The Measure of Magic

Уайлен дрожал от ночного воздуха. Он стоял один на улицах Хогсмида, устремив взгляд на звезды в небе. Близлежащие переулки были темными и заброшенными, ничуть не такими гостеприимными, как во время их с Джеспером визитов. Судя по часам неподалеку, было без четверти десять. Медальон, который он носил под рубашкой, холодил кожу. Это вызвало жуткое чувство дежа вю. Он поднял руку, чтобы потрогать цепочку на шее. Доверие к Казу было похоже на авантюру, но в то же время Уайлен не думал, что другой мальчик его продаст. Во всяком случае, не из-за чего-то подобного. — Я нашел тебя. Голос отца заставил Уайлена обернуться. Направив на него палочку, отец шел к нему по улице. Его взгляд был холодным, а лицо безжалостным. Торжествующая улыбка искривила его губы. В памяти всплыло все — весь страх, все унижение, весь стыд, который Уайлен испытывал каждый день в этом доме. Все те моменты, когда отец в наказание накладывал на него заклятие, кричал на него или говорил, какой он никчемный, разочаровавший его сын. Уайлен изо всех сил старался дышать, когда воспоминания захлестнули его. Затем он повернулся и побежал. Всплеск адреналина, вызванный паникой, понес его по темным улицам, за один угол, затем за другой, но шаги отца следовали прямо за ним. Уайлен стиснул зубы и попытался бежать быстрее… — Локомотор Мортис. Он закричал, когда его ноги подкосились, и он упал на землю. Удар о землю ужалил и поцарапал его кожу, но он вывернулся и сумел перевернуться, чтобы снова встретиться взглядом с отцом. Часы все еще были видны. Было без пяти минут десять. Отец с усмешкой посмотрел на него. — Ты действительно думал, что сможешь от меня убежать? Уайлен тяжело сглотнул. Страх затуманил его разум и мешал думать. Он слишком привык к своему новому дому с Колмом, который никогда не поднимал на него руку, разве что обнимал или утешительно похлопывал по плечу. Он забыл, каково это — быть во власти того, кто может и хочет причинить ему боль. — Однажды ты сбежал от меня, — сказал отец низким голосом, — но больше этого не повторится. Уайлен взял себя в руки и потянулся к медальону. Это должно было сработать, должно было сработать. Каз сказал, что его радиус действия составляет несколько дюймов, в которых он еще может функционировать. — Что у тебя там? — сузив глаза, его отец присел рядом с ним, а затем рассмеялся в недоумении. — Неужели ты настолько глуп, что думаешь, будто сквиб может использовать магический артефакт? Тот, кто сказал тебе это, просто воспользовался тобой. Уайлен защитно прижал руку к драгоценному артефакту, но отец отбросил его руку в сторону и вытащил медальон из-под рубашки. Он вырвал его, хотя металл цепочки врезался в кожу Уайлена и заставил его вздрогнуть. Его отец бросил на медальон презрительный взгляд и покачал головой. Медальон исчез в его одежде, и он выпрямился, чтобы снова посмотреть на Уайлена сверху вниз. — Все кончено. Сердце Уайлена подскочило к горлу. — Помогите! Кто-нибудь! — Как ты думаешь, кто тебя услышит? Единственный, кто вышел сегодня ночью, был тот, кто сдал тебя, и я заплатил немалую сумму за его молчание. Он не будет нас беспокоить. Он попятился назад, но отец только покачал головой и продолжал идти вперёд. Часы пробили десять. Вот и все. Либо план сработает, либо он обречен. Отец проследил за его взглядом. — Почему ты все время смотришь на часы? Ты ждешь, что кто-то спасет тебя? Я потратил здесь достаточно времени. Мы едем домой. Уайлен вытер губы. — Подожди… Отец, пожалуйста… — Ты действительно собираешься умолять? — Нет, я… меня не похищали… — Я знаю это, ты, идиот! — Я убежал только потому, что испугался, — Уайлен тяжело сглотнул. Он почувствовал головокружение, и его желудок заурчал. — Пожалуйста, отец, я должен знать… ты пытался убить меня? Отец с усмешкой посмотрел на него. — Конечно, пытался, жалкий сквиб. Услышать это вслух было больно, хотя Уайлен уже знал, что это правда. Он смахнул внезапно выступившие слезы. — Плачь сколько хочешь, — сказал его отец. — На этот раз я не допущу никаких ошибок. — Вот это тревожный разговор, который можно подслушать. Его отец обернулся. На улицу вышел волшебник в мантии Министерства. Несколько других, все из Министерства магии, последовали прямо за ним. Уайлен медленно выдохнул. Собрание закончилось в десять, как и сказала Инеж. Глаза главного волшебника расширились еще больше, когда он осмотрел сцену. — Вы… Ян Ван Эк? Из Совета управляющих Хогвартса? Я только что слышал, как вы сказали, что пытались убить своего сына? Глаза его отца выпучились. Он перевел взгляд, полный ненависти, на Уайлена, но затем сгладил его вежливой маской, как он всегда делал, когда они были на людях. — Да, я… — он захлопнул рот и снова посмотрел на Уайлена. — Ты. Что ты сделал? — он потянулся к своей мантии и вытащил медальон, который он сорвал с шеи Уайлена. — Это! — он бросил его на землю. — Вот что заставило меня сказать те слова! Это заговор против меня! Один из волшебников Министерства опустился на колени, чтобы поднять артефакт. — Это не Темная магия. Мы должны выяснить, что он делает. Его отец сжал руки в кулаки. — Ты не посмеешь принять слова, сказанные под воздействием магии, за доказательство против меня. — Конечно, нет, — первый волшебник присел рядом с Уайленом и снял проклятие, фиксирующее ноги. Он помог ему встать на ноги. — Конечно, мы не можем отпустить с тобой и твоего сына. Нам придется взять вас обоих под стражу, пока мы не докопаемся до сути дела. — Что? — огрызнулся его отец, выражение его лица было разъяренным. — Вы позволите, чтобы моя репутация была запятнана из-за его лжи?! — Если вы не сделали ничего плохого, ваша репутация не пострадает, уверяю вас, — другой волшебник сделал паузу. — Хотя любопытно, что вы, очевидно, потратили годы, скрывая тот факт, что ваш сын — сквиб. На лице его отца промелькнуло недоверие. Его плечи опустились. Очевидно, он понял, что это конец. Когда трое волшебников из Министерства вели его прочь, он бросил последний взгляд на Уайлена. — Что я такого сделал, что меня прокляли с таким сыном, как ты?

***

После этого прошло несколько напряженных часов. Уайлена отвели в комнату в Министерстве магии и велели сидеть и ждать, пока они изучают его дело и допрашивают его отца. За это время он представил себе всевозможные ужасные вещи: от того, как его отец убеждает их, что все это было недоразумением, до того, как Министерство решает, что убивать сквибов можно. Наряду с небольшим шансом, что отец мог просто решить убить его на месте, это была самая рискованная часть плана — страх, что Министерство может поверить Яну Ван Эку и выдать Уайлена. Но беседа с отцом, видимо, прошла неудачно, потому что когда волшебник, отвечавший за расследование, вернулся, он принес одеяло и чашку горячего шоколада, которую с доброй улыбкой протянул Уайлену. Уайлен обернул одеяло вокруг своих плеч и принял чашку. Его знобило скорее от страха, чем от температуры, но, тем не менее, это успокаивало. — Мы ознакомились с документами Хогвартса, — сказал волшебник, — и подтвердили, что ты никогда не считался подходящим для поступления из-за того, что был сквибом, несмотря на то, что твой отец много лет утверждал, что ты учился в зарубежной школе волшебников. Теперь он говорит, что солгал, чтобы защитить тебя от насмешек, поскольку против сквибов до сих пор существует предубеждение. — Но… Волшебник поднял руку. — Мы никому не позволим причинить тебе вред. Я хочу, чтобы вы мне все рассказали. — Если хотите, можете использовать на мне Легилименцию, — сказал Уайлен. — Или Веритасерум, или что-нибудь еще. — он много раз прорабатывал то, что скажет, пока ждал. Хотя ему была ненавистна мысль о том, что его разум будет обнажен перед незнакомцем, это было лучше, чем ужасающая возможность снова оказаться в руках отца. — В этом нет необходимости. Эти методы — последнее средство. А пока просто расскажите мне о том, что произошло, своими словами. Уайлен кивнул и глубоко вздохнул. Он начал с самого начала, с разочарования отца тем, что он был сквибом, лжи о своей заморской школе и крошечной комнатке, где его прятали ото всех. Он крепко сжал свою кружку и рассказал о поездке в Косой Переулок, о своем испуганном бегстве от человека, который пытался его убить, и о том, как группа студентов Хогвартса спасла ему жизнь. Сочувственное выражение лица сотрудника Министерства придало Уайлену больше уверенности, и он отпил немного горячего шоколада, прежде чем продолжить. Он опустил ту часть, где он стыдливо лгал своим друзьям, и сразу перешел к дружбе, которую он завел, предупреждению Каза о том, что его отец понял, что он может быть жив, и их плану использовать редкий артефакт, открывающий истину, в последнем гамбите, чтобы заставить его отца раскрыть свою истинную природу при свидетелях. — Один из моих друзей знал, что волшебники из Министерства магии собираются сегодня вечером в Хогсмиде, — сказал Уайлен. — Поэтому я вышел и стал ждать, пока отец найдет меня, чтобы поблизости были свидетели. Волшебник кивнул. — Мы подтвердили, что данный артефакт заставляет носителя говорить правду. Ваша история сходится, а утверждения Яна Ван Эка полны дыр. Уайлен глубоко вздохнул. — Что теперь будет? — За покушение на убийство и другие преступления его посадят надолго. Единственный реальный вопрос теперь — что делать с тобой. Мы не смогли найти других живых родственников в ваших записях. Ваша мачеха — это вариант, но, возможно, не самый лучший…. — Эм… — Да? У тебя есть предложение? — Я остановился у человека по имени Колм Фахи, — сказал Уайлен. — Он магл, который женился на ведьме. Его сын Джеспер — студент Хогвартса, один из друзей, которые помогли мне. Я… я бы хотел остаться с ним, если это возможно. Волшебник выглядел удивленным, но кивнул. — Одну минуту. Он ушел, но остался за дверью. Забеспокоившись, Уайлен придвинулся ближе и напрягся, чтобы услышать разговор волшебников. — …возможно, будет полезно, если у него будет магловский опекун, раз он сквиб… — …если этот Колм Фахи согласен, то я не вижу причин для отказа… Удовлетворенный, Уайлен сел обратно и допил свой горячий шоколад. Впервые с тех пор, как Каз сообщил ему новости, он почувствовал, что может дышать.

***

— Все улажено, — сказал ему волшебник. — Мы связались с мистером Фахи через летучий порошок, и он сразу же согласился. Как только документы будут оформлены, кто-нибудь отвезет вас туда. От счастья у Уайлена закружилась голова. — Спасибо! — Осталось только найти место, где ты сможешь остановиться на ночь. Мы могли бы снять комнату в «Трех палочках», если у вас нет другой идеи. Поскольку все шло своим чередом, он не мог не чувствовать себя немного смелым. Он прочистил горло. — Вообще-то…