Rate of recidivism

Большую часть следующего дня ты проводишь, будто в тумане. Ты избегаешь Стива, но не из-за него, а из-за себя. Ты все еще не рассказал ему самое ужасное. Ты боишься, что если увидишь его, то все это вывалится наружу, как кишки из дыры в животе. Ты лежишь у себя в спальне, в которой не спал уже несколько месяцев, и пытаешься уснуть. У Стива в гостиной звонит телефон, и он сразу берет трубку. — Да, я понимаю, — говорит он. — Мы сейчас приедем. Он появляется в дверях. — На Манхэттене нападение, — говорит он. Ты садишься. — Ты поедешь со мной? Ты вспоминаешь, как Старк сказал, что хотел бы, чтобы ты прикрывал ему спину, и думаешь об остальных членах команды, которые будут выздоравливать намного дольше тебя. Ты киваешь, встаешь и одеваешься. — Идем, — говоришь ты. Вы снова едете по мосту, и ты снова держишься за Стива, хотя сейчас тебе не так удобно — у него за спиной висит щит. Ты видишь столб дыма и начинаешь анализировать его цвет и размер. Сначала Стив заезжает в башню. — Старк и Бартон уже на месте, — сообщает Наташа. — Беннер пока останется здесь. Уилсон ждет тебя наверху. Я решила, что мы пойдем парами, ты с Уилсоном, я с Барнсом. Стив качает головой. — Мы с Баки идем вместе. А ты отправляйся к Сэму. Наташа пристально смотрит на тебя, потом вздыхает и качает головой. — Ладно, неважно. Нет времени спорить. Идите наверх, переодевайтесь. Беннер вам покажет, — говорит она, потом разворачивается и уходит. Стив нажимает на кнопку лифта. — Привет, ДЖАРВИС, — оказавшись внутри, говоришь ты. — Эта штука может ехать быстрее? — Конечно, сэр, — отвечает ДЖАРВИС, и вы начинаете подниматься в два раза быстрее обычного. На нужном этаже вас уже ждет Беннер, который выглядит совершенно измотанным. — Хорошо, что ты здесь, — говорит он тебе. — Стив, твою форму как бы… э-э… уничтожили, но у нас есть… кое-что взамен. Тони любит мастерить всякие штуки. Он открывает шкаф, в котором полно тактического снаряжения, ничем не отличающегося от того, что носил СТРАЙК. Ты привык к черному цвету, а Стива, кажется, это немного смущает. — Люди все равно поймут, что это ты, — говоришь ты, хлопая металлической ладонью по щиту. Ты берешь себе комплект и находишь ножницы, чтобы отрезать от куртки левый рукав. — Оружие дадут? — спрашиваешь ты. Беннер открывает следующий шкаф. Вид того, что находится внутри, погружает тебя в холодное спокойствие. Стив стоит в стороне, пока ты вооружаешься. Ты думаешь, что ему тоже не помешал бы пистолет, но, судя по всему, так думаешь только ты. Стиву очень идет тактический черный. Беннер вручает вам наушники, и, вставив свои, ты слышишь голос Старка, который, похоже, болтает сам с собой. — Каналы можно переключать? — спрашиваешь ты, и Беннер фыркает. — Это был Барнс? — спрашивает Наташа. — Да, — отвечает Стив. — Мы уже идем. — Рад слышать тебя, Кэп, — говорит Старк. — Будь осторожен, когда будешь спускаться. Тут… э-э… улица как бы в огне. Стив кивает, и вы, развернувшись, идете обратно к лифту. ДЖАРВИС быстро спускает вас в гараж, где вы садитесь на мотоцикл и выезжаете из башни. — Кто-нибудь, введите нас в курс дела, — просит Стив. Вы подъезжаете к горящему зданию и видите летающих вокруг него Сокола и Железного Человека. — Это спящие агенты, — задыхаясь, говорит Бартон. — Как ты и говорил, Барнс. Прошел сигнал, и через двадцать минут загорелось здание. Мы не знаем, сколько их там осталось. — Согласно записям, сегодня в здании было двести пятьдесят человек, — говорит Наташа. — Мы вытащили двести. Остальные еще внутри, и некоторые пытаются нас убить. Стив смотрит на тебя. — Я на другой стороне улицы, — говорит Бартон. Ты видишь стрелу, пролетающую между домами. — Эти ребята быстрые, — продолжает он. — Не такие, как ты, но… — Сначала нам надо эвакуировать гражданских, — говорит Стив хорошо знакомым тебе тоном. — Железный Человек, Сокол, Хоукай — верхние этажи. Вдова и мы с Баки будем работать на нижних. — Можешь называть меня Зимним Солдатом, — говоришь ты. — Учитывая обстоятельства, это будет звучать более уместно. Стив не отвечает. — Прикрывай меня сзади, — говорит он. Ты киваешь, салютуешь ему, и вы заходите в здание. Внутри ты слышишь крики людей. Ты достаешь автомат и поворачиваешься к Стиву. — Я спускаюсь с парой гражданских, — говорит Наташа тебе в ухо. — Роджерс, Барнс, на двадцать восьмом осталось несколько человек, их заблокировал один из наших клиентов. Вы со Стивом идете к лестнице. Когда вы оказываетесь на нужном этаже, там почти ничего не видно из-за густого дыма. — Вдова, — тихо говорит Стив. — Мне нужно местоположение гражданских. — Северо-восточный угол, — отвечает Наташа. — Они за баррикадой из перевернутых столов. Я велела им не двигаться, пока за ними не придут. — Ясно, — отвечает Стив и знаками показывает тебе «следуй за мной, проверяй все помещения». Ты киваешь, и он, держа перед собой щит, идет вперед. Все попадающиеся вам по дороге офисы пусты. Вы заходите в конференц-зал в северо-восточном углу, и у стены ты видишь баррикаду из столов. Стив подзывает тебя, ты подходишь ближе. С этого места ты видишь человека, засевшего в комнате, находящейся через коридор от зала. Ты смотришь на Стива и понимаешь, о чем он думает; как только кто-то из вас что-нибудь скажет заложникам, о вашем появлении тут же узнает противник. Вы решаете посмотреть, нет ли у этого помещения еще одного входа, и начинаете осторожно продвигаться вдоль стены. Вы почти добираетесь до угла, когда у тебя оживает рация. — Бартон, мне бы не помешала помощь, — раздается голос Старка, и из-за стоящего на боку стола в вас начинают лететь пули. Стив прикрывает вас щитом, а из-за баррикады начинают кричать заложники. Стив бросается к ним, а ты бежишь следом, стреляя из автомата. Вы ныряете за столы и видите трех женщин и двоих мужчин, в ужасе прикрывающих головы руками. Одна женщина вскрикивает, а потом начинает пристальнее разглядывать Стива. — Капитан Америка? — Да, мэм, — говорит Стив. — Мы вытащим вас отсюда. Только мне нужно, чтобы вы сделали все так, как я скажу, хорошо? Она кивает, и Стив продолжает: — Как вас зовут? — Дениз. — Дениз, я помогу вам, только вы должны довериться мне. Я прикрою вас щитом, а вам нужно будет присесть и двигаться максимально быстро. — Ладно, — кивает Дениз. — Прикрой нас, — просит Стив. Ты салютуешь ему двумя пальцами, и они с Дениз выбегают из-за столов. Ты запрыгиваешь на верх баррикады, и когда противник начинает стрелять в Стива с Дениз, ты определяешь его местоположение и открываешь ответный огонь. Стрельба прекращается, и Стив, оставив Дениз за углом, возвращается за следующим заложником. Он выводит всех по очереди, а потом стрелок, понимая, что это его последний шанс, бросается к тебе. Это мужчина лет сорока в костюме с застывшим выражением лица, но стреляющий довольно метко. Ты уклоняешься от первых четырех пуль, а потом стреляешь ему в грудь. Он падает на пол. Ты идешь к Стиву, берешь на руки Дениз, потому что на своих шпильках ей ни за что не спуститься по лестнице, и несешь вниз. Она крепко прижимается к твоей груди и тяжело дышит тебе в плечо. На улице ты передаешь ее парамедикам и отходишь. Она растерянно смотрит по сторонам, потом поворачивается к тебе и одними губами говорит «спасибо». Ты киваешь, и вы со Стивом бежите обратно в здание. Пока вы поднимаетесь по ступенькам, Наташа сообщает, что на двадцать шестом и двадцать седьмом чисто. На двадцать пятом царит хаос: четверо мужчин убегают от двух одетых в юбочные костюмы девушек. Один мужчина ранен. Это всего лишь царапина на плече, но он бледный и слегка заторможенный, скорее всего, у него шок. Немудрено, думаешь ты. Стив выводит гражданских на лестничную клетку и закрывает за ними дверь. Как только спящие агенты видят вас со Стивом, их тактика становится более продуманной — они начинают работать как единое целое, хотя, скорее всего, до этого даже не были знакомы. Ты поворачиваешься к ним левым боком, и пули начинают отскакивать не только от щита Стива, но и от твоей руки. Когда у одной заканчиваются патроны, она швыряет бесполезный пистолет в стену и кидается на тебя, пытаясь добраться до горла. Ты ловишь ее в полете, она обхватывает тебя ногами, но она слишком легкая для того, чтобы справиться с тобой. Ты бьешь ее головой о стену и поднимаешь левую руку, но сзади Стив кричит: — Баки! — и хватает тебя за запястье. Ты удивленно смотришь на него. — Не надо! — просит Стив, и ты переводишь взгляд на обмякшую у тебя в руках женщину. — Если ее оставить, неизвестно, как она себя поведет, когда очнется, — говоришь ты. — Так не оставляй, — бросает Стив, направляясь за вторым агентом. Ты взваливаешь бесчувственное тело на плечо и идешь к лестнице. Через несколько шагов тебя догоняет Стив. Один. — Она выпрыгнула из окна, — мрачно говорит он. — Сокол с Железным Человеком были слишком высоко, чтобы ее поймать. На улице Стив помогает раненому мужчине и зовет парамедика. Ты не знаешь, что делать с отключившимся агентом. Два санитара машут, чтобы ты подошел к носилкам, и ты говоришь: — Это враг, ее нужно привязать. Они смотрят сначала на тебя, потом на обычную молодую женщину. — Вы захотите ее привязать, — с нажимом говоришь ты и видишь, как Стив исчезает в дверях здания. Ты ждешь, пока агента зафиксируют, и бежишь следом. Вы снова поднимаетесь наверх, а, спускаясь вниз, одного за другим обезвреживаете агентов. В ухе ты слышишь голоса Бартона, Старка, Романофф и Уилсона, но особого внимания на них не обращаешь. В данный момент они не имеют отношения ни к тебе, ни к Стиву. Ты разбиваешь лицо человека об угол стола. Его рука продолжает сжимать твое горло. — Баки! Бак! Ты для верности бьешь его об стол еще раз. Если сжать левую руку сильнее, ты сможешь раздавить ему череп, тогда он точно перестанет представлять угрозу. — Зимний Солдат! — раздается тот же голос, и ты оборачиваешься. — Отставить, — говорит Стив. — Он… он отключился. Ты смотришь вниз. Человек не просто отключился, он явно мертв. Ты ничего не говоришь Стиву, просто вытираешь руку о куртку и идешь к нему. Когда ты заходишь в следующую комнату, тебе в плечо попадает пуля. Большой калибр, думаешь ты. — Пригнись! — кричит Стив, и ты ныряешь за стол. — Где, черт побери, они взяли все это оружие? — раздается в наушнике голос Бартона. Скорее всего, они долго готовились, думаешь ты. Планировали не один месяц. Может, даже год. Время от времени им отправляли сообщения с триггерными фразами, и они проносили сюда все, что им было велено. А оружие можно было привозить по частям и собирать уже здесь. Ты выглядываешь из-за стола, оценивая угол, под которым производятся выстрелы. Тебе нужно что-то посерьезнее, стол скоро не выдержит. Ты достаешь из-за спины винтовку и смотришь на Стива. Тот ждет, пока не перестанут стрелять, и бросается к тебе. — Ты явился, чтобы запретить мне убивать его? — спрашиваешь ты. — Нет, — мотает головой Стив. — Убей его побыстрее, пожалуйста. Тебе нужен всего один выстрел. Стив поднимает щит, чтобы прикрыть тебя, и ты нажимаешь на курок. — Отличный выстрел, Барнс, — одобрительно хмыкает Бартон. — Ага, ничего так, — отвечаешь ты. — Их не должно быть столько, — кричит Наташа. — Черт… Барнс, Роджерс, спускайтесь! Нас зажали, а к полицейской баррикаде направляется группа! Стив смотрит на тебя, потом на окно. Вы на четвертом этаже. — Ты серьезно? — поднимаешь бровь ты. — А ты как думаешь? — ухмыляется Стив и выпрыгивает в окно. Ну, конечно, он выпрыгивает в окно. Ты бросаешься следом, потому что всегда это делаешь, и ты ничего себе не ломаешь лишь благодаря многолетним тренировкам и усовершенствованной структуре скелета. Но твои колени спасибо тебе не говорят. Старею, думаешь ты. Вы оказываетесь в хвосте группы, двигающейся так, как должно двигаться хорошо обученное подразделение. Их главарь оборачивается, видит вас и начинает стрелять. Стив пригибается, выставляя перед собой щит, а ты приседаешь у него за спиной. Полицейские стреляют из-за баррикады, но как только замечают вас, кричат «прекратить огонь!», — и всё прекращается. Ты смотришь по сторонам; между местом, где вы стоите и баррикадой нет ни единого укрытия. Тебе надо было тихонько спуститься и с безопасного расстояния перебить их одного за другим, но нет, Стиву приспичило сигать из окна. — Прикрой! — кричишь ты, вставая и перепрыгивая через Стива. Он бросает щит, сбивая с ног стреляющего в вас агента, ты ловишь щит в воздухе и бросаешь обратно, а левой рукой хватаешь за шею ближайшего противника и выбиваешь у него автомат. Стив уже рядом — щитом бьет женщину по голове. Та падает с разбитым носом и крайне удивленным выражением лица, но все еще находится в сознании, поэтому заезжает ногой Стиву по яйцам. Стив морщится, но хватает ее за шею и слегка придушивает. Она обмякает. Группа распадается, и ты, вытащив пистолет, идешь за одной половиной. Они прорывают баррикаду, люди разбегаются во все стороны. Ты убиваешь двоих и оборачиваешься. Стив борется с одним; другой, перезаряжая оружие, идет к тебе. Вдруг кто-то хватает тебя сзади за шею. Женщина, понимаешь ты, которую ты не заметил. Стив пристально смотрит на тебя, потом ставит ногу на грудь агенту, с которым борется, и ты понимаешь, что сейчас будет. Он бросает тебе щит. Ты ловишь его левой рукой, с размаху бьешь прицепившегося к тебе агента, а потом бросаешь в собирающегося выстрелить в тебя человека. Голова отлетает, выстреливая вверх впечатляющую струю артериальной крови, и тело медленно оседает на землю. Все вокруг замирают. — Твою мать, — говорит Железный Человек, приземляясь рядом. — Ага, — соглашается Бартон, выходящий с Наташей из здания. Ты оглядываешься и понимаешь, сколько вокруг народу. Полицейские оттаскивают от тебя душительницу, надевают на нее наручники, и когда ты встречаешься взглядами с копами, то понимаешь, насколько хорошо они видят твое лицо. И руку. Ты смотришь на Стива. У него из носа течет кровь. — Итак, — говорит Железный Человек, — встретимся в башне, чтобы все обсудить? Стив кивает, а потом быстро поворачивается и идет к мотоциклу. Обычно с прессой общается он, и теперь тебе интересно, кто будет это делать, если вообще кто-нибудь будет. Может, этим займется Пеппер. — Разрешите пройти, — просит Стив людей, толпящихся вокруг мотоцикла, и те быстро отходят. Стив цепляет щит за спину и садится. Ты усаживаешься сзади. — Держись, — говорит он. Стив возвращается в башню так же быстро, как уезжал из нее. Твое сердцебиение еще не приходит в норму, а вы уже паркуетесь в гараже Старка. Стив слезает с мотоцикла, смотрит по сторонам, снимает щит и ставит к переднему колесу. Ты не понимаешь, что он ищет, но тоже встаешь и начинаешь осматривать гараж. — Все чисто, — в итоге говоришь ты. — Ага, — кивает он и, схватив тебя за волосы, прижимает к стене и яростно целует. Ты удивленно пищишь, но потом также жадно целуешь его и тянешься к молнии на его тактической куртке. Стив пахнет дымом и потом. Тебе нравится. Ты задираешь его майку и проводишь ладонями по груди, он стонет тебе в рот и кусает за губу. Он пытается задрать твою куртку, но на ней слишком много тяжелых предметов, поэтому он расстегивает ее, и ты сбрасываешь ее с плеч. Она с глухим стуком падает на пол. Стив проводит ногтями по твоей груди, и у тебя по коже бегут мурашки. — Стив, — выдыхаешь ты, когда он опускает руки к твоим штанам и кусает за подбородок. Он расстегивает тебе ремень, пуговицу, молнию и стягивает штаны до колен. Ты, не разуваясь, скидываешь их и обхватываешь Стива ногами. Он держит тебя руками под задницу и практически трахает в рот языком. Твой член трется об него, и ты жалобно стонешь. Стив спускает до колен свои штаны вместе с трусами и поворачивает тебя лицом к стене. Ты тяжело дышишь, а Стив застывает. Должно быть, смотрит на тебя. Ты поворачиваешь голову. Он берет в рот два пальца, и тебе приходится закрыть глаза, чтобы не видеть этих впалых щек и дрожащих ресниц. Ты отворачиваешься и упираешься в стену лбом. Он вставляет в тебя пальцы. Ты со стоном открываешь глаза и, повернув голову, встречаешься с ним взглядом. — Давай. Ну, давай же Стив. Он продолжает растягивать тебя, пока ты немного не расслабляешься и не говоришь: — Прекращай, Роджерс. — Не хочу делать тебе больно, — говорит он, а ты отвечаешь: — Плевать, давай уже. У него расширяются зрачки, он хватает тебя за бедра, а ты прижимаешься к стене и впечатываешь лоб в левый бицепс. Когда он толкается в тебя, ты начинаешь задыхаться, но он не дает тебе времени привыкнуть, а сразу начинает трахать. Это, конечно, не самая удобная позиция из тех, в которых ты когда-либо бывал, но это не важно, потому что он двигается так, что боль быстро становится наслаждением. Ты прижимаешь ладони к стене и чувствуешь, как кожа царапается о бетон. — Стив, — выдыхаешь ты. — Сильнее, — и он слушается тебя. В тишине раздается лишь ваше загнанное дыхание и шлепки его бедер о твою задницу. Каждый раз, когда он входит в тебя, с твоих губ слетает задушенное «ах!», а потом ты начинаешь биться головой о стену от мощи его движений. Ты кончаешь так внезапно, что почти слетаешь с его рук. Тебе кажется, что ты вот-вот потеряешь сознание. Стив чувствует, что ты соскальзываешь, поэтому крепче прижимает тебя к стене и, сделав пару движений, тоже кончает. Он прижимается щекой к твоей лопатке и тяжело дышит. Потом, поддерживая тебя, осторожно ставит на пол, подтягивает штаны и застегивает их, пока ты смотришь на него плывущим взглядом. — Все нормально? — немного смущенно спрашивает он. — Ага, — киваешь ты, вытираясь и надевая штаны. — Это было… потрясающе, — ты показываешь ему оцарапанную руку и улыбаешься. — Все просто отлично. Через пару часов заживет, — говоришь ты, подбирая с пола куртку. — Как я выгляжу? Стив смотрит на тебя, а потом вздыхает, приглаживая волосы. — Свежеоттраханным, — отвечает он. — Ну, тогда помоги мне, — улыбаешься ты. Он подходит и начинает распутывать тебе волосы. Потом наклоняется и целует тебя. Черт, думаешь ты, открывая рот и прижимаясь спиной к стене, я мог бы кончить еще раз. Но Стив уже отходит и вытирает губы. Он тоже мог бы сейчас кончить, самодовольно думаешь ты. — Нам нужно наверх, — говорит Стив. — Они знают, когда мы должны добраться, так что… — Скажешь, что нам приспичило перепихнуться, — ухмыляешься ты, протягивая ему щит с засохшей на нем артериальной кровью. Стив осуждающе смотрит на тебя, а потом разворачивается и идет к лифту. — Похоже, у вас сегодня был насыщенный день, — раздается голос ДЖАРВИСа, как только вы оказываетесь внутри. Волосы у тебя на затылке встают дыбом… — Я взял на себя смелость удалить эту запись, а в будущем могу порекомендовать более уединенное место. Стив краснеет так, что еще чуть-чуть, — и взорвется. — Спасибо, ДЖАРВИС, — говоришь ты. — Не за что, сэр, — отвечает ДЖАРВИС. — Все ждут вас на сорок седьмом этаже. Поздравляю с успешной миссией. Ты думаешь, что ДЖАРВИС — прекрасный образец качественных технологий. В конференц-зале все сидят за большим столом; Старк уже без брони, но весь грязный, Беннер еще больше измотан, а Сэм с Наташей и Бартон, вроде, сильно не пострадали — у всех лишь порезы и царапины. Пеппер тоже там; отлично выглядит и вся в белом. — Голосую за то, чтобы он остался в команде, — указывая на тебя, говорит Бартон. — Я серьезно. И ты, Уилсон. Вы оба, определенно, в команде. — Были жертвы среди гражданских? — спрашивает Стив, опускаясь в кресло. Ты садишься рядом, стараясь проявить побольше нежности к больным местам. — Нет, — отвечает Пеппер. — Несколько травм, ничего серьезного. — Результаты намного лучше, чем были раньше, — устало говорит Наташа, глядя в потолок. — Ага, — кивает Стив. — Вот к чему мы должны стремиться. — Где был источник сигнала на этот раз? — спрашивает Сэм, наклоняясь вперед и опираясь локтями на стол. — Где-то в Судане, — отвечает Беннер. — На самом западе страны. Ну, теперь мы знаем, как это работает, но, к сожалению, не знаем, случится ли это снова, когда и где. — Мы, конечно, можем снова отправить Роуди в Африку, — говорит Старк, — но он человек занятой. Можно сказать Тору, чтобы он попросил… как там его зовут… парень со всевидящим оком… — Хеймдалль, — подсказывает Наташа. — Точно, — продолжает Старк. — Тор мог бы попросить, чтобы он посмотрел на нас. — Думаешь, удобно просить Асгард об одолжении, когда у них все настолько плохо? — спрашивает Беннер, и ты напоминаешь себе, что тебе еще нужно во многом разобраться. — Нет, — отвечает Старк. — А вот просить моего друга Тора, — удобно, — он ненадолго замолкает. — По крайней мере, он сказал, что он мой друг. О вас я ничего не знаю. — Мы сейчас вплотную занимаемся прессой, — мягко перебивает его Пеппер. — Фотографий у них не так много, благодаря полицейскому кордону. Если в ближайшие несколько дней кто-нибудь из вас получит какие-либо вопросы, рекомендую перенаправлять их юристам Старк Индастриз. Она смотрит на тебя. — Мне неприятно это говорить, но думаю, нам нужно значительно ускорить решение вопроса о личности сержанта Барнса. Похоже, мы не сможем долго сохранять анонимность. — Ну, по крайней мере, после сегодняшнего они узнают, что теперь он на нашей стороне, — говорит Старк. Ты улыбаешься ему. — Ужасный, может быть, но, определенно, на нашей стороне. — Мы поговорим об этом. Потом, — решительно заявляет Стив. — Сейчас не самое подходящее время. — Возможно, — соглашается Пеппер. — Я дам указание секретарю найти нам время для встречи. А пока… с юридической точки зрения вы, сержант Барнс, настолько чисты, насколько это возможно, но я все равно посоветовала бы вам не высовываться. — Это я умею, — говоришь ты. Стив сидит рядом, а ты думаешь, что люди видели тебя. Скоро они будут разглядывать тебя, как ребенок разглядывает бабочку. С бабочками следует быть осторожными. Как бы аккуратно вы ни обращались с ними, каждый отпечаток пальца у них на крыльях приближает их к смерти. Об этом тебе сказала мама. Лучше просто оставить их в покое, сказала она. — Пеппер, — улыбается Сэм, — тебе кто-нибудь говорил, что ты настоящая Суперженщина? Пеппер смеется. — Тот, кто так долго имеет дело с Тони Старком, поневоле становится супергероем, — говорит она. — Ладно, пойду поотвечаю на телефонные звонки. Если кому-то что-то понадобится, сообщите. — Срочно женись на ней, — говорит Сэм Старку, как только за Пеппер закрывается дверь — Считаешь, я не думал об этом? — вздыхает Старк. — Так, ребята, может, закажем пиццу? Давайте, распоряжайтесь, а мне нужно помыться. Как и тебе, Барнс. Похоже, у тебя чьи-то кишки… или мозги на куртке. — Да, — кричит Бартон. — Да, мне целую пиццу. Целую пиццу мне одному. *** Вы снова сидите на крыше в отапливаемой террасе со стеклянными стенами. Ты смотришь на садящееся солнце и улетающий в облака дым от пожара. Стив прижимается к тебе, и ты обнимаешь его за плечи. Ты сменил майку, но еще не помылся. От вас обоих все еще пахнет сексом. Чистая Наташа в черных джинсах и черной майке сидит напротив вас и, жуя пиццу, задумчиво смотрит на тебя. — Вы неплохо поработали сегодня, — говорит она. — Из вас действительно вышла отличная команда. — Всегда была, — отвечает Стив. У него усталый голос. Наверное, он устал. Ты тоже устал. Ты ерошишь ему волосы. — Ты думал о том, — медленно начинает Наташа, — что сказать людям? — Да, — отвечаешь ты. — Будет лучше, если сначала я вообще ничего не скажу. Пусть пока разбирается Пеппер. Она в этом мастер. Наташа говорит «ха» и откусывает кусок пиццы. — Ты же знаешь, что это будет работать до поры до времени. — Ага, — киваешь ты. — Но все же по одному шагу за раз. Разве не так говорят на терапии? — В анонимных алкоголиках, — сухо уточняет Наташа. — И ты не на терапии. — Тебе виднее, — улыбаешься ты. Стив кладет голову тебе на плечо, и ты понимаешь, что он тоже улыбается. — Мы все неплохо поработали, — говорит Стив. — Мы отличная команда. К тому времени, когда вы возвращаетесь в Бруклин, все, чего ты хочешь, — это спать. — Мне нужно помыться, — говорит Стив, лежа на твоем плече и поглаживая твою грудь. — Как и тебе. — Это может подождать до утра, — бормочешь ты. Конечно, от вас попахивает, но тебе плевать. — Я уже не встану. — Я тоже, — вздыхает Стив, и вы, поцеловавшись, засыпаете.