Явление солнца

      Я не успел опомниться и даже встать с колен. В ушах продолжал стоять звук взрывающихся фейерверков. Последнее что я помню в ту секунду, когда увидел холодное оружие — это возникший в моей руке материал копья.       Танни громко завизжала и сжалась в маленький комочек возле камня, при этом закрыв уши и отвернувшись. Было слышно, как она снова тихо заплакала.       Я взглянул на свою руку. К моим пальцам по древку копья медленно стекала струйка вязкой тёмной крови. Она неприятно просачивалась сквозь мои перчатки. Большой кухонный нож упал со всевозможным звяканьем на камни. На острие копья повисло тело. Оно ещё слегка извивалось в предсмертных конвульсиях. Глаза закатились и казалось, что сейчас выкатятся из орбит. На руках и ногах проступили тёмно-синие вены. Из рта лился фонтан крови, окрашивая травку под его ногами в красный. В груди человека зияло зелёное лезвие Нефритового Коршуна. Вскоре всё затихло, человек полностью обмяк, а его дыхание утихло на всегда.        Всё что я мог сейчас сделать, это безразлично смотреть, как уходит в иной мир душа человека. О чём думал этот мужчина перед смертью? Мысленно прощался со своей семьёй или проклинал меня всеми возможными проклятиями? Он не мог даже представить, что сегодня видит свой последний восход солнца. Даже так, он не был виноват в своей смерти, но я ведь тоже не хотел его убивать.       Мои руки расслабились и позволили копью медленно раствориться. Как только оружие исчезло, тело с глухим отвратительным звуком упало на землю. Казалось, что этот совершенно незнакомый мне человек, просто тихо дремлет, после сытного ужина.       Что, если меня в будущем тоже ждёт такой конец? Как бы я выглядел в этот момент? Также столь отвратительно? Лежал в луже собственной крови с побледневшим лицом? Я прекрасно понимаю, что моя расплата за души будет очень жестока и то, что я почувствую перед смертью, покажется мне раем. Когда же наступит это время, я вынесу его с высоко поднятой головой!       Только сейчас я вспомнил о крохотном комочке, который тихо пускал слёзы за его спиной. Я повернулся к ней лицом. Если подумать, то она наверно впервые видит настолько ужасную смерть.       Поднявшись на ноги, я расправил плечи и снял с себя грязные перчатки, швырнув их в сторону неподвижного тела. Услышав мои шаги, она развернулась, всё также, сидя на корточках. Танни не спешила поднять глаз, но я всё равно протянул ей руку. Возможно она меня возненавидит, будет презирать, бояться. Кем же она меня теперь считает? Монстром? Если даже так, то она будет права. Моё терпение подходило к концу, если она не захочет принять мою помощь, то я обращусь к другим, более дружелюбным, адептам. Я уже собрался уйти, но к моему удивлению маленькая ручка сжала мою ладонь мёртвой хваткой. В зелёных заплаканных глазах отражалось моё лицо. Не знаю, знак доверия это был или нет. Сегодня эта кроха неосознанно увидела настоящую жизнь: жестокую, в которой нет места жалости и чувствам. Теперь её существование не будет прежнем. Она будет мстить и ненавидеть. Такова её судьба.  — Пойдём.       И мы вдвоём потихоньку зашагали к новой жизни для Танни. ***       Минуло уже две недели, с того жалкого побоища. Прошло десятки сражений, но почему-то в памяти отчётливо отпечаталась та злополучная битва. Самым ярким впечатлением для меня оказалась сама Танни. А ещё точнее её взгляд, полный боли, печали, но настолько наивный и доверчивый. Почёму-то, вспоминая ту сцену, мне становилось неприятно, казалось, что это я обрекаю её на тяжёлую жизнь. В груди всё сжимается и хочется как можно реже видеть этого ребёнка, хотя головой я соображаю, что ни в чём не виноват. Так паршиво всё это ощущать. Это люди и называют «чувством вины»?        В тот день я самолично привёл её в постоялый двор Ваншу. Молодая хозяйка отказала выдавать ей целую комнату, а тем более на неопределённый срок за бесплатно. Дело в том, что родители девочки жили в Инадзуме. Понятия не имею как у них получилось покинуть страну, на корабле ли они приплыли или воспользовались магией. Основной факт, что Танни не может вернуться домой, из-за действующих на Инадзуме правил. Тут она как бездомный котёнок. Даже если она попадёт туда, не факт, что у неё там остались живые родственники. Нынешний архонт островов был усмирён. По последним новостям, которые я мог услышать из разговоров постояльцев, закон о изъятии Глаза бога в Инадзуме был прикрыт и отменён. Интересно, кто же такой безбашенный, решил бросить вызов самой Сёгун Райден? Кто бы это ни был, а границы на острова до сих пор закрыты.       После анонимных писем в адрес хозяйки и изложения всех обстоятельств, она дала согласие. Тогда мне удалось уговорить нынешнего повара, опять же, через анонимные письма, чтоб Танни помогала ему с лёгкой работой на кухне, взамен она будет получать деньги на проживание в одной из комнат. Я уже мог оставить её с чистым сердцем, ведь у неё есть еда и жильё. Что-то всё равно не давало покоя. Так паршиво! Как же хочется избавиться от этого ощущения!        У девочки был талант находить меня, даже если я был на крыше или прятался в густой кроне дерева. Она без умолку тараторила, мешая мне наслаждаться тишиной. Самое поразительное, что она совершенно не боялась подходить ко мне, даже после инцидента. Дети так быстро всё забывают? По моим наблюдениям, с другими людьми она вела себя более скромно и тихо. Танни не была как все люди. Иногда, по её разговорам, мне казалось, что она уже взрослый человек, повидавший многого. Это случалось крайне редко. Эх, это бы объяснило всё, но она лишь ребёнок и на это указывает её внешний вид.       И хоть с другими она почти не разговаривала, у неё оказалось просто куча энергии, как и у многих человеческих детей. Она успевала быть везде и знала почти все новости. По началу даже пыталась приносить мне с кухни какие-либо угощения. Дитя явно не понимало, что мне не нужны сладости и фрукты. Тогда пришлось подкараулить её и серьёзно предупредить, чтоб она этого не делала. К сожалению она только задала вопрос —Но почему? Ведь все любят сладкое.       Да, Танни умела задавать вопросы, на которые я либо не мог ответить, потому что держал это в тайне, либо у меня не было на них ответа.       Её визиты не закончились, даже когда одна из работниц настолько полюбила обаятельную кроху, что решила начать обучать её наукам. Особой любви к математике Танни не проявляла, но старалась усердно слушать. В свою комнату она теперь возвращалась поздно и быстро засыпала. Зато каждое утро навещала меня. На все её вопросы я отвечал строго и сдержанно. Чаще всего молчал. Мне не стоит привязываться к ней. В мои планы ни входило ухаживать за ребёнком. К тому же… Их привязанность быстро тает. Она проживёт десять лет и вырастет, выйдет замуж, а я останусь таким же. Я не изменюсь, и даже после её смерти на моей голове не появится и седого волоса. Может это звучит заманчиво для смертных, но для меня, прожившему тысячи лет, эта самая ужасная пытка.       Не знаю, вспоминает ли Танни о том дне. Какие чувства она испытывает. Из её комнаты ночью иногда бывает слышно, как она зовёт своих родителей. Утром она всё также продолжает невинно улыбаться.       Сейчас же была глубокая ночь. На тёмном небе красовались миллионы звёзд. Прохлада позволяла трезво мыслить и не позволяла векам смыкаться. Не помню когда в последний раз я позволял себе уснуть. Как же приятно иногда просто смотреть на звёзды.       Я лежал на сырой траве, на вершине высокой скалы. Совершенно один. Под этой горой простирался великий город Ли Юэ. В котором даже ночью было шумно. Листва, на которой я лежал, ещё больше остужала мои ноги. Мне пришлось весь день гоняться за заражёнными хиличурлами. Из-за этого ноги буквально горели.       Прекрасная луна так чарующе сверкала с неба, она покрывала всё вокруг серебром. Меня окружают звуки ночных животных и чуть слышно волнение морских волн, которые бьются о каменный берег скалы.       До моего носа коснулся новый запах. Это не было похоже на пыльный запах обычного человека. Это был медовый сладостный аромат, настолько знакомый, но в то же время будто из другого мира. Аромат медленно наполнял лёгкие нежным теплом. Я чувствовал его настолько близко и в тоже время настолько далеко. Жалко, но источника его нигде не видно. Кто же это? Диковинный зверь из другой страны? Меня просто захлестнуло любопытство. Каждой клеточкой тела, я наслаждался тёплым ароматом мёда. Запах оказался настолько сладостным, что я невольно погрузился в воспоминания на сотни лет назад, когда ещё поедал сны. Самые нежные сновидения тоже имели вкус мёда и миндаля. Именно это искушение, забытое мною спустя десятилетия, я почувствовал вновь. И это даже сводило с сума. Сердце трепетало. Мозг будто разучился трезво мыслить и я пытался найти источник запаха. Может это духи? Фрукты? Что это Чёрт возьми?!       Но я так ничего и не нашёл. Пока я бегал по скале, порыв ветра уже унёс с собой неповторимое благоухание. —Нет, постой!       Я тянул руки за направлением ветра, пытался схватить его, но всё тщетно. Ветер нельзя поймать. Это знает любой необразованный глупец. Но почему тогда этот самый глупец сейчас ощущает, будто что-то важное ускользнуло из его рук?! Дыхание было таким, словно я пробежал несколько километров без передышки. Впервые я ощутил что-то подобное. Здравый смысл, ушедший на второй план, снова возвращался ко мне. В первые я бы хотел прогнать его прочь. Лёгкие снова наполнялись холодным воздухом. Чувство тепла ушло, но не до конца. В груди, бешеной птицей, стучало сердце.       Пытаясь успокоиться я плюхнулся на землю, нахмурив брови. Это не помогло. Я с силой откинулся головой назад и ударился затылком о твёрдый камень. Даже боль ни как не хотела притупить мои эмоции. Тогда я ударил головой ещё раз и ещё раз. Я не любил боль, она часто приходила ко мне в виде кармы, она заставала меня в основном во сне. Поэтому то я и не любил спать. Мне нужно успокоить взволнованное тело, но хочу ли я этого?       Сейчас я настолько беспомощен, что не могу даже на собственный вопрос ответить! Если бы меня сейчас увидел кто-то из адептов или сам властелин камня, то я спрыгнул бы с этой скалы от стыда.       Не хочу ничего видеть и знать! Я сильно зажмурился. Адепту и яксе не позволено так себя вести.       Я всегда считал, что человеческие чувства бесполезны. И сейчас я продолжаю так думать, но есть маленькое «но». Теперь я ожидал и хотел почувствовать снова то тепло, заново ощутить это приятное волнение.       Задул сильный ветер и я распахнул глаза. То, что я увидел на чистом небе поразило меня.       Передо мною летела звезда, прекрасная и сияющая. Всю скалу залило ярким светом. Звезда медленно продвигалась по небосводу, оставляя за собой белый хвост. Я ни разу не видел звёзд так близко.       Мне хватило света одной этой звезды, чтоб вновь согреться изнутри. Это было невообразимо прекрасно. Всё остальное потухало по сравнению с этим светом. Я легко выдохнул заворожив дыхание. Интересно один ли я сейчас смотрю на эту звезду? Как бы мне хотелось знать, что в эту минуту звезда падала ради меня, и вижу сейчас её только я один в этом мире. Я снова приподнял руку, казалось чуть-чуть и я бы дотянулся до неё кончиками пальцев. В такой момент понимаешь, что жизнь проходит не зря. Позади меня слишком много проблем, но они не значительные по сравнению с этим волшебством. Уголки моего рта слегка приподнялись и я не смел отвести глаз от летящей звезды, наслаждаясь моментом.       А дальше мои веки медленно сомкнулись и я уснул крепким сном. Сегодня не было ужасной боли. Я видел прекрасный сон. Сон, где я шагал по бесконечному полю, усыпанному незнакомыми белыми цветами. В дали я мог видеть прекрасную девушку, с глазами цвета мёда. Она нежно и ласково улыбалась. Когда она это делала, пространство за её спиной слегка подрагивало. От её шагов распускались новые цветы. Я потерял дар речи и просто наблюдал, но даже этого было мне достаточно.