Класс D-3: Отступники

Ветер теребил темные, как молочный шоколад, волосы. Я выдохнула клубок пара, пряча замерзшие ладони в складках бесформенной толстовки. По ночам весной было холодно, а уж на крыше, обдуваемой всеми ветрами, тем более. Ждать возвращения напарника долго не пришлось. Я ощутила смутно знакомый, слабый запах чая с лимоном и обернулась. На крышу, кряхтя, вывалился Себастьян. В руках у него было два картонных стаканчика: один, очевидно, мой, а другой с кофе для него. — И почему в круглосуточных подставки не выдают? — пробурчал он, приближаясь ко мне. — Мне пальцы обожгло. Я тихо рассмеялась, забирая из его рук горячий стаканчик. — Зато руки теперь теплые. Парень фыркнул что-то нечленораздельное, присел рядом, свесив ноги в пропасть. Он почему-то никогда не боялся упасть. Будто бы чувствовал себя бессмертным. Я улыбнулась, отпила немного горячего чая. Кислая нотка лимона заставила меня улыбнуться. Всегда любила чай с лимоном. В отличие от кофе. Он мне не нравился — разве что запах приятный, и то не всегда. — Жду отпуск уже, — буркнул Себастьян тоном обиженного на взрослого ребенка за то, что тот не дал ему конфетку. — Устал. Я громко расхохоталась, едва не расплескав чай. Потянулась к нему и легонько постучала ледяной ладонью по теплому лбу. Тьян дернулся в сторону, уходя от моих рук. — С ума сошла, Тари? — возмущенно воскликнул он, прижимая к себе стаканчик с горячим кофе. — Холодно ведь! — Прости, — не смогла сдержать смех. — Просто хотела напомнить твоей пустой головушке, что у нас нет отпуска. По крайней мере, официального и оплачиваемого. — Да, без денег трудно будет, — поморщился Себастьян. — Из-за них мы здесь и работаем. Я пожала плечами. — Но не всегда же будем так жить, — задумчиво протянула, рассматривая ночной город. С высоты десятиэтажного здания все казалось таким маленьким, неважным, совсем незначительным, также, как и их проблемы. Ну, или по крайней мере, мои. Хоть я и знала, что, стоит мне покинуть крышу и спуститься обратно — ко всем мирским делам, — все вернется обратно, на свои места, было приятно почувствовать хотя бы иллюзию свободы. Ее каплю. — Когда-нибудь все изменится. Себастьян хмыкнул, смерив мое задумчивое лицо скептичным взглядом. Раньше я не замечала того алчного, маниакального, почти безумного блеска в его глазах, тогда казавшихся мне самыми красивыми и добрыми. Дурочка. — Я готов остаться членом мафии до конца жизни, если они продолжат повышать мне зарплату. — Всю жизнь? — недоверчиво переспросила я. — Заниматься чем-то противозаконным? — А почему нет? Деньги не пахнут — ни воровством, ни кровью. Кому какая разница, каким способом я их добыл? Я покачала головой. — Нет, это не для меня точно. Ты же знаешь, я делаю это только ради семьи. Как только встанем на ноги — я уйду. Не хочу губить свое будущее. — С такой семейкой… Ты его уже загубила, — хмыкнул он. — Что они тебе могут дать? Даже выучиться нормально не сможешь. Деньги давать тебе не будут, а за обучение сейчас приходится отваливать очень много. Не лучше ли остаться под знакомым крылом, где тебя прокормят, не потребуют даже минимальное образование? Еще и карьерный рост есть. Авось, дослужусь до Главы мафии и потом буду ездить, куда захочу. Стану свободным и богатым. Тогда меня уж точно никто не сможет остановить. — Амбициозный какой, — ухмыльнулась я. Себастьян нашел мою ладонь, крепко сжал ее в своей и широко улыбнулся. — Вот увидишь. Я стану величайшим человеком в этом мире. У меня будет все — власть, сила и несметные богатства. Я стану королем, а ты — моей королевой. Я зарделась, смущенно хихикнула. — Далеко идешь. Ладно, я тебе поверю, Тьян. Тогда скажи-ка мне, куда мы поедем в первую очередь? Нет! Лучше предоставь мне список! Я составлю подробный план и начну собирать вещи, — я не удержалась и засмеялась. Но он явно воспринял мои слова всерьез, потому что начал возбужденно перечислять места, куда хотел бы поехать… Я задумчиво кусала ноготь, вспоминая, о чем он говорил. В этом может крыться подсказка. — Не грызи ногти, — раздраженно проговорил сидящий рядом Ардаган, вырывая меня из воспоминаний. — Заразу еще какую-нибудь подцепишь. — Уже, — ехидно сказала я. — Целых две. Сидят по обе стороны от меня. Артур проигнорировал мой подкол, Филеро цокнул языком, а Димитрий тихо прыснул, также, как и Тео. — Может, ты сосредоточишься на деле и перестанешь растрачивать свои и так мизерные умственные способности на придумывание шуток и ехидных замечаний? — Лейц взял со стола стеклянный, пузатый стакан с виски и сделал большой глоток. Остатки янтарной жидкости плескались на самом дне. — Увы, это не в моих силах, — с притворной грустью вздохнула я. — Это заложено в моей природе. Ты, вроде как, должен был уже привыкнуть. Заместитель отмахнулся и допил виски. — Так что, ты вспомнила хоть что-нибудь? — поинтересовался папа. Теперь печаль в моем голосе была настоящей. Как и злость. — Увы, я слишком хорошо все помню. Но вряд ли те места, куда он хотел поехать в прошлом, имеют какое-то значение сейчас… Хотя… Все четверо смерили меня заинтересованными взглядами. — А есть возможность отследить его по документам? — ответ на этот вопрос я знала, но должна была уточнить. — Уже пытались, — вздохнул отец. — За пределы страны он не выезжал. Если, конечно, у него нет поддельных документов. По энергии найти его тоже невозможно — всем членам специальной группы выдавались браслеты, позволяющие скрывать ауру. Их создают специально для таких наемников-убийц. Так что скрываться этот ублюдок может годами, в любом месте. Даже у нас под носом. — Он так и сделает, — уверенно заявила я, откидываясь на спинку стула. — Если я знаю его настоящего, в чем, конечно, сомневаюсь, то он не станет прятаться слишком далеко. Он азартен — любит играть с огнем. Себастьян будет играть с Орденом, даже с Отступниками. С нами в первую очередь. Уверена, ему не терпится отомстить мне за то, что изуродовала его идеальную кожу шрамом. Вспоминая, как оставила на его груди ожог, невольно чувствовала себя невероятно сильной и удовлетворенной. Впрочем, я была уверена, что мне придется за это поплатиться. Себастьян это так просто не оставит. — Значит, нужно искать где-то в центре, — пробурчал отец. — Первое, Второе или Третье подразделение. — Скорее всего Третье, — почему-то я была в этом уверена. И снова заинтересованно-недоуменные взгляды в мою сторону. — Он эмоционально связан с ним. Вернее, со мной. А я — с этим подразделением. Это место, где мы снова встретились. — Не знал, что этот ублюдок чертов романтик, — огрызнулся Ардаган. Я смерила его раздраженным взглядом. — Дело не в его сентиментальности. Я нанесла ему травму. Себастьян такое не забывает. Соответственно, постарается держаться ближе к месту, где в последний раз находился объект его ненависти. Человек, которому хочется отомстить. — Ты неплохо разбираешься в психологии, — с долей восхищения проговорил отец. Я отмахнулась. — Нет, ужасно. Но я, как бы это не было прискорбно, слишком хорошо знаю Себастьяна. Опять же — в этом тоже появляются сомнения. Возможно, никто, даже он сам, не знает, кто такой на самом деле Себастьян. Я отталкиваюсь от того образа, который он на себя надел в то время, когда мы работали в мафии. — Я тебя понял, — кивнул Димитрий. — Попробую поискать его там. — Дай знать, если что-то найдешь, — попросила я. — Не лезь в это, — осадил меня Артур. — Тебе в эту драку вмешиваться точно не надо. Мы сами разберемся. — Боюсь, он это так просто не оставит, — вздохнула. — Мы столкнемся с ним. Это неизбежно. — Даже если так, будем избегать этой встречи столько, сколько возможно, — добавил Теодор. Я закусила губу, когда в груди неожиданно кольнуло. Вспомнилось кое-что неприятное, и я решила на всякий случай уточнить. — Артур, скажи, — парень вопросительно посмотрел на меня, — а мои братья и сестра… За ними же присматривают, да? — Думаешь, он захочет воздействовать на тебя через них? — опасливо спросил отец. — Не исключено, — кивнул Ардаган. — Он знает, что ты сделаешь для них все, что угодно. Это слишком заманчиво. Я почувствовала, как кровь отлила от лица. Перед глазами пролетели картинки того, как Себастьян убивает Отступников, защищавших мою семью, врывается в дом и берет в плен моих близких. Дышать стало тяжелее. — Артур? — Эй, — родственник неожиданно положил ладонь на мое плечо, заглянул в глаза. Впервые за долгое время я не увидела в его взгляде снисхождения и насмешки. Он выглядел серьезным, немного взволнованным, но все же уверенным. И в тот момент даже мягким, если, конечно, это определение может относиться к Лейцу. — За ними присматривают. Мое доверенное лицо лично контролирует это и каждый месяц присылает отчет. Твои мелкие под защитой. Я же обещал. Впервые от его слов мне не было паршиво. Они слегка убавили мой страх, но червячок сомнений и тревоги все же грыз сердце. Что-то было не так… — Отвези меня к ним, — попросила я тихо. Артур вздрогнул. — Что? Я же сказал… Я бессовестно перебила его, спокойно сказала: — Слышала. Я тебе верю, и все равно боюсь. Себастьян не остановится, от этого мне не спокойно. Хочу лишь убедиться. Все равно же на континенте. Повидать семью лишним не будет. Лейц еще несколько секунд смотрел на меня, потом вздохнул и махнул рукой. Поднялся. — Я оповещу госпожу. Потом съездим. — Спасибо. Ты еще не такой придурок, как я думала. Я посмотрела на задумчивого отца. — Папа, поехали с нами, — вдруг выпалила я. Ардаган поперхнулся соком от неожиданного заявления. Димитрий поднял глаза, полные приятного удивления. Я поспешила исправиться, чувствуя, как от смущения заалели щеки. — Если ты свободен, конечно. Было бы неплохо провести немного времени вместе. Я познакомлю тебя с моими младшенькими. И с братом, который вырастил меня. Алехандро очень милый человек. Правда, Ардаган? Я с интересом повернулась к нему, желая узнать, что он думает по этому поводу. Филеро пожал плечами. — Вроде как. — Вы знакомы? — изумился отец. Видимо, это действительно было слишком невероятно, что Ардаган знаком с моей семьей. — Давно. Сбрендившая затащила меня в гости. — Не я, а Алехандро, — поправила. — Ты и не сопротивлялся особо. — Было вкусно, — не мог не признать парень, снова пожав плечами и старательно строя из себя равнодушного. Я едва сдержала улыбку. — У кого, ты думаешь, я училась готовить? Ардаган закатил глаза, но не было в этом жесте раздражения. Я снова повернулась к отцу. Он спокойно наблюдал за нашим диалогом, без удивления, без осуждения. Видимо, и сам все понял. Я же говорила — люди вокруг замечают больше, чем мы сами. Впрочем, пока мы не готовы признать это. — Так что ты думаешь насчет поездки? Отец широко улыбнулся. — Я с большим удовольствием, но боюсь, что пока это опасно. Не исключено, что кто-то из Ордена может присматривать за твоим домом. Мне там появляться точно не стоит — никто же не знает о том, кем ты мне приходишься. И пусть так и останется. Отступники вас защитят, а вот мое положение будет шатким. — Да, ты прав. Я не подумала. Прости, — виновато понурила я голову. Димитрий протянул руку, коснулся моей макушки и пообещал: — Ты обязательно должна познакомить меня со своими младшими, когда все это закончится. Я с нетерпением буду ждать. Я просияла и своей реакцией успокоила сердца троих мужчин, сидящих рядом со мной. *** Ближе к обеду следующего дня мы уже прибыли в мой родной городок. Отец уехал по делам, возможно, обратно к Элизе — уточнять я не стала. Тревога и легкий страх кололи сердце, но меня немного успокаивало то, что меня сопровождали трое сильных мужчин. Если Себастьян решит напасть, мы сможем отбиться. Впервые в жизни я надеялась на то, что приемные родители куда-то уехали, и мы их не застанем. Как только мы подъехали к дому, я замерла, оглядывая большой, старый дом. Он выглядел немного угрожающе, даже убого, но все же, это место дорого мне. Где-то неподалеку должны быть наемники, охраняющие мою семью, но я не почувствовала их присутствия. Впрочем, в этом и заключается их работа. И я все же надеялась, что Артур не соврал мне, и они действительно защищают мою семью. — Теперь я понимаю, почему госпожа сбежала, — хмыкнул Артур, стоящий за моей спиной. — Рот закрыл, — рыкнула я, сжимая кулаки и направляясь к входной двери. — И зачем с нами поперся? Тебя вообще не звали. — Ну как же? Я же твой наставник. И немного охранник. Моя задача — защищать тебя. Я скривила губы, ничего на это не ответив. Взбежав по небольшой лестнице, я решительно нажала на звонок. За дверью раздался приглушенный звон, знакомый с детства. Я услышала топот нескольких пар ног и не сдержала улыбки. — Кай, ты дурак? — истерически взвизгнула Софи. — Не открывай, а если это кто-то чужой? — Да кому ты нужна? — рявкнул брат. — Может быть, это мама с папой! — У них же ключи есть, дурень, — снова послышался за дверью приглушенный, взволнованный голос сестры. — А может быть, вы просто замолчите? — Влад говорил тихо, я едва разобрала слова. — Это точно не кто-то из наших, у всех ключи есть. Лучше не будем открывать. Я не выдержала и громко рассмеялась. Видимо, братья и сестра узнали этот хохот, потому что в следующую секунду дверь распахнулась и послышались громкие, радостные возгласы: — Кана! Я присела на корточки, отвечая на крепкие объятия братьев и сестры. Они пока не замечали мужчин за моей спиной. — Как давно ты не приезжала! — глаза Софи были влажными, но она улыбалась. — Мы так соскучились. И братец Алек — тоже. — Хоть бы раз позвонила, маленькая засранка, — надулся Кай. За такие слова получил подзатыльник от Влада. Только после этого они обратили внимание на моих спутников. Ардагана сразу узнали. Кай подскочил к нему: — О, жених сестры, — выпалил он, протягивая ему руку. — Я тебя помню. Ну как, ты ее не обижаешь? Влад покачал головой, Софи прижалась ближе ко мне, смущенно поглядывая на Филеро. Ардаган усмехнулся, смотря на брата с высоты своего роста, потом вздохнул и присел на корточки, пожимая его еще маленькую ладонь. — Не обижаю, — ответил мягко Филеро. Кай довольно улыбнулся. — Смотри у меня. Влад с интересом рассматривал гостей, но приближаться не спешил, зато Кай, выпятив грудь и пытаясь казаться выше, подошел к Артуру и Теодору. — А вы кем будете? — однако, присмотревшись к Тео, он просиял. — И тебя тоже помню! Ты друг сестры. Зеккрейц наклонился, с улыбкой погладил Кая по голове, из-за чего тот недовольно дернулся в сторону. Артур смерил его снисходительным взглядом, уперев руку в бок, а второй откинув выбившуюся из прически прядь черных волос. — Бесстрашная малявка. Я — учитель твоей ненаглядной сестренки. Брату его тон не понравился. Он демонстративно пренебрежительно фыркнул и повернулся к нам. Лейц приподнял бровь. — Тяжело твоему брату будет с этим мальчишкой, — негромко сказал Филеро, уже поднявшийся на ноги. Я вздохнула, но не могла не согласиться. — Ладно уж. Проходите в мои владения. Я прикрыла рот ладонью, чтобы сдержать свой смех. — А от братика Алека по голове не хочешь? — Софи по-детски показала ему язык. — А где он, кстати? — вопросила я, проходя в дом вслед за ними. — На работе? — Ага. А мама с папой снова уехали, — Влад махнул ладонью. Они уже привыкли к тому, что их настоящий родитель — это Алехандро. — Мы уж было подумали, что опять пришел тот парень с цветами, — Кай хитро посмотрел в мою сторону, потом на Ардагана. Филеро непонимающе нахмурился. Мы прошли в гостиную, я торопливо присела на диван, посадила братьев и сестру рядом с собой и спросила: — Какой парень? Что-то мне в его словах не понравилось. Снова противное, навязчивое чувство охватило сердце. — Да приходил недавно один, — Кай сложил руки на груди. — С букетом цветов. Говорил, что они для тебя. Жених, ты только не ревнуй! — Кай, — грозно сказала я, — прекрати его так называть. Брат закатил глаза. — И что было дальше? — поинтересовался Теодор. Ответил Влад: — Он отдал букет, сказал, что скоро снова вернется. — Как он выглядел? — я похолодела. Голос дрогнул от волнения и тревоги. Пожалуйста, только не это! — Да обычный парень, — пожал плечами Кай. — Темные волосы, высокий, ухмылка такая неприятная. Похож на одного моего бесячего одноклассника. — А он не представился? — уточнил Артур. Брат все еще с подозрением смотрел на него. — Софи, какое имя он назвал? — У Кая плохая память на имена, — пояснила я. — Себа, — хихикнула сестренка. — Он сказал, что он — Себа. Такое смешное имя. Я сглотнула внезапно образовавшийся в горле ком. Страх сковал все тело, я не могла пошевелиться. Он… уже был здесь. И появится снова, потому что понимает, что я знаю, как он поступит. Мы знаем друг друга, к сожалению, слишком хорошо. Отступники никак на него не отреагировали, потому что он хорошо скрывает свою ауру. Для них это обычный человек, не представляющий особой угрозы. — А, букет же еще стоит, — воскликнул Кай. Спрыгнул с дивана и унесся в кухню. — Сейчас. Он вернулся спустя пару секунд, в течение которых мы тревожно переглядывались друг с другом. В руках тащил большой букет роз — я точно знала, от кого они. Точно такие же он подарил мне на день рождения в прошлом году. Со стебельков падали капли воды, видимо, Кай забрал их из вазы. Брат всучил в мои ослабевшие руки букет и забрался обратно на диван. Я с отвращением посмотрела на цветы. Ненавижу розы… Но я продолжала разглядывать их, словно пытаясь найти подсказку. Будто бы специально мучая себя. Неожиданно мой взгляд зацепился за небольшую бумажку. Она лежала внутри, прижатая в бумаге, в которую был завернут букет, из-за чего ее легко было не заметить. — Здесь записка, — дрогнувшим голосом сказала я. В повисшей напряженной тишине шорох бумаги был хорошо слышен. Я вытащила записку, выдохнула, собираясь с силами, и с гулко бьющимся сердцем пробежалась взглядом по словам, выведенным до омерзения знакомым почерком. «Тари, я скучаю по тебе. И прекрасно знаю — ты поймешь, что ради нашей долгожданной встречи я посещу твою дорогую семью. Надеюсь на скорую встречу. Твой Тьян. P.S. Ожог ноет даже спустя столько времени». Мои руки мелко затряслись. Записка и букет упали на пол, мой взгляд был устремлен в одну точку где-то на полу. Боюсь, все только начинается. *** Вскоре Артур ушел, чтобы проверить, как работают приставленные к моей семье наемники. Мы остались ждать Алехандро, который должен вернуться с работы в половине шестого вечера. Я внимательно слушала рассказы братьев и сестры про школу, Ардаган погрузился в свои мысли, Теодор оглядывал гостиную, будто бы был здесь в первый раз. Когда в замке начал поворачиваться ключ, я вскочила. Сердце волнительно забилось. Младшие убежали к двери, я выдохнула, сжимая руки в кулаки. Филеро обратил на меня свой взгляд. — Не бойся, — негромко сказал он, тоже поднимаясь на ноги. — Лучше, когда ты здесь — легче их защищать. Он снова слишком легко меня читает. — Не хочу подвергать их опасности. Они в этом не виноваты. — Мы найдем этого ублюдка и преподадим ему урок, — заверил меня Филеро. Уголки его губ дернулись, но в ухмылку не сложились. Я кивнула, на мгновение прикрыв глаза. — Кана? — послышался изумленный возглас Алехандро из прихожей. Через секунду брат ворвался в гостиную, задыхаясь. — Брат, — я широко улыбнулась, шагнула к нему и крепко обняла. Алехандро с готовностью ответил на мои объятия, взволнованно прошептал: — Кана, все в порядке? Ты говорила, что тебя не будет очень долго. — Хотелось бы сказать, что все нормально, — печально протянула я, отстраняясь от него. — Но это не так. Алехандро напряженно смотрел мне в глаза, потом боковым зрением заметил и Ардагана с Теодором. Они кивнули друг другу. Я отошла на шаг и осмотрела его с головы до ног. Кажется, он уже полностью восстановился после аварии. Спасибо Отступникам-целителям. В гостиную ворвались младшие, но Алехандро сразу же обернулся к ним и мягким голосом, в котором мне все же удалось расслышать нотки тревоги, попросил: — Ребятки, поиграйте наверху. Хочу поговорить в сестренкой. Хорошо? Они не возражали. Унеслись из гостиной, что-то крича друг другу. Как только топот их ног стих на втором этаже, мы присели на диван. Алек сразу же заметил валяющийся на полу букет. — Кана, что это? Кай уже рассказал, что это принесли для тебя? Я кивнула. Пришлось рассказывать все с самого начала. За это время мы успели выпить чай и конкретно устать. Алехандро слушал внимательно, не перебивал, лишь иногда осторожно что-то уточнял. Мне все еще было сложно говорить о своем прошлом, я часто запиналась, резко замолкала, но вспоминала, что это важно для моей семьи, и снова говорила. — Значит, он хочет воздействовать на тебя через нас? — нахмуренные брови выдавали его беспокойство. — Думаю, да, — я сжала пальцами уже холодную кружку. На дне, в остатках чая, плескался кусочек лимона. — Поэтому мы и здесь. Хотела проведать вас и убедиться, что все хорошо. Алехандро кинул на меня мрачный взгляд и тяжко вздохнул. — Мне очень не нравится, как ты теперь живешь, — высказался брат. Он обернулся, начал нервно перебирать вымытые чашки и ставить их на полку. — Ты уже один раз… умерла. Все, что ты делаешь, опасно. Что с тобой будет, если этот парень тебя поймает? — Не думаю, что он убьет меня, — неуверенно проговорила я. Нет, я не могу знать наверняка. Себастьян непредсказуем. Ему может прийти в голову мысль избавиться от меня. — Да и разве это так важно? Меня постоянно кто-то защищает. Я в полной безопасности. А вот вы — нет. Лучше бы я никогда не говорила этих слов. Чуть позже я о них очень пожалею. — Но ты не волнуйся, — поспешно продолжила я. — За вами присматривают. Все будет хорошо. Алехандро присел на стул рядом со мной, потянулся ко мне и уложил мою голову на свое плечо. Как родитель. — И как мне за тебя не волноваться, когда ты живешь такой опасной жизнью? Я улыбнулась. — Все будет хорошо. Я могла твердить это каждую секунду, но знала, что это не сработает. Это всего лишь утешение для него. Ничего не будет хорошо. — Уже достаточно поздно, — напомнил Филеро, опустив кружку на стол. — Как думаете, Артур позволит нам остаться? — тихо спросила я. Ардаган пожал плечами, Теодор повторил его движение. — Действительно, оставайтесь, — взбодрился брат. — Да и мне будет спокойнее. И за вас, и за младших. — Только если на одну ночь, — послышался голос Лейца со стороны дверного проема. От неожиданности брат вздрогнул. — Спокойно, — я придержала его за руку. — Алек, знакомься — это Артур Лейц. Мой родственник. Сын троюродной сестры моей матери. — Очень приятно, — вежливо отозвался Алехандро. Артур только кивнул, устало потирая лоб. — Хочу съездить к госпоже, — оповестил он, проходя в кухню. — Доложить о происходящем. Себастьяна нужно поймать как можно скорее. Остается дождаться, когда он снова сюда явится. Тогда и сцапаем его. Нужно больше людей, я поговорю с Главой. — Постой, — я с ужасом просмотрела на него, — ты хочешь использовать мою семью, как приманку? Нет, я не позволю! — едва не сорвавшись на крик, возразила я. Мне претила сама мысль подвергнуть их опасности. — Лучше меня используйте. Это стопроцентный вариант. — Чтобы он тебя прихлопнул при первой возможности? — жестко усмехнулся Артур. В его глазах проскользнула досада. — Нет. Рисковать тобой мы точно не можем. — А я не могу подвергнуть опасности свою семью. — Да не будет никакой опасности, — воскликнул Лейц. — Я приведу лучших наемников. — Ты не знаешь, что из себя представляет Себастьян. Тем более с артефактом в руках и горячей жаждой мести. — Каким бы сильным он не был, со всеми нами ему не справиться. Успокойся. — Тогда и я поставлю ультиматум. Я буду здесь, пока вы его не поймаете. — Госпожа не позволит. — А мне плевать, — поморщилась я. — Она мне никто и указывать не посмеет. Я не пленница, помни об этом. Если уж ты сам говоришь, что опасности нет, то нет смысла препираться. Мне ничего не угрожает. Зато я буду спокойна. Это не просьба. Так ей и передай. Артур закатил глаза и нахмурился, будто бы его замучила головная боль. Он медленно поднялся. — Я передам. Не выходите из дома до моего возвращения. За вами присмотрят. Я кивнула, проводила его взглядом. Мы переглянулись и дружно вздохнули. Я была вымотана. Морально и физически. Это был слишком долгий день. Но тревожное чувство подсказывало — это еще не конец. Что-то произойдет. Неожиданно в повисшей на кухне тишине прозвучал тоненький, тихий голосок Софи, заставивший нас вздрогнуть и едва не подскочить на своих местах. — Братик, сестренка… Я спать хочу. Алехандро подскочил. — Ой, прости, малышка. Я совсем забегался. Я взяла его за руку, успокаивающе улыбнулась и сказала: — Отдыхай, Алек. Я все сделаю. — Правда? — брат растерялся. — Я не так часто бываю… здесь. Сделаю хоть что-то полезное. — Не начинай. — Иди уже отдыхать. Поначалу я хотела отправить Филеро и Тео на свой чердак, но Алехандро виновато напомнил мне, что там теперь живет Кай. Я едва сдержала разочарование и грусть, услышав его слова. Точно. Это больше не мой дом. Да и не был им никогда. Поэтому парни ушли в гостевую комнату, где мы и должны были провести время до утра. А меня радостная Софи потащила в их с Владом комнату. Брат уже лежал в кровати. Маленькая лампа, стоящая на тумбочке, освещала его лицо. Влад читал тонкую, маленькую книгу в потрепанной темной обложке — название на ней уже давно выцвело, буквы было не разобрать. Увидев меня на пороге, брат удивленно приподнял бровь: — Сестра Кана, ты сегодня читаешь нам сказки? — Ага, — я дождалась, пока Софи уляжется в кровать, присела на край и взяла протянутую книгу. — Ты с нами? — Я уже вырос из сказок, — буркнул он, поглядывая на меня исподтишка. Я хихикнула. — Даже если ты вырос, разве не хочешь вернуться в те времена, когда я была рядом с вами? Эх, это разбивает мне сердце. Влад быстро раскусил мою манипуляцию, судя по выразительному взгляду светло-голубых глаз. Вздохнув, он аккуратно закрыл книгу, отложил ее на тумбочку и, не став выключать лампу, спрыгнул с кровати и подошел к нам. Прилег рядом с Софи, подперев голову рукой. — Эй, вы! — дверь распахнулась и послышался громкий, возмущенный возглас Кая. Запыхаясь, он влетел в комнату. Обиженно насупился. — А вы меня ждать не собирались? — Ты здесь уже не поместишься! — сказала Софи, вцепившись в одеяло. Братец надул губы, посмотрел на спокойного Влада, не проявляющего интереса к происходящему, оглядел кровать и выпалил: — А я на ваши ноги лягу! Кай подскочил к кровати, упрямо забрался на нее и пристроился в ногах брата и сестры, прижимаясь головой к моему боку. Слушая возмущения Софи и победные возгласы Кая, я улыбнулась, прокашлялась, заставляя их замолчать, и молча открыла книгу. Все внимание сосредоточилось на мне. Найдя в самом конце сказку про крестьянина, который стал королем по воле судьбы, я начала читать. На середине сказки Софи уже засопела, Кай еще держался, но глаза уже слипались, и лишь Влад внимательно слушал. Хотя, мне казалось, что он больше рассматривал меня, чем пытался понять сказку. — И жили они долго и счастливо… — почти прошептала я, тихо закрывая книгу. Влад посмотрел на заснувших брата и сестру и вздохнул. — Нужно отнести Кая в его комнату, — сказал он, поднимаясь с кровати. — Извини, но я еще не настолько сильный, чтобы тащить на своих плечах этого кабанчика. Я хихикнула, наблюдая за тем, как он возвращается в свою постель. — Все нормально. Я отнесу его. Спокойной ночи, Влад. Осторожно взяв на руки Кая, который начал что-то мычать во сне, я подошла к двери и уже собиралась выйти в коридор, как снова раздался спокойный голос брата. — Сестра Кантарина. — Да? — обернулась. Влад замялся, но через секунду серьезно посмотрел прямо мне в глаза. — Не знаю, почему ты так резко уехала от нас, но думаю, что у тебя были причины. Мы не сердимся, просто… Приезжай почаще. Он щелкнул переключатель, лампа на его тумбочке погасла. Брат натянул на голову одеяло, скрываясь от меня. Еще несколько секунд я растерянно вглядывалась в темноту, не зная, нужно ли ему что-то ответить — извиниться или пообещать то, что уже невозможно. В итоге я просто ушла, тихо захлопнув за собой дверь. Ребята, мне не жаль, что вы еще слишком малы для правды. Незнание — это настоящее богатство. Я бы предпочла забыть обо всем этом и не находиться под угрозой каждую секунду. Кай заворочался у меня на руках, я чмокнула его в макушку и направилась на чердак. Кое-как поднявшись по скрипучей лестнице, я зашла в комнату. Мысленно отметила, что почти ничего не изменилось с момента моего ухода. Только на стенах висели другие плакаты, царил беспорядок, а кровать была немного меньше моей старой. Уложив брата в кровать, я заботливо укрыла его одеялом, погладила по волосам и поспешила уйти. Никто не посмеет тронуть вас. Будьте уверены — сестра защитит вас. Даже если придется встретиться со своим страхом лицом к лицу. Спустившись на второй этаж, я доковыляла до гостевой спальни, зашла внутрь и прислонилась к ней спиной, опустив голову. — Устала сказки читать? — прозвучал в темноте ехидный голос Ардагана. Я вскрикнула от испуга, едва не приложившись головой о деревянную поверхность. Вспыхнула лампа, стоящая на тумбочке, и осветила лицо Филеро и его выразительный взгляд. Я приглушенно выругалась. — Я чуть не умерла. Забыла, что ты тоже здесь. Ардаган, ты меня доведешь. — Я? — почти возмущенно воскликнул он и тут же понизил голос. — В этот раз я даже ничего не сделал. — А где Тео? — не заметив друга в комнате, поинтересовалась я устало. — В ванной. С губ сорвался тяжелый вздох. Увидев мое мрачное лицо, парень не захотел продолжать подкалывать меня. Я подошла ближе, присела на кровать, где Филеро сидел, скрестив ноги. Он не отрывал от меня внимательного взгляда. — Твой несчастный вид меня нервирует, — неловко признался Ардаган, заведя руку за голову и проводя ладонью по задней части шеи. — Все еще беспокоишься из-за того, что своим присутствием подвергаешь их опасности? — И да, и нет. Просто… я никогда раньше не задумывалась о том, как повлиял мой уход на младших, — задумчиво посмотрела в окно, на темный пейзаж. Даже городских огней не видно… — Мне всегда казалось, что я в этом доме лишняя, поэтому старалась компенсировать свое пребывание здесь — работала в мафии, чтобы… «покупать» себе место в этом доме. Услышь это Алек, дал бы подзатыльник… — я невесело усмехнулась. — Ты не рассказывала об этом, — заметил Ардаган тихо. В его голосе сквозило… сочувствие? А может, досада. Или грусть. Я не смогла точно разобрать. И взглянуть на него, чтобы понять эмоции — тоже. — А зачем? Это было не так важно. Все в прошлом. Кому какое дело? Да и мне самой было… почти все равно. Другие воспоминания вытесняли неприятные чувства. — Что изменилось сейчас, что ты решила рассказать? — Влад сказал мне, что они на меня не сердятся за мой уход, что у меня были причины, что я… просто должна приезжать почаще, — каждое слово давалось с трудом. Словно их вытаскивали раскаленными щипцами, задевающими каждый нерв и приносящими невероятную боль. — Они скучают по сестре. По той, кто никогда не чувствовала себя хорошо в этом доме. Не ощущала того, что должна была — прочной связи с близкими. Даже если мы не кровные родственники… мы столько времени провели вместе. Мы — семья. Они намного ближе мне, чем та же Элиза, бросившая меня на произвол судьбы. Я запрокинула голову, смотря в потолок, лишь бы по щекам не покатились слезы, навернувшиеся на глаза. И правда… Когда люди не хотят плакать, они всегда смотрят вверх. Словно вымаливают у небес больше сил. Только вот это никогда не работает. И слезы либо покатятся по щекам, либо ты найдешь в себе силы смахнуть их идти дальше, теперь смотря уже только себе под ноги. На путь, который вытоптал сам. — Меня разрывают противоречия. С одной стороны, их безопасность — важнее. Но с другой… так хочется побыть с ними еще немного. Я думала, что им будет все равно на меня. Но я ведь… Я кому-то нужна, понимаешь? Как теперь отказаться от них? — Вопреки тому, что ты думаешь, — Ардаган говорил медленно, я чувствовала, как он смотрит на меня. Тем самым взглядом. — Ты нужна многим людям. Но в упор этого не видишь, жалея себя и думая о себе, как о ком-то недостойном счастья и простых радостей жизни. Это неправильно. А ты… тебе я нужна? Хотя бы чуть-чуть. — Поверь, ты не сделала ничего такого, чтобы не иметь того, что есть у других — у простых людей. Я сделал намного больше плохих вещей, но не считаю, что не достоин быть счастливым. Наоборот — я заслуживаю всего самого лучшего. И тебе нужно думать также. А иначе вся жизнь пройдет так, совсем неправильно, бесполезно. Конечно, жизнь не подчиняется нашим мыслям и желаниям. Мы сами их воплощаем. Мы боремся за свою судьбу. — У меня нет такой силы духа, как у тебя. Я не смогу… — Да плевать, слышишь? — порывисто выдохнул Ардаган, вдруг придвинувшись ближе. — Плевать, что кто-то пророчил тебе судьбу безвольного «подлинника». Не они выбирают, как тебе жить. Знаешь, сбрендившая, иногда, чтобы чего-то достичь, нужно переступить через себя. Через свои принципы и возможности, через идиотские мысли. К тому же… ты не одна. Тебе не нужно справляться с этим в одиночку. Я знаю. Как я уже говорила раньше, у меня в руках гора сокровищ. Но я слишком жадная, потому что желаю большего. Такова натура людей. Именно поэтому я все больше и больше желаю тебя. Я выдохнула, кивнула, подавшись вперед, и уперлась лбом в его плечо. Не хотелось смотреть ему в глаза. Иначе он увидит все, что творится у меня на сердце в этот момент. — Желай большего, — бархатный голос ласкал слух, заставлял мурашки бежать по всему телу. Казалось, он выжигает эти слова в моей памяти. — Всегда желай большего, чего бы это не касалось. Чем труднее добиться желаемого, тем сильнее ты станешь. — Никогда не думала, что ты такой мудрый, молодой господин, — приподняв голову и проведя носом по его плечу, сказала я. — Мне казалось, что ты можешь только злиться и кричать. — У всех свои недостатки, — хмыкнул он и вдруг добавил: — Мудрость. Я выпрямилась, непонимающе посмотрела на него. В тусклом, золотисто-песочном свете лампы его глаза приобрели оттенок алого заката, а волосы отливали медью. — О чем ты? — Еще одно достоинство — мудрость. Верность и мудрость. Уже два. Как тебе такое? До меня дошло не сразу. А как только я вспомнила, то рассмеялась, не сдерживаясь. Понадеялась лишь на то, что не разбужу никого.