The Measure of Magic

Когда вечером они вернулись домой, Уайлен узнал, что Колм купил для него раскладушку. Колм напомнил ему, что он может поставить раскладушку там, где захочет, но Уайлен был не против принять приглашение Джеспера поставить ее в его комнате. Может, это и плохо — потакать чувствам, которые он никогда не сможет реализовать, но он хотел насладиться каждым мгновением, пока оно длится. Комната Джеспера была маленькой и уютной, с единственным окном на стене напротив двери. В ней также было грязно, на полу валялись учебники, одежда и всевозможные случайные вещи — совсем не то, что в безупречном особняке, в котором вырос Уайлен. — Ты не против, если я буду спать у окна? — спросил он. — Для меня это не имеет значения, — ответил Джеспер. Уайлен перетащил раскладушку на кровать Джеспера. Он хотел иметь хороший вид на окно, когда ложился спать ночью. Дома его комната была без окон, чтобы никто не видел его там. Здесь же он видел бы окно всякий раз, когда открывал глаза. Оно напоминало ему, что он свободен. Свободен. Он сел на край койки и уставился в окно. Уже стемнело, и воздух наполнился звуком сверчков. Здесь все было так спокойно, но где-то там его отец хотел смерти Уайлена. Если у него было хоть малейшее подозрение, что Уайлен выжил, он мог планировать организовать его смерть в этот самый момент. Уайлен вздрогнул. Он уедет далеко. Этого должно быть достаточно. Он не станет разочарованием для своего отца. Он не опозорит имя Ван Эков. Он исчезнет в магловском мире как Уайлен Хендрикс и проживет остаток своих дней в одиночестве. Рука Джеспера на его плече заставила его подпрыгнуть. — Прости, — быстро сказал Джеспер. — Я забыл, что ты… Я забыл о твоем… — он запнулся. Уайлен повернулся к нему лицом. — Ты просто напугал меня, — прикосновение так неожиданно вызвало страх, но Джеспер не хотел ничего плохого. — В чем дело? Джеспер сел рядом с ним. — Мне интересно, о чем ты думаешь. Его отец — убийца. О том, каким неудачным сыном он был. Как он никогда не будет любим. — О тебе, — вместо этого сказал Уайлен. Другой мальчик рассмеялся. — Ну и кто теперь очаровашка? — Я еще не дорос до твоего уровня, — сказал Уайлен. — О, так ты действительно считаешь меня очаровательным, — Джеспер ухмыльнулся. — Значит ли это, что тебе не нужна эта койка? Ты хочешь поделить место со мной? Уайлен толкнул его. — Нет. — Нельзя винить меня за попытку. — Я думал о том, как я счастлив здесь, — сказал Уайлен. — Прошло всего два дня, но я еще никогда не был так счастлив. — Ты бы хотел остаться с нами навсегда? — спросил Джеспер. Да. Безусловно. Но он не мог. — Я не знаю. — Папа не против. Уайлен всмотрелся в лицо другого мальчика, ища хоть какой-то признак его чувств. — Ты действительно хочешь, чтобы я остался? — Тебе вообще нужно спрашивать? Он опустил голову. Это было только потому, что Джеспер не знал правды. Никто не хотел видеть его рядом с собой таким, какой он есть. — Подумай об этом, — сказал Джеспер. Уайлену не нужно было думать об этом. Он сам этого хотел. Конечно, хотел. Но он также понимал реальность своего положения. Чем дольше он откладывал отъезд, тем труднее будет, когда время неизбежно придет.

***

На следующее утро Уайлен проснулся первым. Он посмотрел на солнечный свет, проникающий через окно, затем перевернулся в сторону другой кровати. Джеспер крепко спал, одеяла лежали вокруг него в беспорядке. На лице Уайлена появилась мягкая улыбка, но она исчезла, когда он посмотрел в сторону двери. Может быть… Может быть, ему стоит подождать, пока Джеспер встанет, а не уходить самому. Затем он заставил свое беспокойство вернуться. Колм был к нему добр. Уайлен взял себя в руки и встал. Он вышел из комнаты и на цыпочках направился на кухню, где Колм сидел и завтракал. Он приветствовал Уайлена улыбкой. — Доброе утро. — Доброе утро. — Уайлен боролся с желанием назвать его «сэр». — Ты хорошо спал? Он кивнул. — Хочешь позавтракать? Уайлен колебался. Он не хотел, чтобы Колм испытывал трудности ради него. С другой стороны, было бы неплохо закончить есть до того, как Джеспер выйдет и снова начнет колдовать над его едой. — Что-то не так? — мягко спросил Колм. — Кажется, ты чем-то обеспокоен. Это было так очевидно? Уайлен покачал головой. — Это из-за школы? Мы могли бы послать письмо… — Нет! — это было бы катастрофой, и в процессе они, вероятно, узнали бы, что Уайлен не умеет писать. — Я лучше подожду, спасибо. — Я понимаю. Уайлен оглядел кухню. Может быть… ему стоит начать готовить. Он никогда раньше не готовил, но это была магловская плита, так что она должна ему подойти. Он сделал полшага к плите. Затем Колм встал, и Уайлен замер. Они стояли так с минуту, не двигаясь. — Я не собираюсь причинять тебе вреда, — сказал Колм. — Я собирался принести тебе завтрак. Уайлен посмотрел на пол. Сказал ли ему Джеспер, или Колм просто понял, как он нервничает? — Вы не обязаны, — он хотел объяснить, но даже если бы он смог провести грань между своим затянувшимся страхом перед авторитетными фигурами и беспокойством по поводу лжи, он не был уверен, что найдет слова. — Вы уже были очень добры ко мне, с… — он вовремя сдержал слово «сэр». — Спасибо, что позволили мне остаться здесь. — Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь, — Колм колебался. — Может, я и не владею магией, но я бы никогда не поступил с тобой так, как поступила твоя семья. — Это был мой отец, — сказал Уайлен. — Моя мать умерла. Она бы не…- он запнулся. Он всем сердцем хотел верить, что если бы его мать была жива, она бы любила его. — Мне жаль, — сказал Колм. — Я здесь, если тебе нужно поговорить. Уайлен поднял голову. Он не ожидал такого предложения. — Спасибо. Затем дверь спальни открылась, и вошел Джеспер. — Доброе утро! — он поднес сковороду к плите и зажег конфорку своей палочкой. Так хотелось насладиться приятным завтраком без магии до того, как он проснется. — Мы, наверное, пойдем сегодня в Косой Переулок, — сказал Джеспер. — Хочешь пойти? Уайлен колебался. Не было никакой причины, почему его отец должен быть там. Его поездки в Косой Переулок были довольно редкими, а последняя, скорее всего, была просто предлогом, чтобы устранить сына. Кроме того, было бы здорово провести еще один по-настоящему волшебный день, прежде чем ему придется уехать. Поэтому он улыбнулся. — С удовольствием.

***

Прогулка по Косому Переулку с Джеспером и остальными была почти такой же захватывающей, как и поход туда, когда он думал, что отец даст ему еще один шанс. Уайлен стиснул зубы, щеки горели от унижения при воспоминании. Он не должен был воспринимать это так. Это должен быть более захватывающий из двух визитов, его поход с друзьями, которые действительно ценили его. Друзья, которые ценили его, потому что не знали правды, — прошептал темный голос в глубине его сознания. — Может, отведем Уайлена к Олливандеру? — спросила Нина. — Я никогда раньше не видела, чтобы кто-то выбирал палочку. — Нет! — сердце Уайлена подпрыгнуло в горле. — Я имею в виду, я лучше подожду, пока мне не сообщат из Хогвартса. Матиас кивнул. — Там могут быть особые требования из-за возраста Уайлена. — Кроме того, — сказал Джеспер. — мы здесь, чтобы веселиться, а не думать о школе! Хорошо. Было достаточно логичных причин не идти за палочками прямо сейчас, чтобы отложить это на некоторое время. — А как насчет совы? — спросил Инеж. Он всегда хотел сову, когда был маленьким мальчиком, но нет, совы использовались для доставки почты. Если он заведет сову, его друзья, вероятно, будут ждать от него писем, и тогда они узнают, что он не умеет ни читать, ни писать. Сердце Уайлена упало. Почему даже то, что не связано с магией, должно быть таким трудным? — Не знаю, хочу ли я сову, — сказал он себе под нос, подавляя затянувшуюся мечту о маленькой сове, которую можно было бы кормить, разговаривать с ней и ходить с ней на прогулки. — Выбор питомца — это важное решение. Нина хлопнула в ладоши. — Тогда вот то, с чем мы все можем согласиться — мороженое! Это звучало достаточно безопасно, поэтому Уайлен кивнул и последовал за ними в кафе-мороженое. Он взял мороженое, которое они купили для него, с чувством вины, вспомнив о деньгах, вырученных от продажи амулета, а затем сел с ними за столик на улице. Трудно было не наслаждаться, когда ешь мороженое с друзьями. Конечно, было бы легче, если бы Джеспер перестал заставлять мороженое менять цвет. Джеспер так любил волшебство… Уайлен вздохнул. Он просто игнорировал Джеспера и наслаждался достопримечательностями Косого Переулка. Инеж и Нина спорили о лучшем вкусе мороженого, а Матиас, казалось, был доволен тем, что ел в тишине, так что Уайлен мог спокойно бродить взглядом по многолюдной улице. Наблюдение за ведьмами и волшебниками, проходящими по улицам, заставляло его сердце болеть. Вот какой была бы жизнь, если бы он обладал магией. Затем он напрягся. Один из волшебников смотрел прямо на них. На вид он был примерно их возраста, бледный мальчик, одетый полностью в черное, за исключением серебристой и зеленой отделки — цвета Слизерина. Одна из его рук в черных перчатках опиралась на полированную трость со змеиной головой на вершине. И он шел к их столу. — Гм, — сказал Уайлен, не уверенный, что это проблема. Джеспер поднял голову и проследил за его взглядом, но потом махнул рукой. — Каз! Ты вернулся! Холодноглазый Слизерин подошел к их столу и окинул Джеспера оценивающим взглядом. — Конечно, я вернулся, — он перевел взгляд на Уайлена. Его брови подергивались. Уайлен изо всех сил старался не вздрогнуть. Джеспер спас его. — Уайлен, это наш друг Каз Бреккер, — он подмигнул. — Он один из тех страшных слизеринцов, о которых ты слышал. Взгляд Каза стал еще более сомнительным, и Уайлен покраснел. — Каз, это Уайлен Хендрикс, — сказал Джеспер, — он маглорожденный, чей отец до сих пор держал его подальше от волшебного мира, но он сбежал из дома и теперь живет у нас! Каз отодвинул пустой стул за столом и сел, не отрывая взгляда от Уайлена. — Правда? Уайлен тяжело сглотнул. Было ли это скукой или скептицизмом в его тоне? — Как прошло твое путешествие? — спросила Инеж. К счастью, Каз переключил свое внимание на нее. — Ужасно. Ни один человек не знал, что я ищу — по крайней мере, они так говорили. — Времени еще много. Ты еще не проследил за каждой зацепкой… Они продолжали говорить, очевидно, о магическом артефакте, который Каз пытался найти, хотя зачем, было неясно. Это не было похоже на что-то школьное. Впрочем, Уайлен не знал, что такое обычное задание в Хогвартсе. Он опустился на свое место. Он никогда не станет частью их мира, никогда. Джеспер наклонился поближе и столкнулся плечом с плечом Уайлена. — Не смотри так подавленно. Он со всеми такой. Уайлен подмигнул ему и улыбнулся, а потом вспомнил, как Джеспер представил ему Каза, и нахмурился. — Что я сделал? — спросил Джеспер, смеясь. — Ты сказал ему, что я сказал, что слизеринцы страшные! — Ты все еще думаешь, что они страшные? — Ну… да, — сказал Уайлен шепотом, надеясь, что Каз не услышит. Каз взглянул на него и фыркнул. Это подтверждало, что Уайлен умрет. Он только не был уверен, что наступит первым — смущение или магия Каза Бреккера. — Расслабься, — сказал Джеспер, — Каз не так уж плох. Он один из нас. Уайлен слабо улыбнулся и постарался не обращать внимания на бурчание в животе. Он знал еще несколько подробностей о Слизерине. Они должны были быть одержимы чистотой крови. Очевидно, что для Каза это не могло быть слишком большой проблемой, поскольку он проводил время в компании Джеспера и Матиаса, но если хороший, добропорядочный когтевранец, как Ян Ван Эк, ненавидел наличие сквиба в семье, то средний чистокровный слизеринец, вероятно, будет считать Уайлена еще большим неудачником. — В любом случае, — сказал Джеспер, — как только ты поешь мороженого, куда ты хочешь пойти? Ты любишь розыгрыши? Здесь, в Косом Переулке, есть магазин розыгрышей. — Не очень, — сказал Уайлен. Рано или поздно розыгрыши всегда оборачивались против него. — У них есть и другие забавные вещи! Как насчет фейерверков? Он осторожно встретил взгляд Джеспера. — Звучит забавно… я думаю. — Они как магловские фейерверки, только лучше, обещаю, — Джеспер усмехнулся. — Пойдем, купим немного! — Хорошо, — сказал Уайлен с неуверенной улыбкой. Он доел свое мороженое и встал. — Мы отправляемся в Гамбол и Джэпс, — сказал Джеспер. — Кто-нибудь еще идет? Остальные тоже встали. Все. Сердце Уайлена опустилось. Не то чтобы он очень хотел, чтобы это были только он и Джеспер, но он явно надеялся на группу из пяти, а не из шести человек. Конечно, Каз не хотел идти в магазин розыгрышей. — Спорим, я тебя там обгоню! — крикнула Нина. Джеспер рассмеялся. — Ни за что. — Ты в деле, — сказала Инеж. Они втроем помчались по улице со скоростью спринтера, причем Матиас качал головой, следуя за ними. Уайлен поспешил присоединиться к хвостовой части группы. — Подожди. Голос Каза заставил его замереть. Уайлен оглянулся на него. — Что такое? Бледный волшебник медленно подошел к нему. — Тебя зовут не Хендрикс, и ты не маглорожденный. Кровь Уайлена превратилась в лед. — Так скажи мне, — сказал Каз, — что здесь делает сын Яна Ван Эка — сквиб?