The Measure of Magic

Джеспер привел Уайлена в район на окраине маленького городка, который, как ожидал Уайлен, должен был быть полон других семей волшебников, но, к его удивлению, он выглядел совершенно не волшебным. Он держался рядом с Джеспером на всякий случай, чтобы никто не узнал его, но все эти места казались совершенно иными, чем те, где вырос Уайлен. — Это магловский район? — спросил Уайлен, когда по улице проехала машина и Джеспер помахал людям внутри. — Ты маглорожденный? — вовремя вспомнив о своей собственной легенде, он быстро добавил. — Тоже? — Не совсем. Папа — магл, но мама была ведьмой. Была. Уайлен тяжело сглотнул. Он скучал по собственной матери. Все могло бы быть по-другому, если бы она была рядом. И… отец Джеспера был маглом? Может быть, тогда он не будет возражать, если узнает правду о Уайлене? Ну… отец Джеспера, может, и не будет возражать, но Джеспер — будет. Даже маглорожденные ведьмы и волшебники смотрели на сквибов свысока, как узнал Уайлен. Так что он будет держать это в секрете. Он просто надеялся, что не выдаст отсутствие опыта в магловских делах, когда попытается вписаться в здешнюю жизнь. Джеспер остановился. — Подожди, ты же не думаешь, что твой отец найдет тебя здесь? Если тебе будет безопаснее в обществе волшебников, я уверен, что Инеж… — Нет! — это было бы не только самым опасным местом для него, но Уайлен должен был признать, что он не хотел пока покидать компанию красивого волшебника. Он хотел узнать его получше, прежде чем ему придется уйти. — Он не последовал за мной, так что не думаю, что он будет искать здесь. Возможно, он даже будет рад избавиться от меня. — Хорошо, но если что-то заставит тебя думать, что ты в опасности, просто дай мне знать. Ты туда не вернешься. — Спасибо. Они остановились у небольшого дома на углу. Улыбка Джеспера содержала намек на нервозность. — Вот мы и пришли. Боюсь, это не очень много. — Я не возражаю, — сказал Уайлен. Джеспер открыл дверь и провел его внутрь. Их сразу же встретил мужчина с рыжеватыми волосами, который окинул Уайлена любопытным взглядом. — Это Уайлен, — сказал Джеспер. — Уайлен, это мой папа. — Всегда приятно встретить нового друга Джеспера, — сказал мужчина. — Я Колм Фахи. Уайлен боролся с желанием спрятаться за Джеспера. — Рад познакомиться с вами, сэр. — Он маглорожденный, — сказал Джеспер, — но его семья много лет не пускала его в Хогвартс, а теперь он наконец-то сбежал из дома и добрался до Косого Переулка. — Я никогда не слышал, чтобы такое случалось, — сказал Колм. — Когда Джесу исполнилось одиннадцать, его письмо из Хогвартса пришло сразу же, хотя мы жили здесь. — Мой отец богат, — пробормотал Уайлен, щеки его пылали. Врать таким образом было неприятно, и он надеялся, что люди не будут слишком сильно давить на него, рассказывая его историю. — Он сделал все, чтобы они не смогли меня найти. В этих словах было достаточно правды, чтобы вызвать в памяти ужасные воспоминания о том, как он год за годом сидел в своей комнате. Он почувствовал слабость. — Уайлену некуда идти, — сказал Джеспер. — поэтому я сказал, что он может пожить у нас некоторое время. Ты не против? Колм улыбнулся, его взгляд был открытым и дружелюбным. — Конечно, да. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно, Уайлен. — Спасибо, сэр, — сказал Уайлен. Нескольких дней, может быть, недели, ему должно хватить, чтобы разработать план. После этого он… отправится куда-нибудь. Вероятно, безопаснее всего было бы попытаться найти себе место в магловском мире, но он был бы полностью предоставлен самому себе. Даже эта мысль заставляла его чувствовать себя маленьким и незначительным. — У нас не так много места, — сказал Колм. — но сегодня ты можешь спать на диване, а завтра мы принесем тебе раскладушку. — Спасибо, сэр. — И тебе не нужно называть меня «сэр», — сказал он с улыбкой. — Здесь рады любому другу Джеспера. Уайлен покраснел и посмотрел в пол. Столько доброты заставило его усомниться в собственном плане. Были ли у Джеспера друзья — маглы? Выросший в этом районе, он наверняка знал магловских детей, да и со стороны Колма у него было больше магловских родственников. Даже если Уайлену придется жить вдали от волшебного мира, возможно, он сможет остаться здесь. Но мысль о том, чтобы признаться юному волшебнику, что он был разочарованием, рожденным без магии, держала правду взаперти. — Не волнуйся, — мягко сказал Джеспер. — теперь ты в безопасности. Всем сердцем Уайлен хотел поверить ему.

***

— Ты уверен, что хочешь спать на диване? Голос Джеспера заставил Уайлена подпрыгнуть. Он только что закончил расстилать одеяла, которые дал ему Колм. Он поднял голову. — А где еще я могу спать? — В моей кровати полно места. На мгновение Уайлен не понял, что он имеет в виду, но потом покраснел, когда понял. — Ты всегда флиртуешь с гостями? — Только с симпатичным, — Джеспер подошел к нему и с ухмылкой уселся на край дивана. — А что, если я скажу тебе, что это традиция Хогвартса — обниматься с кем-то ночью? — Я бы сказал, что ты лжец. — Попробовать стоило. Уайлен закатил глаза. — В Хогвартсе тебе придется остерегаться людей, пытающихся сбить тебя с пути, — сказал Джеспер. — Там много смутьянов. — Думаю, я сейчас разговариваю с самым большим из них. — С кем, со мной? — спросил Джеспер. — Все в Хогвартсе любят меня. — Как хочешь, — сказал Уайлен. Джеспер поднес палец к губам и достал свою палочку. Уайлен с любопытством наблюдал, как он направил ее к потолку и что-то прошептал. Из конца палочки вырвались искры, образовав ослепительные огни, которые заплясали в воздухе над Уайленом. Он невольно задохнулся. На этот раз ему не пришлось притворяться. Это зрелище потрясло его не меньше, чем если бы он никогда раньше не видел волшебства. Никто не использовал магию только для того, чтобы сделать его счастливым, уже почти десять лет. — Что ты думаешь? — спросил Джеспер с ухмылкой. — Может быть, люди действительно ценят тебя. — Ценят? Ну, по крайней мере, мы делаем успехи, — Джеспер еще немного усмехнулся, а затем протянул свою палочку. — Хочешь попробовать? Уайлен пискнул, не в силах сдержаться. Это было нормально? Он не знал, каков этикет обмена палочками. Однажды, много лет назад, он уже держал в руках палочку, в тщетной надежде отца, что это поможет проявиться в нем какой-то магии, но ничего не произошло. Если он возьмет палочку Джеспера, будет ли очевидно, что у него нет никакой магии, как это было с его отцом в тот разочаровывающий день? Джеспер рассмеялся. — Это не табу. Я не пытаюсь склонить тебя к чему-то странному, обещаю. — Но я не… — Уайлен покачал головой. — Ты еще не был выбран палочкой и не прошел обучение, но это не значит, что ты не можешь попробовать. Если что-то пойдет не так, я возьму на себя ответственность за это. Есть шанс, что вообще ничего не произойдет, но никогда не знаешь, — несмотря на его заверения в том, что он не делает ничего странного, в его голосе прозвучала наводящая нотка. — Может быть, ты понравишься моей палочке. От его слов Уайлену стало немного легче дышать. Даже если ничего не случится, не сразу станет ясно, что он сквиб. Он нерешительно протянул руку. Может быть, может быть, что-то все-таки произойдет. Может быть, враждебность и давление отца мешали Уайлену проявить магию, а здесь, под ласковым взглядом Джеспера, все будет по-другому. Он сомкнул пальцы вокруг палочки. Ничего не произошло. В его руке она ощущалась как маленькая, хрупкая палочка, не более того. Его крошечная надежда умерла. Он помахал палочкой в воздухе, но она ничего не сделала. — Жаль, — сказал Джеспер, когда Уайлен передал ему палочку обратно. — У меня было столько шуток, если бы ты понравился моей палочке. Уайлен рассмеялся. — На самом деле неудивительно, что она не сработала, — сказал Джеспер. — Использование чужой палочки может быть непростым делом. Мы отвезем тебя к Олливандеру в Косом Переулке, и ты найдешь ту, что подойдет именно тебе. Но он не найдет. Для него не было подходящей палочки, потому что у него не было магии и никогда не будет. — Давай не будем, — сказал Уайлен. — Мы же не знаем, как Хогвартс поступит с человеком в моей ситуации. Может быть… может быть, они захотят, чтобы я прошел через особый процесс или выбрал из определенного набора палочек. — Не могу представить, почему это может иметь значение, — сказал Джеспер, пожав плечами, — но, наверное, ты прав. Твоя ситуация настолько необычна, что нам, вероятно, стоит подождать, пока ты уладишь все дела со школой. — Когда… — Уайлен вытер губы и начал снова, — Когда Хогвартс рассылает письма новым студентам? — Я удивлен, что непрерывный поток писем не пытался дойти до тебя, но посмотрим… Я бы предположил, что это должно произойти где-то летом. Значит, у него еще было время. Не так много времени, может быть, не больше месяца, но было. — Я должен дать тебе поспать, — сказал Джеспер, — Хочешь завтра снова потусоваться с нами? От этого приглашения Уайлену стало тепло внутри. — Я бы очень этого хотел. — Отлично. Мы обеспечим твою безопасность, не волнуйся. — Спасибо, — сказал Уайлен. — Я очень ценю все, что вы для меня сделали. И спасибо за то, что спасли мне жизнь в том переулке. — Не упоминай об этом. Спокойной ночи, Уайлен. — Спокойной ночи, Джеспер. Когда высокий мальчик шел обратно к своей комнате, он остановился и оглянулся. — Если ты передумаешь, мое предложение о совместном проживании все еще в силе! Уайлен рассмеялся и покачал головой. Затем он остался один в гостиной, чтобы устроиться на диване и свернуться калачиком под теплыми одеялами. Он чувствовал себя в большей безопасности, чем в последние годы, но в то же время ему было не по себе от осознания того, что он живет во лжи еще более полно, чем раньше. У него было лишь ограниченное количество времени, прежде чем его обман будет раскрыт. Но до тех пор он будет притворяться волшебником. До тех пор он увидит, каково это — иметь друзей.