Мастерская художника

— Театр? Скука смертная. Вот уже который час Дин помогал Кастиэлю выбрать наряд. Кас нечасто выходил из дома, тем более в свет. А уж в театре он не был лет сто. Демон рылся в шкафу, прикладывал очередную рубашку к Касу, будто примеряя, затем следовала фраза «Не то», и все начиналось заново. Кастиэль с интересом наблюдал за тем, как Дин откидывал одежду в сторону. Конечно, Кас не любил, когда Дин вот так по-хозяйски рылся в его шкафу, но сегодня он сам об этом попросил. — И зачем она подарила настолько скучную вещь? Билеты в театр нужны только самым заурядным людям. — Анна хотела преподнести что-нибудь особенное. Обычно я не принимаю подарки на день рождения, но на этот раз не смог отказаться. — Ага, конечно, у тебя просто было дикое похмелье после того веселья, что я устроил в баре. Признай, что был тогда не в себе, — Дин вытащил что-то древнее и старое из шкафа и отбросил в сторону. — Кто бы говорил? Это не я перевязал себя ленточкой и с фразой: «Лучший мой подарочек — это я!» полез обниматься. С этими словами Кас изобразил Дина, которому хотелось кого-то обнять. За неимением лучшего художник начал обниматься с рубашкой, найденной на полу. Он потерся об нее щекой. Дин лишь закатил глаза и продолжил свои поиски в шкафу. — И совсем на меня не похож, — пробубнил демон, стоя спиной к Кастиэлю. Он не хотел, чтобы Кас увидел его улыбку. — Не стану спорить. Кастиэль затих, подумав про день рождения.Тот вечер он помнил смутно. Громкая музыка и шум толпы вперемешку с алкоголем отзывались на следующее утро. Когда пришла Анна с билетами в руках, он пробубнил что-то невразумительное, взял подарок и быстро закрыл дверь. Дин слишком много шутил. Это ужасно раздражало. — Вот эта выглядит неплохо. Черный всегда в моде. С этими словами Дин торжественно вытащил черную рубашку. Кастиэль не помнил, когда видел ее в последний раз. А уж куда надевал — и подавно. — Неужели когда-то у тебя был вкус, мистер не-хожу-на-свидания? — ехидно улыбнулся демон, передав рубашку Касу. — Неужели такие рубашки носят только на свидания? — парировал художник. — Не может быть и других поводов? — Ну…- протянул Дин, задумчиво уставившись в потолок. — У заурядных людей могут быть и другие причины. И театр точно входит в этот список. — Так я еще, оказывается, и заурядный? — с возмущением откликнулся Кас, снимая кофту и кидая ее в Дина. — Я этого не говорил, — швырнул демон кофту обратно. Они оба засмеялись. Кастиэль подумал, что лишь с Дином он способен по-настоящему смеяться и что-либо чувствовать. Художник мельком взглянул на музу. Растрепанные волосы, зеленые глаза, искрящиеся весельем, озорная улыбка. И еще мелкие, едва заметные веснушки на щеках. Казалось, о них знал только Кас. Он вспомнил, как разглядывал их ночью, когда сильно замерз в том мотеле. Внезапно Кастиэль смутился. — Ну так что, примеришь рубашку? Или так и будешь стоять с голым торсом? Я-то не против, но… — Да, сейчас. Кастиэль натянул на плечи рубашку, медленно застегивая пуговицы. Пальцы не слушались, а руки едва заметно дрожали. «Что на тебя нашло? Успокойся, все в порядке». Между тем Дин смотрел, как художник неумело справляется с пуговицами. От его взгляда не скрылась и непонятно откуда взявшаяся дрожь. — Дай помогу. Предоставь это дело профессионалу. Кас сдался. Руки Дина словно скользили по одежде. Пальцы так быстро застегивали рубашку, что трудно было уследить. Дин сосредоточенно смотрел на свое творение, высунув язык. «Сейчас он очень похож на ребенка, который старается сделать что-то важное», — подумал Кастиэль и улыбнулся собственным мыслям. Когда верхняя пуговица была застегнута, их взгляды встретились. Кас рассматривал необыкновенную радужку Дина. Он пытался запомнить мельчайшую деталь, каждый блеск, любой прищур этих глаз. Так хотелось смотреть на них вечно… Дин молча поправил воротник рубашки и отвернулся. Его поведение было слишком похоже на смущение. — Ты пойдешь со мной? — робко спросил Кас. — Ты еще спрашиваешь, — повернулся к нему Дин и улыбнулся. Но его взгляд казался задумчивым. — А что ты наденешь? Ведь «театр — место для заурядных людей.» — Поверь мне, ты упадешь. Дин исчез и уже через мгновение появился в шикарном смокинге. Белая рубашка с запонками и черная бабочка… Дин оказался прав: Кас и правда чуть не упал. «Я обязан это изобразить на своем холсте, — подумал Кастиэль, когда не смог оторвать от Дина глаз. — После спектакля я сразу же сяду за кисть». С лица Дина не сходила улыбка. Он не ожидал увидеть такую бурную реакцию художника, хотя тот не произнес ни слова за последние несколько минут. Кас все еще стоял столбом в черной рубашке и домашних штанах, даже не в силах пошевелиться. Его глаза искрились от восторга. Для Дина это было лучше всяких слов.

***

— Признаю: может быть театр — это не так уж и скучно. Дин хлопнул Каса по спине. В то время как художник рассматривал красивейшие колоннады и лепнину в виде ангелов на потолке, Дин улыбался вслед проходящим девушкам. Хлопок по спине вернул Каса из возвышенных мыслей. Вновь художник столкнулся с низменными порывами демона. Кастиэль глубоко вздохнул. — Я рад, что тебе здесь нравится. — А я рад, что ты меня сюда привел. Смотри, какая красота вокруг, — Дин махнул рукой в сторону девушек в платьях. Кас снова вздохнул. Он знал, что Дина не исправить одним походом в театр. Да и, признаться, художнику не хотелось, чтобы его муза менялась. Дин нравился ему таким, какой он есть: со всеми нелепыми шуточками, со звонким смехом и мелкими веснушками. Но иногда он становился невыносим. Прямо как сейчас. — Кас, не знаешь, где тут буфет? Я жутко голодный. Вдруг у них есть вишневые пироги? — Дин, это театр, а не столовая. А буфет справа от гардероба. Можешь сходить туда, пока я вешаю плащ. — Вишневый пирог, я уже иду, — убежал Дин, потирая руки в предвкушении. Кас в третий раз за несколько минут глубоко вздохнул. «Ох уж этот маленький Дин», — пронеслось у него в голове. Неожиданно он поймал на себе чей-то ледяной взгляд. Кас повел плечом, пытаясь избавиться от напряжения, но сейчас ему это не удалось. Странная мужская фигура продолжала сверлить его взглядом. Повесив плащ, Кастиэль отправился на поиски Дина. Тот был занят разговором с одной леди, но увидев Каса, он сразу же направился в его сторону. С каждым новым шагом Дин казался все более смущенным, словно он не хотел, чтобы Кас его застукал с кем-то другим. — Извини, буфет оказался закрыт, и я отвлекся. — Ничего страшного, пойдем в зал. Они хранили молчание до самого начала спектакля. Вскоре на сцене яркими красками забурлила жизнь вымышленных героев. Сюжет строился на любовных интригах и мелких распрях. Игра актеров завораживала и приводила в восторг Кастиэля. Он сидел и не шевелился, полностью погрузившись в действо. Кас не мог не отдаваться искусству полностью, без остатка, в любом его проявлении. Это многих удивляло, но также раздражало. Были те, кто не понимал, почему художник второй час разглядывал одну и ту же картину. Его взгляд все время блуждал, будто искал что-то, одному ему понятное и необходимое. А Дин сидел рядом, разглядывая исподтишка Каса, пытаясь запомнить каждую черточку его счастливого лица. Он улыбался по-настоящему. Впервые он ловил себя на мысли, что готов променять все свои прошлые и будущие жизни на то, чтобы вечность просидеть здесь и видеть эти одухотворенные глаза и застывшую улыбку. И демон, тронув защитный оберег на шее, вспомнил, как много ему пришлось пережить. Что будет, если они найдут Каса? Что, если попытаются его убить, когда Дина не будет рядом? Дин нервно вздохнул, прижав к себе кулон. Нет, он ни за что этого не допустит.

***

— Как тебе спектакль? По-моему, он восхитителен. Кастиэль мог бы многое рассказать о своих сегодняшних впечатлениях. Он бы долго-долго анализировал сюжет и персонажей, музыкальные вставки, игру света, если бы не задумчивый вид Дина. Он будто притворялся, что слушал, но на самом деле витал в собственных мыслях. — А, спектакль? Да, я с тобой согласен. Он классный, — рассеянно ответил Дин. — Что-то не так? — обеспокоенно спросил Кас, глядя на то, как Дин сжимает в руке висящий на шее кулон. — Все в порядке. Ты пока одевайся, а я пойду куплю пирог. Не бойся, про тебя не забуду. Дин ушел, оставив Каса в полной растерянности. Что могло произойти с демоном во время спектакля? Такое ощущение, будто ему напомнили о чем-то очень болезненном. Кас надевал бежевый плащ, когда столкнулся с тем же пронзительным взглядом, что и перед спектаклем. Кастиэль задрожал. Он сунул руки в карманы, чтобы не было заметно его волнения. Дыхание заметно участилось, сердце громко стучало. «Успокойся, все нормально. Он просто смотрит». Пытаясь сбежать от жуткого мужчины, Кас вышел на улицу, забыв про Дина. Он немного отошел от здания, скрывшись в тени. Сердце гулко отозвалось в груди, дыхание не хотело восстанавливаться. — Неужели думал от меня сбежать? — послышался жуткий голос. К Касу подошел тот мужчина со странным взглядом. Сейчас он улыбался так, словно нашел новую жертву. Длинные рукава пиджака будто что-то скрывали. — Что вам от меня нужно? — как можно спокойнее спросил Кас, сделав глубокий вдох. — От тебя? Ничего. Мне нужен твой дружок. И я знаю, как привлечь его внимание. Мужчина засучил рукав, достав острый нож. В считанные секунды он оказался у самого лица Каса. Внезапно Кастиэля пронзила жуткая боль с правой стороны. Жуткие глаза мужчины на мгновение показались чернее ночи. Ноги подкосились, и Кас упал на колени. Он приложил ладонь к правому боку и ощутил что-то мокрое. Он приблизил руку к лицу. Она полностью была в крови. В глазах помутнело, и Кас окончательно рухнул на землю. Между тем мужчина с окровавленным ножом стоял рядом. Он словно любовался последними вздохами своей жертвы и хищно улыбался. Мужчина хотел уже было уйти, как вдруг послышалось громкое: — Кас, где тебя носит? Там такие вкусные пиро… Дин прервался на полуслове, когда увидел темную фигуру с оружием в руке, с которого капала свежая кровь. В голове пронеслась тысяча мыслей, прежде чем Дин заметил подтверждение самой ужасной из них. Рядом лежал второй силуэт. Дин ни за что бы не спутал очертания знакомого плаща. — Кас! Он подбежал к лежащему на земле Кастиэлю. Глаза художника закрывались, ладонь зажимала рану. С руки стекали кровавые капли. — Кас, держись, я рядом. Кастиэль ничего не смог сказать. Ужас в глазах Дина и его мягкие дрожащие ладони… А на фоне — ужасающая фигура. Кас попытался предупредить Дина об опасности, стоящей рядом, но не смог ничего сказать. Последнее, что он почувствовал, — резкий разворот Дина, запах серы и глухой удар. А затем Кас провалился в забытье.