Как это - делить баскетбол?

      Алёнка была в шоке, когда Алтынай в воскресный обед вернулась домой даже не в своем платье. Ей всё поведали, и та удивлялась тому поместью ещё больше. Впрочем, ничего против Белова она не имела. Ее подруга не злится на него, да и всё плохое вроде пережили. Радиоприемник только сгладил все углы, особенно, когда она узнала, что он в подарок. Но все равно до сих пор не могла поверить в зарплаты этих спортсменов… Следующим вечером наблюдала с окна, как они играют во дворе в этот свой баскетбол. Потом долго слушала о том, что его сборная скоро уедет. Но в среду будет товарищеский матч с Уругваем! А после него пару дней соседку практически не видела, так как она ночевала не дома. Уже стала задумываться о том, что будет, когда Сергей предложит переехать к нему. Или он сразу позовет замуж?.. Одна тянуть квартиру не сможет, поэтому надеялась, что это будет не в скором времени. К тому разговору о ревности. Сам Белов думал, что у него сие понятие отсутствует. До одного момента, разумеется. Перед самым уездом в Германию девятого сентября им сказали ровно в полдень собраться у входа во Дворец, где уже без пятнадцати стояло много народу. Кто-то провожал, кто-то писал репортаж, кто-то просто разговаривал. У Алтынай в это время были тренировки, но она сумела выбраться с них, так как девчонки обещали прикрыть её. По пути на улицу, правда, встретила знакомых ей с той лестницы, на которую ей помогли «взобраться», пара молодых человек. Они поздоровались и вместе пошли к выходу, о чем-то весело переговариваясь. Парни рассказывали какую-то историю, связанную с тем, что было после того, как они опоздали на пару минут «из-за неё». Какая-то у них была традиция около бассейна, где им потом прилетело по шапке. — Простите меня, — смеялась, оказавшись уже снаружи. — Если бы я знала, что так будет, лучше бы сама полчаса забиралась. — Что ты, мы бы девушку в беде не оставили! — Уверяли её. — Особенно ту, которая могла бы свалиться с этой лестницы и ещё что-то себе повредить. — Как наш Вова, — хмыкнул другой. Реакция на это у второго была незамедлительная. Он рассмеялся так громко, что некоторые стоящие неподалеку испугались. — Эта история вообще — чума! Расскажем её тебе как-нибудь, — понимая, что им пора расходиться, обещали. Попрощались и она спустилась вниз к Белову, что заметил их с самого выхода из дверей. Взгляд у него был напряженный. — Кто такие? — Интересовался, целуя её, вместо «привета». — Да как-то помогли до медпункта дойти, — пожала плечами. Смотрел он им вслед и никак не на неё. Девушка тут же, не веря, улыбнулась. — Ты что, ревнуешь? Сергей отмахнулся, поняв, что со стороны это так и выглядело. Но, по-честному… так и было. Нет, он не боялся, что без него в Москве она пойдет налево. Просто, как оказалось, знает наш комсорг не всех, с кем она общается. Не то, чтобы это было так важно, наверное. Он же не тиран! — Не глупи, — хмыкнул наконец-то. — Скажи лучше, что тебе привезти. — Ничего, я же говорила! Ему лишь бы потратить на неё деньги. Дай только повод! — Наши голубки, — подошел к ним Модя. — Что, уже ругаетесь? — Конечно, — соглашалась. — Давайте уже дуйте, — и качала головой. — Без золота можете не приезжать, кстати. Белов наигранно-удивлённо вскинул брови, как и Паулаускас. Последний потом вспомнил, что у Алёны завтра день рождения, который они пропустят, к сожалению. — Тебе лишь бы побухать, — хмыкал Сережа, обнимая свою девушку. — Кто тебе так сказал?! — Фальшиво возмущался. Та тихо смеялась, находясь где-то в районе ключицы Белова одним своим боком. Веселые они были, как без них праздновать-то? — Посмотрим, может, отмечать она будет не сразу, — размышляла. — Паша сможет приехать нескоро. А двоим нам что делать-то? Настроение от этой новости у капитана поднялось. Жаль только, что пришло время расставаться. Обнялась с ним, а потом, когда он зашел в автобус, крепко прижалась к груди Сережи. — Надеюсь, соскучиться не успею, — хмыкала. — Да у тебя же вон, сколько парней, — шутил тот в ответ, за что получил кулачком куда-то под ребра. — Ладно-ладно. Давай, до встречи. Поцеловал её и залез к остальным. Вот их приключения и начинаются. В её сборной все уже начали разъезжаться по клубам, но тренировки продолжались. Отпуск в неделю будет в конце месяца, а затем начнется национальный Чемпионат. Жили они спокойно. Только Тина иногда пропадала, смотря их матчи. Групповой этап прошли увереннее некуда. Пять игр — пять побед. — Как ты, Алтуш? — Звонил после последнего матча. — Все хорошо. Ты как? Как колени? — С замиранием в сердце спрашивала. — Не волнуйся, пока огурчиком, — хмыкал. После отъезда это был первый его звонок, так как передать, что они долетели, он попросил Модю. Что-то у него там приключилось, поэтому передал своей Алтынай только «привет». — Ни с кем вы вдвоем там не ругаетесь? — Вспомнила вдруг она. В команде всё было не так радужно, как все думают. Видно, что некоторые до сих пор не привыкли к Гаранжину, а другие играть в «команде». Хотя тренировались вместе всего где-то месяца четыре, включая сентябрь прошлого года, когда он только пришел. Ну, возможно, главное — это результат. Пока его они давали успешно. — Нет, не ругаемся, всё мирно, — задумчиво говорил. — Мы скорее с Модей скоро поссоримся. Последнее было уже сказано с улыбкой. Да, Паулаускас — вообще не подарок. С ним жить в одной комнате было испытанием. Особенно, когда у него нет настроения. У них в это время была пара дней отдыха, а затем полуфинал с Италией. Прошли её спокойно. Дальше только Югославия в финале. Вот её можно немного побояться, но не нашим баскетболистам, разумеется. По крайней мере, Сергей был уверен в их победе. В первую очередь, он был уверен в себе, конечно же. И в Моде. Остальные… Ну, они тоже приносили пользу. Свою роль он знал. Знал, что, когда его выпустят, играть он будет на пределе своих сил. Этого будет достаточно, ведь точность его подвести не могла. Единственное, что могло подвести — это начало дня. Как говорят, встал не с той ноги. В то утро вот все было отлично. Он выспался, а сосед-литовец на мозги не капал. Позвонить Алтынай ему никто не дал, разумеется. Их гоняли то туда, то сюда. Мог надеяться только на то, что она будет смотреть матч. Так и было. Тина была у Яны дома, заранее договорившись с ней. Купила им лимонада, да каких-то печенек. Сели смотреть. — Когда я играю, в Литве все улицы пустые, — негодовал Паулаускас ему на ухо. — И что меня сейчас на этого бульбаша поменяли? Вдвоем наблюдали за Едешко, который только что забил трехочковый. — Когда играет он, в Беларуси вообще выходной, — отвечал Белов. Их тут же Владимир Петрович отправил на площадку. Счет для финала был приятный — они вели с преимуществом в больше, чем десять очков. Но, когда вышла эта парочка, Алтынай могла только любоваться. В пас с другими не играли, видели только друг друга. Немного было не по себе, что сборная такого уровня, да так делает, но… они ведь не подводили. Ведь забивали же! Тайм-аут. Тренер что-то говорил парням, а двое друзей жали руки и обнимались. Сергею он вдруг сказал, что его сокомандники всегда открыты, а его вылавливают двое. Из этого логика выходила простая, но у него в голове всё было по-другому: — Владимир Петрович, не пугайте, — смотрел сверху вниз на него. — Я и через двоих забью. И ведь не врал! Ему хотелось вернуться во времена Гомельского, когда команда была прежняя. Больше знакомых лиц ещё и с «ЦСКА». Тогда и трава была зеленее, и с Паулаускасом они делали то, что должны. Без лишних слов. — Вот он! — Кричала Яна, тряся подругу за плечи. — Трое под ним, а ему до лампочки! Белов забил, а Алтынай смеялась. Красивый был до смерти. А как играл… — Повезло тебе, подруга, — потом говорила та, когда он стал закидывать мячи в корзину пачками. — Такого мужика ухватила! Эстетики в его движениях было хоть завались. Отточенные прыжки, проходы, работа корпусом, трешечки. Одним словом — идеальный. Принёс команде очков двадцать, а затем уже всё было понятно. Победа, и только победа! — Давай, рассказывай, — наливала чай сокомандница после матча. — Какой он? Ну, в жизни, конечно же. Такие вопросы было немного странно слышать, но для некоторых (даже из её сборной) он был мужчиной мечты. Почему-то им думалось, что между ними и Беловым пропасть. Но она этого не понимала, ведь он такой же, как и все. Возможно, чуть-чуть отстраненный или холодный для малознакомых, но точно не какой-то недосягаемый. В плане игры — да, а во всем остальном… — Что мне рассказать? — Ухмылялась другая. — Со мной он не такой же. — Хочешь сказать, что с тобой он не высокомерный и не грубый? — Пошутила Яна. — Ты ведь знаешь, что он как-то сказал Кате? — Что? — Тут же нахмурилась. — Она однажды застала его вечером поздно на нашей площадке, так как с их залом было что-то не то, — вспоминала оживившись. — Белов с ней особо не разговаривал, но дал ей мяч, чтобы вместе поиграть. Потом раскритиковал её с ног до головы. Не очень лестными словами, я тебе скажу. В конце концов пожала плечами. Ну, Тина могла объявить, что на него не похоже. Нет, критика из его уст — нечто обыденное для окружающих его людей. Для Моди в первые года их дружбы так уж точно. Потом он понял, что это бессмысленно. Но… Сергей слишком необщительный, чтобы начать поливать грязью девушку, которую видел только на сборах. Да же? Вечер теперь стал смазанным. Не смогла даже толком порадоваться за них из-за этого рассказа, а сама сборная после награждения счастливая пошла в раздевалку. Оттуда вместе с премиальными в номера. Ходить комсорг мог с трудом, да и все были вымотаны. Праздновать решили на следующий день после пресс-конференции, куда его взяли. Там Гаранжин заявил, что в следующем году в Мюнхене на Олимпиаде они должны обыграть Америку, которая не проиграла ни одной игры с 1936 года. Такая цель ставилась каждый раз, но ни разу о ней так не заявляли прессе. Достаточно смело. Если бы Владимир Петрович не сделал такого заявления, к нему было бы меньше вопросов после их проигрыша в следующем году. — Видела матч? — Звонил он ей сразу после. — Конечно. Яна тебя хвалила весь вечер, — рассмеялась. — Мог бы почаще промахиваться, а то теперь я будто с каким-то роботом встречаюсь! Вот, кто мог развеселить его одной своей штукой. Вот, к кому хотелось возвращаться. Они даже успели обсудить эту Америку, прежде чем нужно было уходить. Вся сборная сидела в каком-то пабе. Да, время обед, а что делать? Вечером уже самолет. Белов не пил, поэтому рядом с глотающими пиво коллегами ему было не место. Только Модя время от времени садился рядом, что-то с ним обсуждая. — Как ты этих балбесов заткнул, — довольный был — кошмар. Это он про то, как Саша с Ваней решили подарить Сергею пластинки, говоря, что им было приятно с ним играть. Ну, не мог ответить иначе, кроме как правду. Не хотел так грубо, но получилось как получилось. «А мне с вами нет» — крутилось у него в голове потом ещё минуту. Если Алтуша узнает, то своим осуждающим взглядом долго будет пялиться. Жалко, что литовец это услышал. Вот он всё-таки решил приобщиться к команде, как подумал его друг. Сам же что-то продолжал читать. Но когда посередине песни, которую пел капитан, его прервали, сдержаться Модестас не смог. — Я не допел! — Восклицал, резко поставив кружку с пивом на стол. — Прости, я не понял просто, — извинился Сашка. — Да вы никогда нас не понимали! — Завел свою шарманку тот. Кто-то вскочил, слово за слово и Сергей уже оттаскивал товарища назад. Драка тут точно не нужна. Ну, вот не надо было давать ему пить, наверное. Патриотизм и чувство, что он тут лишний, всегда побеждали. В Москве, вне команды, предъявить Алтынай он не мог. Она была в такой же ситуации, ведь казахов, ещё и девушек, не везде принимали. А Алёнка пропускала это мимо ушей. — Что вы всё время лезете к нам? Чем мы вам мешаем? — Сорвался на друга на улице. — Подожди, я к тебе лезу? Я тебе мешаю? — Не понимал тот, ухмыляясь. — Да не, ты друг мне, — успокоился наконец, положив руку на плечо. — Но душно мне с вами, понимаешь? На волю хочется. Белов ведь чувствовал, что произойдет что-то такое. Но это хотя бы не с ним он подраться хотел… Отправился на вечернюю «тренировку». Просто побегать, да найти телефон, чтобы позвонить домой. Только, правда, дома её не было. Алёнка сказала, что передаст, если что-то срочное. Он отказался. Все равно скоро увидятся. Только рейс перенесли на утро, почему-то, поэтому смог даже поспать. — Предоставить вещи до досмотра? — Переспросил, не веря, Зураб рядом с комсоргом. Тот решил, что слава Богу, Тина не попросила его что-то привезти. Какие-то непонятки вызвала только Библия, которую он купил на местном рынке в Эссене. Пропустили одним из первых. Даже попросили на карточке автограф оставить! Хотя радостного было мало. Все остались недовольны таким отношением к чемпионам Европы, но громко не обсуждали. Пока в автобус не зашел Модя, разумеется. Вот тогда пошел совсем другой разговор. Сергей не верил, что друг накинулся именно на него. Даже дождь полил так не в тему. — Товарищ комсорг, скажи, кому надо помолиться, чтобы вот так чистеньким пройти? — Даже слова особо не подбирал. Ну, раз так, «то пускай говорит уже прямо» — подумал тот. — Слышь, а в Литве стукачей нет, что ли? — Подключился другой Белов. — Нет, пока вы к нам не пришли! — Уверенное заявление. Тогда уже держать пришлось Серёгу. Все на нервах, понятное дело, но разговаривать за нации — это другое. Белова посадили обратно, хоть кулаки и чесались. В автобус зашел тренер, заставив всех молча рассесться по местам. Отделались предупреждением. Встречали их, как и женскую сборную, хотя журналисты просили для фотографии из-за ливня зайти внутрь и переодеться, делать это никто не хотел. Перенесли на завтра. — Серёжа! — Наконец выбежала Алтынай из Дворца. Его сборная уже давно видела их вместе, поэтому было бессмысленно скрываться. Обнялись и поцеловались, радостно глядя друг на друга. Она была в игровой форме, поэтому он накинул на неё свою кожанку. Заболеет ведь. Ещё и вся потная. — После твоей тренировки увидимся, — говорил он ей, снова целуя. Народа вокруг них было много, а вот своего друга она не видела. — А где Модя? Тот отвел взгляд, не зная, как сказать ей, что они чуть ли не набили друг другу лица. До этого не дошло бы в любом случае, но они готовы были. — Здесь я, — угрюмо отозвался кэп, подходя к ним. — Что с вами? Такие озлобленные, — не понимала она, оглядывая их. — Да там, — отмахнулся один из них с акцентом, — в аэропорту проверку нам устроили. — А потом этот со своими предъявами, — хмыкнул Белов. У него настроение поднялось сразу, как они с ней увиделись. — Ага, — теперь тоже фыркнул другой, у которого произошло то же самое, — твой молодой человек был в шаге от того, чтобы мне врезать. Та удивлённо посмотрела на него, не зная, что может быть и такое. Да, литовец иногда бесил, но чтобы настолько? В общем, они под ее присмотром пожали друг другу руки в знак перемирия. Такое не в первый раз, как уверяли они её. Но Тина не хотела их слушать и после этого сразу же убежала внутрь на тренировку. Балбесы!