Как тебя покорить?...

Скучать по человеку — это же нормально? Естественно! Но почему тогда так неприятно? Хочется рядом его, а рядом только капельница, от которой уже хочется блевать, потому что постоянно видеть её невозможно. Мама приходит каждый день и ставит мандарины на тумбу. Там уже и места свободного нет, но Сережа делится этими фруктами с врачами и медсёстрами, потому что смотреть на них не может уже. До того как Ваня уехал, он ел эти оранжевые круглые вкусняшки с рук зеленоглазого парня, а сейчас… Сейчас нет. Сейчас он скучает. Вроде прошел только один день или два? Сбился со счета, потому что за окном пейзаж не меняется. Парень просыпается когда на улице темно, и засыпает когда темно, а все потому что зима не даёт солнцу выглянуть. Будто тучи совершенно не хотят показывать Серёже хоть частичку тепла, всё время затмевая лучики своими серыми облаками… Он тоже остался без солнышка. Солнышко сейчас там, где тепло, еле приехало… Сочи. Такой теплый город. Слышал о нем только с рассказов мамы с папой, которые ездили туда в командировку. Они говорят там хорошо. Настолько, что даже уезжать не хочется… А что если и Ваня не захочет?.. Грусть совсем засела в сердце, и парень укрылся в одеяло, буравя входную дверь взглядом. Кто-то постучался, и Пешков прикрыл глаза. — Серёж, можно? — знакомый женский голос и Сережа, встрепенувшись, откидывает одеяло. — Да, заходи, — он следит за тем, как открывается дверь, и на пороге стоит Даша в бежевой куртке и нежно-розовой шапке. Укутана в шарф. — Даша? — Сережа встаёт с постели и подходит, помогая девушке снять с себя верхнюю одежду. — Привет, Серёж, — на её глазах внезапно появляются слезы, и она падает в его объятия, начиная дрожать. — Я д-думала, ч-что-о… Что ты не проснешься! — она начала плакать и Сережа тихо засмеялся, понимая, как глупо она думала. — Ну ты чего? Какой «не проснусь»? Ты что! Я же не смертельно ранен, пару ушибов и всё, — он тихо похрипывает, ощущая некий дискомфорт в районе ребер, но игнорирует, потому что девушку надо успокоить. — Я очень за тебя переживала! — Даша сжимает его пижаму и плачет просто навзрыд. А Пешков ждёт. Потому что бедная девушка совсем забывает о чем-то и просто ищет поддержки. Винит себя за то, что не пришла раньше, за то, что не догадалась, что её аккаунт взломал Вадим и послал те сообщения от её имени, а потом просто удалил. Удалил, а после того, как она давала показания, всё вылилось. Вадим почему-то не стал от нее ничего скрывать и во всем сознался. Сознался в том, что из-за ревности и из-за мести избил бедного парня, который ничего плохо не сделал… Ни ему, ни Даше. — Прости меня… Прости меня, Серёж, пожалуйста! — она оторвала свое лицо от его груди и вытерла слезы ладонью, всхлипывая. — Даш… Даш, посмотри на меня, — он взял её лицо в свои ладони и ободряюще улыбнулся. — Ты ни в чем не виновата, понимаешь? Ни в чем! Это же не ты меня избила, а он, — большим пальцем вытер мокрые щеки. — Но это же из-за меня… — Не знаю, но даже если так, он сам виноват. Ты не виновна. Просто знай это и больше не извиняйся, хорошо? — прошептал Серёжа и потянул Дашу в объятия, пытаясь успокоить её. Возможно, Ване это не понравилось бы, но он не может поступить по-другому. Даша винит себя в том, чего не делала. Она даже не знала о том, что Вадим хочет его избить. Почему себя винит? Возможно, из-за того, что ревновали её. Но это ничего не значит. Сережа сейчас старается поддержать её и дать понять, что Даша совершенно не должна реветь сейчас. — Даш, всё, тише, — гладил спину и вспоминал, как гладил Ваню. — Хорошо, я… Я успокоилась, — снова оторвала руки от него и стала приходить в себя. Пешков лишь подошёл к своей постели и стал ждать девушку. — Я сейчас… Лицо умою и вернусь, — она быстро вышла из палаты, что Сережа даже слово не мог сказать. — Но туалет… В палате, — он посмотрел на дверь, что была слева от него и вела как раз туда. Вздохнув, Сережа снова лег на кровать, поглядывая на дверь, но его прервал телефонный звонок. Взглянув на дисплей, Пешков вздрогнул. Ваня чувствует, когда рядом с ним находится Даша? Ладошки немного вспотели, но он всё равно приятно вздохнул, поднося телефон к уху. — Да? — произнес нервно, потому что боялся, что это сон. — Серёж? Ты чего? Это же я, — Ваня вздохнул в трубку, и Сережа закатил глаза. Действительно. Чего это он переживает? А всё потому что скоро тут появится Даша, которая может… — Привет, Вань, ты уже в Сочи? — начал наконец-то беседу. — Да, вот приехали и обустраиваемся в отеле, я как связь нашел — сразу тебе позвонил, потому что в поезде вообще не ловило…  А ты как? Все ещё лежишь? Даша приходила? А Лейла? Ты поел? — вопросы посыпались из трубки, и Серёжа улыбнулся, понимая, как о нем заботятся. — Стоп. Да, лежу, и Даша пришла как раз минут пять назад… Мама приходила сегодня, и да, я ел, — выпалил все на одном дыхании, ожидая что-то от Вани. На том проводе, в городе, где теплое чёрное море и высокие горные хребты, в отеле, на кровати лежал русоволосый парень, что стиснул зубы, но после сразу успокоился, потому что бояться нечего. Вадим под присмотром полиции, а Даша спасла Серёжу и Ваня ей благодарен. — Если пришла — то хорошо, передай ей от меня привет, но не обнимайтесь, — по-детски попросил Ваня, а Сережа покраснел. Он уже это сделал, но Ване это знать необязательно. Пусть это будет маленькой тайной. — Хорошо, слушаюсь и повинуюсь, — тихий смех и на лице улыбка, что пропала, как только Ваня уехал с больницы. Сейчас же Сережа сиял. Он скучает по нему, но также очень рад за него. Наверное, радоваться тому, как он исполняет свою мечту приятнее, чем просто смотреть на него… Это и вправду любовь? — Сейчас мне пора ложиться спать… Завтра с утра тренировка и идём осматривать зал, — на том проводе вздохнули, а у Пешкова дверь в палату открылась, и зашла Даша, чьи руки поблескивали в свете лампы. Значит, умылась и сейчас выглядела намного лучше. Девушка подошла поближе и села на стульчик, смотря, как Сережа болтает по телефону. Она догадалась с кем он говорит и спокойно ждала. — Тогда спокойной ночи, желаю тебе удачи! — тепло разлилось где-то в груди, а у Вани в животе скрутило. Глисты просыпаются даже когда он находится так далеко от Серёжи? Приложив правую руку к животу, он провел по нему, ощущая, как приятная волна двигается в организме. Он точно в порядке? Может, в поезде съел что-то не то? Завтра ему диарея не нужна… — И тебе спокойной ночи, ложись спать. Связь прервалась и Сережа, все также улыбаясь, посмотрел на Дашу. Можно ли сказать, что просто услышав его голос, он понял, что всё хорошо? Все правда хорошо. Потому что Ваня стал чуть ближе к своей мечте, а Серёжа теперь в безопасности… — Ваня? — подала голос Куданова, и чуть приподняла уголок губ. — Да, привет тебе от него, — сиял. — Странно, я думала его ревность просочится даже через телефон, — захихикала девушка. — Даже если и так, он всё равно не посмеет что-то сказать в твою сторону, — подмигнул и уместился поудобнее, принимая сидячее положение и укрываясь одеялом. — Я пришла поздравить с прошедшим новым годом… Потому что как только тебя сюда привезли я сидела в коридоре, но не могла подойти… А потом Ваня сказал, что мне стоит отдохнуть… После родители переживали за меня, и я не ходила в больницу. И вот, когда я узнала, что ты идёшь на поправку, осмелилась прийти, — готова была разреветься. Снова. — Только не плачь, хорошо? Сейчас всё нормально и я правда иду на поправку. Мне ничего не угрожает… Вернее, никто, — хмыкнул. На этом моменте девушка опустила голову, и её длинные светлые волос закрыли лицо. Она была в белом вязаном свитере и черных клёш штанах. Зима не щадит никого. — Нет, даже не думай. Я последний раз повторяю. Ты не виновата. Пожалуйста, перестань, — улыбка пропала, и он поднял её лицо. Даша кивнула и сжала губы. Тушь немного растеклась, но не так сильно видно, видимо потому что она умылась и стёрла лишнюю «грязь», а вот помада стёрлась. Но даже с этими недочетами её кукольное лицо было идеальное. И если бы не Ваня, то Серёжа и правду влюбился в неё. Сначала в её внешность, а потом уже во что-то большее… Потому что Пешков и на Ваню так повёлся. — Уже восемь, думаю, тебе пора идти, завтра в школу. Передай там всем, что я скоро выпишусь, — ободряюще улыбнулся. — Хорошо, обязательно. И спасибо тебе… Думаю, ты уже знаешь, что нравишься мне, но… Но я поняла, что твоё сердце полностью принадлежит Ване, поэтому просто хочу остаться твоим другом, — её голос немного дрожал, а Сережа заулыбался шире. — Если ты правда будешь моим другом — это будет просто великолепно… — он потянулся за обнимашками и она с радостью подарила их ему. Это было совершенно другие объятия. В них было тепло, как в дождливый день с кофе рядом с камином. В них было ощущение, будто он обнимает сестру, которую только встретил, но она уже сделала для него так много. — Я пойду, а ты отдыхай… Девушка медленно освободилась от объятий и подошла к вешалке, принимаясь надевать куртку и шапку. Сережа помахал рукой, а после лег на подушку, ощущая прохладу, которая приятно обволакивает шею и заставляет зажмуриться от секундного блаженства. За окном всё так же темно, и только фонарь, что теперь одиноко освещает зимнюю улицу, является единственным, кого он видит за окном. Но эта темнота нравится, да так, что Сережа даже отключает свет в палате. Думает о Ване и о том, что ему предстоит завтра. *** Завтра ничем не отличается от вчера и Пешков завтракает, а затем усаживается смотреть какой-то фильм. Время плывет сквозь пальцы и только досмотрев комедию он идёт на осмотр к доктору, а после ждёт прихода мамы. Мама приносит уже груши и делится с ним новостями. Сережа спокойно слушает, но в один момент мыслями улетает в Сочи, потому что думает о том, как там Ваня. Много тренируется? Хорошо поел, и скучает ли?.. — Я пойду, а ты отдыхай, — мама целует в макушку и уходит, а парень в больничной пижаме смотрит на дисплей телефона, смотря, сколько прошло времени. Четыре часа дня, но он все также остается в палате один, и дальше садится за просмотр какого-то фильма, потому что больше делать нечего. Как там Ваня?.. А Ваня бежит по площадке. Его тело горит, и он весь истекает потом, потому что тренировка длится уже два часа из-за того, что кто-то из их команды проспал. Тренер не терпит такого отношения к спорту и теперь страдает вся команда. Ваня не жалуется, ведь сейчас его мысли не забиты Серёжей, как с самого утра, он теперь думает, как отметить того простака, что взял и проспал тренировку. Свисток, и все останавливаются. Дыхание парней слышится по всему залу, потому что они жадно глотают воздух, пытаясь прийти в себя. Кто-то еле держится на ногах, а кто-то не подаёт виду и просто опрокидывает голову к потолку, пытаясь не упасть. Каждому тяжело, но голос не подаёт никто. — Вы зачем сюда приехали? Чтобы поспать? — гневный голос тренера обрушивается на команду и каждый закрывает глаза, понимая, что сейчас будет. — Так вот, Плетнёв, если ты приехал поспать то, думаю, тебе здесь делать нечего! Ты и дома мог поспать! Сюда мы приехали что делать?! — Побеждать! — крикнули все из последних сил. — Не слышу! — Побеждать! — А теперь десять минут перерыв, отдыхайте и начнем сразу с бросков, — мужчина покинул зал и все разом упали на пол, вызывая грохот, который эхом ударился о стенки помещения. Теперь, он лежал на полу и смотрел, как полуденные лучи светят на трибуны, а среди них летают крупинки пыли. Красиво, но не так красиво, как улыбка Серёжи… Опять мысли о парне, и Ваня закрывает глаза, пытаясь думать о баскетболе и предстоящей тренировке. «Когда ты не рядом, земной шар становится для меня невыносимо огромным…» Только под вечер Ваня освобождается, но сил звонить Серёже не остаётся и он просто вырубается на кровати, даже забыв снять с себя одежду. Так и проходят четыре дня, и Серёжу уже выписывают. Он нескончаемо рад, но факт того, что Ваня не звонит ему, очень огорчает. Может что-то случилось? Вышел на морозный воздух и сжался. На улице стоит ясный январский день и Сережа доходит до машины, ставя сумку с вещами и садясь в автомобиль. Родители не смогли прийти на выписку, так как у обоих работа, а Даша в школе. Он один добирается до дома, один разбирает вещи и один садится на диван, включая телевизор. Может Ваня всё-таки занят? У него на носу кубок, поэтому тот и не звонит?.. Сомнения одолели Серёжу и кудрявый парень берет в руки телефон, намереваясь позвонить. Один гудок. Он кусает губу. Второй гудок. Нервно дёргает пальцами. Третий гудок. Тяжело, понимает, что тот не ответит. Четвертый гудок и Сережа отключает телефон, падая на диван. Руки прячет в рукавах оверсайз худи, что взял у Вани, и смотрит в потолок… Он скучает и не знает, почему Ваня не звонит. *** Трибуны взрываются криками поддержки и аплодисментами, когда на поле заходит команда Вани. Он капитан и чувствует сейчас просто колоссальную ответственность. Парни нервничали, это был видно по бегающим глазам, что искали поддержки, ведь они в совершенно в другом городе, где нет их родных, где можно надеяться только на себя. Ваня подбадривал их как мог. Макс тоже старался не быть взвинченным, но так много людей смотрели на них, особенно грозные глаза тренера, что не спускали с них орлиного взора. Страшно? Да. Они победят? Хотелось бы. Играли четыре команды. И им сегодня предстоит много попотеть, прежде чем забрать то, за чем они приехали. Пора надрать им задницы и встряхнуть стариной… Кубок ему нужен, ведь ради него он приехал в Сочи, в город, что находится так далеко от Серёжи…