Случайности не случайны

Январь 2004

Гермиона Джин Грейнджер выдающаяся студентка Хогвартса, окончившая учебу с наивысшими баллами. Студентка факультета Гриффиндор. Любимый цвет — синий. Любимый предмет — история магии, руны, защита от Тёмных Искусств, магловедение и заклинания. Девушка, участвовавшая в битве за Хогвартс, подруга Гарри Поттера. Делает всё возможное, чтобы стать следующим министром магии Великобритании. Она мать чудесной четырёхлетней летней девочки Рози. И… В разводе. Развод. Пожалуй, самое ожидаемое событие в её жизни. Жизнь подталкивала её к этому с того самого момента, как они сыграли скромную свадьбу в разгар учёбы и решили оставить в тайне их маленький секрет. Вся семья Уизли была бесконечно рада данному событию, ведь ещё один наследник должен был появится через несколько месяцев на свет. Но только не сама Гермиона, желавшая повернуть время вспять и исправить сложившуюся ситуацию. Она не была готова. Материнство. Когда тебе за двадцать пять — возможно. Но уж точно не в девятнадцать. У Грейнджер были грандиозные, тщательно разложенные по полочкам планы — протяни руку и действуй. Но нет. Они рухнули, ради семьи она была вынуждена подавить собственные планы. Разве не это всегда твердил Гарри? Семья — самый важный ключевой фактор, движущий твоими действиями. Заставляющий идти наперекор судьбе, мечтам… Прошло чуть больше трёх месяцев после победы над Тёмным Лордом, как Рон попросил её руки и сердца. Сумев красиво выплыть из данной ситуации, Гермиона восклицала, что ей стоит закончить учёбу. Ведь она была единственной вернувшейся, среди своих друзей, в школу. Пока Рон повышал навыки в Министерстве, дабы стать достойным аврором, она сосредоточено шла к тому, чтоб ему не пришлось вспоминать слова подруги тем днём. —З-замуж? — Шум прибоя за окном заполонил её ушные раковины. Или ей только так казалось, пока всё семейство вытаращило на неё свои глаза. Гарри поджал губы, явно догадываясь об ответе Гермионы. А сам Рон смотрел довольно наивно, выжидающе и, кажется, дико нервничал. —Я думала мы все вернёмся в Хогвартс, чтоб закончить учёбу? — это был даже не вопрос, а мольба. Но все молчали. На мгновение ей показалось, что Молли хотела поддержать, чуть раскрыв губы, но тут же одёрнула себя, понимаю всю ситуацию происходящего. Повисла пауза. Слишком затянувшаяся пауза. И тут Рон рассмеялся. Возможно, он хотел так скрыть свой позор, но выглядел достаточно искренне. —Гермиона, скажешь тоже. — лучший друг и любимый человек в одном лице всё ещё стоял на одном колене. Посреди гостиной. В коттедже Ракушка. Кажется, воздух стал почти электрическим, от скопившегося накала всех присутствующих. В красной коробочке, которую держал Рон, поблескивало кольцо. Оно отливало золотом, а в серединке был небольшой камушек. Что-то удерживало Грейнджер, странное чувство, что ещё слишком рано. Не сейчас. Не сегодня. Нет. Девушка одним жестом забрала коробочку и вывела парня за дверь. На морской воздух. Здесь дышалось легче. Гермиона крепко сжимала запястья парня и лишь пройдя метров тридцать по уже холодному песку босиком, так как солнце село за горизонт, накрывая плечи сумраком, Рон остановился. —Ты не хочешь выходить за меня? — эти до боли грустные глаза и опущенный нос. Она ненавидела, когда он так делал. —Ч-что?! — и откуда в ней было столько противоречий и испуга? — Х-хочу… — Почти убедительно, Гермиона. — Хочу. Конечно хочу. Вечерний август был довольно холодным для этого места. Она провела ладонями по плечам, пытаясь унять дрожь. Парень тут же наложил согревающие чары. Да, порой Грейнджер забывала, что была волшебницей, особенно в такие моменты. Моменты, которые могли разрушить всю её жизнь. Ведь она успела выстроить идеальный план. Сначала учёба. Получение наивысших баллов. Затем работа в Министерстве. Постараться пройти в отдел регулирования и контроля за магическими существами, чтобы исправить ситуацию с эльфами. А потом… потом… —…Гермиона, — кажется Рон говорил, но мозг играл с ней злую шутку, показывая все картинки идеальной жизни. — Так ты станешь моей женой? Кольцо заблестело, как только Уизли достал его и схватил левую руку девушки, ожидая. Три, два, один. Выдох. —Выйду. — Это слово чувствовалось на языке как-то неестественно. Яркий металл тут же окольцевал безымянный палец. Он был холодным. —Но сначала учёба. — донести до Рона данный факт, было как учить одногодку решать математические задачи. Он просто не переставая кивал, радуясь её согласию и Гермиона улыбнулась ему в ответ, оставив поцелуй на его губах.

* * *

Сентябрь выдался для Грейнджер довольно странным. В Хогвартсе не было никаких распределений на факультеты. Ученики не спускались в подземелья на зельеварение. Всё сократилось до минимума. Теперь их называли группой. В ней находились все желающие окончить учёбу семикурсники. Минерва специально это сделала, дабы не развивать какие-либо конфликты между студентами. Оказалось, что не так много человек желает продолжить этот путь. Их было от силы человек четырнадцать. Многие погибли на поле боя. Остальные решили не тратить попусту время, а других не отпустили родители, считая данное занятие бессмыслицей. С августа прошёл месяц. С самого возвращения в школу, Грейнджер не доставала кольцо, она всё так же хранила его в красной бархатной коробочке, что лежала в тумбочке у кровати. Иногда на неё накатывали странные чувства, заставляющие примерять по ночам его на безымянный палец. Она разрывалась, считая месяцы до конца обучения в Хогвартсе. Их оставалось девять, так мало, чтоб повзрослеть и создать собственную семью. Так мало, чтоб сменить фамилию и стать Уизли. Октябрьские дни начались слишком быстро, середина месяца. Она всегда погружалась в учебу с головой и этот год не тал исключением. Когда Макгонагалл читала лекцию отмечая на доске палочкой ключевые моменты, Гермиона внимательно слушала, абстрагируясь от недовольного воя парней сзади, что только мешали ей конспектировать. Грейнджер не была уверенна, но возможно изо рта Терри Бута вырвалось не совсем приличное умозаключение, на что ей при шлось развернуться и приструнить парня на счет ругательств при учителе. В итоге её мозг на одно мгновение парализовало, создавая прочную пленку, что не даёт информации перевариться. На самом деле девушка, была уверенна, что ему возвращаться в замок не стоило. Не нужно испытывать судьбу, ловя испепеляющие взгляды остальных. Никто из слизеринцев не вернулся. Ни один человек. И только Драко Малфой уверенно вошёл в класс, чуть замедляясь в проёме и осматривая каждого. Ещё одна неловкая пауза. Такая же, как в коттедже Ракушка. Макгонагалл демонстративно прочистила горло и поприветствовала своего бывшего ученика, указывая рукой на свободное место. Гермиона занервничала, ощущая как толща воды вот вот раздавит тело. Драко передвигался медленно, словно дикий зверь на охоте. Вот только хищники окружали его, но ему, похоже, было плевать. Кто-то выкрикнул оскорбительные слова. —…смотрите, это же папонькин сыночек. —Мерзкий пожиратель. — шепнула одна из девушек. От чего Гермиона вжалась в сидение ещё сильнее, она была готова поклясться, что каждый волосок на коже встал, ощущая некий страх. Минерва продолжала читать вслух главу из учебника, совершенно не обращая внимание на происходящее. Она знала, слышала. Но никак не отреагировала. И это дико злило Гермиону. Почему-то события последнего дня в Хогвартсе стояли перед глазами. Драко был одним из них. Одним из тех, кто хотел спасти своих друзей и стоял на аллее позади Грейнджер, пока Хагрид нёс тело Гарри. Малфой зыркнул на неё так, что захотелось провалиться на месте. Грейнджер пришла тут же в себя замечая его повадки. Дикие. Холодные и расчётливые. Драко резко двинулся вперёд, как змея. Все парни тут же напряглись и немного повставали со своих мест на защиту Ханны. Пусть закроет свой рот, глупая идиотка. Гермиона мысленно молила Мерлина, лишь бы не дошло до заклятий посреди класса. Малфой играл с ними, конечно же он не посмеет как-то навредить Ханне, в присутствии студентов и директора школы. Драко ведь не настолько глуп? Верно? Его отца посадили в Азкабан. Мать же отделалась домашним арестом на два года. Два года ей нельзя было покидать собственное имение не по какой весомой и не весомой причине. Иначе она отправится вслед за мужем. А что касалось Малфоя младшего, здесь было что-то не чисто. Грейнджер точно знала от Гарри, что на его руке была метка. Но почему он здесь? И кто позволил бывшему Пожирателю прийти в школу, да ещё и учиться вместе с остальными. Для неё это было загадкой. Девушка пришла в себя в тот же момент, когда блондин плюхнулся на стоящий рядом стул. Один стол. Они поделил его на двоих. Ей точно будет плохо. Вот прямо сейчас. Да-да. Именно. Грейнджер ощутила, как её окутывает неизведанная дымка запахов. Их было слишком много, а яркое проявление табака, мяты и бергамота заставляли горло сжаться. Возможно, в другой ситуации, аромат даже восхитил обоняние, но не сегодня. Сейчас ей хотелось закрыть рот ладонью и чтоб он перестал пялиться. Пара всхлипов и ничего. Гермиона вылетела из класса, всё ещё надавливая ладонью на губы. Не успевая добежать до туалета, её вырвало за углом. Мерлин! Как он посмел сесть рядом с ней?! Это было нарочно? Ему так хотелось позлить всех вокруг себя. Чистокровный волшебник, именуемым себя избранным Волан-де-Мортом оказался рядом с грязнокровкой. Второй спазм в желудке. Палочка помогла справиться с беспорядком. Гермиона не хотела возвращаться в класс. Она последовала по пустому коридору к беседке на улице. Ей нравилось проводить в ней время в мае и сентябре вместе с Гарри и Роном. Рон. Боже, при мысли о предстоящей свадьбе ей было нехорошо. Письма от жениха приходили каждую субботу. Он рассказывал о своих делах в Министерстве. О высотах, которых он достигал стремительно быстро и что-то Гермионе подсказывало, что Гарри в этом поучаствовал. Наколдовав себе теплую мантию, Грейнджер села на каменный выступ, смотря вдаль. Ноги болтыхались на весу, едва касаясь всё ещё зелёной травы. Ей нравилась эта беззаботность. Нравилось уединение. Когда она выйдет замуж, такого не будет. —Акцио бархатная коробочка. Через секунд двадцать запястье чуть не хрустнуло от удара. Гермиона аккуратно вынудила кольцо и надела на безымянный палец. Оно было довольно простым и в тоже время красивым. —Поздравляю. — в голосе была смесь издёвки и презрения. Прищурившись, девушка приметила Драко в теплой мантии и с капюшоном на голове. Ей показалось это странным, ведь было не настолько холодно для головного убора. Молниеносно спрятав руку за спину, и встав с камня, Гермиона выпрямилась —С чем это ты меня поздравляешь, Малфой? — быстро оглянувшись по сторонам, она поняла, что вокруг никого. —Ну как же? — эта угловатая улыбка расплылась на гладком лице, с острыми скулами. — Выходишь замуж, небось за Уизли? — и как ему удавалось быть настолько ядовитым? Учитывая всё, что произошло. Кажется, парня это никак не волновало. Она лишь пожала плечами и стала покусывать нижнюю губу зубами, понимая, что не собирается продолжать данный разговор. Сжав крепче палочку, она резко развернулась, чтоб уйти. —Постой! — Гермиона замерла. Поворачиваться к нему спиной было ошибкой, наивная дурочка. Страх заставил её обернуться, как Драко почти врезался в её грудь, словно холодный ветер, подувший с севера. Его глаза были голубыми. Нет. Серыми, с голубыми вкраплениями. Тоже неверно. Они напоминали свинец и чем дольше Малфой смотрел, тем ей казалось, что не может быть настолько красивых глаз у такого ничтожного человека. —Ты забыла. — Драко вытянул руку. Левую руку. Оголяя запястье. Ещё немного и она удостоверится в этом сама. Она найдет остатки метки. Череп. Змея. Ничего. Его пальцы разжались и она автоматически протянула руки, ловя свою сумку. Происходило нечто странное. Хорошо, пусть это будет Гарри, Невилл, Захария Смит, Терри Бут. Годрик, да кто угодно. Но не Драко Малфой. Драко Малфой, который принес её сумку. Зачем? Что ему нужно? Он был близко. Непозволительно. Дыхание почти касалось порозовевших щёк, и этот взгляд. Холодный. Отчуждённый и с долей… сожаления? Драко сделал шаг назад, всё ещё смотря. Рассматривая каждую деталь на лице. Он не моргал и она тоже. Это было… ненормально. Шаг. Шаг. Ещё два и Гермиона потеряла с ним связь, так как видела лишь спину и капюшон, напоминающий ей время войны. Войны и пожирателей в масках.

* * *

Перед рождественскими каникулами, Гермиона уже была вовсе не рада, что оказалась в школе. У неё было странное предчувствие. Её точно хотят убить. Малфой решил так отомстить Гарри за своих отца и мать. Он был везде. Сидел с ней за столом в учебном классе — и это при наличии большого количества свободных мест — этого чёртового идиота вечно тянуло к ней. Грейнджер было жутко. Поведение слизеринца не являлось нормальным. От Драко веяло ходом, вот в прямом смысле, изморозью середины декабря. Колючей и обжигающей поверхность кожи изморозью. Они не разговаривали. Вообще ни о чем. Лишь какие-то фразы вскользь. По заданию от преподавателей. Или в Большом зале, когда ему приспичило на виду у всех поспорить с Гермионой, кем же на самом деле являлся один из основателей Годрик Гриффиндор. —Он не был чистокровным, — процедила девушка сквозь зубы, чувствуя ярость. — Годрик Гриффиндор известен тем, что обучал не только чистокровных волшебников, но и таких как я! — на последнем она сделала большой акцент и… закричала? Гормоны вовсе сводили Грейнджер с ума. Ах, да, не прошло с их первой встречи и недели, как Гермиона поняла, что беременна. Мадам Помфри обещала держать это в тайне. Но кажется, сама девушка не справлялась со свалившимися на неё проблемами. —Тише, Грейнджер, я лишь констатирую такие же факты как и ты. — в данных темах Драко всегда говорил толково, от чего её тоже бесило. —Не надо меня успокаивать, Малфой. Я так же констатирую факты, и кстати твои — необычайная херня. Парни за столом загудели, как бы подначивая ситуацию раскалиться ещё сильнее. Казалось бы, куда ещё? Она была готова разорвать всех сейчас за этим столом. У неё дико болела голова. Тошнота часто возвращалась во время трапезы. Даже мышцы вдоль позвоночника постоянно ныли, словно в них образовывались болевые точки. —Признайся, ты просто не можешь смириться с тем, что я, лучше тебя? — Драко поглотил ложку с желе, и прищурился, смеясь над ней лишь одними глазами. Серыми, словно свинец радужками. Что постоянно меняли свой оттенок под разным освещением. Кажется, Драко стал их любимчиком. Был всего лишь декабрь. Ему хватило три месяца, три месяца чтобы обольстить её сокурсников и стать… лидером. Как это низко с его стороны. —Да пошел ты, Малфой. — с резким гулом ножек о пол она подорвалась со стула и вышла из зала. Ей перестало хватать кислорода. И почему именно она? Ну за что на Гермиону свалились подобные мучения? Голова резко закружилась и пришлось нащупать холодную стену рукой, чтобы не упасть. Грейнджер замедлила шаг, облокачиваясь плечом и похоже сползая вниз. Ей нужно привести вестибулярный аппарат в норму. Помфри говорила вдыхать через ноздри, выдыхать через рот. Кажется это помогало. Это всегда приводило её сердце в нужный ритм. Но сейчас почему-то сковывающая боль прошлась по позвоночнику и ударила в поясницу. Гермиона простонала, чувствуя под ладонями твердое покрытие полов Хогвартса. Запрокинув голову, она постаралась открыть глаза, но свет только усугубил ситуацию и ударил в глаза, отражаясь мигренью в висках. — Ты в порядке? — напоминало морские волны. Этот тембр. Голос заставил её ненадолго почувствовать себя птицей, сидящей на камне и наслаждающейся знойным прибоем. Но лишь открыв глаза, Гермиона в очередной раз оцепенела, понимая, кто напротив неё. —Хватит преследовать меня. Ненормальный. — она зажмурилась, ища палочку в кармане джемпера. —Если бы я хотел, то уже сделал это. — Грейнджер скривилась от боли и с трудом посмотрела на Малфоя. Он сидел на корточках, на расстоянии метра, его поза была расслабленной, а черты лица мягкими. Платиновые волосы слегка взъерошенными и запах мяты с бергамотом, вновь завладел сознанием. —Сделал бы что? — древко уверенно держалось в правой руке. Гермиона была наготове, если бы Малфой захотел выкинуть какой-нибудь номер, у него вряд ли бы вышло. Ведь он падок на разные выходки на публике, но их окружали лишь стены Хогвартса. Ни единой живой и неодушевлённой души. —Убил тебя. — уголок губ парня дернулся, расплываясь в слизеринской улыбке. Очень красивой улыбке. Она прежде не была так близка к нему, чтобы хорошенько разглядеть каждую деталь. —Ты ведь этого опасаешься, верно? — продолжил сокурсник, немного отклоняясь назад, дабы дать девушке больше пространства. —Какой же ты самодовольный кретин, — Гермиона попыталась оттолкнуться от стены, но тут же осела, понимая, что в висках всё та же дикая пульсация боли. — Запомни, Малфой, я не боюсь тебя. Кажется, ему нравилось издеваться над девушкой. Ведь блондин откровенно рассмеялся, крутя собственную палочку в руках, словно сорванную ветку с дерева. —Сможешь идти? — вдруг сменил тему слизеринец. Девушка лишь вздёрнула нос и встала. Встала, несмотря на то, что тело ломило от боли. Ей даже вспомнились несколько круциатусов в спину. Да, пожалуй можно было сейчас сравнить, только Гермиона не кричала и её никто не пытал. Она сама загнала себя в такую ситуацию. Сама решила выйти замуж за Рона и родить ребенка. На мгновение ей почудилось, что всё вокруг расплывается, становится невесомым и каким то беззаботным. Это было приятно ощущать. Крепкое объятие в районе талии и шепчущий на ухо голос. Словно она очутилась возле океана, слушая песни волн, что разбивались о камни. Словно ничего не существовало вокруг. Её идеально выстроенный мир. Когда Гермиона раскрыла глаза, то ощутила неприятный запах настоек трав. Под руками были накрахмаленные простыни, а сама она лежала в палате мадам Помфри. —О, деточка, ты уже проснулась. Хорошо, — Женщина поднесла несколько склянок с зельями разных цветов и поставила те на её кроватную тумбочку. — Выпей эту. — она всучила маленький флакон, пахнущий, как квашенная капуста и Гермиона, зажмурив глаза, проглотила. —Что я здесь делаю? — зарывшись пальцами в кудри, она сжала череп пытаясь вспомнить. —Как же? — Медсестра озадаченно посмотрела на ученицу. — Ты потеряла сознание, забыла? Грейнджер лишь покачала головой, выпивая вторую склянку зелья, что было ещё хуже предыдущего и поморщила нос. —А ты думала беременность протекает гладко? В любом случае, не у волшебниц уж точно. — наколдовав диагностическое заклинание Помфри внимательно рассматривала каждую сверкающую нить над животом Гермионы, записывая что-то в пергаменте. —Как он? —С ребенком всё хорошо. Но пожалуйста, исключи из своего рациона невроз и разного вида стресс, это непозволительно в твоём положении, — словно отчитывала её медсестра. — Ты молода, но подобное не идёт на пользу ни твоему ребенку, ни тебе. — Грейнджер хотела укрыться одеялом, защититься магическим щитом, лишь бы не слышать о том, какая она неудачная мать. —Да. Вы правы, я буду осторожна, — облокотившись на мягкую подушку, девушка поняла что её веки снова потяжелели. — Что со мной? —Зелье сна. Тебе нужно набраться сил. — Помфри помогла ученице улечься удобнее поправляя перину. — Не переживай, я передала мальчику, что ты сегодня останешься здесь. —Мальчику? Какому мальчику? — Если б не волшебная настойка, Гермиона точно кричала от испуга. —Сын Малфоя, — она недовольно покачала головой, как бы осуждая. — Я не думала, что вы дружите. Ну он передаст послание Минерве. А теперь отдыхай. Если б не количества разных зелий в организме, Грейнджер точно уже летела к Малфою выяснять, что он знает. Она бы держала палочку наготове, чтоб запустить в того Ступефай или другого вида оглушение, на пару часов. С виду Гермиона выглядела очень спокойно, но внутри всё пылало, заполняя каждый орган. Как будто она проснулась посреди операции под наркозом. Всё чувствовала, каждый надрез, шов, иглу, но не имела возможности повести и указательным пальцем, обмолвиться словом.