The Measure of Magic

Уайлен оглядел комнату Джеспера. Он хотел запомнить в ней все. В этом доме он чувствовал себя так безопасно и тепло. Он хотел выжечь каждую деталь в своей памяти, чтобы, когда он будет жить один, он мог вспоминать время, проведенное здесь, и утешать себя воспоминаниями. Он делал то же самое для каждой комнаты в доме с тех пор, как они вернулись с Косого Переулка и Джеспер спросил Колма об отправке письма в Хогвартс на следующий день. Избегать этого больше было нельзя. Уайлен хотел запомнить кухню, где он каждое утро завтракал с Колмом. Он хотел запомнить гостиную, где они с Джеспером часто сидели вместе по несколько минут, когда каждый день приходили домой. Он хотел запомнить задний двор, где они запускали фейерверки. И он хотел запомнить эту комнату, где он флиртовал с Джеспером и впервые поцеловался, и где он спал спокойно, потому что знал, что он в безопасности. Больше, чем Косой Переулок, больше, чем Хогсмид, больше, чем притворство волшебником, дом Фахи был тем, по чему Уайлен будет скучать больше всего. Он глубоко вздохнул и поборол слезы. Может быть, если ему повезет, он найдет место, где сможет почувствовать хотя бы часть этого счастья. Но у него не будет Джеспера. Он пытался сказать себе, что их отношения были результатом увлечения, что они ничего не значат в долгосрочной перспективе, что он просто был потрясен обаянием красивого молодого человека, который относился к нему с добротой. Но боль в груди говорила об обратном. Когда он думал о том, что больше никогда не увидит Джеспера, ему казалось, что у него вырывают сердце. Это не было простым увлечением, которое пройдет через некоторое время. — Хей, — Джеспер вошел в комнату, остановился на мгновение, а затем сел рядом с ним на раскладушку. — Ты в порядке? Ты весь вечер вел себя немного странно. — Я в порядке, — сказал Уайлен. — Ты беспокоишься о том, что скажут в школе? Достаточно близко. — Да. — Все будет хорошо, я обещаю. — А если они скажут, что я слишком стар, чтобы начинать? — спросил Уайлен. — Они могут не захотеть принять меня в ученики из-за моего возраста. Может быть, поэтому я и не получил письма! Джеспер рассмеялся. — Это то, о чем ты беспокоишься? Расслабься. Даже если они никогда раньше не сталкивались с подобными ситуациями, они найдут способ научить тебя пользоваться магией. Все это было слишком близко. Тени прошлого, до того как жизнь Уайлена полностью развалилась, а его отец настаивал на том, что должен быть способ заставить его магию проявиться. Джеспер говорил эти вещи в невинной манере, но он все равно мог бы испытать отвращение, если бы узнал, что у Уайлена вообще нет магии. Уайлен зажмурил глаза, сдерживая слезы, которые грозили вытечь наружу. — Эй… — Джеспер обхватил его за плечи. — Что случилось? — Ничего, — Уайлен покачал головой. — Просто вспоминаю, какой была моя жизнь раньше. — Теперь все позади. Скоро мы будем вместе в Хогвартсе. Что бы ни случилось, там все будет замечательно. Он тяжело сглотнул. — Да. — Кроме того, у тебя есть я, — Джеспер подмигнул. — Я развею все твои печали. У Уайлена защемило сердце. Он хотел проводить каждый день вместе, как сейчас. — Ты… не жалеешь об этом, верно? — спросил другой мальчик, его веселое выражение лица сменилось озабоченностью. — О чем жалею? — О том, что ты со мной. Если у тебя были сомнения, я… я пойму. Уайлен зажмурил глаза. Нет, он не жалел об этом, потому что нельзя было жалеть о том, чего он так сильно хотел. Да, он жалел об этом, потому что ему недолго оставалось быть рядом с Джеспером. Нет, он не жалел об этом, потому что сделал бы это снова в одно мгновение. Да, он жалел об этом, потому что это заставило его мечтать о жизни, которой у него не было. Он снова открыл глаза. — Быть с тобой делает меня таким счастливым, Джеспер. — То же самое, Уай. Ты изменил мою жизнь. В его горле образовался комок, и он тяжело сглотнул. — До встречи с тобой я чувствовал себя таким безнадежным во всем. Я никогда не думал, что кто-то вроде тебя может даже дважды взглянуть на меня. — его губы дрожали, но он держал себя в руках. Он не должен был плакать перед Джеспером. Не станет. Это было бы не только неловко, но и вызвало бы слишком много вопросов. — Иногда мне кажется, что все это сон… сон, от которого я должен проснуться. — Это не сон, — сказал Джеспер. — Я обещаю. Но это был сон. Он оставался в своем сне так долго, как только мог, и пришло время проснуться и встретиться с реальностью. — Я хочу, чтобы ты знал, как много ты для меня значишь, — прошептал Уайлен. Потому что Джеспер мог в этом усомниться, проснувшись утром и обнаружив, что его больше нет. Он тяжело вздохнул. — Я… люблю тебя, Джеспер. Я хочу, чтобы ты знал это. Я хочу, чтобы ты знал, что я люблю каждую минуту, когда мы были вместе. Взгляд Джеспера стал обеспокоенным. — Ты говоришь почти как будто прощаешься. Уайлен покачал головой и слабо рассмеялся. — Нет, я просто… Наверное, я плохо умею выражать свои чувства. — Если дело только в этом, есть и другие способы показать мне, ты же знаешь. Он засмеялся и наклонился к Джесперу, чтобы осторожно поцеловать его. Это был первый раз, когда он действительно инициировал поцелуй, и его собственная смелость заставила его покраснеть. Все дни с тех пор, как они стали парой, он позволял Джесперу брать инициативу на себя. Но здесь и сейчас он должен был сделать это. Крепкие губы Джеспера прижались к его губам, и Уайлена охватило возбуждение, когда он впервые попытался взять инициативу на себя. Вскоре он уступил более опытному Джесперу, но все равно крепко обхватил другого мальчика. Это было по-настоящему. Никто и никогда не сможет отнять у него это воспоминание. — Фух, — Джеспер наконец-то отстранился, ухмыляясь. — Ты очень страстный, когда хочешь. Уайлен покраснел. — Ты пробуждаешь это во мне. — Правда? Тогда давай посмотрим, смогу ли я сделать это снова, — Джеспер поднял руку и обхватил его лицо. — Я нигде не хотел бы чувствовать себя лучше, чем здесь, с моим Уайленом. Его Уайлен. Непринужденное ласковое обращение несло в себе невысказанное напоминание о том обещании, которое он дал, когда они впервые поцеловались, что, несмотря на то, что в прошлом у него были другие люди, его чувства к Уайлен были особенными. — Я бы хотел остаться здесь навсегда с моим Джеспером, — И, конечно, это прозвучало неловко и неуклюже, но он компенсировал это еще одним поцелуем. Вскоре они снова устроились на подушках, а Уайлен оказался в объятиях Джеспера. Он чувствовал себя теплым и защищенным, словно мир больше никогда не сможет причинить ему боль. Но это была ложь. Хотя он и закрыл глаза, чтобы насладиться моментом, он открыл их, когда сон угрожающе надвинулся на него, и со вздохом отстранился. — Хорошая идея, — сказал Джеспер. — Моя кровать удобнее. Уайлен покраснел. — Да ладно, ты уверен, что не хочешь разделить эту ночь? Отчасти он хотел, поскольку это была единственная вещь, которую он никогда не сможет иметь с Джеспером, но он покачал головой. Переспать с Джеспером, а потом бросить его — это было бы жестоко, да и выскользнуть ночью будет еще сложнее. — Я уверен. — В один прекрасный день, возможно, я получу от тебя другой ответ, — Джеспер усмехнулся. — В любом случае, я могу мечтать. Уайлен смотрел ему в глаза и пытался запомнить его лицо, но там были детали, которые он мог забыть, а он ни за что не хотел потерять память о том, как выглядит Джеспер. — Давай сфотографируемся вместе. — Что, сейчас? — Да. Это особенное время для нас, верно? Я хочу запомнить этот момент и то, как сильно ты изменил мою жизнь. Джеспер засмеялся и провел пальцами по волосам Уайлена, от чего все его тело затрепетало. — Хорошо. Я с удовольствием сфотографируюсь с тобой.

***

Уайлен сидел в одиночестве на краю своей кровати и смотрел на фотографию. В стиле фотографий волшебников, изображение себя и Джеспера двигалось. Джеспер на фотографии обнял Уайлена за талию, и Уайлен, покраснев, прижался к нему. Это идеально отражало то, что он чувствовал минуту назад. Он долго сидел, глядя на фотографию. На кровати рядом с ним крепко спал настоящий Джеспер. Он немного пошевелился и что-то пробормотал, но не проснулся. Он был великолепен даже в тусклом свете, проникавшем через окно, и от этого вида Уайлену захотелось прижаться к нему навсегда и никогда не отпускать. Джеспер. Он надеялся, что дал понять, как сильно он ему дорог. Когда Джеспер проснется и узнает, что Уайлена больше нет, у него возникнет множество вопросов, но, возможно, воспоминаний о сегодняшней ночи будет достаточно, чтобы понять, что Уайлен действительно заботился о нем. О, кого он обманывал? Если бы их позиции поменялись местами, Уайлен решил бы, что Джеспер никогда не любил его и не хотел сказать ему об этом в лицо. Такой уход разбил бы Джесперу сердце. Он вздохнул и прижал фотографию к груди. Он собирался взять ее с собой. Одна из рубашек, которые он раздобыл, живя у Фахи, послужила ему импровизированной сумкой. Он завернул в нее помадку из Хогсмида, фотографию и единственный фейерверк, который ему удалось сохранить. Остальную одежду он оставил. Может быть, Колм сможет продать их и не будет чувствовать себя так, будто потратил деньги на кого-то, кто исчез. Уайлен завязал сверток и встал на шаткие ноги. В животе у него бурчало. Часть его души хотела нырнуть обратно под одеяло и забыть о своем плане, как он делал с тех пор, как они с Джеспером встретились. Если бы он так поступил, то завтра они связались бы с Хогвартсом. Вскоре пришло бы сообщение о том, что Уайлен — сквиб и его не примут в школу. При условии, конечно, что дело не дойдет до Совета управляющих, где его отец узнает, что Уайлен все еще жив и живет с Фахи. Ноги Уайлена подкосились, и он ухватился за край кровати, чтобы устоять на ногах. Это было оно. Это действительно было так. Он повернулся, чтобы посмотреть на Джеспера, который все еще крепко спал. Слезы навернулись на глаза Уайлена, и на этот раз он позволил им стечь по щекам. — Прощай, Джеспер, — прошептал он, губы дрожали, когда он пытался сдержать рыдания. — Я люблю тебя. Затем он повернулся и вышел за дверь.