The Graves Identity (Идентификация Грейвса)

Было слишком, слишком холодно для ночевки. Собаки были на седьмом небе от счастья – им нравилась погода: нулевая температура сейчас, холодный ветер и минусовая температура ближе к рассвету. После нескольких часов бега, они несколько минут катались в снегу и ели его большими глотками, чтобы остыть. Персиваль с содроганием наблюдал за ними. - Они когда-нибудь мерзнут? – спросил он Ньюта, рыжий как раз доставал палатку, которая должна была защитить их от пронизывающего ледяного ветра, пока они будут спать. Ньют усмехнулся на его вопрос, его дыхание белым туманом повисло в морозном воздухе. - Однажды, во время одного жуткого шторма, температура упала до минус сорока, - сказал он, с легкостью начиная устанавливать маленькую палатку. – Вот тогда я и заметил, как они дрожат на своих соломенных подстилках в будках, пришлось позвать их в дом и позволить спать со мной. Персиваль вздрогнул. У него было такое чувство, что при минус сорока он бы уже умер. Как же хорошо, что Ньют в тот момент был в доме, в безопасности, свернувшись на кровати калачиком, с четырьмя теплыми телами под боком, потому что камина, для отопления хижины в такой холод, явно бы не хватило. В установке палатки его помощь была не нужна (и слава Богу! Он ничего в этом не понимал), поэтому он сделал сам себя полезным тем, что достал еду и воду для их позднего ужина/раннего завтрака – батончики мюсли и пакеты с сухофруктами. Не ахти конечно, но лучше, чем ничего. Ньют вскоре справился с палаткой и поманил Персиваля внутрь. - Спи. Собаки дадут нам знать, если что-нибудь приблизиться к палатке. Ночевка была холодной даже в спальном мешке и палатке, и сон Персиваля был очень беспокойным. Он просыпался от малейшего звука, реагировал даже на бродящих рядом с палаткой собак, и на мгновение позавидовал способности Ньюта, крепко спать где угодно. Хотя даже он страдал от холода – Персиваль не раз заставал его дрожащим этой ночью, и ему очень хотелось бы, чтобы спальные мешки были достаточно велики, чтобы вместить двоих. Хотя он и сомневался, что смог бы помочь – ему самому было слишком холодно, чтобы он был в состоянии поделиться теплом. Когда рассвет наконец начал освещать тонкую стенку палатки, Ньют медленно проснулся и несколько раз недоуменно моргнул, как будто не понимал, где он и что произошло. Воспоминания вернулись резким толчком, и он потянулся к порезу на голове, который, должно быть противно ныл, но Персиваль поймал его руку и придержал. - Не надо трогать. Рана все еще заживает, - сказал он, и вновь почувствовал укол вины из-за того, что Ньюта ранили из-за него. В памяти всплыли отголоски неконтролируемой ярость, которая охватила его, когда он увидел, как ублюдки избивают его парня. - Как долго я спал…? – спросил Ньют, все еще до конца, не придя в себя, и Персиваль поцеловал его в лоб. - Несколько часов. Нам пора двигаться дальше. Воздух снаружи, казалось, стал еще холодней, чем вчера. Он врезался в Персиваля, как стена льда, стоило Ньюту расстегнуть молнию на палатке и выйти наружу. Персиваль выругался – проклятый ледяной ветер. Он стал поспешно скатывать спальные мешки, чтобы упаковать их. На мгновение возникло искушение взять один из снегоходов и добраться до Уналаклета как можно быстрее, но это было невозможно по нескольким причинам. Во-первых – он не знал сколько бензина им может на это понадобиться и сколько его в топливных баках машин, а во-вторых, идея оставить тут собак была неприемлема для Персиваля, а уж заикнуться об этом Ньюту он даже и не посмел бы. Конечно собаки могли пережить непогоду, но они все еще были простыми собаками на дикой территории с волками и медведями. Чтобы собраться, запаковать вещи и погрузить их на сани потребовалось несколько минут. Персиваль сел в сани, а Ньют, проверив каждую собаку, и убедившись, что на всех были пинетки, снова запряг их в упряжку. Собаки радостно повизгивали и рвались в бой. Персиваль же, сидел и зеленой завистью завидовал их полной апатии к холодным температурам. - Сколько времени до Уналаклита? – спросил он Ньюта, когда тот встал сзади и взялся за тормоз. - Должны быть там до наступления темноты. Сегодня очень хорошие условия для собак, - ответил Ньют, кутаясь в шарф и поправляя очки. Персиваль фыркнул. Конечно, для собак все было просто отлично, в то время как он был уверен, что просто околеет в санях до того, как они доберутся хоть куда-нибудь. К счастью, поездка прошла намного более гладко, чем вчера. Не было ни погони, ни выстрелов, ни таинственных людей, ни преследующих снегоходов – только звук полозьев, рассекающих снег, топот лап по земле и тяжелое дыхание собак. На самом деле, Персиваль, вероятно, мог бы получить от нее даже удовольствие, если бы не пронизывающий холод. И Ньют был прав, они действительно добрались туда, как раз тогда, когда солнце начало опускаться за горизонт. Сам «город» находился на полуострове, вдававшимся в залив, и, казался, сборищем низких построек, заваленных снегом. - Это и есть город? – пренебрежительно спросил Персиваль – больше походило на деревню. - Ага. Один из крупнейших в этом районе. Асфальтированные дороги, два универмага, школа, пиццерия – правда машин маловато. Люди здесь предпочитают квадроциклы. Бензин стоит больше шести долларов за галлон, - объяснил Ньют, направляя собак к домику на окраине. Возле него он твердо нажал на тормоз и помог Персивалю встать с саней, когда тот вздрогнул и зашипел от боли в ноге. К счастью, он быстро пришел в себя и последовал за Ньютом к двери покосившегося красного дома. Ньют легко постучал, и после паузы и шарканья изнутри, дверь распахнулась. На крыльце стояла невысокая плотного телосложения женщина, с загорелой кожей, темными волосами, заплетенными в тугую толстую косу и доброй улыбкой. Отсюда, с порога, внутренности дома выглядели как антикварная лавка, насколько мог видеть Персиваль, все пустые пространства комнаты были заставлены безделушками ручной работы и произведениями искусства местных аборигенов, а еще была деревянная мебель тоже, вероятно, ручной работы. - Ньютон Скамандер?! Что ты делаешь в городе? – воскликнула женщина с легким акцентом, который Персиваль не смог определить. Она притянула Ньюта в объятья, а затем заметила стоящего позади Персиваля и отстранилась. – И где ты прятал такого красавца? Я не знала, что в этом году у тебя была компания! - Это долгая история, - отмахнулся Ньют с улыбкой. – Лори, это Персиваль. Персиваль, это Лори Бегай. Она помогает путешественникам, которые здесь проездом. - Приятно познакомиться, - улыбнулся Персиваль и Лори тоже заключила его в объятья. - Всегда приятно видеть здесь новое лицо. Но, Ньют, обычно ты приезжаешь намного позднее. Что-то случилось? – спросила она, и Ньют вздохнул. - Это… скажем так, личная чрезвычайная ситуация, - сказал он. – Мы можем переночевать в твоем трейлере, если он свободен? И не могла бы ты позвать сюда двух парней Вольфа? Я хочу попросить их об одолжении? - Конечно, - сказала Лори, сняла ключи с крючка у двери и протянула Ньюту. – Идите располагайтесь. Я пришлю к тебе Чаза и Чарли. Ньют поблагодарил ее, а затем они пошли к задней части дома, где стоял белый трейлер. - Здесь я обычно останавливаюсь по дороге в город и из города, - объяснил он Персивалю, открывая дверь. Это был обычный дом на колесах – только скудная мебель и большая кровать в задней части за занавеской, но здесь было тепло. Персивалю уже начало казаться, что он забыл каково это - полностью отапливаемый дом. - Кто такие Чарли и Чаза? - Пара местных пареньков. Хорошие дети. Они добровольно помогают, когда «Iditarod»* проходит в этих краях, - пояснил Ньют, хотя выглядел напряженно. – Они единственные, кому я могу доверить заботу о моих собаках, пока меня не будет. О… о… Персиваль совсем забыл, что собаки не могут пойти с ними дальше. Черт, Ньюту действительно надо их оставить. - Где ты обычно оставляешь их, когда уезжаешь на зиму в Африку? – тихо спросил он. - С Джейкобом. Нам завтра нужно будет сесть на первый же свободный самолет, а большинство пилотов не берут на борт собак, даже если бы, мы и могли бы их взять с собой, - сказал Ньют, а затем улыбнулся, хоть и вынужденно. – С ними все будет в порядке. У Чаза и Чарли есть три собственные собаки. Это для моих псов будет как… отпуск. Персиваль не мог избавиться от чувства вины, которое снова кольнуло его – сначала на Ньюта дважды напали, а теперь ему пришлось оставить своих собак на краю Полярного круга. - Я уверен, что, если ты сможешь сообщить Джейкобу, он приедет за ними, - сказал он, и Ньют вздохнул и согласно кивнул. - Да, я уверен, что так и будет, - согласился он, а затем снова открыл дверь. – Давай распакуем сани, пока ждем. Мальчики Вольф действительно были хорошими детьми. Подростки заверили Ньюта, что будут заботиться о его собаках, как о своих, пока он не вернется за ними. Персивалю и то было трудно попрощаться с собаками, но смотреть, как Ньют сдерживает слезы и обещает псам, что обязательно вернется за ними… было уже почти чересчур. К тому времени, как пацаны, забрав с собой собак ушли, на улице уже стемнело. На крошечной взлётно-посадочной полосе не было видно ни одной машины. Им оставалось только укрыться на ночь в трейлере и дожидаться рассвета. По крайней мере, там было тепло, и… было очень приятно хоть раз разделить полноразмерную кровать с Ньютом. К сожалению, все хорошее очень быстро кончается. Незадолго до рассвета Персиваля разбудил шум винтов вертолёта. Он знал только одну причину, по которой вертолет мог прилететь в такую глушь. - Ньют, - позвал он рыжего, ласково потрепав за плечо. – Ньют, нам нужно собираться. - Что? – сонно спросил Ньют, а потом и он услышал вертолет. Персиваль железной рукой задавил панику, которая попыталась поднять голову, пока они тихо одевались. Не было никакой возможности, чтобы их выследили в этом трейлере. Никто из посторонних их не видел. Скорей всего, это была просто поисковая партия. Кто-то перестраховывался, широко раскидывая сеть, когда они исчезли в диких лесах Аляски. Но с другой стороны, это был небольшой городок. Пройдет совсем немного времени прежде, чем их заметят, особенно теперь, когда солнце начало освещать окрестности. Звук винтов раздавался слишком близко, вертолет приземлился недалеко от них, и это заставляло нервы Персиваля звенеть от напряжения. А потом у него мелькнуло воспоминание: руки на рычагах управления, ритмичный звук лопастей несущего винта над головой и ощущение полета. Он знал, что им надо делать! - Ньют, ты мне доверяешь? – спросил он, и Ньют бросил на него испуганный взгляд. - Конечно. Почему ты спрашиваешь? Персиваль подхватил свой рюкзак и указал на дверь. - Пошли. У меня есть идея. Ньют закинул на плечи свой рюкзак, и вышел из трейлера вслед за Персивалем. Они осторожно двинулись вперёд. Персиваль выглянул из-за угла, чтобы определить, где находится вертолет. Оказалось, что он приземлился неподалёку, прямо на окраине города, посреди заснеженной стоянки, и пока он смотрел, два человека выпрыгнули из него и направились в город. Одеты они были все так же не по погоде, как и те, что преследовали их раньше. - Пошли, - скомандовал Персиваль и побежал к вертолету. Он нырнул за припаркованный грузовик, и подождал пока двое не скроются за ближайшим зданием, а потом схватил Ньюта за руку и потащил его ровным рывком к летающей машине. Если противник потеряет вертолет, то это усложнит им погоню, а Персивалю с Ньютом поможет добраться до Анкориджа. - Садись, - сказал он, указав жестом в сторону пассажирского сидения, а сам запрыгнул на место пилота, забросив свой рюкзак назад. Ньют колеблясь застыл, положив одну руку на дверь и поставив ногу на полозья, он подозрительно взглянул на Персиваля. - Ты умеешь управлять этой штукой? – недоверчиво спросил он, и Персиваль кивнул, жестом приглашая Ньюта залезть внутрь. - Умею. Поторопись, - сказал он, и Ньют почти с испуганным видом все-таки залез в машину и захлопнул дверь. Персиваль не помнил, где и когда он летал на вертолете, но точно знал, что умеет это делать. Вдавить кнопку запуска двигателя, и держать ее до тех пор, пока двигатель не заработает, проверить показания бортового компьютера на предмет исправности бортовых огней и наличия топлива, медленно отключить подачу топлива, включить дроссельную заслонку, чтобы увеличить обороты двигателя – все эти действия он хорошо знал, хоть и не помнил, как делал это раньше. Но навыки вернулись к нему так же естественно, как вспоминается езда на велосипеде после долгих лет отсутствия практики. Слегка надавить на левую педаль, чтобы нейтрализовать крутящий момент, теперь поддавить еще сильнее, первым делом приподнимая правую сторону от земли, а теперь взлет. Бортовой компьютер выдал краткую справку о погодных условиях и режиме работы двигателя, и, как только они оторвались от земли на пару метров, Персиваль толкнул циклический рычаг вперед, чтобы заставить машину лететь туда, куда им нужно. Что ж, судя по легкости и плавности взлета, а еще по удовольствию, которое почувствовал Персиваль от полета - похоже он часто и с удовольствием летал раньше. Ньют это тоже понял и теперь смотрел на него широко раскрытыми глазами. - Как давно ты узнал, что умеешь управлять вертолетом? – громко крикнул он, чтобы перекричать шум роторов, и Персиваль рассмеялся. - Примерно, пять минут назад! - … О, Господи, дай мне сил! – пробормотал Ньют, потому что он, черт возьми, сел в машину с пилотом, который вообще не помнил, что умеет управлять вертолетом, что заставило Персиваля рассмеяться еще раз. Это было… забавно, а еще было хорошей демонстрацией веры этого человека в него. Вид, под ними, раскинулся просто потрясающий – дикая природа на многие и многие километры вокруг – зелень деревьев и синева океана. Однако, времени на отвлеченное любование было немного – он глянул на указатель уровня топлива и выругался. - Как далеко отсюда до Анкориджа? – спросил он Ньюта, тот на мгновение задумался. - Почти четыреста миль. - Ну, топлива у нас достаточно, но сесть в Анкоридже мы не сможем. Ньют нахмурился в замешательстве: - Что значит «не можем»? Персиваль кивнул в сторону монитора компьютера, на котором отражалась вся информация о их рейсе. - Этот вертолёт напичкан передовой техникой. Если мы приземлимся в Анкоридже, они узнают об этом мгновенно. - Тогда они смогут нас выследить где угодно, а не только в Анкоридже. - Вот именно. Нам нужно будет выбраться из вертолета до того, как он… ну, приземлится. На мгновение в кабине воцарилась тишина, а затем глаза Ньюта расширились от ужаса, когда до него дошло. - Нет, нет, нет! Ни в коем случае! - Ньют… - Я не буду выпрыгивать из совершенно исправного вертолета! - Сзади есть парашюты. - Это не изменит моего мнения, Персиваль! - Ты зарабатываешь на жизнь тем, что обнимаешь медведей, что такое прыжок с вертолёта по сравнению с этим? - Это был всего один медведь! Я не бегаю по лесу, обнимаясь со всеми встречными медведями! Персиваль жестко усмехнулся. - Если мы окажемся внутри или рядом с этим вертолетом, когда он приземлится, мы умрем. Так что тебе придется либо рискнуть с парашютом, либо снова смотреть в дуло пистолета, Ньют. Персивалю очень не хотелось говорить так прямо и жестко, особенно видя, как напуган Ньют, но он точно знал, что они не могут взлететь на этой машине, а потом просто приземлиться в аэропорту, как обычный рейсовый вертолет. Ньют на несколько секунд закрыл глаза, и хоть Персиваль не мог слышать, он точно знал, что парень сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. - Ты потерял право жаловаться, когда-либо на то, как опасна моя работа, - наконец сказал Ньют. И это было согласие, пусть и выраженное в такой гм… странной форме, но Персиваль не собирался спорить – он возьмет то, что может получить. - Мы подлетим так близко, как только сможем, затем я подниму машину и направлю ее подальше от города, включу автопилот, и мы спрыгнем, - изложил он свой план. – Таким образом, когда он упадет никто не пострадает, а преследователи вынуждены будут терять время выясняя, что произошло. - Пока они не найдут меня распластанным на земле с лопнувшим парашютом. - Ньют, честно. Я делал это раньше. Все не так уж плохо. - Ты не можешь этого утверждать, особенно, когда не помнишь, как это делал. - Постой-ка… Ты боишься высоты? – спросил Персиваль, начиная понимать, почему Ньют так сильно протестует. Ньют взглянул на него, но быстро отвел взгляд, на его лице появилось огорченное выражение, когда он скрестил руки на груди. -… возможно, немного. Это не меняет того факта, что ты просишь меня выпрыгнуть из вертолета. Я никогда не просил тебя обнимать медведя! Персиваль весело фыркнул, но дальше спорить не стал – в этом споре ему не победить. Ньюту нужно было просто довериться ему, причем настолько, чтобы выпрыгнуть из машины. И он чувствовал, что Ньют это сделает. Он знал, что Ньют доверял ему даже в этой совершенно нелепой ситуации, даже когда внутренний укоренившийся страх преследовал его по пятам. Остаток полета прошел в основном в тишине – трудно было говорить из-за шума мотора, но Персиваль наблюдавший за Ньютом видел, как тот становился все более нервным по мере того, как они приближались к точке высадки. Когда они были в нескольких минутах от выбранного места, Персиваль включил автопилот, и достал из багажного отделения парашюты. - Хорошо, давай надень его, - сказал он, и Ньют, поколебавшись мгновение, натянул на себя ранец. Персиваль застегнул на нем все ремни, а затем еще раз проверил их для собственного спокойствия. Свой парашют он натянул за минуту. - Слушай, сюда. Когда мы долетим до места, ты откроешь дверь, возьмёшься руками вот здесь и здесь, - он указал на ручки в верхней части дверного проема. – А затем, ты вывалишься назад, досчитаешь до четырех и сильно потянешь этот шнур. Если ничего не произойдет, тогда вот этот – это запасной парашют. Ньют был белее листа бумаги, казалось даже веснушки поблекли. - Я не знаю, смогу ли это сделать, - сказал он, его голос был достаточно силен, чтобы прорваться сквозь шум. Персиваль потянулся и прижал свою ладонь к его щеке. - Ты сможешь. Ты должен, - Согни колени, когда будешь приземляться. Уйди в перекат если будешь приземляться неровно. И просто оставайся там, где ты приземлился, я найду тебя. Клянусь. - Персиваль, не заставляй меня это делать… Персиваль наклонился и поцеловал Ньюта в лоб, стараясь не обращать внимание на то, что рыжего сотрясает дрожь. - Ты можешь это сделать, - сказал он без сомнения в голосе. – Я обещаю тебе, все будет хорошо. Ты будешь в безопасности. Я буду все время рядом. Я не попросил бы тебя это делать, если бы знал, что ты не сможешь. Пришло время прыгать. Он слышал, как по рации аэропорт Анкориджа пытается связаться с ними. Пришлось снова взять управление в свои руки. Он направил вертолет в сторону от города и начал набирать высоту, чем больше у их парашютов будет время, чтобы раскрыться и замедлить их, тем лучше. - Пора, - произнесён, как только они достигли безопасной высоты. Ввел координаты в автопилот и включил его – примерно через пятнадцать минут должно было кончиться топливо, и он должен разбиться где-то в глуши. Протянув руку мимо Ньюта, он открыл дверь – в кабину ворвался оглушительный шум роторов и ледяной ветер от которого у него мгновенно перехватило дыхание. Ньют бросил один взгляд за дверь и тяжело сглотнул – судя по всему он с трудом сдерживал желание заблевать все вокруг. - Хорошо. Руки сюда и сюда, - приказал Персиваль, поворачивая Ньюта к себе лицом и расставляя его руки в нужное положение. Теперь Ньют дрожал крупной дрожью, испуганный больше, чем Персиваль видел его когда-либо, а он видел его с пистолетом у виска. - Персиваль, - с трудом выдавил он, но Персиваль еще раз проверял ремни и пряжки на его парашюте, убеждаясь в последний раз, что все на месте. - Помни – считай до четырех и дергай за шнур. Когда парашют раскроется, ты увидишь две ярко желтых петли над собой с обеих сторон – это рули. Потянешь за них если будет нужно вырулить на открытое место. Я прыгну прямо за тобой. Поэтому - жди меня на земле, - сказал он. – Сейчас падай назад. Думай об этом, как о… о упражнении на доверие, просто с высотой в несколько тысяч футов. - Это не смешно… Персиваль усмехнулся. - Увидимся на земле, Ньют. - Подожди…! Персиваль знал, что Ньют не сможет разжать руки сам. Он наклонился и поцеловал его, а затем решительно вытолкнул Ньюта из вертолета. Крик удивления Ньюта быстро затерялся в оглушительном вое ветра. Персиваль достал с заднего сиденья свой рюкзак с НЗ и натянул его так, чтобы он был у него на груди. Им придется обойтись одним рюкзаком, Персиваль не рискнул одеть дополнительный груз, на паникующего Ньюта. Закрепив рюкзак на место, он сделал глубокий вдох, и с легкостью, выпал из открытой двери вертолета. Это не было похоже на американские горки или прыжок с тарзанки – не было чувства падения. Это больше походило на ощущение, когда на большой скорости едешь на машине, и высовываешь руку в окно. Сильное давление воздуха, от которого становилось трудно дышать, как будто ветер высасывал воздух из легких. Он летел и понимал, что обычно ему больше всего нравится именно эта часть – свободное падение, которое походило на полет, причем гораздо более правдоподобный, чем в самолете. И, судя по всему, он любил затягивать это, но сейчас было не время – земля приближалась слишком быстро, чтобы рисковать. Он потянул за шнур парашюта и невольно крякнул, когда раскрывшийся у него над головой нейлоновый купол, ожидаемо-внезапно поднял его вверх. Как только он взялся за рули, Персиваль огляделся в поисках Ньюта и вздохнул с облегчением, когда заметил бело-голубой нейлон парашюта примерно в полумиле от него – парашют Ньюта раскрылся, так что все что ему нужно было делать это держаться подальше от деревьев. Персиваль разулыбался – он всегда знал, что Ньют может это сделать. Внезапно, у него возникло желание, когда-нибудь вместе с Ньютом, прыгнуть с парашютом в тандеме с настоящего самолета, чтобы доказать ему, что у него все получилось не случайно. Но это когда-нибудь потом, а сейчас, ему нужно было сосредоточится на том, чтобы благополучно приземлиться. Он старался не отвлекаться на удивительные виды Анкориджа (с одной стороны, на горизонте, горы и темно-зеленый леса, с другой океан), а проследить, где именно Ньют скроется за деревьями и приземлится, как можно ближе к нему. Земля неслась на него все быстрее и быстрее и он, вырулив на поляну, легко приземлился, немного согнув ноги, чтобы смягчить удар. К сожалению, встреча с землей прошла для него больнее, чем он ожидал. Его больная нога, определенно, не была рада этому приключению, но ему удалось удержаться на ногах и снять парашют. Он бросил его на землю, перекинул рюкзак за спину, и как можно быстрее направился в сторону Ньюта. По дороге ему предстояло найти ответ на вопрос, как правильно извинится пред своим парнем, почему-то «извини, что я вытолкнул тебя из вертолёта, дорогой» звучало как-то неубедительно. * Ежегодные гонки на собачьих упряжках в Аляске, где команды из 16 собак и каюра проезжают 1868 км от восьми до пятнадцати дней, от Уиллоу до Нома.