сам Лань Ванцзи ничего не знал о Лань Хуане и был обеспокоен его внезапным исчезновением. В плену Лань Чжаня мучили голодом и жаждой, различными телесными наказаниями, даже поставили клеймо, как какой-то шавке (хотя пёс здесь явно не Лань Ванцзи). Но даже знай он хоть какую-то информацию о Лань Сичэне, ни за чтобы не выдал брата. А так как он не отвечал на вопросы ордена Вэнь, то пытки продолжались, а время в этом аду будто и вовсе остановилось.

*******

Клан Вэнь нанёс слишком большой ущерб различным орденам, как мелким, так и большим, имеющим довольно большое влияние. Долго терпеть выходки клана никто не мог, поэтому было принято решение созвать совет, чтобы объединиться против псов. На собрании присутствовали три ордена: Юньмэн Цзян, Гусу Лань и Цинхэ Не. В ходе совета было принято решение разом напасть на клан Вэнь ночью, чтобы застать их врасплох. Этому плану дано было название — Аннигиляция Солнца. Аннигиляция — уничтожение, солнце — орден Вэнь, символика клана. Но ещё до начала решающей битвы объединившиеся ордены решили сбавить численность ордена Вэнь, устраивая небольшие битвы, когда кто-то из псов приходил к ним. В последний день перед судной ночью Цзян Чэн узнаёт, что вернулся Первый Нефрит — Лань Сичэнь. И мало того, что ему удалось сохранить ценные бумаги, но и Лань Чжань был спасён. Ванцзи был в печальном состоянии, так как его тело было истощено и изранено, из-за чего он не мог принять участие в предстоящей битве, но упорно твердил одно: «Я смогу быть полезным. Смогу защитить. Я помогу». Такое чувство, будто он говорил это определённому человеку, но глаза были устремлены в пол, а сам он еле держался на ногах, поэтому облокачивался на плечо брата. Увидев его таким, Цзян Чэн со сталью в голосе почти приказал Ванцзи, что он не примет в битве участие и может быть лишь сторонним свидетелем. Лань Чжань сомкнул губы и прикрыл глаза. Он знал, что Цзян Чэн был прав, но продолжал настаивать на своём. Спустя несколько часов бессмысленных споров Ваньнинь осознал, что эта перепалка ни к чему не приведёт, поэтому попросил Лань Чжаня быть осторожным и не геройствовать. В ту ночь обе стороны пережили слишком много потрясений, но всё же смогли уничтожить орден Вэнь. Огромное количество смертей, почти полное уничтожение нескольких кланов, но цель была достигнута. Через день был организован пир, где собрались все ордены, принимавшие участие в Аннигиляции Солнца. Лань Чжань, хоть и не успел оправиться, не мог пропустить освобождение от гнёта «псов» и пришёл. Увидев вместе Лань Ванцзи и Цзян Чэна, люди зашептались. Во время плена Второго Нефрита какие только сплетни о нем не расползались: бросил свой орден на произвол судьбы, примкнул к клану Вэнь, докладывал о других орденах и тому подобное. Вэни же только накаляли ситуацию, подтверждая слухи, так как их конечной целью было уничтожение репутации Второго Нефрита. Если бы Лань Ванцзи не принял участие в последней битве, то уже никогда бы не смог вернуть себе доброе имя. Хотя и сейчас понадобится время, чтобы память об этих нелепых слухах стёрлась, но сейчас они были главной темой для остальных. — Просим прощения, глава ордена Цзян, — подошли адепты из ордена. — Все лишь и говорят о том, что помолвка будет расторгнута из-за слухов про господина Лань Ванцзи. Мы уверены, что это не так, но остальные… Может, вы всем сообщите правду, чтобы больше не было подобных разговоров? Нахмурившись, Цзян Чэн кивнул своим адептам и повернулся к Лань Чжаню, сидевшему рядом. — Эти слухи могут плохо повлиять на тебя и орден в целом, поэтому… — хоть лицо Лань Ванцзи оставалось на вид спокойным, но Ваньинь смог уловить в них нотки боли и грусти. — Прошу меня извинить за прерывание ваших невероятно «важных» разговоров. — встав со своего места, обратил на себя внимание Цзян Чэн, не желая больше смотреть, как страдает любимый человек. — Как я уже успел понять, обществу заклинателей интересно, в силе ли ещё помолвка между мной и Лань Ванцзи. Так знайте, что да! Через месяц будет церемония, и я не потерплю слухов в его сторону. Если вы верите всему, что говорил клан Вэнь, то почему вы ещё здесь? Почему не с ними? Тоже хотите пополнить гору трупов? На последних словах все стихли. Некоторые решили, что Цзян Чэн прав и слушать клан Вэнь сродни копанию в мусоре. А другие решили лишний раз не говорить о Лань Чжане в присутствии главы. Таким образом, слухи о Лань Ванцзи немного поутихли, а вскоре и вовсе забудутся, ибо добрые поступки говорят сами за себя. — Ловко ты их, брат, — внезапно возник перед Цзян Чэном Вэй Ин. — А как иначе? Если бы я промолчал, то слухи бы только больше распространялись, а то и вовсе обрели бы ещё более нелицеприятное воплощение. Я такого не потерплю, — хмурит брови Ваньинь и смотрит на пустое место рядом с собой. Лань Чжаня позвал брат, поэтому ему пришлось отойти. А Цзян Чэну сразу стало одиноко, хоть и не показывает это брату. — Жаль, конечно, что ваша свадьба в силе, но, думаю, Лань Чжаню и правда будет лучше с тобой. Он так тепло тебе улыбается, — расплылся в улыбке Вэй Ин, присаживаясь рядом с Цзян Чэном с бокалом в руке. — Даже когда мы находились в пещере, твоё имя с его уст срывалось чаще, чем моё, а ведь заботился о нём я. — Спасибо тебе за это, Вэй Ин, — искренне поблагодарил Цзян Чэн и обратил внимание на Вэй Усяня, а не на пустое место рядом. — «Улыбка Императора»? — ухмыляется Цзян Ваньинь, кивая на бокал. — Ты ещё спрашиваешь? — смеётся Вэй Ин, а после резко приближается к лицу и шепчет. — Я тут Лань Чжаню подлил немного в его напиток, думаю, тебе стоит его проверить. Я от Лань Сичэня узнал, что у ордена Гусу Лань проблемы с переносимостью алкоголя. Причём серьёзные, поэтому поспеши. — Боже, что ты творишь, Вэй Ин? — шипит Цзян Чэн, вставая с места, чтобы пойти на поиски жениха. — Потом расскажешь, насколько всё плохо, — смеётся Вэй Ин, давясь драгоценным для него алкоголем. Сейчас было только начало вечера, а значит всё только начинается. И Цзян Чэн даже не представлял, что ему сегодня устроит Лань Чжань в пьяном виде. Одно радовало — они находились на территории ордена Цзян. До комнаты Ваньиня рукой подать, так что тащить не долго.