Rate of recidivism

После пробежки ты находишь Стива в ванной. Он трогает пальцем засос на шее, который, вопреки ожиданиям, так и не прошел. — Ты тоже видишь его? Он тут со вчерашнего вечера, — говорит он, и его уши становятся ярко-красными. — Ага, — киваешь ты. Стив совершенно голый, поэтому ты видишь, что его это заводит точно так же, как и тебя. — Я помню. Это я сделал. — Мне нравится, что он еще здесь, — говорит Стив, и ты не можешь решить, что выбрать, затащить его обратно в душ и позволить трахнуть себя у прозрачных дверей или помыться одному. Ты выбираешь первое. Твоя кожа трется о запотевшее стекло; Стив с легкостью удерживает тебя, и от этого ты возбуждаешься еще больше. Когда ты выходишь из душа, то видишь в стекле трещину, которая могла появиться и от твоей руки, и от головы. Ты смеешься. — Не в последний раз, — резонно замечает Стив, трогая трещину пальцем. Его тело такое розовое от горячей воды, что ты мог бы сделать это еще раз. — Кофе не хочешь? — спрашиваешь ты, потому что если вы пойдете на новый заход, то будете заниматься этим снова и снова, и тогда весь день пойдет насмарку. Ты вытираешь волосы, поднимаешь с пола штаны для бега и кладешь в корзину для грязного белья. — Хочу, — отвечает Стив. — У них и кексы неплохие, — продолжает он, и у него жалобно урчит в животе. На этот раз в кафе очередь — парад завернутых в аккуратные рабочие костюмы бизнесменов с затуманенными глазами. Ты чувствуешь себя самодовольным мудаком рядом с ними; вы со Стивом небрежно одетые, свежие и ясноглазые после душа и секса. Девушка за прилавком выглядит немного замученной. — Привет, Стив! — говорит она. — Джеймс, — сегодня у нее сливово-фиолетовые ногти в тон помаде. — Вы были во всех новостях! Я подумала, что мы больше не увидимся. — Ну, всю жизнь прятаться не будешь… — вздыхает Стив, доставая бумажник. — Постой, не говори, — просит девушка. Тебе хочется, чтобы у нее был бейдж с именем, потому что тебе кажется, что если она знает твое имя, то и ты должен знать ее. — Большой ванильный латте, без пены, два сахара и очень горячий большой американо, — она шутливо прикрывает банку для чаевых ладонью, когда Стив расплачивается, поэтому он отдает деньги тебе, и когда она убирает руку, купюры в банку опускаешь ты. Стив улыбается тебе, пока вы ждете свой кофе. Ты тоже улыбаешься ему. Громко разговаривающий по телефону парень достает пистолет. Ты машинально хватаешь оружие левой рукой и вырываешь его. Человек бросает телефон и хватает тебя за волосы. В кафе начинается хаос. Люди кричат, стекло бьется — стреляет кто-то еще. Ты бьешь человека головой, а потом — ногой в грудь. Он оказывается сильнее, чем ты думал. Нападающих несколько. Стив кричит посетителям, чтобы те убегали. Сотрудники кафе застывают за прилавками. Ты встречаешься со Стивом взглядом; у него нет с собой щита. Он перепрыгивает через прилавок, ты следуешь за ним. У тебя в руках появляются ножи. Стив прикрывает девушку с фиолетовыми ногтями, которая знает твое имя, своим телом. Вокруг летают деревянные щепки, некоторые попадают в тебя. Ты прислушиваешься, вычисляя траекторию, по которой летят пули, встаешь из-за прилавка и бросаешь ножи обеими руками. Первый попадает в горло женщине с полуавтоматическим пистолетом, второй — другой женщине в плечо. — Все нормально? — слышишь ты голос Стива и по интонации понимаешь, что это он не тебе. Ты перепрыгиваешь через прилавок, на лету расстегивая куртку, чтобы было удобнее. Женщина с ножом в плече перезаряжает пистолет; ты выхватываешь его у нее и стреляешь ей в лоб. Стив останавливается у тебя за спиной. — Надо вытащить отсюда людей, — говорит он. У него в руке телефон. — Пригнись, — говоришь ты. Человек, бегущий к кафе с другой стороны улицы, стреляет из пистолета; витрина эффектно разлетается в разные стороны. Ты уворачиваешься от пуль и стекла и стреляешь в ответ. Стив запрашивает по телефону подкрепление. — Нам нужна помощь в эвакуации гражданских, — говорит он. На человеке, выстрелившем в витрину, кевлар. Ты делаешь аккуратную дырку у него во лбу. — Баки, — говорит Стив. — Баки! Ты смотришь на него. — Помоги мне вытащить отсюда людей, — говорит он, переворачивая на бок стол. Ты киваешь. Большинство посетителей убежало, осталось лишь несколько человек. Стив заканчивает со столами, и вы все усаживаетесь за ними. — Разве нам здесь не безопаснее? — спрашивает девушка с фиолетовыми ногтями, и ты качаешь головой. — Они охотятся не за вами, — говоришь ты. — Сейчас чем дальше от нас, тем лучше. С другой стороны улицы к вам бежит еще один человек, у которого оружие намного серьезнее, чем у предыдущего. Пробить такими пулями стол — как нечего делать. Ты берешь его на мушку и снова стреляешь. Человек замирает, а потом падает на асфальт. Ты не думаешь, что все закончилось. Ты прикрываешь Стива, который выводит людей из кафе, потом бросаешь ему пистолет, а сам идешь к более серьезному оружию. Ты слишком сосредотачиваешься на нем, поэтому не замечаешь еще одного противника. На тебя нападают сзади и набрасывают на шею проволочную удавку. Ты едва успеваешь подставить руку. Это напоминает тебе… кого-то. Что-то. Сотню кого-то и тысячу чего-то. Это правая рука. И это больно. Ты наклоняешься вперед и думаешь, что совсем потерял бдительность. Ты сжимаешь металлические пальцы на бедре висящего у тебя за спиной человека и… Стив стреляет в него, и давление на шее ослабевает. Ты отпускаешь ногу, из которой капает кровь, и начинаешь кашлять. — Ты в порядке? — спрашивает Стив. Ты трогаешь горло, киваешь и поднимаешь автомат, за которым охотился. Раздается звук приближающихся сирен. На перекрестке приземляется Железный Человек. — Что я пропустил? — спрашивает он, и кто-то начинает стрелять. — Ясно! — кричит он. — Продолжаем вечеринку. Это вовсе не вечеринка. Ты поднимаешь оружие, но прежде, чем успеваешь выстрелить, кто-то бросает за вашими со Стивом спинами светошумовую гранату, и вы летите в разные стороны. Ты слышишь, как работают репульсоры Железного Человека, а потом голос зовущего вас Сэма Уилсона. — Все нормально! — садясь и кашляя, говорит Стив. Ты тоже садишься и видишь бегущую и целящуюся из пистолета в Стива женщину. Она попадает под удар репульсоров и отлетает, а потом их становится больше, и они приближаются к вам с разных сторон. По тротуару бегут синие искры. Они обвивают щиколотки одного человека, и ты понимаешь, что вместе с Соколом прибыла и Черная Вдова. Хоукай, наверное, тоже где-нибудь здесь. — Гражданских эвакуировали? — кричит Наташа. Стив кивает. На ней обычная одежда — похоже, у нее не было времени переодеться. Если бы ты ее не знал, то вполне мог подумать, что это просто еще одна девушка, попавшая под перекрестный огонь. Ты перестаешь думать о Наташе, выбираешь одного из врагов и вступаешь с ним в бой. Его стиль тебе знаком. Как и стили остальных. Они быстрые, немного самоуверенные и явно со смертельными намерениями. Против Мстителей у них нет шансов. Ты ломаешь руки своему, вывихивая оба плеча, и он, истошно крича, падает на асфальт. Ты смотришь на Стива — с ним бьются трое. Он использует открытую дверцу машины, чтобы защищаться, выбросив пистолет, который ты дал ему и в котором, видимо, закончились патроны. Ты подбираешь осколок стекла, зажимаешь его в левой руке и в промежутке между финтами Стива перерезаешь сонные артерии двум нападающим. Металлическая дверца с глухим звуком встречается с головой третьего, который тоже падает на асфальт. Стив облегченно выдыхает, а тебе в левое плечо прилетает пуля. — Ложитесь! — кричит Наташа. Мимо вас со свистом пролетает стрела и попадает в грудь успевающей выстрелить еще раз женщине. Пуля пробивает твой бок, дверь машины и едва не задевает Стива. Ты зажимаешь рану правой рукой, застывший Стив испуганно смотрит на тебя. — Роджерс! — кричит Наташа, и к ней присоединяется Сэм: — Стив! Стив встряхивается и присаживается за дверь как раз вовремя, чтобы не угодить под пули последнего нападающего — женщины. Увидев, что Стив недоступен, она разворачивается и бросается на тебя. Ее боевой стиль отличается от стилей остальных, но тоже узнаваем, — это стиль Наташи. Ставка на скорость и ловкость, а не на грубую силу. Ты вынужден прикрывать рану в боку, твое оружие слишком громоздко для ближнего боя, и тебе не хватает места для того, чтобы прицелиться, поэтому ей удается несколько раз ударить тебя в живот и по ногам. Но потом ты поворачиваешься так, чтобы солнечный свет, отражаясь от твоей руки, бил ей прямо в глаза, и она отскакивает в сторону. — Зимний Солдат… — ошарашенно говорит она. — Когда ты вернешься под наш контроль, мы накажем тебя за предательство. Ее секундная заминка — это все, что тебе нужно, чтобы прицелиться, и едва она договаривает, как ты стреляешь. У нее на лбу появляется аккуратный ровный круг, и она падает. Ты пристально смотришь на нее; ей лет четырнадцать, может, пятнадцать. У нее узкое лицо и соломенного цвета волосы. Ты садишься и начинаешь смеяться. Смеешься, смеешься, а потом чувствуешь, что вот-вот заплачешь. Мстители обступают тебя кольцом и нервно переглядываются, пока не подходит Стив и не садится возле тебя на корточки. Он вздыхает, молча прижимает твою голову к своей груди, гладит по затылку и говорит: — Я знаю, Бак, знаю, — потом замолкает, а через какое-то время продолжает уже тише: — Может, нам стоит это делать там, где нет репортеров? Ты немного отодвигаешься и видишь, что вокруг полно людей с камерами. Ты напрягаешься и позволяешь Стиву поднять себя на ноги. Вставая, ты вспоминаешь о ране, кровь из которой промочила тебе футболку, и зажимаешь ее рукой. Стив кладет свою ладонь поверх твоей. — Не хочешь, чтобы на нее посмотрели? — Нет, — отвечаешь ты. Кровотечение замедлилось, скоро пройдет совсем, и все потихоньку начнет заживать. Это обязательный процесс, которому ты неохотно научился доверять. — Не знаю, стоит ли нам возвращаться в квартиру, — тихо говорит Стив, и ты задумываешься. Кофейня находится возле дома Стива. Они знали, что вы там будете. Стив усаживает тебя на ближайшее крыльцо, и тут же появляется Железный Человек и поднимает лицевую панель. — Я в курсе, что у тебя все эти сверхчеловеческие способности к исцелению и все такое, но мне было бы спокойнее, если бы ты истекал кровью у меня в башне, а не на крыльце какой-то итальянской бабушки. У него на лице настоящее волнение, а у тебя все равно не хватит сил сопротивляться, так что… — Не переживай, — продолжает Тони. — У нас в башне полно простых черных футболок, а если не понравятся, мы сможем купить новые, и ты будешь чувствовать себя как дома. Ты смотришь по сторонам. — Мы поедем на метро? Тони закатывает глаза, и прямо в центре перекрестка приземляется небольшой черный джет. — Ага, смешно, — говорит Тони. В джете все ведут себя очень тихо, но ты все равно слышишь их. Сэм спрашивает, не нужны ли тебе успокоительные; Наташа с Клинтом отвечают, что это плохая идея; Тони уточняет, есть ли у них вообще что-нибудь, что может подействовать на тебя. Ты отворачиваешься и прижимаешься щекой к груди Стива. Твоя рана под его ладонью уже начинает заживать. — Я не позволю им сделать тебе ничего плохого, — шепчет Стив, и ты киваешь.