Чёрная тишина

      Запах кофе приятно щекотал нос, а рот наполнился слюной. Всё же кофе – напиток богов, амброзия во плоти. Жаль, Алиса не оценила… Стоит лишь пригубить, и по телу разливается удовольствие. “Даже Слаанеш не сможет предложить мне ничего лучше этого”, – сказал я как-то, а Алиса ответила, что я уже в его власти. Даже когда чашка опустела, я не выпустил её из рук, и только остыв, она вернулась на стол. Кофе придал сил, и этот заряд надо было куда-то деть. Так почему бы не прогуляться? Как раз заберу кое-что из моего небольшого тайника.       Лёгкая куртка со множеством карманов – идеальный вариант. Пёстрый окрас скрывал пятна грязи, а там, куда я собрался, замараться проще простого. Привычным движением набросил на плечи рюкзак. Уже у выхода я закинул в карман небольшой, но мощный фонарик.       Рюкзак за спиной, в наушниках музыка, что ещё надо для хорошей прогулки? Даже не верится, что в ноябре может быть так тепло. И солнце так приятно греет, прямо как весной. Алиса часто смеялась и называла меня подсолнухом. “Не ешь ничего и любишь солнце”, – говорила она. Я закрыл глаза и раскинул руки в стороны, подставляясь лёгкому ветру, и на душе стало теплее. Не так уж и много для счастья нужно.       Шёл дворами и переулками, петлял неспеша по мелким улочкам. Зачем идти прямо, если “эльфийскими тропами” можно дойти куда угодно намного быстрее? И тропы эти привели меня в парк. Пускай его с двух сторон окружали улицы, там всегда было тихо и спокойно. Я снял наушники, гудки машин остались где-то там, вдали, а здесь уши ласкал шорох опавших листьев под ногами.       Дорогу я знал наизусть, она уводила вглубь парка, где люди бывали не так часто. Там можно спокойно уединиться и помечтать, поразмышлять о своём, или же что-то спрятать.       Вдалеке среди деревьев серело здание – заброшенный и наполовину разрушенный кинотеатр, затерявшийся в глубине парка ещё в прошлом веке. Мы с Алисой успели изучить каждый его миллиметр. Иногда отбивались от собак и наркоманов. Они ведь любят забытые места, им тоже здесь хорошо.       Уже по привычке я обошёл здание и зашёл внутрь через пролом в стене. Он открылся после землетрясения в две тысячи втором году и теперь стал ещё одним входом. В нос тут же ударил запах нечистот, и я невольно закрылся рукавом. Всё казалось таким тёмным с непривычки. Но вот глаза адаптировались, темнота рассеивалась. Под ногами слабо поблескивали осколки бутылок; там, куда светило солнце, стены и пол устилал густой мох. Всё остальное заняли мусор и липкая грязь. Чёрт бы побрал тех, кто превратил это место в туалет.       Перепрыгивая через лужи грязи, подобрался к стене. Штукатурка обвалилась уже давно, теперь было видно каменную кладку, поросшую лишайником. Несколько камней словно нарочно были чище других, а между ними не было мха. Через два камня проходила чёрная, нарисованная баллончиком линия.       Всё как я и думал, тайник нетронутый. Я ведь нарочно не прикрыл тайник получше. Любой, кто любит делать схроны, сразу бы его заметил, но здесь чаще бывают пьяницы и бомжи. Им-то не до тайников, да и ума у них вряд ли хватит.       С лёгкой усмешкой запустил тонкую проволоку в зазор между камнями. Здесь главное аккуратно поддеть... И вот проволока вытянула из щели небольшую связку ампул с прозрачной жидкостью. Предельно аккуратно взял их в руку и так же бережно положил на мох. Всё же, нитроглицерин не шутка. Участь того, кто попытался бы просто так вскрыть мой тайник была бы незавидной.       Вот теперь можно вытянуть камень из кладки. Но что-то пошло не так, правая рука соскочила, а подушечки пальцев неприятно защипало. Вновь ухватился за камень, невзирая на жжение в пальцах и потянул сильнее. На этот раз камень поддался, шевельнулся, и на пол посыпалась мелкая пыль. Ещё пара секунд, и я бережно положил камень на замшелый пол и деловито отряхнул руки.       На всякий случай оглянулся, но никого не увидел. Хотя кто мог сюда ещё зайти? Провонявшая нечистотами заброшка днём никого интересовала, а ночным гостям было не до поисков сокровищ.       А спрятал я свои сокровища, закутанные в брезент, в углубление под этим самым камнем. Я достал свёрток и сдул с него пыль, каменная крошка неприятно щипала глаза. Свёрток отправился в рюкзак, и тут взгляд невольно зацепился за руку. Чтоб его... Таки содрал кожу на пальцах.       “Наш умный и предусмотрительный Феликс забыл про перчатки?” – мысль эту мой разум озвучил голосом Алисы. Она-то точно посмеётся, если узнает, что я так сглупил. Понадеялся на навык и попал впросак.       Поставил камень на место и выудил из рюкзака пузырёк со спиртом и вату – ранку лучше обработать, мало ли какой-нибудь столбняк схвачу. Хорошо, когда ты носишь с собой всё необходимое. А кто-то ещё смеётся и не понимает, зачем ходить постоянно с рюкзаком. У них просто фантазии мало, а из вещей им нужен только телефон.       Запах спирта ударил в нос, пальцы снова обожгло, но куда сильнее. До сих пор вспоминаю, как скулил, когда в детстве Алиса мазала мне разбитую коленку зелёнкой и смеялась. Говорила, в такие моменты я похож на девочку. Что ж, больше она этого не увидит. Я подул на руку и жжение успокоилось.       – Тем же путём возвращаться нельзя, – напомнил я себе, и пошёл к двери, вытащив из кармана фонарик.       Только двери не было, один лишь проём с полусгнившим косяком. И вёл он в куда более просторное и тёмное помещение. Внутренний голос вдруг сказал мне идти вдоль стены, и я послушался. На всякий случай включил фонарь и застыл на месте. В полу зияла приличная дыра.       – Какого, простите меня, хрена? – спросил я, очерчивая фонарём контур огромной дыры в полу. – И откуда ты здесь взялась?       Дыра в полу не ответила. А, точно, было же землетрясение недавно. Но неужели здесь всё настолько прогнило, что обвалился пол? Я осторожно подошёл к краю и присел на корточки. Луч фонаря высветил внизу груду камней.       – Как-то уж слишком глубоко там...       Мы с Алисой лазали в подвал этой заброшки, и даже нарисовали его карту, чисто чтобы было. Только вот под этой комнатой ничего не должно было быть. Мы проверяли это много раз, так, какого чёрта?       Я встал на четвереньки и аккуратно, чтобы не свалиться, снова заглянул в бездну. Когда луч света сместился чуть дальше, я едва не выронил фонарь от изумления. Внутри меня всё замерло, я увидел плиточный пол, совсем нетипичный для подвала, а помещение внизу походило на коридор. Сердце забилось, как птица в клетке. Неужели этот коридор был там всё время? На улицу резко расхотелось, луч фонаря скользил по полу, но, чтобы увидеть что-то ещё, нужно было свеситься. Но там слишком высоко. Нет уж, без верёвки я туда не полезу. И твёрдо решив это для себя, я встал, лихорадочно отряхивая штаны и куртку.       Сердце всё трепетало. Дом, который мы облазили вдоль и поперёк, в котором знали каждый уголок, каждую пылинку, вдруг преподнёс такой сюрприз! Сюда нужно срочно возвращаться, приходить подготовленным, а, главное, не в одиночку.       Рука нырнула в карман и достала оттуда старый потрёпанный телефон. Экран украшала сеточка мелких трещин, на корпусе виднелись сколы, но телефон продолжал работать исправно. Если и идти в новое приключение, то только с Алисой. Скорее бы ей всё рассказать.       Я по памяти набрал номер и затаил дыхание в ожидании.       – У вас недостаточно средств, чтобы позвонить по этому номеру, – ответил холодный машинный голос.       Чтоб его… А если сообщением? Когда это я успел истратить все деньги со счёта? Быстро набрал два слова: “Перезвони мне”. Сообщение не отправилось. От досады стукнул по погасшему экрану костяшкой пальца. Нужно срочно где-то взять хоть немного денег. Алиса должна узнать о моём открытии этом как можно скорее.