Трудно быть человеком

       Поиск порталов, даже с талисманами, оказался делом небыстрым. В землях Мобэй-цзюня восход был явно не в чести, так что снаружи дома царила все та же морозная ночь. Еду гостям приносили уже дважды. Оба раза это было сомнительного происхождения мясо, которое никто из них не рискнул есть. Потом в гости явился сам ледяной демон.        В комнату он шагнул, так выразительно морщась, что было ясно — тепло его хоть и не убивает, но и не радует.        — Что, младший брат, еще сопротивляешься?        — А тебе-то что? — огрызнулся Бинхэ с готовностью.        Шэнь Цинцю, не меняя позы и все так же изображая глубокую медитацию, прислушивался. Опасения кружили в голове, как стайка пираний у капли крови. Ло Бинхэ вел себя исключительно пристойно. Он не позволял себе ничего лишнего и больше не пытался управлять Шэнь Цинцю. И даже за поцелуями не лез. И все равно, все больше молчал и частенько оглядывался на меч. Видимо, снова слушал его шепот. Шэнь Цинцю только надеялся, что успеет до конца восстановиться к тому времени, когда ученика снова придется спасать.        — Я бы хотел уже отправиться с войсками к людям, — отозвался Мобэй-цзюнь убийственно серьезно. — Жду не дождусь, пока ты откроешь портал.        — Что, рабов не хватает? — фыркнул Бинхэ. — Так надо было их кровью поить и климат для них потеплее делать.        — Слишком много возни. А ты вспомнил, как менять владения под себя?        Вопрос прозвучал урчанием довольного тигра.        Шэнь Цинцю открыл глаза и встретился с виноватым взглядом Бинхэ.        — Синьмо рассказал, — признался тот вслух.        — Тогда считай умеешь, — ободрил его Мобэй-цзюнь, приваливаясь широким плечом к косяку открытой двери. Дом выстывал быстро. Шэнь Цинцю подумал и, решив не стесняться, накинул на плечи меховое одеяло.        — А насчет порталов — пока нет?        — Конечно, нет, — согласился Бинхэ легко. — Синьмо знает, что именно они мне и нужны, и обещает про них рассказать, если я впущу его окончательно.        — Так впусти его, младший брат, — предложил Мобэй-цзюнь. — Что толку всю жизнь сопротивляться?        — А его отец впустил? — подал голос Шэнь Цинцю.        — Твой раб опять нам мешает.        — Я могу повторить для тебя его вопрос, если старший брат плохо расслышал! — ощерился Бинхэ.        — То есть, ты позволишь ему участвовать в разговоре?        — То есть, ему даже не нужно мое позволение для этого!        Мобэй-цзюнь подержал выразительную паузу, словно надеялся, что до Ло Бинхэ дойдет вся глупость его заявления, не дождался успеха и пожал плечами.        — Твой раб и твое дело, младший брат. Хотя играть с едой… Нет, играй, пока не прискучило. Так вот, насчет Тяньлан-цзюня — он говорил, что тоже не впускает Синьмо, чтобы не сойти с ума вместе с ним.        Безумный меч? Шэнь Цинцю кивнул своим мыслям. Вполне могло быть, учитывая сочетание небесного металла и демонических технологий в одном изделии. Если бы кто-то взялся ставить диагноз мечу, скорее всего, это было бы БАР.        — А мне вы это, значит, предлагаете? — фыркнул Ло Бинхэ.        — С чего бы мне о тебе волноваться, — парировал Мобэй-цзюнь. — Ты же о своем отце не волнуешься, и правильно. Нам, демонам, это совсем не свойственно.        Ло Бинхэ промолчал — и очень выразительно, так, что в комнате словно стало еще холоднее. Мобэй-цзюнь позволил себе легкий намек на улыбку.        — Мы считали, что его отец тоже умер, — сказал Шэнь Цинцю.        — С чего бы? — в этот раз демон даже не стал настаивать на иерархии. Видимо, и сам хотел рассказать. — С его способностями это очень нелегко. Нет, праведные заклинатели всего лишь поймали его на свидании с его женщиной, а потом завалили камнями и наложили печати. Сейчас Тяньлан-цзюнь лежит под тоннами камня — и он все еще жив.        — Жив? — переспросил Шэнь Цинцю, надеясь, что ослышался. Восемнадцать лет такой пытки — и даже без надежды на смерть? И Катя знала об этом? Участвовала?!        — Уверен, к его глубочайшему сожалению, — согласился Мобэй-цзюнь. — Кстати, поэтому мы с вами и сотрудничаем, в том числе. Ради горнодобывающего оборудования. Наш человек заверял, что ваши машины раскопают что угодно.        — Да уж давно бы откопали! — не выдержал Шэнь Цинцю. — Им ничего не стоило заказать любую технику, ее прислали бы максимум через месяц! Хоть буровой комплекс, хоть что — это вообще не вопрос. Земля — богатая планета и может себе позволить! Почему они этого до сих пор не сделали?!        Вот теперь Мобэй-цзюнь смотрел на него действительно с интересом.        — Об этом они не говорили. Они говорили, что нужен контакт, тогда они все и привезут, а мы сможем захватить склады. И тогда они бы получили свою оплату.        — Какую оплату?        — Бессмертие.        Мобэй-цзюнь вышел, оборвав разговор, и Шэнь Цинцю не стал его догонять. Не до того было.        — Значит, Ли Хуай и Лю Хэйши все это время знали, что мой отец…        — Они знали, что есть какой-то демон, — справедливости ради поправил Шэнь Цинцю. — Возможно, им не рассказали, как он попал в такое положение, просто говорили, что его хотят спасти.        — И у них все это время была возможность?        — Да, — согласился Шэнь Цинцю. — Но они хотели сначала получить обещанное.        — А демоны им этого дать не могли, — согласился Бинхэ. Он сел на кровать, потом вовсе лег, опустив голову на бедро Шэнь Цинцю. Тот погладил ученика по волосам. — Синьмо и Мэнмо говорят, что это невозможно, вряд ли у других демонов больше знаний.        — Поэтому демоны просто хотели захватить завезенное оборудование?        — И еще людей, — напомнил Бинхэ меланхолично. — Чтобы утащить их и сожрать.        — Да, — согласился Шэнь Цинцю. — Я помню, что демоны делают именно так.        И он снова погладил ученика по голове.               Коммуникатор звякнул, сообщая, что дрон что-то обнаружил. Вероятнее всего — то, что надо, хотя заставить его взаимодействовать с талисманами было непросто. Он был предназначен для сбора данных о мире и категорически не хотел обращать внимание на свою поверхность. Пришлось сделать так, чтобы талисманы загорались вблизи портала, и уж на дым-то дрон должен был среагировать.        Так и оказалось. На фотографии, которую передал дрон, были горы или что-то вроде того. Плоские каменные плиты громоздились друг на друга, то напоминая лестницу, то свалившиеся с полки книги. Небо было коричнево-красным, как во время песчаной бури. Местами в трещинах между камнями торчали какие-то кусты — колючие ветки, без единого листка, да и на живые растения они походили мало. А еще в воздухе мерцала арка, за которой смутно проглядывало что-то голубое и зеленое, совершенно чужое здесь.        — Летим! — подскочил Шэнь Цинцю, одновременно хватая меч и командуя построить маршрут. Дрон уже насобирал достаточно данных, чтобы работать еще и навигатором. — Бинхэ, не этот меч!        Ученик, почти уже взявший Синьмо, снова отдернул руку.        — Вы правы, но мне кажется, что стоит взять его с собой. Я не буду им пользоваться, но если вдруг на нас кто-то попробует напасть…        — То мы прекрасно справимся своими силами.        Вообще-то Шэнь Цинцю вовсе не был в этом уверен, но брать с собой угрозу душевному здоровью ученика не собирался. Ло Бинхэ был местным владыкой и без того, чтобы таскать с собой опасное для него же оружие.        — Я не хочу, чтобы он тебя поймал, если тебе вдруг придется его использовать, — сказал Шэнь Цинцю. — Я считаю, что наше преимущество в скорости. Чем быстрее мы доберемся до портала, тем меньше шансов, что демоны нас учуют.        — Я понял, — печально согласился Бинхэ и первым вышел за дверь. Шэнь Цинцю оглянулся от порога. Синьмо лежал, как любая обычная вещь, и почему-то все равно казался лениво растянувшейся на солнцепеке змеей.        — До моего ученика ты не доберешься, — пообещал ему Шэнь Цинцю на прощание.        На улице были темнота, снег и все та же мелкая холодная крупа, которую щедро рассыпало небо. Наверно, такие предпочтения много говорили о характере Мобэй-цзюня, и, возможно, всего один психоаналитик сделал бы местный климат куда приятнее.        Лететь по его владениям тоже было максимально отвратительно. Колючие снежинки врезались в лицо, заставляя жмуриться, ледяной ветер норовил забраться под одежду, и приходилось тратить духовные силы еще и на то, чтобы просто не отморозить пальцы и уши. Хорошо еще, что владения через какое-то время сменились на те самые, с красноватым небом и каменной пустошью. Здесь было теплее, хотя и далеко до комфортной температуры, и сухой безжизненный воздух напоминал то ли начало зимы, то ли позднюю осень в нормальном человеческом мире.        — На редкость унылое место, — заметил Шэнь Цинцю, стряхивая с плеч остатки снега, пока он не растаял.        — Что?        Бинхэ хоть и летел рядом, но мыслями явно был где-то далеко. Шэнь Цинцю только надеялся, что не рядом с Синьмо. Должно же было расстояние как-то влиять на связь с мечом, правда?!        — Говорю, что эти владения тоже не назовешь гостеприимными.        — Да, ими владеет Сэин-цзюнь, — рассеянно отозвался Ло Бинхэ. — А он больше всего не любит слышать чужие голоса, поэтому воздух в его владениях не пригоден для большинства демонов. Только немые красные песчаники могут им дышать.        — А мы? — опешил Шэнь Цинцю.        Бинхэ только равнодушно пожал плечами в ответ.        — Я могу выжить здесь везде. А вы со мной, поэтому вам тоже ничто не повредит.        — Что ж, тогда благодарю за защиту.        Чувствовать, что настолько зависишь от кого-то другого, было неприятно и, пожалуй, унизительно. Шэнь Цинцю прикинул, смог бы он сам нейтрализовать ядовитый воздух, и признал, что вряд ли. Пришлось бы сидеть на территории Мобэй-цзюня и ждать, пока птичка с порталом отправится в место посимпатичнее. А там бы его уже нашли демоны и попытались сожрать…        В общем, как ни крути, а с Бинхэ было намного удобнее.        К порталу они почти успели. Зеленая арка сомкнулась, когда до нее было рукой подать, и из щели между камнями, часто колотя крыльями, взлетел ворон. Шэнь Цинцю сбил его веером и тут же спрыгнул с меча рядом. Выглядела птица, мягко говоря, печально. Больше всего она напоминала чучело, кое-как сделанное начинающим таксидермистом — кривое, косое, с местами облетевшими перьями. В высохших глазах не мелькало и тени сознания. Кисть руки ворон сжимал в клюве, и вот рука сохранилась намного лучше — свежая, словно ее только что отрубили. На среднем пальце блестел широкий серебряный ободок кольца.        При всем этом ворон был жив — или что-то вроде того. Он зашевелился, поднялся на ноги, повел крыльями, готовясь взлетать. Шэнь Цинцю еще только брезгливо разглядывал птицу, присев перед ней на корточки, а Чжэнъян уже мелькнул молнией мимо его лица и сразу развалил ворона пополам.        — Действенный метод…       От тушки не пахло ни разложением, ни даже чем-то живым, а всего лишь мокрым песком и глиной, как после дождя.        Шэнь Цинцю ткнул кольцо кончиком мизинца. Холодное, оно неприятно кольнуло палец, словно отталкивало от себя. Бинхэ подошел — быстро, размашисто, и отрубленную руку поднял, даже для вида не заколебавшись. Полное равнодушие на его лице сменилось отвращением только потом, когда он снял кольцо с мертвой руки и брезгливо выронил и то, и другое.       — Оно нам не поможет. Я недостаточно хорош для него.        — В смысле, ты не сможешь им управлять? — уточнил Шэнь Цинцю, не отводя взгляд от серебряного ободка на камнях. Это было их единственной надеждой выбраться отсюда. Хотя для Бинхэ, казалось, вариант с Синьмо был уже предпочтительнее. А при виде кольца ученик морщился, как будто ему предлагали добровольно сунуть руку в ведро с помоями.        А ведь казалось бы — небесный металл!        — В смысле, оно мне не позволит, — объяснил Ло Бинхэ неохотно. — Оно такое же, как Синьмо, — так же пытается общаться и лезть в голову. Но я ему не нравлюсь.        — Может быть, понравлюсь я?        — Вы — человек. А это артефакт небожителей.        — А может, его можно уговорить? — снова уточнил Шэнь Цинцю.        Если смотреть на вещи шире, между людьми и божествами была не такая уж большая разница. Любой имел шансы вознестись, по крайней мере, в теории. Может быть, кольцо бы согласилось хотя бы раз пойти на уступку?        — Я готов лично отнести его потом в любой храм, в какой ему захочется. Лишь бы мы уже могли уйти отсюда.        Он шагнул к кольцу, но Бинхэ встал перед ним, перекрывая дорогу. Чем дольше он был тут, тем меньше человеком выглядел. Алые глаза уже были привычным делом, но вот проступившие клыки стали нехорошим сюрпризом. А уж что текло у него вместо крови, и думать не хотелось.       — Бинхэ, пожалуйста, — Шэнь Цинцю коснулся его руки. — Я не буду за него цепляться, если оно не захочет со мной сотрудничать.       — Зато оно попытается рассказать вам его историю, учитель, а это не то, что вы хотите знать. Мы с вами возвращаемся во владения Мобэй-цзюня.        Говорил Бинхэ уверенно, и это снова царапало, как воткнувшаяся в одежду иголка. «У человека здесь две роли — еда или раб», «ты позволяешь ему участвовать в разговорах?», «играй с едой, пока не наигрался». Казалось, если они задержатся еще немного, и Бинхэ уже скажет ждать в стороне, чтобы не мешать ему разговаривать со старшими братьями.        А еще — никогда отсюда не выпустят.       — Мы не возвращаемся, — отрезал Шэнь Цинцю. Терпение у него стремительно заканчивалось. — Я собираюсь взять это кольцо, и ты не будешь мне мешать.       Бинхэ оскалился в ответ. Шэнь Цинцю вспомнил, что у Мобэй-цзюня еще и уши были заостренные, но к Бинхэ пока приглядываться не стал.       — Если вы с ним договоритесь, то вы уйдете! Думаете, я не вижу, как вам здесь? Как вам со мной?!       — Если ты не будешь на меня кричать, мне точно будет с тобой лучше, — объяснил Шэнь Цинцю устало. — Я не собираюсь тебя бросать.       — Не верю, — огрызнулся Бинхэ мрачно.       Он все так же стоял, загораживая кольцо собой, и раздражал этим до желания ударить или хоть силой оттолкнуть. Увы, Шэнь Цинцю точно знал, что это ничего не даст. Если дойдет до драки, то все козыри на руках были именно у Бинхэ.       Оставалось притвориться милым, но силы на это закончились еще вчера.       — Ну и дурак, — отрезал Шэнь Цинцю. — Я все так же хочу забрать тебя с собой на Землю и уж точно не хочу, чтобы ты стал одним из местных владык. Возглавлять набеги на мир людей я тебе тоже не дам. Но для этого нужно убрать тебя подальше от Синьмо, а сделать это без кольца я не смогу. Возможно, и с ним не смогу, я все-таки не божество, чтобы работать с их артефактами. Ты это понимаешь?       Бинхэ молча смотрел на него с минуту, а потом так же без слов сгреб в объятия.        — Если вы решите меня бросить, я вас найду и заберу себе. Найду где угодно.       — Звучит весьма романтично, — пробормотал Шэнь Цинцю ему в плечо. — А теперь дай мне проверить, получится ли у меня.        — Пробуйте, — Бинхэ неохотно отпустил его. — Только не особо слушайте, что оно будет вам говорить. И да, его имя Инцзе. Мне оно хотя бы представилось.        — Ладно, пусть будет Инцзе, — повторил Шэнь Цинцю, подбирая кольцо. Что с ним делать дальше, он не очень-то представлял. Артефакт заклинателей нужно было активировать духовной энергией, а здесь что? Помолиться?        «Что ты хочешь?»        Это не было голосом, как таковым. Это было так, словно одна из множества мыслей вдруг поднималась, как рыба на поверхность пруда, и вдруг оказывалась чужой.        — Я хочу, чтобы мы могли уйти отсюда, — сказал Шэнь Цинцю вслух. Так было проще, чтобы отличать эти чужие мысли от своих. — Да и тебе, наверно, хочется вернуться на небеса.        «Небеса», — согласилось кольцо, и тут же выбросило фейерверк обрывочных воспоминаний: какой-то сад с бамбуковым мостиком над ручьем, смеющаяся девушка, одетая роскошнее иных принцесс, ветер, играющий с ее волосами, блестящий гребень в ее прическе…        Этого было так много, что Шэнь Цинцю даже зажмурился, хоть и знал, что это не поможет — все картинки уже были в его голове. Если Синьмо делал с Бинхэ то же самое, то ученику оставалось только посочувствовать. А еще — восхититься его выдержкой, потому что он даже ни разу не пожаловался.        «Ты прав, тебе нечего тут делать, — согласилось Инцзе внезапно. — Верни меня домой потом, когда вернешься сам».        — Конечно, — согласился Шэнь Цинцю и открыл глаза, собираясь обрадовать Бинхэ этой новостью. И тут все слова у него внезапно закончились.        Скалистой равнины вокруг больше не было. Шэнь Цинцю оказался в просторной комнате, залитой солнечным светом. За огромными, от пола до потолка, окнами, тянулся зеленый то ли сад, то ли лес. Пахло лугом и свежей травой, и казалось, что комнату вовсе ничего не отделяет от природы. Даже письменный стол в углу как-то терялся.        А еще в комнате был человек. Сидел себе на полу у открытого окна, скрестив ноги, и, как сначала показалось, медитировал. Потом оказалось, что он просто читает что-то на планшете. Возраст его на глаз определить не получалось — вроде и совсем седой, но морщин мало, и выглядел он еще бодрым и полным сил. А еще Шэнь Цинцю, определенно, где-то видел это худое, вытянутое лицо с глубоко посаженными глазами.        Давно. И тогда этот человек был моложе.       — Агент Шэнь?! — опешил Доминик Павлов, оборачиваясь. — Что вы здесь делаете? В отделе эвакуации знают, что вы нашлись?!       Шэнь Цинцю разжал руку и с ужасом посмотрел на кольцо. То невинно блестело серебряными гладкими боками. «Разве ты не этого хотел, смертный?»       — Не этого!        — Простите? Вы о чем?       На его лице без труда читался вопрос, все ли в порядке у блудного агента с головой. Шэнь Цинцю начал еще больше понимать Ло Бинхэ. Которого он бросил одного в мире демонов. А у парня и так уже проблемы с головой, и если пропадет учитель, то Бинхэ кинется к Синьмо — и тогда вообще невозможно предсказать, что меч с ним сделает. Понятно одно — ничего хорошего.       — Извините. Я знаю, что пропал во время телепортации, но мне надо уйти обратно. Я потом найдусь еще. Слышишь, мне надо обратно!        «Ты уверен?» — уточнило Инзце.        Доминик Павлов тоже подскочил, ухватил за рукав.        — Обратно вы еще успеете! А сейчас объясните мне, куда вы делись, и что там за история такая, что вас надо было встречать с психиатрами и транквилизаторами!        Шэнь Цинцю посмотрел на него. Потом на кольцо. Потом попытался прикинуть время. Даже если Бинхэ уже развернулся и полетел обратно, что часа два у него это займет, а то и все три. В теории время было, хотя тратить его здесь было почти физически больно.        — Вы правы, успею, — согласился он неохотно. — Давайте я вам кратко расскажу, как вижу сложившуюся у нас ситуацию, а вы будете решать, что с ней делать.        — Это меня вполне устроит, — энергично кивнул Павлов. — И главное, что у вас там за демоны?        — Другая раса, — объяснил Шэнь Цинцю. — Не человеческая, в смысле. Тоже живут на планете МТ-1, но в каком-то другом измерении, туда можно попасть только при помощи… ну… магии.        Само это слово казалось кощунственным. Там, среди заклинателей и чудовищ, это было нормальным делом. Здесь, в мире победившего прогресса и науки, оно казалось неуместным и устаревшим. В самом деле, какая еще магия, в 22 веке-то?!        — Паранормальных способностей, — перевел Павлов.        — Почти, — согласился Шэнь Цинцю, показывая кольцо. — Вот его паранормальных способностей.        — Позволите взглянуть?        Шэнь Цинцю пожал плечами:        — Почему нет? Вы только дотроньтесь сначала осторожно, проверьте его реакцию на вас.        — Вы специалист, вам виднее. Осторожнее — это вот так?        Руку Павлов отдернул практически сразу.        — Мене, текел, упарсин, — пробормотал он себе под нос. — Потому как взвешен и признан очень легким. Никогда еще не… Ладно, теперь я точно готов поверить в любых демонов.        Шэнь Цинцю бы порадовался, что ему удалось предъявить такие убедительные доказательства. Но где-то там с ума сходил Бинхэ, наверняка уверенный, что учитель его бросил.        — Да, демоны живут в другом измерении, — повторил он, — и обладают паранормальными способностями. В мир людей приходят за рабами и, наверно, едой, потому что их мир не назовешь плодородным. Скорее это ад — примерно такой, как описывал Данте в своей «Божественной комедии». Разве что грешников там не пытают, а вот людей — вполне едят.        — Ну еще бы, если больше нечего, — согласился Павлов невозмутимо. — Да и к тому же, если они действительно другой вид, то для них это даже каннибализмом не назовешь, верно?        Шэнь Цинцю кивнул, понимая, почему Павлов стал главой Службы Развития и прогресса. С тем, как легко он вставал на чужую точку зрения, ему наверняка просто было представить, как видят пришельцев местные жители и как себя с ними вести, чтобы не напугать.        — Вероятно, да. Хотя людям от этого не легче. Как я понял, Ли Хуай и Лю Хэйши давно начали с ними переговоры и даже готовили контакт, начиная с захваченной демонами страны. Как сказал Мобэй-цзюнь, один из демонических владык, они обещали нашим людям бессмертие в обмен на технику…        Краткого рассказа не получилось. Павлов задавал вопросы, хмурился, спрашивал еще. Шэнь Цинцю чувствовал, как утекает время. Но Павлов ему явно верил, и хотя бы он мог все исправить.        — Я подозреваю, что куратора Чжао убили, потому что умер он внезапно и лично я вообще считал, что его просто отозвали на другой проект, — добавил Шэнь Цинцю. — Поэтому вы там будьте осторожнее, пожалуйста. Даже с, казалось бы, нашими людьми.        — Убили?        Павлов нашел в виртуальном архиве медицинскую карту покойного куратора, вывел на планшет и читал, недовольно хмурясь.        — Он действительно был здоров по результатам последнего обследования.       Шэнь Цинцю кивнул.       — Я, например, знаю не меньше пяти ядов, вызывающих остановку сердца. Два из них потом невозможно обнаружить. Вряд ли при дворе императора Чжу-ди знают меньше.        — Да, — Павлов вздохнул и отложил планшет, потом коснулся коммуникатора: — Сергей, привет. Мне нужен межпланетный телепорт, как можно быстрее. Три часа? Хорошо, ждем.        На зарядку аккумуляторов от солнечных батарей и генератора корабля уходил месяц. Шэнь Цинцю попытался представить, какие мощности сейчас задействовали, чтобы обеспечить этот срочный телепорт, и в очередной раз понял, как отвык от жизни на Земле.        А Павлов уже связывался с другим абонентом:        — С товарищем Седовым можно поговорить? Да, Павлов, из Службы Развития. Ну, конечно, срочно… Слушай, Никит, мне, возможно, надо будет арестовать двоих людей за убийство. Да, ты не ослышался. Именно наших, именно арестовать и именно за убийство коллеги с корыстными целями. Да, я все равно считаю, что мы готовим агентов правильно. В их средневековых мирах уровень насилия выше, и они должны воспринимать его, как норму, а не страдать от несоответствия мира их идеалам. Да, вижу, что из этого получается. Но не все же становятся преступниками!        Шэнь Цинцю отошел к окну, разглядывая сад. Спокойно его созерцать не получалось. Все равно казалось, что где-то там Бинхэ убивают, или сам он делает что-то непоправимое, и надо срочно его спасать или останавливать.        Он дождался конца очередного разговора и подошел к Павлову.        — Вы можете еще с собой горно-разведывательный комплекс взять? Там один демон под завалами лежит лет двадцать — и все еще жив, как говорят, надо бы откопать.        Павлов посмотрел на него со смесью ужаса и профессионального понимания.        — Конечно, возьмем. Что-то еще?        — Да, я все-таки не буду дожидаться телепорта. У меня там ученик в мире демонов, и ему там точно одному плохо. Надо бы мне все-таки к нему вернуться.        — Я вообще не понимаю, почему вы еще здесь! — не выдержал Павлов. — Если ваш ученик в опасности!        — А здесь я потому, что у меня еще один вопрос, — объяснил Шэнь Цинцю спокойно. — У вас какая-нибудь еда есть? А то в мире демонов с этим как-то не очень, я же говорил.