Больше чем — никто

— Крис, а что ты так резко решила ко мне прийти? — спрашиваю я, расположившись на ногах дредастой. Перебирая её дреды, я заметила, как от моего вопроса она занервничала, — Тебе же отец что-то важно хотел сказать. — Да там фигня. Поговорили насчёт... компании. Да, именно о ней, — подтверждая свои же слова, произносит Крис. Я хмурюсь. — Ты какая-то серьёзная приехала. И вообще постоянно в своих мыслях летаешь. Может, что-то тебя беспокоит? — Всё нормально, Маш, — отмахивается Крис, смотря куда-то сквозь меня. Ну я же не глупая, понимаю, что все это время она пытается что-то сказать. — Ты врёшь, я чувствую. — Ты мне не веришь? — произносит Крис, расширяя глаза. — Ладно, давай потом обсудим всё, спать хочу, — я сползаю с ног дредастой и сваливаюсь на кровать. Накинув на себя одеяло, я отвернулась к стене. Через пару минут, я услышала, что Штрэфонд роется в моём шкафу, — Футболку возьми в нижнем ящике, там всё домашнее, — бурчу себе под нос. Позже я почувствовала, как рука Крис обхватила мою талию. Дредастая уткнулась своим лицом мне в плечо и через пару минут уже заснула. Я даже удивилась. Так быстро? Чувствуя тёплое дыхание, я прикрыла глаза. — Спокойной ночи, — последнее, что раздаётся в этой квартире перед тем, как наступила гробовая тишина. *** — Крис, уже пора, — недовольно говорю я, пытаясь вылезти из рук Штрэфонд. И когда мне это удаётся, сразу слышатся неразборчивые маты, — Ты позлись ещё тут. Я не собираюсь целый день проваляться здесь. — Ты такая скучная! — подмечает дредастая, протирая глаза, — Ужас какой-то. Даже выспаться нормально не даёт. — Это как раз ты скучная, если любишь валяться дома от безделья, — заявила я, проходя с дредастой на кухню. Крис плюхнулась на стул и стала тупо пялиться на меня, — Ну и что ты смотришь? Есть только чай. — Хоть его, мне похуй, — сонно бормочет Штрэфонд, прикрывая рот от зевания. — Предлагаю сегодня сходить в одно место, в котором я провела кучу этапов в своей жизни, — произношу я, усаживаясь за стол, дожидаясь чайника. Крис вопросительно смотрит на меня, — И это заброшка. — Серьёзно? Сейчас мы попрёмся в заброшку? — Крис с отвращением смотрит на меня, закидывая в рот печенье. — Попозже, — подмечаю я, — вечерком. — Ты уверена? Там же, наверное, грязно! И скучно! — Я тогда одна пойду, если ты не хочешь. Я давно там не была, нужно сходить. — Ла-адно, так уж и быть. Схожу с тобой, — и как раз в это время закипает чайник. Подойдя к нему, я выключаю его, — Я сахар буду! — воскликнула Крис. Наливая чай, я бросаю несколько кубиков сахара. — Довольна? — Спасибо! — улыбается Штрэфонд, начав пить содержимое, — Потом нужно сходить куда-нибудь, поесть нормально. К обеду мы с Крис поехали в обычный ресторан. Из еды взяли немного, плотно покушали и направились пешком гулять. Как раз и дойдём до моей заброшки. На улице очень холодно. В такую погоду не хочется гулять. Да вообще из дома выходить не хочется. Все тело замерзает. — Нам ещё долго идти? — Почти дошли, — отвечаю я. — Будем как бомжи какие-то,— недовольно произносит Крис, а я на это закатываю глаза. Я уже вижу вдалеке заброшенное здание. Показала рукой на это место дредастой, а та только противно поморщилась. Я не обратила на это внимание, и мы пришли. Кругом лужи и снег. Осторожно пройдя внутрь, мы поднялись по лестнице на самый верх. В принципе, ничего не изменилось. — Как же здесь сыро и грязно! — подмечает Крис. — Просто сейчас зима. Летом здесь куча травы и всякой живности, — говорю я, показывая рукой, чтобы та присаживалась, — Да садись ты уже, что стоишь? — Крис, оглянувшись, все же решила сесть рядом. — Ну и что мы тут делаем? — Просто сидим, — отвечаю я, смотря вдаль, где виднеются вершины ёлок, — если скучно, то можем поговорить. — Я тут тебе сказать кое-что хотела... — как-то неуверенно говорит Желточенко, на это я, резко взглянула на неё, — Мне отец запретил встречаться с тобой, — наконец выговаривает дредастая. — И... что теперь делать? — промолвила я, чувствуя, как сердце чуть ли не выпрыгивает наружу. — Не знаю... — А кто должен знать, Крис? Ты думаешь, что я это должна решить? — я уже говорю громче. Так вот что она умалчивала, — Теперь понятно, что за серьёзный разговор был вчера. А ты говорила, что ничего важного. — Я тоже не виновата, Маш... — Крис пытается взять меня за руку, на что я свою кисть отбрасываю, — Ты чего? — шепчет Штрэфонд, пытаясь поймать мой взгляд. — Я не хочу скрытых отношений, в конце концов, не хочу потом чувствовать себя убитой. — Маш, я не собираюсь с тобой расставаться. Я послала его, он не помешает нам, — Крис обнимает меня, притягивая крепче к себе, — И скрывать мы ничего не будем. Живём как раньше, просто имеем тот факт, что мой папа против, — я в ответ мямлю "хорошо", и мы молча сидим. — Может расскажешь что-нибудь новенькое про себя? Чтобы отойти от этой темы, — предлагаю я. Как только получаю согласный кивок головы, усаживаюсь поудобнее. — Ну... У меня мамы нет. Она предала нас, когда я ещё мелкой была. Переспала с каким-то богачом и свалила. Мне, если честно, похуй только потому что не помню её. У отца появилась другая женщина, которая, кстати, мне нравилась. Она ко мне относилась хорошо и была очень доброй. Я даже мамой её называла, но потом она исчезла. — В смысле исчезла? — Из нашей семьи исчезла. Я не знаю, где она. Мне кажется, они просто разошлись, просто мне не хотели говорить. — Понятно... — и опять молчание. Что теперь можно спросить? — А почему ты раньше постоянно доёбывалась до меня? — спрашиваю я, на что та усмехнулась. — Ну я не знала, как по-другому привлечь твоё внимание. Ты же постоянно сторонилась меня! — А что мне оставалось делать? — возмущённо воскликнула я. — Ну а ты признайся, сразу же влюбилась в меня! — с уверенностью произносит Крис, задрав голову выше. — Мечтай, Желточенко! Я терпеть тебя не могла, — закатив глаза, говорю я, — Ладно, пошли домой, я замёрзла. *** Уже пройдя домой к Маше, Желточенко уселась смотреть новенький сериал, который вышел недавно, а Маша пошла на кухню. Досмотрев первую серию, дредастой пришло сообщение. Отец: 23:07 Домой возвращаешься? Вы: 23:08 Нет. Не пиши мне. Отец: 23:08 Ты опять с ней? Вы: 23:10 И что ты сделаешь? Отец: 23:11 Я тебя предупреждал. Вы: 23:12 Давай, ещё скинь парочку угроз. Мне всё равно. В животе неприятно заболело. Что-то смотреть больше не хотелось. Хочется поесть. — Маш, есть что-нибудь из еды? — воскликнула дредастая, направившись на кухню. Там сидела Маша. Пила чай и что-то параллельно смотрела на телефоне, — Я могу сходить в магазин. — Да ладно, я схожу, — произносит Маша, вставая со стула. Накинув кофту, пошла в прихожую. — Хорошо, если что, возьми деньги у меня в кармане, — говорит Крис, провожая девушку, — Ты только не задерживайся. — Да что уж мне? Сейчас вечер, никого обычно не бывает в это время. Да и к тому же, мне просто спуститься вниз, — дредастая лишь кивает и закрывает за Машей дверь. Крис осталась одна в квартире. В голове почему-то был отец. Его сообщения максимально странные. Что он имел в виду, когда писал, что он предупреждал? Просто напугать решил? Но это не очень похоже на него. Живот стало крутить. Наверное от волнения. Страшно от мыслей, что может сделать отец. Он может что угодно. Кто знает, что у него там в голове, из-за этих ебучих денег. Крис также помнила вчерашние слова. Он сделает всё, что понадобится, чтобы Маша не мешала. На что он способен — неизвестно. Больше Крис, конечно, страшно за Машу. Она для него никто, девочка, которая мешает. Ну и что делать? Дредастой стало страшно. Крис еле как нашла в верхнем ящике успокоительные, выпив нужную дозу, пошла в комнату. Что-то становится не по себе. — Да где эта чёртова Лебедева? — воскликнула Крис, топнув ногой. Эта тишина начинает раздражать. Выводить из себя, — Её нет двадцать минут! Чтобы дойти до магазина и правда, нужно немного времени. Он круглосуточный. Там и идти до него не нужно, выйти на улицу и рядом уже он. Вечером, там почти никогда никакого не бывает, а если и есть, то пару человек. Так что очереди быть не может. Крис уже хотела звонить, но послышался щелчок из прихожей. Крис вскочила с кровати, направляясь на причину звука. — Ты что так долго? — Крис забирает пакет, в котором были продукты. Желточенко отнесла его на кухню, начиная разбирать еду. — Ты не представляешь... — шепчет Маша, на это Крис резко взглянула на шатенку. Та садится на стул, а дредастая хмурится, — За мной какие-то три мужика следили, я так испугалась! — В смысле? Как? — Штрэфонд отходит от пакета, и присаживается на корточки, смотря на девушку рядом. — Я решила покурить, вышла такая на улицу и села на лавочку, сижу, курю и вижу чёрную дорогую машину, ну и думаю, как повезло какой-то девушке. Потом встаю и наконец захожу в магазин, пока я покупала еду, один из них зашёл за мной. Поглазел, так ничего и не купил. Я постаралась как можно больше пробыть в помещении, но не получилось. Выхожу, а тот мужик за мной. Я направилась в подъезд, и эти трое зашли за мной. Слава богу, в лифт с нами зашли ещё два взрослых мужчины. Они меня спасли. — Господи... — Даже если бы я пыталась как-то увалить их, то не получилось бы. Они сильней. Они огромные накаченные шкафы, так и плюс их больше! — Боже, ну как так? — кидает Крис, понимая, что с Машей могло случиться что-то плохое. — Эй, ты чего поникла? Всё же хорошо, — Маша дотрагивается до дредастой, но Крис отходит. — Иди ложись спать, ты, наверное, устала за весь день. Я подойду, — кинув непонимающий взгляд в сторону Штрэфонд, Лебедева, всё-таки пошла в свою комнату. Дредастая тут же достаёт свой телефон. Вы: 23:50 Это ты сделал? Отец: 23:51 Я предупреждал тебя, но ты подумала, что это всё пустые слова. Вы: 23:51 Это твои были? Отец: 23:52 Ты догадливая. Но, к сожалению, им помешали. Всё должно было быть по-другому. Если бы мой план не разрушили какие-то щенки, то ты бы сегодня точно не увидела свою Машеньку. Крис начинает злиться. Её бесят эти слова. Вы: 23: 53 Не боишься, что я в полицию пойду? Отец: 23:55 Ты забыла, кто я? У меня куча связей. Да и тебе это никакой пользы не принесёт. Вы: 23:55 Уйди из моей жизни. Отец: 23:56 Ты без меня не сможешь. Я твой отец, и ты живёшь за мой счёт. Я не хотел портить с тобой отношения, но ты сама всё делаешь хуже. У тебя был целый день подумать, но, ты, кажется, не думала. Вы: 23:57 Что тебе нужно? Почему отстать не можешь от Маши? Что она плохого сделала? Отец: 23:57 Она мешает моему бизнесу. Мою продукцию покупают, в основном, богатые, порядочные, умные люди. Если они узнают об этом позоре, я лишусь кучи денег. И именно Маша, мешает мне. Так почему бы мне её не убрать? Вы: 23:58 Ты ужасный человек. Отец: 23:58 И запомни. В этом виновата лишь ты. Ты можешь оставить эту Машу, и с ней ничего не случится. Но ты выбрала, по-другому. Ты знаешь, какой я. Я сделаю всё, что потребуется, чтобы не потерять деньги. Вы: 00:00 Не трогай её. Я всё сделаю. Дай денёк всё обдумать. Отец: 00:01 Нет, Крис. У тебя и так был день. Если завтра до девяти утра тебя не будет дома, то я продолжу, и больше у тебя не будет выбора. Крис больше не могла это читать. Становилась слишком... Больно. Почему он просто не может оставить их в покое? Почему из-за этого, должна решаться судьба человека? Почему нельзя просто жить и любить? — Крис, ну ты чего там? — слышится нежный голос. — Иду... — Крис просто накрывается одеялом до головы и быстрее жмурит глаза, чтоб забыться. Заснуть и больше не существовать в этом мире. Встречаться дальше с Машей, но теперь на каждом углу ей предстоит опасность? Или отпустить её, и тогда Лебедева точно будет в безопасности. Слишком сложно.