Don't Be Ridiculous/Не будь смешной

Первый человек, которого глаза Миранды находят в толпе, это Андреа, и она всё так же потрясающе красива, как и в ее воспоминаниях. Глаза Андреа встречаются с ее глазами, и Миранда видит, как улыбка молодой женщины становится немного шире. Несмотря на желание направиться прямо к ней, у Миранды есть множество людей, с которыми она должна поздороваться первой, и именно так она проводит весь первый час. Время от времени украдкой бросает взгляды на Андреа, и всякий раз, когда ловит ее ответный взгляд, чувствует, как ее сердце замирает. Возможно, ее дети были правы, хотя "тосковать", возможно, слишком мягко сказано. Наконец, Найджел присоединяется к Миранде, и вскоре она видит, как к ним приближается Андреа. С Генри. Миранда бессознательно дотрагивается до горла, пытаясь унять ревность, которая снова начинает закипать внутри. Найджел поздравляет пару с помолвкой, говорит им, как он счастлив за них. Миранда ничего не говорит, потому что не может найти в этом никакого счастья. Все, что она может видеть, это его рука, лежащая на талии Андреа. Было время, когда такие проявления привязанности считались бы вульгарными на публике. Старые добрые времена, думает она про себя. Большую часть разговоров ведут Найджел и Андреа, которые общаются как старые друзья. Она рассказывает им о своих годах после «Подиума», и когда речь заходит о помолвке, Миранде приходится улыбаться притворно, как никогда раньше. Внезапно Андреа спрашивает Миранду, не могли бы они поговорить наедине. Они направляются в коридор, и Андреа заметно нервничает. - Мне нужно кое-что сказать. Мне нужно извиниться, - начинает она, когда они оказываются достаточно далеко от любопытных ушей. - Андреа, тебе не за что извиняться, - нежно говорит Миранда и хочет протянуть руку и успокоить её дрожащие руки. - О, есть за что. Сожалею о том, что случилось в Париже, Миранда. Я… - Она нервно кусает губу. - Это было… Я была смущена и ошеломлена и, вероятно, сказала то, о чем мне не стоило говорить, - произносит Андреа, и сердце Миранды начинает ныть. - Но я рада, что ты смогла увидеть и понять все мои… всю эту… нелепость, - добавляет она и пытается улыбнуться. Миранда не уверена, смущение это или что-то еще мелькает на лице Андреа. Но ее сердце ноет еще сильнее. Андреа оставляет ее и присоединяется к своему жениху, а Миранда остается одна. Кто-то приближается к ней, но останавливается, словно понимая, что ее нужно оставить в покое. Надежда, что за нелепая идея. Миранда слышит биение своего сердца в ушах. Ей нужно уйти. Ей нужно поскорее отсюда уйти. Уходя, она проходит мимо Андреа, останавливается, нежно касается ее руки и говорит: - Как бы то ни было, Андреа. Это единственный шанс, о котором я сожалею, что не воспользовалась. - Андреа смотрит на нее в замешательстве, и Миранда добавляет: - Мои поздравления, - прежде чем убрать руку и покинуть место встречи. Она спускается по лестнице, едва сознавая, что вокруг нее мелькают камеры, садится в свой лимузин, ожидающий ее, и велит Рою отвезти ее домой. К тому времени, как она оказывается в своей спальне, единственная слеза превращается в реку, хоть она и пытается удержаться от громких рыданий. Ее ноги, наконец, подкашиваются, и она позволяет себе упасть на пол, прислонившись к кровати. Даже если это неоднократно подвергалось сомнению на протяжении многих лет, очевидно, у нее все еще осталось достаточно сердца, чтобы оно было разбито. Но разбивать свое сердце из-за того, что даже никогда не было настоящим? - Ты действительно дура, Миранда, - шепчет она сама себе. Полная дура.