Рок рассказы

А ведь не зря говорят, что время нужно ценить, а часы, как раз-таки, являются самым что ни на есть настоящим символом времени. Почему люди их так не ценят, относятся к ним, как будто это какая-то ненужная мелочёвка? Обычные люди скажут, что часы нужны лишь для того, чтобы без лишних трудностей узнавать время, а вот истинные ценители выдадут такую тираду, что у любого обывателя мурашки по коже пробегутся, настолько она будет монументальной и величественной. Как же я рад, что могу отнести себя к тем самым малочисленным знатокам часов, которые готовы на всё, чтобы отыскать какой-нибудь новый экземпляр в коллекцию местного музея. И снова экспедиция, в которой я, как и всегда, пребываю в гордом одиночестве, лишь верный конь мне единственный товарищ. Трое суток минуло с того дня, как я покинул свой родной город в поисках какой-нибудь старого экземпляра часов, по местным деревням да сёлам. В этот раз я уехал дальше чем обычно, но меня нисколько это не пугало, а туманная перспектива найти что-то такое, что даже невозможно представить, настоящий венец часового искусства, только больше подогревала мой интерес. Наступал ещё один обыденный летний вечер. Солнце пряталось куда-то за горизонт, а на окрестности опускались сумерки, которые вскоре сменялись ночью. Со временем даже самые прекрасные явления природы, в не менее живописных местах, наскучивают и приедаются. Поэтому, хоть какое-то желание смотреть на безусловно великолепный закат у меня отсутствовало. Конь мой устал не меньше меня, поэтому было принято решение доскакать до первой попавшейся деревни или хоть какого-нибудь места, где живут люди и заночевать там. Немного приблизившись к голове верного скакуна, я, поглаживая грифу, ласково сказал ему: — Терпи, Эрнис, ещё чуть-чуть осталось, скоро отдохнём, выспимся как следует. В это же мгновение я мельком увидел табличку, на которой, по-видимому, было название деревни. С обеих сторон дороги стали возникать небольшие домишки, которые нельзя было назвать сносными даже с натяжкой. Они выглядели так, словно после их постройки минуло порядком лет, не меньше сотни, и за всё это время, их никто даже не подумал привести в порядок. Решив не заострять на этом внимание, я устремил свой взгляд на весьма ровную земляную дорогу, дабы не раздавить крестьянина какого, иль повыше кого. Не прошло и пяти минут, как я остановился у старого особняка, который выглядел, не в пример остальным жилищам, по-настоящему изысканно. Я сразу же нутром почувствовал, что здесь уж явно найдётся что-то стоящее. Спрыгнув с коня, я расправил свой походный костюм и, пройдя по неширокой дорожке, устланной камнем, поднялся по деревянным ступеням на порог. Сжав ладонь в кулак, я постучал в дверь, глухой стук отдался эхом. Не прошло и минуты, как дверь широко открылась передо мной. К моему удивлению, в дверях появилась дивная девица, которой на вид можно было дать не больше двадцати пяти. На мгновение я застыл в недоумении. Тихонько хихикнув, девушка спросила: — Вам чем-нибудь помочь? — А… да, здравствуйте, я коллекционер часов для музея в городе неподалёку, разрешите мне спросить? — спохватившись, проговорил я. — Говорите, — спокойно сказала, по-видимому, хозяйка особняка. — Не найдётся ли в вашем славном доме каких-нибудь старых часов? — вопросил я. — Уж не знаю по поводу их старости, но они имеются, прошу, проходите, — суетливо заговорила девушка, смиренно отступив в сторону и тем самым освобождая дверной проём. — Премного вам благодарен, — учтиво сказал я, поклонившись. Зайдя в дом, я буквально потерял дар речи. Такого богатого и одновременно гармонично смотрящегося интерьера я не видал уже давно, чаще всего были просто напыщенные пафосом дома без какого-либо уюта, а здесь же всё по-другому. Встрепенувшись, я прошёл вслед за хозяйкой в гостевую, находившуюся в паре шагов от входа. Оказавшись в просторной комнате, мой беглый взгляд выхватил из череды обыкновенных составляющих гостевой часы, что висели над кирпичным камином. Весь мир вокруг стал для меня неважным фоном, который нужен лишь для того, чтобы это творение могло существовать. Приведя свои мысли в порядок, я спросил: — Можно ли мне купить эти часы? Хозяйка несколько непонимающе уставилась на меня, но почти сразу же ответила: — Извините, но эти часы я не могу продать. — П-почему? Я готов отдать за них сколько угодно, прошу, — взмолился я. — Прошу меня простить, — сказала девушка, отведя взор в сторону часов. Мало будет сказать, что её взгляд выражал странность и загадочность. Только я хотел было распросить хозяйку об этом или хотя бы обдумать это в голове, как тут же мои мысли ушли совсем в другое русло. Повисло тягостное молчание, каждая минута которого лишь нагнетала обстановку. Осозновать то, что всё сделанное мною бесполезно, было больнее всего. Именно больнее, никакое другое слово не скажет точнее. Из отнюдь не радостных мыслей меня выдернул раскатистый удар грома и последующий вслед за ним второй. Я сразу же вспомнил о Эрнисе. Выбежав на улицу, я увидел лишь пыль поднятую с земли, которая шельфом уходила вдаль. — Да чтоб тебя чёрт побрал, жеребец бестолковый! — в иступлении закричал я. Окончательно ухудшая день, начался ливень. Кто-то легонько дотронулся до моего плеча, спросив: — Я могу предложить вам остаться у меня на ночь, в такую погоду лучше не соваться на улицу, как вы на это смотрите, сэр?.. — Просто Хубард, — тяжело вздохнул я, заходя обратно в дом. — Благодарю вас. — За что? — девушка уставилась на меня непонимающим взглядом, но, по-видимому, поняв, продолжила. — Да ничего, я не могла не помочь вам. — Всякие случаи бывали, так что мне ещё повезло, — проговорил я, натянув на лицо подобие улыбки. — Я забыла упомянуть, на весь дом есть всего одна кровать, так что придётся нам потесниться, — сказала хозяйка, ехидно улыбнувшись. От этой улыбки мне стало не по себе. Очень уж странно получается, первому встречному позволить такое, уж не блудница ли эта девица случаем? Хотя, другого выбора-то у меня и нет, лучше уж так, чем пропасть по дороге назад. Была не была. — Ничего страшного, главное, чтобы я вам не мешал, — проговорил я, поправляя, не понятно от чего растрепавшиеся волосы. — Не помешаете, — ответила хозяйка, улыбнувшись на этот раз более чем беззлобно. Вдруг послышался глухой удар часов, а в следующую минуту оставшиеся одиннадцать. Полночь. Но как, ведь и часа не прошло с того момента как я приехал. Сейчас от силы часов восемь вечера. От этой мысли по телу побежали мурашки. Из тревожных мыслей о чёртовом особняке меня вырвала его непосредственная хозяйка: — Может, уже пора бы отправиться на покой? — робко спросила девушка. — А… да, пора, — бессознательно ответил я. Окружающая действительность начала плыть в моих глазах, а мысли одна за одной исчезли. Казалось, что я шёл, не зная куда, целую вечность, пока неподвластное мне тело не встретилось с чем-то мягким. Не прошло и мгновения как я провалился в сон, если, конечно, его можно было назвать таковым, скорее горячечный бред. Одно лишь прибывание в таком состоянии было адской пыткой, что уж говорить о большем. Сквозь бредни, полные ярких и бредовых сцен, я услышал ровные, глухие удары, которые доносились, как будто со всех сторон. Ценой нечеловеческих усилий я разлепил заплывшие глаза. Звуки, которые вернули меня в реальность становились только громче. Окончательно предя в себя, я увидел рядом с собой хозяйку это треклятого особняка, которая тихонько посапывала в полуметре от меня. Аккуратно поднявшись на локтях, я сел на кровать, а после сразу же поднялся и на цыпочках пошёл к приоткрытой двери. Выйдя в коридор, я заметил рядом лестницу, которая вела на первый этаж. Ступени, к моему везению, оказались не скрипучими. В одно мгновение шум стих. По неясной для меня причине я пошёл в гостевую, как будто туда меня влекла какая-то неведомая сила. Оказавшись в ней, мой взгляд вновь прицепился к часам, которые так и манили к себе. Подойдя к ним, я дрожащей рукой коснулся их. К моему огромнейшему удивлению, ничего не произошло. Встряхнув головой, я пошёл обратно в спальню. И зачем я это сделал? Чтоб его, замысел сил нечистых! Я перекрестился и сплюнул. Подойдя к двери, я услышал уже знакомый удар в колокол, но по непонятной мне причине, звон разносился эхом по особняку всё чаще. В это же мгновение из комнаты послышались чьи-то нечеловеческие крики. Рывком открыв дверь на распашку, я увидел девушку, которая сидела на кровате. Её лицо исказила жуткая гримаса страха, боли и чего-то ещё. Застыв на месте, я смотрел на неё. Вдруг девушка встала с кровати и на ногах, которые были вывернуты под таким углом, что кости выпирали из-под кожи, подошла ко мне. — Зачем? — протяжным шёпотом спросила она. Вблизи её вид вселял ещё больше страха. Кожа, которая походила скорее на мрамор, сплошь покрылась трещинами, которые, казалось, становились всё больше. А глаза из пышущих жизнью превратились в мертвенно-чёрные угольки. Порождение смерти потянулось ко мне рукой. Отпрянув назад, я зарядил кулаком в голову того, что осталось от молодой девицы, но моя рука будто прошла насквозь. Посмотрев на неё, я пошатнулся — голова исчезла, а в воздухе летали из стороны в сторону какие-то серые кусочки чем-то похожие на пыль или даже прах. Пока колокол всё нарастающим ритмом оглушал меня, оставшееся тело превратилось в прах, что осел на дубовые доски, которыми был устлан пол. Казалось, что больше я не смогу почувствовать хоть чего-то, все силы были растрачены мною на потрясения прошедшие, но, по-видимому, судьба не хотела так просто оставить меня в победителях. Стены и потолок начали стремительно терять свою целостность. Отовсюду на меня сыпались пыль и опилки. Не думая ни секунды, я рванул к двери. Особняк так и продолжал рушиться прямо на моих глазах. Вся его роскошь, в прямом смысле слова, превращалась в пыль, а доски так и норовили прибить меня или оставить без глаза. По-видимому, удача решила улыбнуться мне хотя бы на миг, поэтому я сумел выбраться из особняка без шибко серьёзных травм, не считая пары садин да синяков. Выбежав на улицу, где всё ещё лил дождь, я застыл на месте, смотря на то, как дом, который был точно недавно отстроенным, превращался в груду старых прогнивших досок. Среди всего этого безумия, я заметил часы, которые излучали настолько яркий зелёный свет, что глаза начали слезиться, а уже через секунду закрылись сами собой. Свет от них стал постепенно становиться всё тускнее и тускнее, пока вообще не исчез. Открыв глаза, я уставился на кучу досок. Грусть накатила на меня волной, скрыться от которой невозможно. А ведь самое главное, из-за чего? Я думал, минуту, пять, десять, но ответа так и не нашёл. Может, это из-за прошлого? Ведь несмотря ни на что, оно остаётся таким же дорогим для каждого человека. Хоть я и не питаю особой симпатии к мнению о том, что в былые времена всё было много лушче, мне, почему-то, и впрямь прошлое сейчас стало милее и от его потери на душе ещё противнее. Дождь так и не переставал лить, а я так и продолжал думать о чём-то своём, стоя у обломков прошлого. Может быть, не идеального, но такого недостающего...