***
О том, что преступника уже взяли, операм сообщили горящие впереди фары трёх служебных машин посреди трассы и толпа народу. Рядом с одной из легковушек следователь беседовал с укутанной в плед неудавшейся жертвой. Степа и Рита припозднились и пропустили самое интересное. Но ненамного, судя по тому, что согнувшийся вдвое убийца все ещё вырывался из наручников и как бес орал на всю проезжую часть. Напоминало это все атмосферу настоящих бандитских 90-х. Свет фар бил прямо в лицо и словно на дискотеке искрился по платью Власовой, также решительно и уверенно вышедшей из машины вслед за Даниловым. Тот немного опасливо глянул на ее рвение и поправил пиджак, неловко думая, как он объяснит присутствие с собой такой спутницы местным операм. — С поличным? — Стёпа пожал руку одному офицеру. — Да, плюс один неуловимый в нашу картотеку, — гордо и довольно отозвался незнакомый мужчина, глядя на преступника как на сбитую на дороге тушу кабана. — а это ещё кто? — нахмурился он, закурив и глянув на Власову. — Коллега… — тихо ответил опер, не зная, как объяснить всю эту ситуацию и неслужебное облачение напарницы. — Слышишь, шлюха, я тебя достану! — голосил пойманный руками вверх и лбом навстречу черной машине, пытаясь поймать взгляд напуганной женщины рядом с дознавателем в плаще. — Я вас всех здесь трахну! Поняли, собаки! Степа закашлялся, отводя глаза и подходя к Рите, уже догадываясь, как она сейчас возможно отреагирует. Чтобы сразу если что — остановить ее импульсивный порыв. Со своим опер научился справляться, а вот напарница в последнее время что-то не в духе. Угрозы задержанного выбесили уставшую и злую шатенку в одночасье и она, в секунду выхватив пистолет у Данилова с пояса, наставила насильнику в лоб. Да так, что столичные опера шарахнулись как один. — Ты нашего человека подстрелил. И изнасиловал восемь девушек, — заговорила жестоко и угрожающе оперативница, вообще забыв, что ей лучше не наклоняться. Вид неподобающий был и спереди, и сзади. Но теперь никто и не посмел смотреть на нее как-то оценивающе и неприлично. Холод и стержень капитана полиции затмил любой мужской интерес. — Представь, что тебя ждёт в нашей конторе. И, не дай бог, ты попадешься на допрос со мной… — угрожающе прошипела Власова. Степа сразу перехватил ее руки, но не смог забрать свое оружие. Хват у напарницы всегда был железный. — Рита, потише, — отвёл ее в сторонку Данилов, пока замолкнувшего и шипящего в ярости насильника повели в машину. — здесь не все опера наши, есть и с министерства, — и все же смог вернуть свое табельное на место. — а нам проблемы не нужны, — и убрав пистолет в кобуру, накинул на голые плечи и вырез шатенки свой пиджак, спешно отправляя ее в авто. — давай-ка, в машину, не светись здесь в таком виде. Рита быстро переключилась, когда услышала среди всех банальных детских выговоров слово «нам». Это здорово ее тронуло. Данилов чувствует ответственность за них обоих, даже когда они официально не в паре, на такой совместной работе и под таким спорным, не совсем одобренном прикрытии. Это по праву можно считать напарничеством вне службы, новым уровнем. Будто бы в самой жизни. Степа не заметил, но Власова села в машину с задумчивой и удивлённой улыбкой на лице.***
В ФЭС этой ночью было очень спокойно. Опера заехали отчитаться, а Данилов успел даже переодеться. И вернулся в коридор уже в обычной одежде, где напарница все ещё в золотом платье беседовала с Кругловым. — Говорить он начал, — Николай Петрович ненароком потер костяшки. — к утру мы его до… разговорим, — и переглянулся со Степой. — Образцы биоматериалов совпадают со всеми восьмью жертвами, — Валя присоединилась к обсуждению финала этой длинной истории с поимкой серийника. Круглов забрал экспертизу и направился обратно в допросную. — Отлично… — Рита уже не хочет иметь с этим дело, она настолько устала, что спиной уже опиралась на стол Рогозиной. — ладно, я домой, — и обернулась на выход. — Куда! — строим почти что армейским голосом остановил ее Степа. — стоять. Собралась в таком виде одна добираться? — включил наставника мужчина, скрестив руки и оглядев ее сверху вниз ещё раз. Валя заулыбалась, глядя то на него, то на оперативницу. — А в чем проблема? — нарываться на спор с Даниловым у Власовой получалось машинально даже в уставшем состоянии. — В этом прикиде даже я бы рискнул тебя украсть где-нибудь в переходе, — опер забрал куртку и намекнул девушке, что она вообще-то далеко не в рабочей форме. — И украл. При чем с трассы. Не стыдно? Антонова не понимала, о чем шла речь, напарники вели себя очень странно. — Стойте, о чем это вы двое говорите? — сощурилась блондинка, наблюдая за этой небольшой перепалкой. — Не обращай внимания, мы были под прикрытием, — махнул рукой Данилов. — поехали, подвезу тебя. Ты же без машины? — и снова посмотрел в глаза Власовой с большим напором. Лицо Риты выражало непередаваемую поддельную серьезность и одновременно насмешку над «папочкой», который велел ей вести себя хорошо и отпускал какие-то пошлые угрозы. Кареглазая чуть покивала головой, скрестив руки и внимательно нахмурившись. — Больше ничего не хочешь спросить? — она продолжала смешно изображать покорную молодую дочь. Антонова в этот момент снова улыбнулась и решила незаметно оставить их наедине… Данилов отвернулся с таким видом, будто Власова — собрание всего, что его бесило, раздражало и еще будет нервировать всегда, но молча, не смея позволить себе что-то высказать. На такую, как Рита, просто нельзя было злиться. Да и опасно показывать недовольство, когда она что-то говорила. Даже когда под этим золотым коротким платьем нет холодного оружия. — Хочу, но, пожалуй, моя жизнь мне дороже. Пошли, — и буквально сбежал от следующей язвительной фразочки. И заодно подтолкнул к выходу и девушку, положив руку на рыжие кудри за спиной.***
Всю дорогу они напряжённо молчали. Но атмосфера в машине была действительно, будто бы мужчина украл понравившуюся девочку с трассы и вез в свое логово ясно для каких целей. На лицах обоих напарников — лёгкая загадочная ухмылка. Им не нужно было общаться словами, чтобы понять, что в голове они гоняют одну и ту же мысль. Машина медленно подъехала к нужному подъезду. — Здесь? — он ещё плохо знает ее адрес и ориентируется в этом районе. — Да-да, — мимолётно роняет она, открывая дверцу и выходя, словно ее здесь ожидает красная ковровая дорожка и вспышки голливудских фотокамер. Данилов растерялся от того, что девушка так спокойно и быстро вышла из этой приятной атмосферы накала между ними. И сразу же поспешил за ней, на ту сторону авто. — Слушай, я ещё хотел сказать, следующую смену меня не будет, я взял отгул, везу сестру с ребенком на дачу… — предупредил шатенку опер, хотя ей бы так или иначе доложили об этом заранее. — Ясно, — никак не отреагировала на это девушка, разведя руками, остановившись спиной к подъезду и ожидая, пока он закончит ее тормозить. Повисла тишина и Степа опустил глаза, опираясь локтем на открытую дверцу со стороны пассажирского сидения. — …А тебе идёт. — Данилов бросил на нее тот самый раздражающий мужской взгляд сверху вниз и обратно. «Идёт образ проститутки? Спасибо.» — Все сказал? — агрессивно терзала жвачку языком Власова, прожигая напарника нехорошим угрожающим и уставшим взглядом. — Ну, раз уж я тебя забрал, может, отработаешь бензин до дома…? — разнаглел в хорошем настроении капитан, опираясь спиной на машину и пафосно убрав руки в карманы брюк. Будто бы он все ещё в том дорогом костюме, неотразимый и привлекательный. Рита на удивление сделала три размерных шага вперёд. И остановилась прямо перед Даниловым, подняв на него глаза. Улыбалась она очень многообещающе, общаясь одной лишь своей очаровательной женской мимикой, и мучительно молчала, разглядывая что-то в глазах и лице напарника. Словно не замечала и не смущалась расстояния в пару десятков сантиметров между ними. Но не сокращала его, чего-то ожидая и будто раздумывая. Это дико интригует. Потому что Степа понимает — она задумалась об этом. Эта мысль будоражит с ног до головы. Хоть он и знал — такие шуточки ее бесят. И лучше их отношения не делают. — Ладно, я шучу, — по-напарнически все-таки коснулся кулачком ее плеча опер без всякого сексуального подтекста. — спокойной ночи, — и негромко без настроения попрощался, потеряв надежду когда-либо в ближайшее время найти с ней общий язык. Сел в машину, захлопнул дверцу и завел двигатель, вздохнув и положив руку на руль. А Рита молчала до сих пор. Рановато он сдался и сбежал, испугавшись ее характера. Она лишь переключалась на другой «режим». Все мужчины одинаковые, вечно им все нужно здесь и сейчас, без какой-либо интриги и игры. Скучно. Власова улыбнулась шире и коварнее. Зря ты уехал, Данилов. Она же ещё не ответила…