Инферно

      Небо было удивительно чистым: ни облачка, ни перышка, ни птички. Солнце буквально слепило, но оно не выжигало глаза. Нет. Оно ласкало кожу и будто обнимало.       Безмятежно.       Воздух был кристально свежим. Даже легким становилось радостно. Это не пыльный и тошнотворный Нью-Йорк. Это место, где витал аромат чего-то терпкого, сладкого, как мед.       Что?       Тони опустил взгляд вниз и увидел, что его ботинки буквально утонули в неоново-яркой зелени. Травинки облизывали грубую подошву, поглощали носки обуви. А возле пятки колыхался одуванчик.       Подул мягкий бриз. Будто где-то рядом было море, зазывавшее к себе. И белесый одуванчик разлетелся, окутав Старка пушистыми семенами.       Вдали мелькали желтые головы аккуратных цветочков. Аккуратных, а значит, это не подсолнухи. Пятилистные, яркие, невинные. Хрупкие. Жаль, что мужчина не знал их названия.       Это желтое озеро перемешивалось с другими: фиолетовым, розовым и белым. Кустики маленьких цветочков напоминали сахарную вату. Они росли так близко, что обнимались друг с другом.       И с лиловыми колосками, отдаленно напоминавшими сирень. Но это точно не сирень, потому что она более яркая.       Тони сделал шаг.       И в небо взмыли сотни цветастых стрекоз: зеленые, голубые и розоватые. Полосатые осы и пушистые шмели.       Пушистые, как колоски неведомых цветов, что перышками болтались на ветру.       Оранжевое море, алое, коралловое, синее. Яркое.       И вдруг подошва наступила на беззащитный белый цветочек с желтой сердцевиной. Ромашка. — Мистер Старк?       Тони пошатнулся от испуга, ведь голос прозвучал, как гром среди ясного неба. Мужчина вскинул голову и встретился взглядом с чужим, до боли знакомым.       Родным.       Твою мать.       Питер сидел посреди круга из наивных ромашек, поджав под себя ноги по-турецки. Ладони покоились на острых коленках, а сам юноша ярко улыбался. Солнечно.       Как человек.       Не зомби.       А Питер Паркер. Тот самый мальчик из Квинса, который хотел быть лучше и сильнее всех, который хотел спасти мир даже тогда, когда это казалось невозможным.       Тот самый мальчик, который прыгнул бы в жерло вулкана за Тони. Для Тони. Чтобы тот в него поверил.       Тот самый мальчик с белой, как снег, кожей и непокорным нравом. Человек. — Питер, — на выдохе. — Присядете, мистер Старк? — Паркер неоднозначно махнул рукой.       Тони безмолвно выполнил поступившую просьбу, повторив позу парня. И оказался прямо напротив. Глаза на уровне чужих, юных. — Мне столько нужно тебе сказать, а я даже не знаю, с чего начать. Столько всего изменилось. — Я знаю, — Питер опять улыбнулся. Опять, — вы мне все расскажете, когда придет время. Верно? — Верно, — Старк выдохнул, сдавшись. Паркер четко дал понять, что говорить о соплях он не хотел, — а ты как тут оказался? Или на этот вопрос ответ тоже нельзя получить. — Можно, — юноша отпустил короткий смешок, — но это неважно. — Тебе весело, да? А вот мне нихрена не весело, Пит, — процедил Тони. Он не хотел злиться, но так получилось, — что бы ты чувствовал, если бы был на моем месте? — То же самое, — Паркер, подумав, хмыкнул, — и мне невесело. Я живу внутри вас, поэтому я все понимаю. — Но ты все равно меня оставил, — мужчина покачал головой. — Я никогда не уходил, мистер Старк. — Нет, Питер, — отрезал Тони, — ты ушел. Ты ушел. — Значит, я вернусь, — уверенно парировал Питер, — вернусь. — Когда?       Голос, полный надежды, утонул в медовом ветру, разметавшем по полю пушок одуванчиков.

***

      В медицинском отсеке как всегда пахло спиртом и уже привычно орал зомби. Такая вот суровая действительность. Никакого покоя больным, что чревато последствиями. Для выздоровления важно не только хорошее лечение, но и здоровая психика.       Какая тут здоровая психика, если два чумных мужика из Мстителей то и дело таскали людоедов в святую святых? Второй, кстати, официально Мстителем не являлся, но сделал для команды максимально много.       Очередной подопытный был довольно спокойным, если можно так выразиться. Хватало одного единственного Стива, чтобы сдержать его. Стива и ремней, конечно. Тони предпочел в цирке не участвовать, потому что он уже и во снах этого дерьма насмотрелся.       Поэтому пока доктора развлекались, а Роджерс пытался сделать вид, что у него не вздуваются вены на лбу, Тони сидел с остальными Мстителями в точке сбора, что располагалась на их этаже, и думал о том, несколько же ему ахуенно живется с такими грезами, как у десятилетних школьниц. Поля, цветочки, сладенькие мальчики.       Стоп.       Нахуй.       В жопу.       Так вот. О чем мы? О том, что, в принципе, лучше во снах видеть чистое небо над головой и шмелей, а не пентаграммы из крови младенцев. Это по фактам если разложить.       Пока Старк думал об этом, то есть о великом, Стрэндж уже натянул на себя перчатки и взял в руки шприц с очередной вариацией вакцины. — С Богом, — пробубнил Стивен, прицеливаясь в вену. Рука уже, конечно, была продезинфицирована.       Юная девушка, зомби в розовой кофточке и со светлыми, как пшеничный колос, волосами, заметалась по железному столу. Стрэндж профессионально поставил укол, вводя необходимую дозу лекарства. — Эх, все как всегда, — вздохнул Брюс, наблюдая за серьезным Кэпом, державшим руки пациентки. — Хочется верить, что на этот раз получится, — беспечно ответил Стрэндж, — ты температуру хранения поддерживал? — Обязательно! — Беннер закивал. — А вы прямо как будто каждый день этой мутью занимаетесь, — пораженно проговорил Роджерс. — Ой, Стив, — Брюс махнул рукой, принимая у Стивена пустой шприц, — я тебя, конечно, люблю, но иногда ты такую херню морозишь, что страшно становится. — Каждый день, а как иначе, — запоздало ответил Стрэндж, промазывая место укола спиртом и заклеивая его пластырем. — Теперь опять ждать, чтобы уснула? — Кэп кивнул на бушевавшую девушку. — Если уснет, — начал Стрэндж. — Тони сойдет с ума, я чувствую, — закончил за него Беннер. — А в чем вообще смысл? — спросил Кэп, продолжая держать пациентку, — то есть на что влияет сон? — Начнем с того, что зомби не спят, — Брюс загнул первый палец. Стивен согласно кивнул, снимая перчатки, — поэтому мы добавили в вакцину немного снотворного, которое может подействовать только при правильной комбинации веществ. — Я все больше начинаю бояться, что Старк — зомби, — Стив хохотнул. Стрэндж недовольно покачал головой, но полуулыбка все-таки появилась на его лице. — К тому же, — решил продолжить Брюс, — сон необходим для того, чтобы начали работать антитела, — он загнул второй палец, — вот и получается. — Ясно, — мыкнул Кэп.       На его смазливой мордашке тут же отразилась целая палитра эмоций: от недоумения до радости. Дело в том, что он почувствовал, как перестал прилагать силу, держа руки бедной девушки-зомби. А поэтому светловолосый неоднозначно кивнул, указывая коллегам на свою находку. — Фу-ты ну-ты, — Брюс цокнул языком. Роджерс же отошел, позволив докторам заняться работой, — а она не умерла? — Ты че дурак что ли? — Стивен вспыхнул, — не видишь, что она дышит. — А вдруг это ветер одежду колышет, — Беннер развел руками, а Кэпу только и оставалось, что вскинуть в недоумении бровь. Но потом он сразу же расслабился, увидев счастливую неуверенную улыбку, украшавшую лицо Брюса. Прикалывался, ясно. — Господи, — Стрэндж закатил глаза и приложил пальцы к шее зомби, — пульс есть, значит, живая. Попробуй, если не веришь мне. — Да ну нахрен, — Брюс махнул рукой, — еще посчитаешь меня за придурка.       Тихое «уже» утонуло в кашле Кэпа, попытавшегося привлечь к себе внимание. — Может, пойдем им скажем? — предложил он.       И как только доктора энергично, а главное, синхронно кивнули, троица направилась к остальным Мстителям. Но сначала, конечно, Стивен отдал приказ своему верному помощнику следить за спящей.       Стоило им появиться на горизонте, как троица тут же вскочила с насиженных мест. Лица, естественно, выражали надежду получить хорошие новости. — Че там, че там? — нетерпеливо спросил Клинт, чуть подавшись вперед. — Уснула, — гордо ответил Брюс. — Точно? — голос Наташи прозвучал более чем неуверенно. — Да точно-точно, — запричитал Стивен, порядком раздраженный из-за того, что им не поверили моментально.       И Тони дальше не слушал. Он молча упал обратно в кресло, испепеляя взглядом пустоту. Мстители жужжали, переговариваясь, а Старку было глубоко похер.       Неужели?       То, что казалось отчасти невозможным, все-таки свершилось. Это просто невероятно. Нет, правда. Как?       Просто как?       В спартанских условиях, с незнакомыми живыми организмами, с кровью Питера. Получилось?       Боже, так это же значит, что Морган вновь будет прежней. Питер тоже. Невероятно.       Даже нет, не так. Ахуенно.       Так ладно Морган и Питер, а целые города и мегаполисы с выжившими? Их можно и нужно было спасти. Необходимо. Они ждут. Они верят в то, что Мстители не сдались.       Не сдались. — Мы должны выпить в честь этого, — выпалил Тони, хлопнув по коленям и поднимаясь с места.       Кажется, своей он неожиданной репликой прервал Брюса, который рассказывал что-то безусловно захватывающее, судя по активным жестам. Но никого это не смутило. Точнее, не смутило Старка, который уже уверенной походкой направился к своему столу с тайником.       Хотелось выудить самый дорогой виски. И ром. И джин. И коньяк. Все.       Напиться. — А давайте, — бодро подхватил Клинт, уперев руки в боки.       Тони замер, ошарашено развернувшись на пятках. Он и не ожидал, что после постоянных склок и ссор, Бартон встанет на его сторону.       Хоукай подмигнул товарищу, который незамедлительно ответил улыбкой.       Порядком уставшие от треша Мстители наигранно-неуверенно переглянулись, а затем душа, одна на всех, понеслась в рай.       Брюс и Стивен поставили стол побольше, Стив занялся расстановкой стульев, а Наташа расставила стаканы, принесенные Старком. Посуды, кстати, на всех не хватило, учитывая тот факт, что Стрэндж пить отказался на случай опасности. Решил за пациентами следить, за базой в целом. Так что нейрохирургу налили пакетированный чаек, заваренный во второй раз, а Клинт и Тони стали обходить всех, наполняя стаканы.       Наташа выбрала коньяк, чем никого особо не удивила, а ее верный суженный — настоящий карибский ром. Клинт себе плеснул джин, ровно как и Стиву, кстати. Ну а Тони не был бы Тони, если бы не сел во главе стола со своей бутылкой виски. А нахер людям стаканы? — Кто тост скажет? — спросил Бартон, встав на ноги.       Стулья заскрежетали об пол. Мстители подняли чарки, а Старк свою любимую бутылку. — А точно ничего не случится, если мы бахнем? — боязливо уточнил Кэп. — Нет, но ты можешь попросить воспитателя подтереть тебе жопу, если боишься испачкать пальцы в какашках, — Тони пожал плечами. — Думаю, что это значит, что ничего не случится, — Клинт хмыкнул. — На каком языке? — Роджерс подхватил шутливый тон Хоукая. — На мудацком, — отрезала Наташа, казалось, агрессивно. Но она улыбнулась, а потому Старк подмигнул ей, — кончай маскарад, я пить хочу. — Ладно, — Бартон выдохнул, что сопровождалось смешком Тони, которому искренне понравилась шутка Романофф, — сегодня мы собрались здесь для того, чтобы поздравить наших гениальных ученых…хотя хули я тут, блять, распинаюсь? Бухаем!       Орда мужиков с Наташей во главе заверещала. Кричал даже Стивен, чокнувшийся с остальными не башней, а стаканом.       И так вот чарка за чаркой Мстители стали наклюкиваться, пока Стрэндж, будучи сраным импостером, ахеревал с происходящего. Нет, Старк не начал писать во время выполнения сальто назад, да и Кэп воздержался от брейк-данса на макушке, потому что не хотел опять становиться объектом насмешек. А что? Роджерс уже однажды перепил и чуть не запустил программу самоуничтожения прошлой базы Мстителей, так что в этот раз тормозил джин-коней. — Оу-оу, ребят, а у меня есть ахуенная идея! — воскликнул Брюс, которому вообще-то достаточно подышать над бухлом, чтобы почувствовать себя пьяным. — Какая? — мыкнул Стивен, сдерживая хохот.       А все потому, что Беннер чуть пошатнулся, едва не упав на плечо заботливой Наташи, которой осталось только уложить его в кроватку и накрыть одеялком. Слюнки мужчине она уже вытерла. — А давайте сыграем в «Трахнуть, Жениться, Убить»? — предложил Беннер. — Это че за херня? — Клинт хмыкнул, — еще бы в «Правду или Действие» предложил. — Ой, да там несложно, — Брюс махнул рукой, — я называю три имени, а вы выбираете, что хотели бы сделать с его обладателем. — Трахнуть, жениться или убить? — уточнил Тони. — Именно, — Беннер радостно хлопнул по столу, — участвуют только известные люди или знакомые. — Ладно, давайте попробуем, — согласился Стив. Наташа удивленно посмотрела на Кэпа, но тот только вопросительно пожал плечами, — кто будет первым? — Стивен, — Беннер хитро посмотрел на друга. — Я весь твой, — Стрэндж чуть подался вперед. — Дай мне минутку, — Брюс приложил палец к подбородку, — я буду называть имена, но отвечают все, иначе я заебусь придумывать. — Принято, — Клинт сложил руки на груди. — Ник, Ванда и, эм, — мужчина замялся, — Питер.       Толпа заулюлюкала вновь. Выбор имен был довольно чем забавным и занимательным. — Не знаю, кто такой Ник, но на данном этапе Питер — зомби, поэтому его я убью, — начал Стрэндж, — Ванда — женщина, а значит, на ней я женюсь. Остается тот самый Ник, так что его я просто трахну.       Клинт начал ржать в кулак. Стивен выглядел более чем уверенно. — Ладно, давайте дальше, — Наташа махнула рукой, — Тони по часовой стрелке следующий. — О Боже, — Старк деланно закатил глаза, — переспать с Вандой, жениться на Питере и убить Стива. — Но меня даже нет в списке, — возмутился Кэп. — Роджерс, говнеца попить не хочешь? — Тони приготовился опрокинуть бутылку. — Только если с тобой, — Стив предложил товарищу чокнуться сосудами. Старк, попялившись на стакан, все-таки исполнил задуманное Кэпом. — Вот и поиграли, — обиженно пробормотал Брюс. — Хочешь еще чего-нибудь бахнуть? — спросил у него Клинт. Это сопровождалось недовольством Наташи, которой осталось только сигнальными ракетами пульнуть.       Ну нельзя больше Беннеру пить. — Слезы той скотины из Гидры, которая удумала запустить зомби-вирус, — процедил Брюс, вмиг позабыв о грусти. — У меня есть чаек, — Стрэндж протянул ему кружку. — О, чаек! Да, пожалуйста, — ученый радостно присосался к таре, сделав несколько жадных глотков. Романофф облегченно вздохнула. — Давайте, может, поговорим о способностях друг друга? — предложил Клинт. — Например? — спросил Стив. — Ну, — Хоукай задумался, — кто смог бы отсосать у самого себя? — Питер, — бесстрастно выпалил Тони, прижав губы к бутылке. — А, — Брюс затолкал в глотку неуместное «ты видел» благодаря наставническому шепоту Наташи, — мне стоило догадаться, раз Паркер очень гибкий. — Нет, какая-то хуйня, а не игра, — Клинт надулся, осознав, что его идея не зашла. — Может, просто поговорим о чем-то? — предложил Стив, — типа вопрос-ответ. — Давайте, — согласился Стрэндж, явно предвкушая скандалы, интриги и расследования. Ему для образа осталось только ладонями потереть. — Вот, например, Тони, — Наташа взяла бразды правления в свои руки. — Опять я, — буркнул Старк. — Как ты спишь с осознанием того, что есть люди, которым ты не нравишься? — спросила Романофф. — Без трусов, — мужчина отсалютовал ей бутылкой, — на случай, если они захотят поцеловать меня в задницу. — А я думал, что ты актив, — чуть захмелевший Стив прикрыл рот ладонью. — А я всегда знал, что ты трахаешься с Барнсом, — беззлобно огрызнулся Тони.       Язык его уже, судя по всему, порядком заплетался. И после этого, кстати, повисла неловкая тишина. Стивен нетерпеливо стукнул чашкой по столу. — Ладно, — наигранно бодро сказал Клинт, пытаясь игнорировать тот факт, что Старк портил любую игру своими ядовитыми высказываниями, — Брюс, а расскажи-ка мне свой самый главный секрет. Можно на ушко. — Это типа самый страшный страх? — решил уточнить Стрэндж. Мстители лукаво посмотрели на нейрохирурга, — а что? Я много раз в больницах слышал о том, что доктор — это самый страшный страх любого ребенка. — Да, типа самый страшный страх, — ответил Клинт. — Каждый раз, когда я вижу кошку, — интригующе начал Беннер, — я хочу подойти и погладить ее, но мне кажется, что она видела меня в обличии Халка, а потому очень боится. А еще у меня аллергия. Хотя я уверен, что кошки очень пушистые. — Я сейчас заплачу, — Хоукай и вправду выглядел так, будто он готов был зареветь. — Давай не будем, а то я тоже заплачу, — голос Брюса дрогнул. — Ребят, у вас все нормально? — заботливо поинтересовалась Наташа. — Нет, — Беннер то ли захныкал, то ли всхлипнул. — Так, кажется, нам пора спать, — понимающе заговорила Романофф, — ну-ка, встаем.       Женщина поднатужилась и, поднявшись со стула, стала дергать своего перебравшего мужика за ткань рабочего халата, собравшегося в складки на плечах. — Эй, мисс Романофф, куда ты меня ведешь? — запротестовал Брюс, не желая напрягаться. — Тебе надо отдохнуть, — Наташа качнула головой, вовсе не обращая внимание на остальных. — Ну-у все же еще сидя-ят, — Беннер продолжал канючить, пытаясь скинуть руки женщины. — Остальные тоже пойдут спать. Правильно, ребята? — рыжеволосая угрожающе посмотрела на товарищей, намекая на то, что им лучше бы согласиться. — Конечно-конечно, — хором запричитали они. — И пусть идут, а мы посидим еще, нет? — Брюс обернулся, состроив щенячьи глазки. — Нет, милый, — процедила Наташа, но затем тут же взяла себя в руки, — я устала. — Ты хочешь спать, да? — мужчина поджал губы. Романофф кивнула, — понял, тогда идем.       Клинт опять едва не заржал, пока умилялся с поведения друга и с того, как рыжеволосая уводила его в сторону своего автомобиля. Стивен покачал головой, а Тони уже лег на стол, уперев подбородок в замок из рук. — Вот так мужики и становятся подкаблучниками, — Клинт отхлебнул еще пойла, — им выкручивают яйца. — Просто завидуешь, — сонно проговорил Тони, явно заскучавший за то время, пока сладкая парочка удалялась. — А ты просто придурок, — заключил Стив. — Это не новость, — Старк хмыкнул. — Технически вы в равном положении, — выдал Стивен, получив недоуменный взгляд стрелка, — у вас двоих были семьи, но вы их потеряли. — Только вот мне больше некого любить, — Хоукай как-то грустно улыбнулся, — и я говорю не про друзей. — Мы поняли, — Роджерс кивнул, — но знаешь, тогда то, что у Тони жива дочь, ничего не меняет. — А кто сказал, что я про Морган? — Клинт внимательно посмотрел на Кэпа.       А затем троица уставилась на Тони, который вместо ответа или шутки сладко хрюкнул, что свидетельствовало о том, что мужчина начал впадать в сон и уже не отдавал себе отчета в происходящем.