В этой весне нет тепла.

Pov Yeonjun       Со встречи в баре прошло насколько дней, около трех, не могу сказать точно, я сбился со счета за последние полгода. Сейчас меня больше интересует судьба моего бизнеса, если его можно так назвать, а не день недели, число или месяц.       Подставное лицо звучит как очень правильный план, что-то что и вправду могло бы нам помочь избежать раскрытия нашей деятельности властями. За такое количество успешно проданых веществ все трое отсидим не меньше половины оставшихся нам для жизни лет. Да и найти человека, которого можно вот так подставить — задача не из простых, люди не так глупы как нам, возможно, хотелось бы, разве что окончательно отсталый сошёл бы, но это провально. А подставить человека, который тебе доверяет, может быть очень сложно. У меня не так много моральных ценностей осталось после всего пережитого, понимаю я далеко не честен, но должно же остаться хоть что-то хорошее, разве нет? Хотя наверное, стоило бы отбросить подобные нормы, когда дело касается твоей судьбы, здесь роль играет закон выживания "либо ты, либо тебя". Жертвовать личной свободой ради морали, я все же не готов. Осталось лишь найти человека, которого было бы возможно подставить. А ведь людей, которые действительно всецело доверяли бы мне, не так много, совсем немного, один.       Я резко прервал эти раздумья, примерно предполагая к чему они меня приведут и решил отвлечься. Сделал себе кофе и открыл ноутбук. Сегодня 18 мая, с момента, когда я ушёл, прошло около пяти месяцев. А сейчас я снова в этой отвратительной холодной квартире, теперь ещё и абсолютно один. Было действительно холодно и пришлось пожертвовать крайне удобной позой, чтобы закрыть окно. На почтовом ящике новых писем нет, соц.сети так же пустуют, разве, что в инстаграм висит непрочитанное сообщение от Субина, датируемое месяцем назад. Смысла читать его сообщения где-то кроме конкретного мессенджера не было, там мы обсуждали работу, а здесь он кидал мне всякую ерунду, словно ребёнок. Иногда это очень поражало, этот человек сосуществует со мной в довольно криминальной обстановке с первого курса универа, однако порой его поведение настолько детское, будто я украл его с ясельной группы детсада.       Я включил свет, лениво осмотрел спальню, ставшую какой-то неуютной и напрягающей после того, как его забрали, словно с ним уехал весь уют. Нет, я не сильно огорчён тем, как все сложилось между нами, вовсе нет. Человек задумавшийся о том, чтобы добровольно прервать свою жизнь, по значимости автоматически опускается в моих глазах до уровня таракана. Какой бы не была она тяжёлой, ты должен стараться выкарабкаться всеми силами, даже если для этого придётся связаться с криминалом, как это сделал я. Легко не было, но где я сейчас? Он разочаровал меня своим поступком, фактически заставив ненавидеть. Но... Без него я совсем один.       С Субином и Тэ я знаком со средней школы. Примерно в пятом классе они пытались меня задирать, но после того, как я чуть не сломал им по руке и сломал Субину нос, они не на долго оставили меня в покое. Не помню уже как мы заобщались, но друзьями я их не считал, что тогда, что сейчас. Они мои приятели и у нас общее дело, но не более того, особенно при учёте, что в бизнесе никак не может быть друзей и близких. Но мне никогда не было грустно осознавать, что у меня нет кого-то близкого, совсем наоборот. Я в какой-то степени даже рад, что могу справляться со всем сам с собой на едине и не должен кому-то помогать и "быть рядом". Раньше не было грустно, ведь зачастую я не замечал и игнорировал Бомгю.       Я захлопнул ноутбук, и громко выдохнув направился на балкон. Всё же игнорировать воспоминания больше не получается. Не входя в мои планы, этот вечер стал вечером пиздостраданий по прошлому и, раз на то пошло, мне было что вспомнить. flashback       Сердце сжималось, пока я выслушивал Бомгю. Наверное впервые меня окутала жалость к кому-то и желание защитить. По его рассказу сложился очень смутный и примерный портрет и пришлось во многом положиться на удачу. Я успокоил его и себя тем, что райончик этот спокойный и тихий, попросил подождать на детской площадке неподалёку и направился внутрь клуба.       Наверное, мне действительно очень повезло, ведь платиновых блондинов с мерзкой ухмылкой среди посетителей клуба оказалось не так много. Ловко обходя обдолбанные тела пьяниц, я петлял по залу, пока не оказался рядом с первым подозреваемым.       — Минхи? — я спросил подобравшись к самому уху парня, чем вероятно напугал и смутил его, но получил положительный ответ на свой вопрос и улыбку. Захотелось въебать по этой сладкой физиономии, что в целом и входило в мои ближайшие планы, — Не хочешь выйти? Поговорим? — Чуть не блеванул от самого же себя, потому что не мог сразу наехать и пришлось сделать вид, что заигрываю. Главное, что пошёл за мной, явно ожидая, что ему сегодня перепадет ещё что-то. Цель действительно оправдывает средства.       Мы отошли на безопасное от клуба расстояние. Я выдержал паузу, молча вытащив из кармана джинсовки сигарету и поджёг её, зажал губами, чтобы она не выпала и сразу после этого сильно ударил Минхи в живот, заставив его согнуться пополам и прокашляться. Он поднял голову и в его глазах застыл немой вопрос.       — Ох, выглядишь жалко. Прямо как Бомгю перед тобой, я прав? О, или ты надеялся, что тебе эта ситуация сойдёт с рук? — ему прилетел ещё один удар, уже в рожу, силы в который было вложено меньше, — Ты так уверенно себя вёл? И много уже людей, чьими телами ты воспользовался без их согласия?       Минхи молча сидел на коленях, держась за живот, его голова и взгляд были опущены вниз, только слышалось хриплое дыхание, он продолжал кашлять. Его молчание меня бесило, он даже не старался оправдаться. Я схватил его за волосы, оттянув их назад и дал пощёчину, такую же как Бомгю, сквозь зубы прошипев: "отвечай". Это не помогло.       — У меня есть предложение. Давай я буду бить тебя ногами так сильно, сколько только во мне есть злости до тех пор, пока у меня не стлеет сигарета, либо же пока ты не соизволишь заговорить? Молчание сочту согласием, — всё, что я получил от него в ответ это пьяный взгляд в мои глаза и скользкую улыбку левым уголком губ.       В этом взгляде была уверенность, что я ничего не сделаю, но не в моих обычаях бросать слова на ветер, поэтому я отпустил его волосы и пнул в живот, что есть силы. Потом ещё раз и снова, я вошёл в кураж и пинал без остановки куда только попадал. Он давно упал на землю и только старался закрыть лицо руками. Мне нравилось бить его, нравилось слушать как жалобно он скулит и хрипит от каждого нового удара. Куда попадали мои удары, я не видел. Просто пинал его без остановки, наслаждаясь процессом, наслаждаясь тем, что могу вершить правосудие над человеком, совершившим нечто столь омерзительное с Бомгю, с моим Бомгю. Это было своеобразным трансом так, что, наверное, я забил бы его до смерти, дойди до моего слуха его жалкие попытки заговорить буквально парой минут позже. Всё же взял себя в руки, остановился и присел перед ним на корточки.       — Прекрати. Ты животное. Что ты от меня хочешь?       — Животное?! — ему прилетела очередная пощёчина, — Единственное животное из нас двоих это ты. Я бью тебя за дело. Хочу, чтобы ты сдох и сгнил в канаве, но так как это пока не выполнимо по ряду причин, есть и другое. Первое, ты сейчас же извиняешься передо мной за содеянное с Бомгю и за то, что мне пришлось марать об твою гнусную тушку руки. Второе, ты сваливаешь отсюда так быстро как только можешь и больше никогда не появляешься не на этом районе, не в этом баре, не у меня на глазах, иначе в следующий раз, клянусь, я своими собственными руками тебя задушу. Как ты уже понял, я не пустословлю.       — Извини. Раскаиваюсь. Я был не прав, такого больше не повториться, клянусь. Произошло недоразумение, первое и последнее между нами. Обещаю, больше никогда ты не увидишь ни моего лица, ни имени не услышишь. Только дай мне уйти, пожалуйста.       — Ты жалкая тряпка, неспособная отвечать за свои деяния и поступки. Беги, проваливай, но если мы ещё хоть раз пересечёмся, то, надеюсь, ты усёк, чем это для тебя закончится?       Минхи быстро закивал и стал подниматься с земли. Я затормозил его, затушил стлевшую сигарету об его щёку, чтобы не забывал о произошедшем ещё очень и очень долго, поднялся и молча ушёл.       Бомгю ждал меня там, где я и просил. Он сидел на качелях, поникший смотрел куда-то вниз. Такой маленький и измученный. Услышав мои шаги, Гю вздрогнул и поднял голову.       — Ты побил его, да?       — Вот только не говори, что не стоило этого делать, что он не виноват, что он тоже человек и бла-бла-бла, как ты обычно любишь. Он это заслужил.       — Я и не собирался. Спасибо, что так быстро пришёл и забрал меня. Пожалуйста, пойдём домой теперь. Я очень хочу в душ и укутаться одеялом.       Я кивнул, взял его за руку и мы направились в сторону общежития. Дорога была молчаливой, но мне не было напряжённо, как это бывает во время неловкой паузы или когда не о чем поговорить. Я думал о том почему вообще побежал к нему сломя голову, зачем вступился за него, почему мне спокойнее сейчас идти, держа его за руку? В последнее время вопросов связанных с Бомгю копилось всё больше и больше, но сколько я не думал, не погружался в размышления о нём — не могу найти ответы. Я впервые чувствую желание заботиться и защищать человека, даже если придётся избить каждого так же как и Минхи. Это смущает и сбивает с толку, заставляет сходить с ума.       Не знаю о чём по дороге домой думал Бомгю, думал ли вообще или старался очистить голову от мыслей, чтобы не возвращаться к сегодняшнему вечеру. Он только тяжело дышал и иногда спотыкался на ровном месте. Мне всё ещё становилось больно при взгляде на него, его замученное лицо, зарёванные и опухшие глаза, но особенную боль доставляло осознание того, что он пережил буквально пару часов назад. Я хотел накрыть его одеялом, обнять и спрятать от всего мира вокруг, чтобы он не натерпелся чего похуже.       Консьерж спал, когда мы зашли в общагу, поэтому мы без проблем добрались до нашей спальни. Он взял из шкафа какие-то вещи и убежал в душ, почти сразу как зашёл и провёл там около 20 минут, а как вернулся залез в кровать, отвернулся к стене и с головой укутался в одеяло. Надеюсь он смог быстро уснуть, потому что признаков жизни больше не подавал, а я той ночью заснуть так и не смог.       Сначала я долго смотрел Бомгю в спину, но когда убедился, что он уже точно спит и никак на меня не отреагирует, улёгся на кровать и попытался отвлечься на телефон и какую-то ерунду на ютубе, суть которой потерял почти сразу же и оставил как фоновый шум для своих мыслей. Ходил в общажную кухню, украл чью-то шоколадку; проветривал спальню, долго всматриваясь в пейзаж за окном. В общем ночь вышла какой-то странной и наполненной размышлениями.       Утром, когда прозвинел будильник, Бомгю нехотя вылез из недр своего одеяла, отключил его и вернулся обратно. Такое было впервые, обычно он сразу вставал, начинал приводить себя в порядок, делать что-то. Гю всегда был в ладах со здоровым режимом и лёгок на подъём, но сегодня подняться ему было как никогда тяжело, а ещё тяжелее начать этот день с каких-то дел. Он хнычил, поднимаясь с кровати спустя почти полчаса после будильника, нехотя поплёлся в ванную и вернулся оттуда в слезах, улёгся обратно в кровать, отвернувшись к стене, беззвучно заплакал. Я не знал, как его успокоить, но мне хотелось с ним поговорить, поэтому я пересел на его кровать и погладил его по спине.       — Бомгю... Я в общем хотел тут... Эээ... Извини меня кароче.       Гю повернулся ко мне и замер. Я осмотрел его лицо, опухшие от слёз глаза и убрал с лица мешающую прядь волос. Он был ошеломлен и уж точно не ожидал чего-то подобного, особенно от меня. Что уж там, я и сам не ожидал и до последнего отрицал необходимость этих слов.       — Ёнджун, я не держу на тебя зла или обиды. Спасибо, что помог мне. Спасибо за то, что ты рядом. end flashback       Я почувствовал что-то тёплое и приятное в груди. Это событие не было весёлым или счастливым воспоминанием, но с него началась наша история как пары. Тогда я стал постепенно осознавать, что на самом деле чувствую и дал волю своим эмоциям. А сейчас...       Сейчас я думаю, что это была слабость. Одна единственная слабость в моей жизни, которой я позволил завладеть мной и прогнулся, но ни к чему хорошему это не привело. Все эти ваши "любовь до гроба" и "созданы друг для друга" чушь собачья. Всё закончится, человек вас подведёт, мы все в конце концов останемся одни в холодных неуютных квартирах, находясь в непонимании происходящего и как вообще жить дальше, ведь до этого 5 лет уют в этой квартире берёг он, ради него я спешил домой, ему открывал все свои мысли, он знал меня настоящего и я просто не представляю как учиться снова "быть одному". Чувства к другим всегда провальны, но у вас есть вы сами.       И всё же мне очень не хватало чего-то рядом, чего-то особенно и важного, что скрашивало бы суету моих серых будней, как это было раньше. Я не скучал, ни в коем случае. Я позволил себе похожу слабость один раз, но больше никогда на эти грабли не наступлю.       Видимо, эта тема действительно брала меня за душу, ведь за пару часов на балконе, погружённых в воспоминания и странного рода раздумья, я выкурил не меньше пяти сигарет. Вся одежда пропиталась терпким запахом табака, стены, шторы, я прокурил всю квартиру.