Как тебя покорить?...

Вставать не хотелось от слова совсем. Под боком лежал Сережа, и он чувствовал это каждой клеточкой тела. Ещё бы, тот снова был прижат к нему, но теперь уже самим Ваней. Солнце мешало им снова окунуться в сон, и поэтому парни стали открывать глаза. Минутный восторг и залипание на кудрявого станет для него обрядом. Сережа зашевелился и стал слазить с Вани, укрываясь одеялом, а потом и вовсе садясь в вертикальное положение. Парень протер лицо и прочистил горло, после чего снова взглянул на Ваню. Русоволосый даже не думал вставать, ему так хорошо спалось… — Вань… Нам пора вставать, сколько времени уже? — он замотался в одеяло и вышел в гостиную. — Блять, Ваня! — вопль, и Ваня вздрагивает. Что случилось? Что за шум? — Уже двенадцать дня! Сколько мы проспали?! Ёлка! Игрушки! Ваня, вставай! Он залетел в комнату, быстро сбрасывая одеяло и голым побежал в ванну, с криками о том, как мало времени у них осталось. — Боже, Серёж, успокойся! Чего ты?.. Зашёл за ним, наблюдая, как тот быстро моется под душем. — Мама меня убьет! Она сказала, чтобы мы всё украсили к их приходу! Что б тебя! Потихоньку Ваня проснулся, и теперь можно было подумать головой. Сегодня утром они переспали, и это было лучшее, что происходило в его жизни. Вспышки ярко стали всплывать в голове, воспроизводя Серёжу в такой неприличной позе… Тряхнув головой, он часто заморгал, пытаясь убрать наваждение, иначе кроме него встанет что-то ещё, а ему сейчас ой как не до этого… — Ну чего стоишь?! Бегом одевайся и убирай грязную простынь… Всё, шевелись! Серёжа дал указания, и Ваня тут же пошел всё выполнять. Сначала следует одеться, иначе ходить голой жопой неприятно как-то… Открыв шкаф, нашел вещи парня и выбрал первую попавшую футболку, а к ним и шорты. Постель. Снял грязную простынь и выкинул на пол Они так много проспали? Видимо, так утомились… Снова мысли, и он опять старается не думать об этом, потому что Серёжа вышел из ванны весь потрёпанный. Сразу стал переодеваться, а после без слов схватил простынь и, видимо, закинул в стирку… — Так, пошли разбирать игрушки. Ваня послушно последовал за ним, потому что украсить ёлку стоит. Сережа подошёл к пакетам, что стояли около входной двери, и понес в гостиную, ставя их на диван. — Так, сначала ёлку, а потом уже всё остальное, — стал выкладывать всё, что было в пакетах. Подарки. Там был подарок для Серёжи! Подойдя к Серёже, парень быстро взял один пакет и понес в комнату. — Куда это мы пошли?! Поставь пакет! Ваня, блять! — весь взвинченный и на нервах. — Сейчас! Не обращай внимания, я всё верну! — он закрыл дверь, а кудрявый только проматерился, понимая, что стоит уже начать. Сначала достал игрушки и стал вешать их на веточки, осторожно, чтобы ничего не упало. Взгляд бегал от одной стороны на другую, измеряя, где нужно повесить ещё, а где перебор. Он так увлекся процессом, что не заметил, как Ваня присоединился к нему, помогая вешать на верхние ветки, где не дотягивается Серёжа. — Теперь мишуру? Или гирлянду? — голос за его спиной, что так тепло обдал мурашками. Сережа повернулся, поднимая голову и встречаясь с малахитами, что сверкали на солнце. Они светили как никогда ярко, проникая через окна, даря тепло и такой знакомый уют в предпраздничные дни… — Давай сначала гирлянду, — кивнул парень, и Ваня достал гирлянду. — Есть куда подключать? — стал распаковывать вещь. — Да, розетка за телевизором, — указал на плазму. Без слов стали вешать гирлянду, медленно поправляя ветки, чтобы не задевались за провода. Ване понравилось украшать ёлку. Это из-за того, что он впервые встретит новый год не один, а с Серёжей, или просто из-за… А из-за чего ещё? Конечно из-за него! Сейчас кудрявый неосознанно улыбался, следя, как Ваня достает из пакета мишуру. Русоволосый обмотал её вокруг шеи и достал ещё одну, уже вешая на ёлку. Такой ребенок… Как только процесс был закончен, то кудрявый парень сел на диван и откинулся на спинку. — Сколько времени? Мы успеем украсить гостиную? — он повернул голову к Ване, а тот сел рядом, смотря на дисплей телефона. — Час дня, думаю, успеем… А ты не знаешь, когда они придут? — лег на бок, чтобы видеть, как кудрявые пряди двигаются от его дыхания. — Не знаю, но сейчас позвоню маме, — он встал с дивана, направляясь в комнату, потому что, видимо, там был телефон. — Вань, а ты если хочешь кушать, то мама наготовила вчера всякого, подогрей в микроволновке! — крик с комнаты, и дверь закрывается. Кушать. Только сейчас он понял, как хочет есть. Живот заурчал, и парень двинулся на кухню, чтобы подогреть себе обед. *** — Твоя мама очень вкусно готовит! — восторженно произнес Ваня и поднес вторую ложку борща в рот. Он любил борщ. Вот только готовить сам не умел. Бабушка часто готовила ему его, так же как и блины, они стали чем-то родным для него. — Хах, спасибо, она знает, что готовит как шеф-повар, — подмигнул Серёжа и сел напротив него. — Кстати, когда они придут? — откусил хлеб. — Мама сказала, что они задержаться им ещё в свою квартиру забежать надо, — тоже потянулся уплетать еду. — Ещё одна квартира?! — суп чуть ли не полился изо рта. — Да, они купили мне, когда мне исполнилось шестнадцать, а мы до этого жили в старой квартире, в которой живут они сейчас, — просто и понятно. Видимо, они правда хорошо зарабатывают, раз могут себе позволить две квартиры… Ваня снова взглянул на Серёжу, и наваждение снова накрыло его. Картинки всплыли, не давая проглотить супчик, а ведь он такой вкусный… Но не такой вкусный, как Сережа… Да что ж ты будешь делать?! Почему сейчас, когда он ест такой охуенный борщ?! — Серёж, у тебя ничего не болит? Кхм, просто… — Все нормально, болит немного, но это терпимо, — он подмигнул, а Ваня чуть не подавился. — Всё, кушай, нам ещё украшать гостиную. Украсить гостиную? Не проблема, но проблема возникает только у Вани, что теперь постоянно пялится на пятую точку. После того как они переспали, то всё внутри него будто перевернулось. Стеснительность куда-то пропала, появилось желание постоянно трогать этого светлого мальчика, даже если тот просто наклонился взять новую мишуру, чтобы повесить её на шторы. Он стал маньяком? — Ваня, ну чего ты встал? Я не встал, но скоро у меня точно встанет… — Задумался, кхм, чем помочь? — заморгал и стал бегать глазами по гостиной, только бы не смотреть, как эти ничего не понимающие глаза стреляют в него. — Ты сегодня какой-то не такой, всё нормально? У тебя не температура? — Сережа бросил мишуру и подошёл к Ване, на цыпочках дотягиваясь до лба, а затем прикладывая губы к нему. Ваня сейчас готов был подхватить того за талию и повалить на этот диван, потому что началась тахикардия. Температура тела повысилась, и его руки сжались в кулаки. Он не понимал своего тела от слова совсем. — У тебя лоб горячий! Ваня, ты заболел?! Боже, ну что за ребёнок?! Почему он не может понять, что рядом с ним невозможно находиться, потому что перед глазами маячит шея, которая была вся в засосах, но тот взял тональник и теперь шея чистая, вот только помыслы Вани грязные… — Все в порядке, давай лучше помогу тебе, — он чуть отодвинул его и зашагал к пакетам, хватая в руки мишуру, быстро перебирая на другую сторону гостиной, вешая её над дверью. — Хорошо, но если чувствуешь себя нехорошо, то сразу говори! — Ладно. Он явно не понимал, что блять за выброс гормонов. Откуда такая прыть?! Почему он вдруг стал так чувствителен к прикосновениям от Серёжи? Почему вдруг сейчас, когда это совсем некстати?! А если так будет при родителях?! Обречённый вздох, но он продолжает делать то, что обещал. Вешать гирлянду, хотя с удовольствием повесился сам, если бы не кудрявый. *** — А вот и мы! — голос с прихожей, и парни вскакивают с дивана. Все это время после того, как они украсили гостиную, решили посмотреть сериал, и лёжа в обнимку совсем забыли про время, что текло сквозь пальцы. — Мама, папа! — Сережа обнял каждого и взял пакеты с их рук. — Пап, знакомься, это Ваня, мой парень, — он кивнул на русоволосого, что стоял, неловко здороваясь. — Здравствуйте, Иван, меня зовут Владимир, обращайся ко мне как тебе удобно, — теплая улыбка, и он протягивает руку для рукопожатия. Это его отец… А у Вани нет такого отца. Настроение почему-то поникло, и он, слабо улыбнувшись, подал руку в ответ. — Ну чего вы встали? Садись за стол, сейчас будем кушать! Мальчики, руки мыли? Быстро руки мыть! Голос с кухни, и он правда чувствует, что находится дома. Но не у себя. Его дома никто так не встречал. В его доме не были рады парню. А здесь все такие теплые и домашние, что детская обида червяком проникла в сердце, не давая парню успокоиться. Почему у кого-то нормальная семья, а у него всё пошло нахуй?..