Класс D-3: Отступники

Мы причалили к острову на трех шлюпках. Нас уже ждали. Пятеро мужчин в строгих костюмах вытянулись по струнке, увидев Артура. Стоящий впереди молодой человек, очевидно, был главным среди них, — светлые длинные волосы, собранные в небрежный хвост, голубые, как нефрит, большие глаза, молочная ровная кожа и родинка под левым глазом. Симпатичный мужчина выглядел немного растерянным и старался не смотреть Артуру в глаза. Лейц любезно помог Аристе подняться и ступить на мостик, после чего проделал то же самое со мной. Я заметила косые взгляды в нашу сторону, но не знала, как их расценивать. Подчиненные светловолосого мужчины бросились помогать нашим одноклассникам вытаскивать из шлюпок чемоданы. Когда все наконец выбрались из лодок, наши сопровождающие вернулись на свои места. Я незаметно огляделась и с удовлетворением заметила, что вокруг не было ни души. Не хотелось бы мне, чтобы по академии поползли слухи о том, что группа студентов прибыла в сопровождении заместителя Главы Отступников. Впрочем, мы могли просто оказаться на одном корабле, но разве это докажешь чересчур любопытным людям? Сомневаюсь. — Я рад приветствовать заместителя Главы Отступников в нашей академии, — мужчина и стоящие за его спиной подчиненные глубоко поклонились Артуру. — Вижу, вы в добром здравии, старейшина Лиам, — Лейц говорил спокойно, слегка приподняв уголки губ, из-за чего его лицо выглядело дружелюбно, однако, в его глазах был лед. Засунув руки в карманы брюк, он вальяжно прошел мимо мужчин, неохотно окидывая взглядом небольшой причал. Старейшина? Вот этот парень? Не хотелось бы судить по внешности, но я ожидала кого-то другого. Он выглядит ненамного старше Артура, которому, на минуточку, всего двадцать пять! Вероятно, Лиам имел в руках невероятно сильную способность, раз уж получил такой статус в свои-то годы. Теперь мне было даже немного любопытно, поэтому я решила расспросить об этом Лейца чуть позже. — Я не собираюсь брать контроль над академией, так что можете выдохнуть, — Артур усмехнулся, заметив легкую нервозность в действиях старейшины. Лиам заметно расслабился и даже улыбнулся. — Вы являетесь директором, и пока вы хорошо готовите студентов, должность останется за вами. Не о чем волноваться. Глава послала меня как личного учителя ее дочери. Я вспыхнула, когда изумленные взгляды пятерых мужчин метнулись в нашу сторону, но вряд ли они поняли, что именно я являюсь ребенком Элизы, потому что по внешнему виду и ауре Ариста подходила под это описание больше. Тем не менее, старейшина и его подчиненные поклонились и нам: — Для меня большая честь принимать вас в своей академии. — Не стоит, — Артур избавил меня от необходимости отвечать. Одним взглядом он приказал нам следовать за ним. — Она такой же ученик, как и остальные. А теперь разместите нас уже наконец. Меня до сих пор укачивает. Старейшина Лиам засуетился, приказал помощникам провести нас к нужному дому, и, вопреки возражениям раздраженного Лейца, утащил Артура обсудить дела насущные. Было немного не по себе без нашего сопровождающего, но я успокоила себя тем, что рядом друзья и ничего плохого не случится. Я закатила глаза, подхватила портфель Теодора, выждала, пока друг заберет мой чемодан, и мы сошли с мостика на берег. — Тимория была бы в восторге, — отстраненно протянул Синелис и вздохнул. — Интересно, как она там? Мы промолчали, сделав вид, что не услышали его, и поспешили за двумя мужчинами. Нам объяснили, что остров не такой большой, как может показаться, но здесь есть все необходимое для хорошей жизни и комфортного обучения. Ученики, как и в академии Ордена, жили в домах, но эти были почти в два раза меньше и напоминали пляжные домики с прозрачными дверями и панорамными окнами до пола. В среднем в таких общежитиях четыре комнаты, и могут жить двенадцать человек. Свободных домиков было два, и нас разместили в одном из них. Ардаган и Ариста уже на пороге заявили, что им нужно личное пространство, поэтому забрали сразу две комнаты на первом этаже, а оставшиеся две поделили на четверых в мою пользу. Трем парням пришлось ютиться в небольшой спальне, но они не были любителями конфликтов, поэтому должны были ужиться. Сопровождающие отдали Ардагану, который выглядел как лидер нашей команды, три дубликата ключей от двери и, пожелав хорошего отдыха, удалились. — Как будто на курорт приехали, — хмыкнула Ариста, сбросив легкие полусапожки в прихожей, и первая прошла в гостиную. Мы вошли следом. Небольшая комната была светлой: в центре стоял белый кожаный диван, напротив шкаф с книгами, на стенах висели картины. Гостиная была немного пустой, от чего мне стало немного не по себе. Я вспомнила дом в академии, где каждый уголок был пропитан уютом и весельем. Оставив чемоданы у входа, мы молча присели на диван и выдохнули. Оставшийся позади Ардаган, увидев развалившихся одноклассников, недовольно фыркнул и пошел в первую попавшуюся комнату на первом этаже. Когда дверь за ним закрылась, мы снова дружно вздохнули. — Теперь нужно привыкнуть к жизни здесь, — сказал Сиэль. — Хоть вышестоящие члены Ордена и полные уроды, но… в академии было весело. Мы не могли с ним не согласиться. — Не представляю, как к нам отнесутся ученики, если узнают, что мы раньше учились в Ордене, — тихо проговорил Теодор. — Именно поэтому мы должны держать языки за зубами и вести себя непринужденно. Не думаю, что старейшина станет трепаться о нас на каждом шагу. Никто ничего не узнает, — голос Аристы в этот момент звучал особенно угрожающе. — Это будет лучшим вариантом, — я тяжело поднялась с дивана, потянулась. — Занятия начнутся уже завтра. Нам повезло, что мы успели к назначенному дню. Давайте отдохнем как следует. И я собираюсь выспаться. — Я тоже! — воскликнул Тео, едва не подскочив на диване. — Ты же только и делал, что спал на корабле! — Синелис схватил подушку с дивана и слегка ударил ею по спине парня. — Этого недостаточно, — серьезно заявил друг, потирая ушибленное место. — Так что я надеюсь, что ближайшие несколько часов вы не зайдете в комнату. Чао! Теодор унесся в коридор так быстро, что мы едва осознали это. Поняв, что их только что выперли из комнаты до вечера, парни ринулись вслед за ним с громкими воплями, а мы с Аристой, переглянувшись, закатили глаза, подхватили свои чемоданы и, пожелав друг другу хорошего отдыха, разошлись по комнатам. Закрывая дверь своей спальни, я услышала, как Филеро на первом этаже громко зарычал на парней, и все вопли сразу же стихли. Вот он — залог тишины и спокойствия в доме! Пока он сам не злится. *** Вечером я проснулась от криков на первом этаже. Сонная, ничего не понимающая, я подскочила на кровати, бросилась к чемодану, выхватила револьвер и бросилась прочь из комнаты. Выбежав к гостиную и держа на готове оружие, я остановилась и растерянно хлопнула ресницами, увидев своих одноклассников. Они испуганно подняли ладони, увидев револьвер в моих руках, и Сиэль мягко проговорил: — Кана, опусти оружие, пожалуйста. — Сбрендившая, ты уже параноиком становишься, — появившийся за спиной Ардаган легким движением обезоружил меня и раздраженно цокнул языком. Я облегченно выдохнула и упала на диван. Кроме одноклассников в комнате также находился Артур, к которому я повернулась и сердито спросила: — Почему вы раскричались? — Потому что твои дружки не имеют совести, — язвительно протянул парень, искоса глядя на совершенно спокойную Аристу, сидящую рядом, и на Ардагана, что крутил в руках мой револьвер. — Мне тоже нужно спальное место, но Ардаган отказался впускать меня в комнату, а наведаться к Аристе было бы крайне невежливо и беспринципно, также, как и к тебе. А эти трое уже ютятся в одной спальне. И что мне прикажешь делать? — Филеро точно не поделится с тобой, — уверенно сказала я, и Ардаган, к моему же удивлению, не стал сердиться и только кивнул головой в знак согласия. — Мы с Аристой не можем выдержать общество друг друга больше пяти часов, так что вариант нашего сожительства также отменяется. Артур, прости, но тебе придется спать здесь. Я похлопала рукой по кожаной обивке дивана и обезоруживающе улыбнулась. Моя уверенность в том, что парень устроит скандал, росла с каждой секундой, и я смотрела на его лицо, на стремительно меняющиеся эмоции, выжидая, когда Артур взорвется. Потому что как он — заместитель Главы Отступников, — может спать в гостиной? Но неожиданно он спокойно улыбнулся, будто бы его это нисколько не тронуло. — Ничего не поделаешь. Так уж и быть. Мы были обескуражены его непринужденностью. Я скептично приподняла бровь и переспросила: — Ты это серьезно? Готов спать в гостиной? Лейц продолжал улыбаться. — Ага, конечно! Покеда, жмоты, — парень подорвался с места и рванул на выход так быстро, что мы очнулись только тогда, когда дверь с грохотом захлопнулась. Растерянно переглянувшись, мы рассмеялись. Это вполне в духе Артура. — Вот же чудик, — фыркнула Ариста, сложив руки на груди, и бросив взгляд в сторону коридора, где минуту назад скрылся заместитель Главы Отступников. — Он действительно странный, — поддакнул Синелис. — У него должна быть невероятная способность, но порой он ведет себя очень странно… Сумасбродно. — Господин Лейц всегда такой, — заверил нас Сиэль. Мы с интересом уставились на него, ожидая подробностей, и стоящие одноклассники присели. Я незаметно обвела их взглядом и, заметив их веселый настрой, выдохнула с облегчением. Мы находимся в незнакомом месте, среди незнакомых людей, но все же в кругу друзей можем немного расслабиться. Не хочется вечно бояться появления наемников, ожидать смерти кого-то из близких, хоть наша реальность и такова. В любой момент может прийти ужасное известие. — Когда я первый раз встретился с ним, он выглядел очень угрожающе, — рассказывал Рокуле. — Господин Лейц был серьезен, смотрел пристально, будто бы выискивал любой мой недостаток. Однажды я увидел, как он тренируется, и поразился его технике рукопашного боя. Было страшно подходить к нему, но я решился, и был невероятно удивлен, когда он широко улыбнулся и хлопнул меня по плечу. При ближнем знакомстве он не показался мне таким ужасающим, скорее, создавалось ощущение, будто я общаюсь с… — Сиэль затравленно оглянулся, боясь, что Артур может появиться в комнате, — сумасшедшим. Одно лишнее движение — и Лейц проглотит, как гремучая змея. Я с интересом слушала его, мысленно подтверждая каждое его слово. — Он дрался с ухмылкой на лице, словно игрался, а если кто-то проваливал задание, его глаза наливались кровью, я чувствовал его кровожадность. При этом, — вдруг рыжий одноклассник воскликнул, напугав нас, — он не любит убивать. Что удивительно для подобного человека. Хотя он не похож на эмоционально-нестабильного безумца. Не знаю, как можно правильно его охарактеризовать. — Я тоже заметила нечто подобное, — задумчиво проговорила я, откинувшись на спинку дивана. — Я плохо помню его в детстве, потому что мы не часто пересекались. Так что сказать, каким он был раньше не могу. Просто интересно, что повлияло на него. — О! Я слышал, что господин Лейц переродился в очень раннем возрасте — пятнадцать лет, — Сиэль восхищенно всплеснул руками. — Это большая редкость, — вклинился в разговор Ардаган. — Обычно перерождаются в промежутке между восемнадцатью и тридцатью. К слову, раньше я совершенно не интересовалась этой темой, потому что и своих проблем хватало, но теперь стало немного любопытно. — А почему именно так? — я повернулась к однокласснику, и он, видимо, мысленно сетуя на мою недалекость, закатил глаза, но все же терпеливо пояснил: — Подростки чаще всего эмоционально нестабильны, их тянет закончить с жизнью из-за их каких-то совершенно незначительных, по крайней мере, для взрослых людей проблем. У них, как правило, не хватает воли, чтобы вернуться к жизни. Пережить подобные мучения для них — просто нереально. А насчет людей среднего возраста нет точного ответа. Хотя многие говорят, что они просто устают от жизни и ее тягот, поэтому даже возвращаться у них нет никакого желания. Опять же — везде есть свои исключения. — Уже поэтому Артур особенный, — Ариста скривила губы. — Может быть, именно поэтому у него крыша и поехала. Мы дружно пожали плечами, но отрицать не стали. — Я ужасно голоден, — пожаловался Синелис. — Нас будут кормить? Или время диеты? — Маловероятно, что сегодня нас покормят, если только в холодильнике нет еды, — пожала я плечами, медленно поднимаясь на ноги. Оглядевшись, я заметила небольшую круглую арку, за которой, судя по всему, и находилась кухня. Я направилась туда, Синни поплелся за мной, Теодор присоединился к нам, остальные остались ждать в гостиной. Кухня была маленькой, намного меньше, чем в доме в академии, но симпатичной и даже уютной, чего не скажешь о гостиной. Небольшой круглый белый стол, вокруг которого стояли шесть стульев, металлический серый холодильник в углу, раковина и несколько шкафов. Я мысленно усмехнулась: для Артура здесь даже стула не найдется. Интересно, куда его запихнет старейшина? Я помрачнела от мысли, что свободный соседний дом может достаться ему. Я открыла дверцу холодильника и издала неопределенный звук, выражающий глубокое разочарование. Сразу же уловила запах пластика — видимо, с момента покупки им не пользовались. Естественно, там было пусто. Я сердито захлопнула его. — Даже телефона нет, чтобы позвонить и спросить, — пожаловалась я. — Почему нас вообще заставили избавиться от всех гаджетов? — задался вопросом Синелис, сложив руки на груди и с любопытством осматривая кухню. — Чтобы исключить возможность того, что кто-то из нас окажется шпионом и передаст Ордену информацию о местонахождении академии Отступников, — зевая, ответил Тео. — Нас полностью отрезали от внешнего мира. — Хотя я не думаю, что это единственная академия, — призналась я, выходя обратно в гостиную. — Ма… мама сказала, что за время затишься со стороны Ордена, Отступники смогли набрать силы, и сейчас они примерно равны. Учитывая, сколько академий имеет сам Орден, я сомневаюсь, что у их главных противников всего один остров с новобранцами. Нас привезли в главную академию, видимо, здесь учатся лучшие из лучших. — Нашли куда отправить Отстающих, — хмыкнул Сиэль, услышав мои слова. — Что там с едой? — Пусто, как в голове Синелиса, — сказал Теодор притворно-грустно. Парень собирался пнуть Тео по коленям, но друг вовремя отскочил и спрятался за мою спину. — У сбрендившей еще меньше, — ехидно протянул Ардаган, за что получил мой мрачный взгляд и немое осуждение. — Ну должна же здесь быть какая-то еда, — рассуждал Сиэль. — Может быть, тут есть магазины? Все же остров не двадцать километров в ширину и длину. Заодно прогуляемся. — Хорошая идея. Собравшись, мы вышли из дома. Ардаган, не желающий оставаться в одиночестве, увязался за нами, и всю дорогу язвил, когда я открывала рот. Немного повздорив, мы едва не поколотили друг друга на дороге, но вовремя на пути появился маленький магазинчик, и наша битва закончилась ничьей. Зайдя внутрь, мы увидели за прилавком зевающего молодого парня. Увидев нас, он вяло проворчал: — Добро пожаловать. Чего желаете, господа? — Я голоден, как лев, — заявил Синелис бесцеремонно. — Готов съесть весь магазин. — Мы осмотримся, если вы не против, — вежливо улыбнулась я, уводя в сторону друзей, и продавец махнул на нас рукой. Небольшое помещение было заставлено стеллажами и контейнерами с полуфабрикатами. Одноклассники разбрелись по разным сторонам, а я подошла к холодильнику, где находилось мороженое, а рядом — рыба и морепродукты. — Сбрендившая, — я услышала шепот Ардагана над ухом, и вздрогнула, отшатнувшись. Врезавшись спиной в его грудь, я быстро выпрямилась, чтобы не создавать неловкую ситуацию. — Чего тебе? — прошипела я, хватаясь за сердце. — Купи мне мороженое, — потребовал Филеро. Я повернула голову и подняла ее, чтобы посмотреть на его бессовестное лицо. Он стоял прямо за моей спиной, засунув руки в карманы брюк, и совершенно спокойно смотрел, как я закипаю от негодования. — У тебя денег что ли нет? Хочешь у меня на шее сидеть? — Напомнить тебе, что я сбежал из семьи? — ухмыльнулся Ардаган. Я помрачнела. Выражение его лица было таким бесстрастным, он выглядел совсем равнодушным, и я так и не поняла, действительно ли его это не волнует, или он хорошо притворяется. — Все мои счета заморожены, да и я бы не смог незаметно ими воспользоваться, а вся наличность ушла на мелкие расходы. Так что я беден, как церковная мышь. Я вздохнула. И то правда. — Ты могла бы платить мне. Я же охраняю тебя. — Все, что ты делаешь, — это заставляешь меня чувствовать себя идиоткой, — я усмехнулась, не чувствуя ни капли обиды. Уже привыкла. — Ладно. Если ты заткнешься до завтра и не будешь обливать меня ядом, то я куплю тебе мороженое. — Тогда два, — бессовестно заявил Филеро. — Я довольно несдержан — соблазн вытрепать тебе все нервы слишком велик. Чтобы заткнуть меня, одного будет мало. Я на секунду замерла от такой наглости, а после громко засмеялась, находя его реакцию невероятно очаровательной, и махнула рукой. Ардаган, довольный итогами нашей сделки, потянулся к холодильнику и открыл его. Я предусмотрительно шагнула в сторону, чтобы не мешать ему. Мельком я заметила, как он берет два фисташковых рожка. Иногда он бывает страшно милым. Улыбнувшись, я открыла соседний холодильник, вытащила пакет с кусочками красной рыбы, закрыла его и продолжила бродить по магазину. Набрав еды в три пакета, мы вышли на улицу и направились обратно к дому, наслаждаясь шумом волн и легким бризом. Ардаган сдержал обещание и всю дорогу молча поедал свое мороженое. Синелис подгонял нас, жалуясь на то, что он безумно голоден, и обратная дорога заняла у нас почти вдвое меньше. Вернувшись домой, я быстро приготовила рыбу и накормила одноклассников. После позднего ужина мы разошлись по комнатам и легли спать. *** Ранним утром, когда солнце только-только поднялось из-за горизонта, Артур бесцеремонно оборвал наш отдых. Грохот открывшейся двери заставил меня подскочить с кровати и снова потянуться за револьвером. Я услышала этот звук даже не втором этаже! Едва я схватилась за оружие, все еще не осознавая, что нахожусь в безопасности, услышала громкий голос Лейца. — Подъем, лентяи! — Тьфу ты! — бросив револьвер обратно под кровать, я поднялась, одернула футболку и, спотыкаясь о слишком длинные штанины своей пижамы, спустилась вниз. На лестнице я встретила Аристу, которая сердито зыркнула по сторонам и пробурчала: — Никакого отдыха. Я широко зевнула, прикрыв рот рукой. Мы медленно зашли в гостиную, где уже стоял недовольный Артур. Сложив руки на груди, он мрачно уставился на нас. Теодор клевал носом, сидя на полу, на диване расположились Ардаган и Сиэль, а Синелиса не было видно. — Что за шум с утра пораньше? — рассерженно вопросила я, приглаживая волосы на затылке. — У меня скоро инфаркт случится. — Через три часа в академию. Нельзя пропускать вступительную церемонию, — наставительно проговорил Артур. — Я здесь, чтобы объяснить вам правила и выдать форму. Парень указал на спинку дивана, где находилась большая гора чехлов с одеждой. Ариста промычала что-то нечленораздельное, но Лейц сделал вид, что не услышал. — Вы были зачислены в класс 4-1. Номера классам присваиваются в зависимости от ранга учащихся. То есть в первом учатся лучшие из лучших, во втором лишь немного уступающие им, в третьем средненькие, в четвертом — слабые. А в пятом — полные лузеры. — Удивительно, что нас не зачислили в пятый, — съязвил появившийся в гостиной Синелис. Мы согласно кивнули. — По правде говоря, в пятом классе всего три человека, и мне бы совсем не хотелось обучать кого-то подобного, — поморщился Артур. — Да и вы не самые слабые ученики, которых я видел. Все же, за два года вас чему-то научили в академии. За исключением кое-кого. Ардаган издевательски улыбнулся, заметив выразительный взгляд Артура в мою сторону. Я махнула на них рукой, не став ввязываться в ссору. Я еще не до конца проснулась, а начинать свой день с очередной перепалки совсем не хочется. — В таком случае Ардагану нужно пойти хотя бы на ступень выше, — прокомментировала Ариста. — Ага! Сейчас! — возмутилась я, перепугав всех присутствующих. — Выбрал такой путь — пусть страдает с нами! И пожалейте бедных Отступников — он их уничтожит своим характером. Филеро не стал отрицать. — Продолжим, — Артур хлопнул в ладони, привлекая наше внимание. — У каждого класса первого года есть свои кураторы — это выпускники академии, иногда — практиканты, то есть те, кто в будущем собираются преподавать в академии. За четвертым классом закреплены четыре куратора, по шесть человек на каждого, соответственно, на вас тоже есть. Выпускник академии: класс 1-4, Цезарь Регалис. Вы можете обратиться к нему по любому вопросу, связанному с учебой. После церемонии будет знакомство с кураторами. Артур торопливо бормотал, будто бы боялся что-то забыть, я смотрела на него, подперев голову рукой, и мысленно обругивала его последними словами. И ради этого он поднял нас на три часа раньше? — Расписание также он вам предоставит. Кантарина, когда в твоем расписании будет тренировка, ты сворачиваешь с общего пути и направляешься ко мне. — И как я тебя найду? Я не экстрасенс, — я развела руками. — Дай мне хоть какой-то ориентир. — Спросишь у куратора, где находится кабинет директора. Скорее всего, я буду там. Если же нет, то меня заменит старейшина Лиам. — Признайся, ты просто хочешь спихнуть на него свою работу, — ухмыльнулась я. — Мне тоже нужны выходные, — не стал юлить Артур, и мы улыбнулись друг другу. Мне нравится, когда между нами взаимопонимание. — Я тоже хочу отдельные тренировки. Не хочу работать с этим стадом, — заявила высокомерно Ариста, Ардаган согласно хмыкнул. — Тебя никто не заставляет, уважаемая Ариста, — с милой улыбкой Артур указал на дверь. — Выход там. Думаю, вплавь ты доберешься до континента примерно через месяц, если тебя не съедят акулы. Синелис прыснул, за что получил разгневанный взгляд Женерии. Я хлопнула девушку по плечу, успокаивая. — Предлагаю поменяться телами, — шутливо прошептала я. — Если бы я только могла! — Почему вы только и делаете, что ноете? — устало вздохнул Артур. — Я ожидал большего от вас. — Почему же? — удивился Сиэль. — Мы ничего из себя не представляем. Отстающие — вот кто мы. — Я думал, что нужна невероятная стойкость, чтобы существовать в Ордене, как «отстающий». Потому что в таком месте, — его тон стал резче, — отстающим нужно только выживать. Мне не понравилось, как это прозвучало, но я не могла с ним согласиться, однако, и не принять его правоту тоже была не в силах. Все просто — в академии мы хоть и были слабейшими, но не подвергались издевательствам, нас не унижали так, чтобы мы не могли не пережить это. Мы вполне мирно сосуществовали с остальными, смирившись со своим положением и не желая большего. И все же, я не могу знать о том, что было бы, будь мы «отстающими» за пределами академии. Это уже другой, более жестокий мир, где играть по правилам попросту невозможно. — Ладно. Хватит болтовни. Я подписал каждый чехол, чтобы никто по ошибке не надел юбку, — с ядом в голосе протянул Лейц, бросив мимолетный взгляд в сторону Синелиса. Тот вспыхнул то ли от ярости, то ли от унижения, но разумно промолчал. — У вас есть полтора часа на сборы. — А еще полтора на что? — удивилась я. — Пойдем до академии. Путь неблизкий. С этими словами Артур бросил в нас чехлы и заставил разойтись по комнатам. — И только попробуйте снова уснуть! *** Я в очередной раз широко зевнула, покачнувшись на невысоких каблуках. Взяв Теодора, который, к моему удивлению, выглядел бодрее, чем обычно, под руку, я избежала неизящного падения на асфальт. — Напомни мне, почему мы идем пешком, — попросил Синелис громко. — Ариста, разве ты не можешь создать машину или что-то такое? — И потратить свою драгоценную энергию на подобную ерунду? — хмыкнула девушка. — Я же не виновата, что вы в край обленились. Я взглянула на ее спину и снова поразилась тому, насколько хороша она была. Жилет темно-бордового цвета подчеркивал тонкую талию, хрупкие запястья скрывали длинные рукава черной рубашки, юбка до середины бедра открывала вид на ровные, стройные ноги. Светлые волосы, развеваясь на ветру, мерцали в свете солнца, как нити из чистого золота. Форма академии Отступников идеально подошла и Ардагану с его багровыми глазами. Сиэль очень выделялся своими огненными рыжими волосами, а Синелис — разноцветными глазами. И только мы с Теодором были не такими заметными, как они, чему я даже порадовалась — мы можем спрятаться в их тени и не беспокоиться о том, что кто-то обратит на нас свое внимание. Конечно, мы тоже были необычными — мои бело-черные волосы и мрачная аура Теодора, — но на фоне остальных были совершенно заурядными. — Здесь никто не пользуется машинами, — объяснил Артур, поправив черную шляпу, которая скрывала его лицо. — На таком небольшом острове это бессмысленно. Зато, — он проводил взглядом проезжающий мимо нас велосипед, на котором сидели два парня, вцепившись друг в друга и громко хохоча. Лейц тоже улыбнулся, — здесь очень распространены самокаты, ролики и велосипеды. Здоровый образ жизни, дамы. — Почему во множественном числе? Я молчала все это время, — протянула я скучающе, повернув голову и наблюдая за спокойными волнами океана, набегающими на песочный берег. — Придирчивая, — довольно проговорил Филеро. — Действие мороженого закончилось еще вчера, — напомнил он, предвидя, что я начну кричать и обвинять его во всем подряд. Я сжала губы, на зло решив не подливать масла в огонь. Вот же придурок! — А нам не должны предоставить хотя бы самокат, а? — удрученно провыл Синелис. Я ехидно заметила: — Ага. Один на всех. Заберемся впятером на шею Ардагана и поедем. Со скоростью три метра в час. Артур расхохотался. — Не жалуйтесь. Мы все в равных условиях. Я тоже, как видите, без транспорта, — он развел руками. Недовольная Айя выползла из рукава его белой рубашки и зашипела на всех вокруг. Парень уже по привычке затолкал ее обратно, шикнув, чтобы она не пугала особенно впечатлительных — он не стал указывать пальцем, но я знала, что он намекает на меня. Мы добрались до академии только через час после выхода из дома. С учетом того, что мы не особенно спешили, в среднем дорога до здания академии пешком занимает сорок минут, а на велосипеде — чуть меньше тридцати. Здание учебного корпуса выглядело очень симпатично и современно — белое прямоугольное здание в три этажа, с чисто вымытыми высокими окнами. Идеально подстриженный газон окружал широкую, выложенную крупным камнем, дорогу к главному входу. Ничего лишнего. — Пока что мне все нравится, — высказалась высокомерно Ариста, на что мы только улыбнулись, согласно качнув головами. Я подняла взгляд и заметила, что многие ученики собираются именно около панорамных окон. Они переговаривались, улыбаясь, и иногда поглядывали в окна, рассматривая пребывающих учеников. Атмосфера была дружелюбная и очень теплая, что меня не столько обрадовало, сколько удивило. Я относилась к этому месту предвзято, думая о том, что Отступники — люди довольно мрачные и обиженные на Орден и мир в целом, но, кажется, мама не соврала, когда говорила о том, что каждый ученик поступил в академию по своему желанию, без принуждения. Все присутствующие в этом учебном заведении — студенты, целенаправленно выбравшие этот путь без запугивания и принуждения. Они отличаются от тех, что были в Ордене. Легкая улыбка появилась на моих губах, и это заметил взволнованный Теодор. Он тоже не смог не улыбнуться, посмотрев на выражение моего лица. — Почему ты выглядишь такой довольной? — вопросил друг, тихонько посмеиваясь и приобнимая меня за талию. — Я просто вспомнила, что каждый ученик здесь находится добровольно. Мне нравится такая политика. — Тут я с тобой согласен, — появившийся слева Сиэль скромно протянул мне ладонь. Я посмотрела на нее, приподняв бровь. После произошедшего мы не общались также близко, как раньше, но порой я очень сильно об этом сожалела. Мы называли его предателем, но можем ли теперь так утверждать, когда сами попали в подобное положение? В конце концов, я понимаю, почему он так поступил. Хочу ли я его оправдать? Конечно. Усмехнувшись, я хлопнула его по ладони и обхватила ее пальцами. Друг просиял, одарив меня самой обворожительной улыбкой. Артур толкнул деревянные двери, и мы вошли внутрь. В вестибюле было немноголюдно, Лейц поторопил нас, и вскоре новоиспеченный класс 4-1 поднялся на второй этаж — в актовый зал. Большое помещение, где были расставлены стулья, напомнило мне о школьных годах. Наш сопровождающий попросил занять свои места, а сам удалился, проворчав что-то о том, что старейшина Лиам заставляет его работать больше нужного. Первыми в зал, уже наполненный людьми, вошли Ариста и Ардаган. На них многие обратили внимание, чему я не была удивлена — вальяжные походки, холодные взгляды и каменные лица. Они сияли ярко, даже ослепительно. Уверенные в себе, они, расчищая нам путь, прошли до первого ряда, где находились места для первокурсников. Сиэль и Синелис шли следом, и пусть их аура была немного слабее, они не уступали первой паре. За ними тащились мы с Теодором, к которым многие потеряли интерес. Но были и те, кто смотрели внимательно, оценивающе. Сжав губы, я выпрямила спину, задрала подбородок и потащила зевающего и совершенно не заинтересованного происходящим Теодора за одноклассниками. Мне не нравилась сама мысль о том, что на меня могут смотреть свысока лишь потому, что внешне я ничем не выделяюсь. Может быть, гордость не позволяла, а возможно, я не хотела, чтобы репутация матери пошатнулась. Да кого я обманываю? Конечно, это была гордость. Да и кому понравится, когда на него смотрят как на улитку? Вроде забавная, но к ней быстро теряешь интерес. На местах нашего класса уже сидела половина группы. Мы устроились рядом. По привычке сложили руки на груди и закинули ногу на ногу, будто бы принимая защитные позы. На мероприятиях в академии мы всегда так делали. Но ученики, налюбовавшись на наших одноклассников, продолжили свои разговоры и знакомства. — Если судить по тому, что вокруг нас не образовалось пустое пространство, никто ни о чем не знает, — шепотом протянул Сиэль, наклонившись ко мне. — Тогда не болтай об этом! — шикнула я на него, и парень, примирительно подняв ладони, выпрямился. Вскоре разговоры затихли, пустые места заполнились учениками, а на сцену вышел уже знакомый нам старейшина Лиам. Мужчина ласково улыбнулся, встав на край сцены. Все затихли, и его голос, ничем не усиленный, прозвучал на удивление очень громко. — Рад видеть вас всех здесь. Те, кто со мной не знаком, — Лиам элегантно прижал руку к груди, слегка поклонившись, — я — директор первой академии Отступников — старейшина Лиам Фрост. Первокурсники зашептались. — Директор — сам старейшина? Невероятно! — Такой молодой! — Наверное, он невероятно сильный! — Конечно, это же первая академия — здесь учатся сильнейшие. Дождавшись, пока прошедшее по рядам волнение не успокоится, Лиам продолжил. С его лица не сходила улыбка, однако, он не выглядел смазливо, его поведение не вызывало неприятное чувство приторности. Однако, не смотря на то, что он был мягок, он совершенно не напоминал мне Димитрия. Между ними не было сходства во внешности, но в ауре — очень даже. И все же я видела четкую границу — возможно, потому что уже начала воспринимать Верума, как близкого родственника. Тряхнув головой, я прислушалась: — Второкурсники и те, кто старше — вам известен порядок, а вот первогодкам предстоит узнать многое о нашей академии. У каждого класса первого курса будет по четыре куратора-старшекурсника. После церемонии вам нужно будет пройти в закрепленные за вами классы, где вы сможете поговорить со старшими товарищами, — рассказывал старейшина Лиам. — В этом году в нашем преподавательском составе произошли изменения. Счастлив представить вам господина Артура Лейца — Заместителя Главы Отступников. Новость повергла всех в шок. Вместо аплодисментов и возбужденного крика, в зале повисла тишина, которую разбил стук шагов Артура по сцене. Он важно прошагал из-за кулис, засунув руки в карманы черных брюк. Обвивающая его шею Айя приподнялась и мне показалось, что в этой гробовой тишине я услышала ее сердитое шипение. Длинные пряди, выбившиеся из высокого хвоста, падали на его лицо. Лейц выглядел угрожающе без своей улыбки и задорного блеска в глазах. — Разительно отличается от того, как он ведет себя с нами, — шепнул Теодор, восхищенно смотря на парня. — Как уверенно он держится! Я удивленно хлопнула ресницами. Окинув холодным взглядом зал, Артур, так и не дождавшись восторженных возгласов учеников, громко заявил: — Мое имя — Артур Лейц. Можете обращаться ко мне «заместитель Главы» или «господин Лейц». Я буду преподавать у старших курсов боевые искусства с применением способностей, а также, после небольшого наблюдения, могу отобрать в специальную группу особенных студентов с первых и вторых. Я понимала, к чему это было сказано. Чтобы не возникало лишних вопросов, если кто-то заметит, как заместитель обучает обычную первогодку. Подозреваю, что никому из нас не выгодно, чтобы кто-то узнал о моем родстве с Главой. — Я не буду скрывать от вас правду, — я застыла, на секунду забыв, как дышать, и паника накрыла меня с головой. Он собирается рассказать всем? Нет, это бессмысленно. Зачем тогда было говорить про специальную группу первокурсников? Я не могу понять его! За эти пару мгновений, что он молчал, ожидая реакции учеников, в моей голове пролетели тысячи мыслей, порой очень глупых и абсурдных. И когда он снова заговорил, я вздрогнула. — Наступают тяжелые времена. Орден посылает ищеек, выискивая Отступников, что прячутся в тени, и каждый день мы рискуем потерять еще с десяток талантливых перерожденных. Вы — ученики первой академии, сильнейшие среди всех своих сверстников, на вас большой груз ответственности. Я не хочу давить, но не вижу смысла закрывать розовой пеленой ваше зрение. Война становится ожесточеннее, и нам нужно как можно больше опытных бойцов. На вас возлагаются большие надежды. Прошу, оправдайте наши ожидания. Слегка склонив голову, Артур развернулся на каблуках и медленно направился обратно за кулисы. Звук его шагов совпадал с моим сердцебиением — быстрым и громким. Его речь пробудила внутри меня странные, смешанные эмоции, которые описать словами было достаточно сложно. Думаю, это была смесь страха, отчаяния, непонимания и отрицания. С одной стороны я понимала, что это неизбежно, но часть меня все еще пыталась заблокировать плохие воспоминания и напомнить о том, что все не так плохо. Я мысленно усмехнулась. Не знала, что оптимистка внутри мне все еще жива. Удивительно. Ученики поздно спохватились: переварив слова Артура, они взорвались аплодисментами, зал наполнили восторженные крики и свист, все подскочили со своих мест. Такая бурная реакция ошеломила меня, и я сжалась, испуганно оглядываясь по сторонам. Старейшина Лиам обладал уникальным навыком — он был способен успокаивать бушующую толпу. Всего за минуту, если не меньше, он смог заставить студентов замолчать и вернуться на свои места. Еще некоторое время мы наблюдали за тем, как выходили на сцену учителя и желали нам хорошего учебного года. После окончания вступительной церемонии все начали расходиться по классам — первокурсников пропустили вперед, что меня несказанно удивило. Что в академии Ордена, что в обычной школе, старшеклассники всегда задирали носы и старались показать свое превосходство при любой возможности. Здесь же, если судить по первому впечатлению, старшие товарищи не просто пытаются показать свою власть, но и покровительствуют младшим. Хотя, даже в таком месте, я уверена, найдутся отдельные примитивные личности, чье развитие остановилось достаточно давно. Следуя за своими новыми одноклассниками, мы подошли к закрепленной за нами аудитории номер пятнадцать, которая находилась в главном корпусе на втором этаже. Я заметила, что первокурсники жмутся на пороге, не решаясь войти, и вытянула руки по сторонам, заметив, как Ардаган и Ариста собирались пробиться через толпу и первыми войти в класс. Они недовольно посмотрели на меня, в ответ я только отрицательно покачала головой. — Не нужно привлекать еще больше внимания, — шепнула я и в следующий момент кто-то из кучки робких учеников раздраженно крикнул: — Ну сколько можно? Двигайтесь вперед! Как ни странно, но восклицание неизвестной девушки придало всем уверенности, и мы полным составом ввалились в класс. Три ряда черных парт и удобных высоких стульев со спинками круглой формы занимали большую часть помещения. В углу, около окна, стоял шкаф со стеклянными дверцами, и он был совершенно пустым. Доска черного цвета на белоснежной стене выглядела слегка угрожающе и слишком контрастно, но я быстро переключила свое внимание на четверых кураторов, стоящих у стола преподавателя. Две девушки и два парня терпеливо ожидали, когда наш интерес к интерьеру класса угаснет. Я мельком глянула на них, сразу же заметив в руках каждого из них несколько папок нейтрального песочного цвета. Нетрудно было догадаться, что это личные дела. Я отступила на шаг, заходя в тень Ардагана и Аристы, и наконец смогла нормально рассмотреть кураторов. Один из них — невысокий парень со спортивной, крепкой фигурой, особенно выделялся за счет своих кудрявых светло-сиреневых волос. Серые глаза излучали добро и тепло, но я почему-то сразу же отказалась от мысли, что это — Цезарь. Может быть потому, что второму парню это имя подходило больше. Высокий, хорошо сложенный, с глубокими черными живыми глазами, темными, чуть волнистыми волосами и светлой, ровной кожей. Черты его лица были немного резкими, но благородными, что выдавало в нем истинного аристократа. Я отстраненно подумала о том, что именно так мог выглядеть Цезарь в молодости. Девушка, что стояла слева от кудрявого парня, почему-то напомнила мне Трису, из-за чего меня на пару секунд накрыла грусть. На ее губах играла едва заметная, задорная улыбка, глаза цвета родниковой воды сияли, выдавая ее предвкушение, а тонкие, изящные пальцы теребили кончики одной из папок. А вторая была холодна и выглядела, как статуя. Русые, прямые волосы спускались по ее спине и плечам, симпатичное лицо радовало глаз, но кроме ледяного взгляда ничего необычного в ней не было. — Что ж, — подал голос доброжелательный парень с сиреневыми волосами, улыбаясь, — если вы закончили, то мы просим вас занять свои места. Мне понравилось, что здесь были одноместные парты — я заняла предпоследнее место на третьем ряду, за мной расположился Ардаган, со стула передо мной Ариста согнала Теодора, и лучший друг, надув губы, сел на второй ряд. Сиэль — за ним, Синелис — перед Тео. Довольно удачное расположение. Когда все места были заняты, кураторы снова заговорили. — Итак, не будем тянуть, — звонкий голосок девушки, так похожей на Трису, был очень приятным, как музыка. — Мы — кураторы класса 4-1. Меня зовут Николь Ладоне, можете обращаться ко мне по имени, я зависаю в классе 1-4. Я буду курировать шестерых из вас… Пока она называла фамилии, я наблюдала за классом. Если я правильно помню, Артур сказал, что учеников по классам распределяют в зависимости от ранга, также, как и в Ордене. И наша группа — предпоследняя, то есть, приблизительно ранг D. Теперь мне понятна их нерешительность. В академии сильнейших они считаются слабаками, какими были мы когда-то. Но если сравнивать с другими академиями, то у них уже ранг С. Это значительный отрыв. Далее слово взял кудрявый парень. — Я — Дэмиан Харрис, для вас просто «старшак», из класса 2-4, — Николь шутливо толкнула его в плечо под неуверенные смешки наших одноклассников. — Моими подопечными являются… Как и ожидалось. Значит, тот парень действительно Цезарь. — Можете называть меня мисс Лайлас. Ангелина Лайлас, учусь в классе 2-4, — голос у второй девушки был хриплым и даже грубым, словно она уже не один год курила табак. — Я буду куратором следующих шести человек… Когда наступило время Цезаря, я сосредоточила на нем все внимание. — Мое имя — Цезарь Регалис, класс 1-4. Оставшиеся шесть человек — Сиэль Рокуле, Синелис Зиковьен, Теодор Зеккрейц, Ариста Женерия, Ардаган Филеро, Кантарина Ноэлли — становятся моими подопечными. Я попрошу вас подняться. Я порадовалась тому, что мама уже давным-давно не пользуется этой фамилией, и поднялась следом за своими друзьями. Оглядев нас, Цезарь молча кивнул. — Мы выдадим вам ваше расписание на этот семестр, а также обменяемся контактами. Прошу всех, подойти к своим кураторам. Мы неохотно приблизились к Цезарю, справедливо опасаясь его. Наш куратор — выпускник, к тому же, высшего ранга. Кто знает, что он может выкинуть. — Надеюсь, мы поладим, — сказал он, слегка приподняв уголки губ, и его взгляд метнулся в сторону Аристы, которая стояла слева от Ардагана с каменным выражением лица. Я едва сдержала улыбку. Даже так она привлекает внимание. Он протянул расписание ей и только потом остальным. — С обратной стороны написан номер дома, где я живу, если будут какие-то вопросы, можете приходить. Или же использовать внутреннюю почту, с которой познакомитесь чуть позже. Также меня можно найти в аудитории номер двадцать восемь, класс 1-4. — Как вас называть? — вежливо спросила я, заведя руки за спину. Парень посмотрел на меня, слегка нервно вздохнул. Я подозрительно сощурилась. — Как вам угодно, — Цезарь попытался скрыть волнение за улыбкой, но я хорошо умела читать эмоции других людей. Ардагана, опять же, в счет не берем! — Видимо, заместитель разболтал своим длинным языком весь секрет, — я понизила голос до шепота, раздраженно закатила глаза. — Я один из сильнейших выпускников первой академии, — негромко возразил Цезарь, обидевшись на мои слова. — Мне можно доверять. Господин посвятил меня в тайну, чтобы я мог помочь вам в особенном случае. Никто лучше меня не сохранит эту информацию, поверьте. — А нам разве нужна помощь? — скривился Ардаган, сложив руки на груди. Я чертыхнулась про себя. Цезарь сконфуженно пробормотал: — Я имел в виду… госпожу Ноэлли. — Я про то же, — неожиданно парировал одноклассник. — Нам не нужна ваша помощь. Его слова по какой-то причине смутили меня, и я неловко кашлянула, отведя взгляд. — Не время для ссор. Надеюсь, вы присмотрите за нами, — я смягчилась и одарила Цезаря очаровательной улыбкой. В конце концов, пока что он не сделал ничего, чем мог бы заслужить грубость в ответ на вежливость. Я заметила, что он облегченно выдохнул и расслабился. — Тогда я объясню вам основные правила академии, а после вы отправитесь на занятия. Первый день в академии должен быть, если не хорошим, то хотя бы сносным!