Зеркало Салазара

— Надоело! — закричал Драко, глядя в чёртово зеркало в Отделе Тайн. Четыре тела стояло перед зеркалом, не моргая, не шевелясь. Вокруг них бегали невыразимцы, Кингсли, Рон, Джинни, но ничего не помогало. — Олухи, нас не вывести из этого состояния! — кричала душа Малфоя, стоя возле своего тела. — Мы под влиянием зеркала. Нельзя было, блядь, фразу сразу прочитать, а потом смотреть? — Меня поэтому и позвали, — рыкнул Гарри, стоя возле своего тела. — Кто просил вас смотреть? — Зеркало притягивало, — оправдывалась Гермиона. — Сколько уже прошло? — Месяц, — выдохнул Северус, пройдя сквозь своё тело. — Поттер, так что там на парселтанге написано, припомни? — Снова? — закатил глаза гриффиндорец. — Зеркало показывает самые огромные страхи и желания, выбирая четверых избранных раз в сто лет, чтобы изменить их судьбу и наставить на путь истинный. Пока все четверо не признают свои чувства и страхи, мы будем видеть в зеркале прошлое, желанное, страшное, несостоявшееся будущее… — Лично мне всё ясно. Четыре угла в зеркале, нарисовано четыре свечи, и нас четверо. Пора говорить. Все уставились на Драко с неподдельным страхом. Блондин был непреклонен. — Мы здесь уже месяц. У некоторых через десять дней свадьба, — он уставился на Гарри и Гермиону, которые виновато отвели взгляд в сторону. — Первое января. Какая эстетика будет-то… — плевался ядом слизеринец. — Двойная свадьба. Прелесть! — Заткнись, Малфой! — рычал Гарри. — Один раз я ушёл без ответной реплики. Меня тогда по стенке размазал один Герой, — Поттер снова отвернул взгляд. — Я начну. Нам показало зеркало, как я проиграл желание Забини. На восьмом курсе. Помнишь тот вечер, Грейнджер? Ты была в библиотеке, —девушка согласно кивнула, скрестив руки на груди в защитной реакции. Видя, как неприятно это вспоминать гриффиндорцам, Драко оскалился. Он набирался храбрости, которой всегда не хватало. — Ты согласился. В тот вечер у тебя была отработка у Северуса. Я дождался её окончания. Мы целовались, Гарри. Ты… Не отворачивайся от меня! — закричал Малфой, хватая того за руку. —Ты выслушаешь меня в этот раз! Где твоё хвалёное гриффиндорское бесстрашие? — Его нет. Давно нет. Драко выпустил руку гриффа, но рассказ продолжил. — Я всегда желал быть любимым тобой. Сколько себя помню. Встретил зеленоглазого мальчика в магазине мадам Малкин и пропал. Мой отец заявил, что не против моих отношений с тобой. Он смирился. Дал добро. Ты оставил меня… Обещал не делать этого и оставил… В день бала заявил, что пойдёшь с Джиневрой. Ты меня тогда убил… Гарри закрыл ладонями лицо: очков давно не носил и мог скрыть вину руками. Драко не сдержал слезы. — Отец отменил помолвку с Асторией, а потом мои родители собирали меня по кусочкам. В правом верхнем углу зеркала засветилась нарисованная свеча. Гермиона и Северус переглянулись, понимая, что теория Драко верна. — Я никогда не любила Рона, — заявила шатенка, не сдерживая слёз с первой фразы. — Мне нравились умные мужчины, не мальчики. Я мечтала быть такой же, как Беллатриса Лестрейндж: она не знала страха и добивалась своих целей, пусть и пытала меня. На восьмом году обучения я сблизилась с Вами, Северус. Вы наставляли меня. И я начала влюбляться. Минерва заметила, как я стала на Вас смотреть, заметила, где я ночую… Она вбила мне в голову, что это неправильно. Что Вы мой бывший преподаватель и… — Пожиратель, — закончил за девушку мужчина. Гермиона кивнула в знак согласия, пытаясь остановить слёзы, но ничего не выходило. — Я струсила. Мерлин знает, как бы я мечтала быть полукровкой или чистокровной. В этом мире мне всегда было страшно из-за происхождения. Уизли на этом и сыграли. Молли сказала, что у меня и так прав почти нет, пусть я и Героиня войны, а отношения с чистокровным мне помогут. После смерти родителей я так не хотела возвращаться в маггловский мир и поверила… Свеча в левом верхнем углу засияла. Драко хмыкнул и уставился на Северуса. — Я всегда боялся одиночества, но большего страха, чем быть снова отверженным, нет. Гермиона стала лучиком света в моей жизни. В Мунго не отходила от меня. Я принял её как друга, а после… — Северус нежно улыбнулся, но с болью. — Минерва заявила, что я ломаю Вам жизнь, Гермиона. И это была правда. Я не дал зародившемуся чувству взять верх. Подавил его. Внизу, в правом углу зеркала засияла третья свеча. Все уставились на Гарри, который сжимал кулаки. — Да! Я трус! Я до одури боюсь, что моя участь будет, как у Регулуса из-за Волдеморта! Мы оба Певереллы! Я боюсь, что есть родственная связь и что я монстр! Я… Я не только тебя убил, Драко! Думаешь, мне не было больно? Думаешь, легко было отказаться от тебя? — Не знаю. Ты скажи, — фыркнул Малфой. — Я влюбился в тебя на третьем курсе! Я жил стычками с тобой! А сны… Ты стал моей мукой, Драко! Кингсли сказал, что нас обоих разорвут на кусочки. Нас не поймут. Герой и Пожиратель! Сказал, что общество подумает, будто я перешёл на сторону тьмы. — А мысль о том, что я перешёл на сторону света, не возникла? — Мне было восемнадцать! Я всю жизнь делал всё по приказу! Ошибся. Я ошибся, доволен? — Вами обоими играли и играют кукловоды! — шипел Малфой. — Может, пора думать своей головой? Посмотри, кем мы с Северусом стали за последние шесть лет! Он начальник Отдела Тайн, а я лучший Целитель Разума Европы! А вот вы двое обречены. Вы марионетки. Начальник Аврората и заместитель Министра на самом деле никто. Вы даже не живёте своими мыслями. — Мы ошиблись, — признал Гарри. — Я обещал не бросать и бросил… Четвёртая свеча внизу, в левом углу засияла. Души мгновенно вошли в тела, но слёзы не перестали идти. Глаза всех четверых были влажными от слёз. — Гарри! — Падма первой подбежала к очнувшимся. — Вот воспоминания с переводом, — Поттер протянул флакон девушке. — Что произошло? — не понимал Рон. Гарри не ответил, он направился на выход без слов. Драко рванул куда-то тоже. Северус пошёл к себе в кабинет, а Гермиона убежала прочь. Всем четверым нужно прийти в себя. Драко ворвался в кабинет Забини, где обедали Пэнси, Дафна и Тео. Друзья обрадовались другу, но тот стоял и плакал. — Драко? — Пэнси подошла первой к слизеринцу. — Мне так больно… Он обнял подругу, пряча лицо в её волосы. То, что произошло, пока они были в зеркале, ужасало и приводило в восторг. Он признался, и ему признались. Клеймо на руке уничтожило всю его жизнь. *** Гарри вылетел из камина дома Блэков в гостиную и сразу сбросил авроровский плащ. Кикимер обрадовался хозяину, но увидев его настроение, не рискнул подойти. Поттер осмотрел дом, в котором не осталось ничего от его ремонта, который он делал после школы. Выхватив палочку, направил её на стены, которые из красных, фиолетовых и бежевых тонов стали чёрными, серебряными и зелёными. Эльф обрадовался, взял со стола розовую салфетку и осторожно протянул Гарри. Выхватив её из рук эльфа, сжёг в камине. — Кикимеру собрать всё, что принесла в дом предательница крови? Существо поняло, что терпение хозяина лопнуло. — И её вещи тоже! Хватить меня окручивать! Я никому не должен! Эльф оскалился и повиновался приказу господина. Джинни выпрыгнула из камина, и сразу увидела цвета стен. — Гарри, что там произошло? — Что произошло? Как ты, Молли, Кингсли и Минерва так хорошо промыли нам с Гермионой мозг? Я любил его!!! ЛЮБИЛ!!! — дом задрожал от гнева парня. — Ты поила меня чем-то? — Нет… Гарри, это любовь… — Какая на хрен любовь, Джинни! Я делаю всё, чего желаешь ты! Я общаюсь с теми людьми, которых одобряешь ты! Я в баре не выпивал со своими уже три года!!! Джинни заплакала, прикрыв глаза. — Ты держала меня на коротком поводке, а я не замечал. Дом —работа, работа — дом. Плевать мне на карьеру, на мнение общества! Кикимер собирает твои вещи! Уходи… — Гарри, — она упала на колени и ухватила его за ногу. — Я любила тебя с десяти лет! Не оставляй меня. Мы так молоды, у нас всё впереди! — Мне двадцать пять лет. Из них я и года для себя не жил… Кикимер! — Чемоданы упакованы, хозяин. — Уходи… Кольцо Блэков верни. Джинни дрожащей рукой сняла фамильный перстень Блэков с чёрным камнем и протянула Гарри. Не говоря слов прощания, Герой направился принять душ. — Кикимер, когда она уйдёт, закрыть ото всех камин, кроме Гермионы! — Да, хозяин, — оскалился эльф, которому рыжая никогда не нравилась. Уизли плакала на полу перед камином ещё минут десять, надеясь, что это сон. Но эльф ждал, когда она уйдёт. Поднявшись на ватных ногах, уменьшила чемоданы, встала в камин и назвала адрес Норы. Пелена с глаз Героя спала. Нужно срочно узнать, что это за зеркало такое.

***

Северус и Падма работали возле зеркала. Мужчина старался не показывать своих тревог, но Патил замечала всё. — Неужели это зеркало создал Салазар Слизерин? Для четверых? — Думаю, он хотел помириться с основателями Хогвартса. Не успел. Первой умерла Ровена Когтевран, а вскоре после неё не стало Годрика Гриффиндора, — заявил Снейп. — И чтобы выбраться вам всем, пришлось признать страхи и желания? — Да. Открыть сердца. Теперь зеркало уснуло на сто лет. Уникальная вещь. Я поищу в Принц-мэноре о нём записи. Завтра… — Завтра двадцать второе число, мистер Снейп. Четверг. Подготовка к Рождественскому вечеру перед Рождеством. Вечер в пятницу, послезавтра. Сегодня последний рабочий день в 2005 году. На работу все выходят третьего числа. — Почему не первого? — Свадьба у Рона и Гермионы, а также у Гарри и Джинни. В один день, — напомнила Падма. Мужчина тяжело выдохнул. Если Гермиона, его милая Гермиона станет миссис Уизли, он отравится. И это была не шутка.

***

Гермиона собирала вещи. Рон вышел из камина в Норе и в ужасе застыл. Джинни сидела на диване, рыдая. Всё, что парень разобрал, это что Гарри забрал кольцо, отменил свадьбу и заявил о любви к Малфою. — Зеркало разворошило сердце? — с комом в горле спросил Рон. — Он был важен для меня, Рон, — девушка сняла кольцо с пальца и отдала бывшему жениху, уменьшая вещи, чтобы сложить в сумочку. — Мы совершаем ошибку. Любить бывшего Пожирателя, профессора и слизеринца в одном лице не преступление. Помнишь, как Блейз признался на выпускном тебе в любви? — рыжий кивнул. — Он мне нравился. — Видишь. Рон, мы не должны слушать Молли, Кингсли и общество. Беги из Норы. — Он теперь с Паркинсон. — Паркинсон встречается с магглом. Знаешь, откуда я знаю? — Откуда? — едва сдерживая комок в горле, спросил Уизли. — Гарри сказал. Он помирился на Хэллоуин с Дурслями. Пэнси — девушка его кузена Дадли. Она их и собрала всех вместе. Мы ещё можем стать счастливыми, Рон. Парень крепко обнял Гермиону, шепча на ухо слова прощения. И Гермиона просила прощения. — Мы ведь друзья? — Конечно. — Ты к Гарри? — Да. — Я зайду в семь на ужин. Поговорим? — Я не против. Грейнджер поцеловала в щёку Рона и встала в камин, называя адрес дома Гарри. — Они нас бросили, Рон. — А мы их предали! Я влюблён в мужчину. В Блейза Забини. И я верну его. — Ты же говорил, что это дружба была, — в шоке проговорила Джинни. — Врал! — Удачно увести его у Паркинсон, — фыркнула сестра. — Паркинсон — девушка Дадли Дурсля. Рон бросил кольцо в камин. Прошлое должно сгореть. Вечером предстоит разговор с друзьями. Что бы ни случилось в жизни, Золотое Трио неразлучно. И ничто их дружбу не сможет уничтожить.

***

Гермиона вышла из камина дома на площади Гриммо, 12. Гарри улыбнулся ей и обнял. Ведьма заплакала от обиды за свою жизнь, за то, что семь лет уничтожила в пустую. — Рон хочет прийти в семь на ужин. Гарри, он не разлюбил Блейза. Брюнет засмеялся и согласился открыть камин. И когда Рон вышел вечером из камина, Гарри заключил его в объятия. Сев за стол, никто не ел. Пили вино. — Мы такие идиоты, да? — нарушил тишину Рон. — Нашу славу, которую мы заслужили ценой нервов, жизни в бегах, пыток, потерь, в руки взяли другие. Почему я послушал МакГонагалл? — Я говорил с ней, — заявил Гарри. — На неё давил Кингсли. Она призналась в этом. Ей стыдно. — Семь лет наших жизней ушло в никуда! Я мог быть с Блейзом, ты — с Малфоем, Гермиона — со Снейпом. В июне выборы нового Министра. Я больше не доверяю Шеклболту. — Я тоже. Нужна помощь Люциуса, чтобы все голосовали за Гермиону. Наших слов будет мало. И нужно, чтобы мои шпионы узнали, чего хочет народ. Мы пообещаем им это. — Люциус тебя к себе не подпустит. Ты слышал Драко: Нарцисса и Люциус его едва собрали, — напомнила Гермиона. — Я верну Драко. Я готов уничтожить карьеру, гордость, имя! Я уничтожу себя, а его верну… — Ты бы, Гермиона, не распаковывала вещички, — советовал Рон. — Снейп тебя примет. Я ненадолго к вам. У меня встреча с Блейзом на девять. Надеюсь, меня не убьют. — Так просто назначил встречу? — удивилась Гермиона. — Дорогая, мне в марте исполнится двадцать шесть, время романтики давно прошло. Пора действовать, — Рон был решительно настроен. — Мы всегда были втроём, и я не хочу ничего менять. Мы команда. Навеки! Гермиона и Гарри подняли бокалы и произнесли: «Навеки». Звон хрусталя говорил о том, что они не держат друг на друга зла. Они злятся только на тех, кто играли их жизнями много лет.

***

Утром Гарри и Гермиона вышли в Атриум вместе. Маги сдавали отчёты, а эльфы наряжали зал. — Гарри, Гермиона, вы не против, если мы начнём вечер с напоминания о ваших свадьбах? — добродушно улыбнулся Шеклболт, подписывая какой-то приказ у Перси, который сразу ухмыльнулся, зная об отмене свадеб. — Попрошу внимания! — заговорил Гарри, усиливая голос Сонорусом. — Мы с Гермионой разорвали помолвки. — Доброе утро! — Рон вышел из камина, держа за руку Блейза. Оба мужчины сияли, как начищенные галеоны. — Подтверждаю! Нам навязали любовь! Драко, Пэнси, Тео и Дафна удивлённо перевели взгляд на Забини, которого таким счастливым последний раз видели в мае 1999-го года. — Нам плевать на мнение общества! Плевать на статус в нём! — шипел Гарри. — Наши сердца у бывших Пожирателей смерти. — Гарри… — Кингсли виновато смотрел на Золотое Трио. — Гермиона… Рон… Я хотел как лучше. — Мы выиграли эту войну! — зарычала ведьма. — Мы имели право сделать выбор! Зеркало Салазара Слизерина заставило проснуться разум и сердце. — Я сделал ему очень больно, Кингсли, — шипел Поттер. — Ненавижу вас всех! Гермиона направилась к лифту, а Гарри обернулся, почувствовав на себе родной взгляд. Драко фыркнул и направился в Отдел Тайн. Невыразимцы снова просили его помощи. — Я поговорю с ним, — пообещал Блейз Поттеру. — Нет. Это я должен. — Он тебя пошлёт. Доверься мне, Избранный, — улыбнулся Забини. — Гарри, прими помощь. Ты слишком далеко зашёл, чтобы обойтись без неё, — заявил Рон. Гарри застонал и согласно кивнул. В этот раз ему и правда не помешает помощь друга Малфоя. Поттер не знал этого Драко.

***

Гермиона вошла в Отдел Тайн и прошла в комнату с зеркалом. Прикоснувшись к нему, улыбнулась, мысленно благодаря за шанс всё изменить. — Гермиона? — Привет, Падма. А Северус на работе? — У себя в кабинете. Разбирается с отчётами. Я буквально на часик забежала. Выходной. — Верно. — Где твоё кольцо? — Мы с Гарри разорвали помолвки. Это зеркало хорошо вставило на место извилины. Я напомнила Рону, кого он любил. Он в Атриум заявился с Блейзом, держа его за руку. — Бедная Джинни… — А чего её жалеть? Она в заговоре была! Ты уходила? — когтевранка кивнула. — Иди. Гермиона направилась в сторону кабинета Северуса. Уверенно постучав, услышала такое знакомое со школы: «Входите!» Набравшись храбрости, ведьма открыла дверь, и так же тихо закрыла. Снейп сразу учуял запах ромашки и удивлённо оторвался от изучения бумаг. — Я разорвала помолвку. Рон счастлив с Блейзом. Северус улыбнулся и Гермиона ответила ему такой же улыбкой. — Мне теперь не с кем пойти на вечер… — неуверенно закусив нижнюю губу, шатенка с надеждой посмотрела на мужчину в чёрном сюртуке. Поднявшись со своего места, Снейп подошёл впритык к девушке и крепко обнял. Гермиона с наслаждением прижалась к телу зельевара, которого ей не хватало столько лет. — Девочка… — интимно шептал мужчина. — Прекрасная леди, окажите честь пойти со мной на вечер завтра. Гермиона искренне засмеялась и подняла карамельный взгляд на мужчину в чьих омутах утопала с пятого курса. — Это честь для меня. Северус искренне улыбнулся и прильнул к желанным губам. Гермиона застонала прямо в губы мага, прижимаясь своим телом к его. Этот поцелуй не стоял в сравнении с Роном. От этого поцелуя мурашки бегали по коже, а эти руки были жаром на её спине, но она так давно мечтала об этом огне.

***

— Выпейте, станет легче, — Северус поставил перед Гермионой чашку с чаем. Она сидела укутанная в плед, глядя на огонь в камине. Покои зельевара вызывали у неё только положительные эмоции. — Спасибо. Надо же было так… — А я говорил, что на Гриффиндоре учатся лошади. Собьют и не заметят. Они всё дерутся за мисс Диггори из Пуффендуя? — Да, — улыбнулась девушка. — Голова уже не болит. — Зато кровь на полу осталась. — Вы её не убрали? — Убрал, а не стоило. Гермиона, Вы умная девушка, пожалейте себя. Заставьте Поттера с Уизли или Финнигана с Томасом поставить первогодок на место. — Я не умолчу. Обещаю. Просто они… считают, что у них больше прав, чем у меня. — Вы староста школы. — А они дети чистокровных волшебников. — Поверьте, я Вас понимаю, но моё молчание привело к Волдеморту. Ваше молчание однажды заставит Вас думать, что диктованные правила на самом деле Ваш выбор. — Я не допущу этого. — Надеюсь. Гермиона нежно улыбнулась и заглянула в глаза своего профессора. Оба глядели друг другу в душу, и чашка выпала из рук ведьмы, но они не заметили этого. Девушка резко впилась в губы зельевара, надеясь, что её не отвергнут. И не отвергли. Снейп прижал тело юной ведьмы к себе и жадно целовал. В ту ночь Гермиона осталась ночевать у того, с кем её тело почувствовало любовь и дарило отдачу.

***

— Драко, — Блейз поджидал друга возле лифта. — Надо поговорить. — Ты тут два часа стоял? — Да! Они были идиотами! Отказались от желанного, слушая взрослых. Они были детьми! — Которые с двенадцати лет творили такое в Хогвартсе, что сказки можно писать! — рычал Драко и они вошли в лифт. — Это не значит, что они знали, как поступать правильно. Послушай, я так был рад, когда Рон сказал, что всегда любил. Что не забывал и ненавидел себя каждый день! Что боялся осуждения общества, ведь его семья была изначально бедной, а многие до сих пор считают их предателями крови. Драко, я люблю его! Я не мог отказать! Я бы мучил обоих! — Он тебя тоже мучил. — И себя. Драко, Поттер выгнал Уизлетту! Выгнал! Драко, ты же обоих в землю закапываешь. — Я боюсь, ясно? — закричал в отчаянии блондин, выходя из лифта. — Боюсь! Я себя едва собрал! Если я дам шанс, а он меня бросит… убью себя. — Драко, — Гарри стоял, глядя на двух друзей, — дай мне шанс. Блейз быстро вышел, вытаскивая из лифта, застывшего Малфоя. Гарри подошёл вплотную к слизеринцу и упал на колени, глядя на него снизу вверх. — Прости меня за трусость! За послушность! За эгоизм! Я каждый день вспоминал тебя. Каждый день вспоминал тот поцелуй и проклинал себя! — он упёрся головой в бедро слизеринца. — Мне нужен только ты. Мне нужен Пожиратель Смерти! Слизеринец! Приспешник Волдеморта! Сноб! Школьный враг! Слизеринский принц! Лучший ученик школы! — После Грейнджер, — ухмыльнулся блондин, глядя на Гарри. — Я готов пожертвовать всем, только прими меня. Ты не пожалеешь. — Конечно, пожалею, Поттер, но я этого хочу. Гарри улыбнулся, а Драко потащил за руку гриффиндорца вверх. Поттер первым прильнул к желанным губам, которые так манили, и по которым он скучал. Зрелище закончилась, и маги вернулись к работе. Блейз подмигнул Пэнси, которая звонко засмеялась. — Зато мой ребёнок будет родственником Героя! — Пэнси, без выгоды никуда? Слизеринцы обнялись и вернулись к работе, а Гарри и Драко решили уйти. Им нужно обсудить слишком многое. Вышли они в доме Гарри. — Почему мы не пошли в мэнор? — Хочешь Аваду от отца? — ухмыльнулся Драко. — Я заслужил. — Третий раз не выживешь, Поттер. К тому же, я порог мэнора не переступал с тех пор, как закончилась война. Для меня это слишком трудно. Отец не против. Драко опустился на кожаный диван, а Гарри осел на пол и положил свою голову на колени слизеринца. — Я ведь в Британию вернулся всего год назад. Жил, учился и лечился во Франции. Там же и стажировался… — Почему ты не женился на Астории? — Ей и с Гойлом хорошо, — ухмыльнулся блондин, запуская пальцы в шевелюру гриффиндорца. — Я получил выбор и воспользовался им. Мне мир без тебя не нужен. — А как же наследник рода Малфоев? — Суррогатное материнство никто не отменял у магглов. Малфои-полукровки, как звучит? — Шикарно, — протянул Гарри, глядя на любимого. — А ты? — Не хочу. Я так устал от Джинни, что теперь хочу пожить для себя, а не менять подгузники. Драко, я ненавижу себя за то, что пошёл на поводу у тех, кто знает мир. — Каждой власти приходит конец, Гарри. — Да, и у нашего Трио есть план, но он подождёт. Сначала, я должен вымолить у тебя прощения. — Ты прощён. Гарри хмыкнул, встал на колени и потянулся к ремню на брюках Драко. Слизеринец замер от внезапности решений гриффиндорца, но перечить не стал. Поттер приспустил брюки вместе с боксёрами и уставился на возбуждённый член. Драко возбудился сразу, как понял, что удумал Поттер. Гарри любовно смотрел на ровный член с розовой головкой. Бледный фаллос, но такие выразительные вены, что Герой не удержался и прошёлся по всей длине пениса языком, а затем его губы сомкнулись на головке. Драко застонал, откинувшись на спинку дивана. У них никогда не было секса, только поцелуй, поэтому Драко запоминал каждый миг с Поттером, стоявшим перед ним на коленях, пытаясь «загладить» свою вину. И Гарри наслаждался вкусом и запахом своего змея, не сдерживающего свои эмоции, который стонал, зарываясь в волосы Героя. Поттер знал, что до постели они не скоро дойдут, а вот сделать приятно слизеринцу хотелось. Драко зарычал, изливаясь в горло гриффиндорца. Устоять невозможно, ведь когда любимые губы и язык вылизывают мошонку, член и головку, зарываясь язычком в уретру, хочется только кончить. — Это было… Ты чудо, Поттер! Гарри ухмыльнулся и нежно поцеловал губы любимого. — В этот раз всё будет иначе.