Коллекция девиаций

      — Он бросил меня, — первое, что услышал Ричард, когда вошёл в квартиру Рида. — Бросил, понимаешь?       Гэвин сидел в гостиной на маленьком продавленном диване, кутался во флисовый плед и ел фисташковое мороженое прямо из килограммового ведёрка, в котором, как помнил Ричи, оставалась ещё половина. Из-под пледа виднелись только лицо и ложка, что мелькала между ртом и розовым ведёрком.       — Я любил его, Рич, а он собрался и ушёл. Молча, — жалобная речь прервалась тихим чавканьем.       Пока Гэвин запихивал в себя мороженое, Найнс прошёл на кухню и начал разгружать продукты. Черри и огурцы положил в самый нижний отсек холодильника, виноград и киви — в раковину, чтобы сразу помыть и принести Гэвину, упаковку тостов в хлебницу, капсулы для кофемашины отправились в верхний ящик стола. А если мысленно проговаривать действия, то получалась почти медитация, что позволяла держать себя в руках.       Плеснув в кружку апельсиновый сок, Рич вернулся в гостиную и сел на свободный край дивана.       — Мы больше полугода вместе, а он ничего не сказал. — Из-под пледа вынырнула рука и выключила звук на телевизоре, превратив «Хатико» в немое кино. — Неужели за целых полгода я не заслужил такую малость, как прощание? — очередную жалобу Гэвин заел до неприличия огромной ложкой мороженого.       Ричард лишь устало вздохнул и сделал глоток сока. Резко захотелось курить, но он напомнил себе, что бросил. Ради Гэвина, которого тошнило от запаха сигарет, между прочим, и бросил.       Мороженое, тем временем, продолжало исчезать внутри Рида с пугающей скоростью.       — Я ведь каждое утро варю ему кофе…       — Себе ты тоже варишь, — вырвалось у Ричарда, но Гэвин продолжил причитать.       — Готовлю скрэмбл из двух яиц и тосты с пастой из авокадо.       «Точно, авокадо я ведь забыл», — подумал Ричи и сразу создал заметку в телефоне.       — По выходным бужу его минетом, а что взамен? Он свалил и не сказал ни слова, записки не оставил, смс не написал. Неужели я настолько говёный бойфренд, что не заслужил честности и ма-а-аленького предупреждения? Ну вот скажи он мне, что всё, Гэвин, адьёс, сайонара, арриведерчи, так я бы всё понял, не дурак же. Он же оделся и свалил, пока я спал, уловил удачный момент, называется.       Ложка застучала по краям ведёрка с удвоенной силой. Ричард бы удивился, как за жалкие пятнадцать минут Гэвин умял полкило мороженого и не поморщился, но знал, что он способен на большее. Он бы и весь килограмм съел, только волю дай.       — А я ведь так люблю его, Рич, так люблю. — Шкрябнув последний раз по стенкам, Рид поставил уже пустое ведёрко на журнальный столик. — Вот чем я заслужил такое отношение?       — Да ради бога, Гэвин! — вместе с мороженым кончилось и терпение Найнса. — Я всего лишь вышел за продуктами, меня, блядь, полчаса не было! Хватит разыгрывать драму!       — Харэ орать, я не глухой! — гаркнул Гэвин и выпутался из пледа. — Фу, жарко пиздец.       — Ты только что в одно рыло сожрал полкило мороженого. С чего тебе жарко?       — Кондишку не убавил, а плед тёплый, вот и вспрел. — Стянув футболку, Гэвин оголил лоснящуюся от пота спину.       — Может, объяснишь, к чему весь этот театр одного актёра?       — Я же на диете, Рич, а тут заглянул в морозилку и увидел это чудо. — Гэвин потряс перед носом пустым ведёрком. — Ему ведь там так одиноко, оно так грустно смотрело на меня, умоляло, чтобы я его съел. Поэтому мне нужен был повод, чтобы отступить от плана питания, а ты дал мне этот повод. — Оставив на губах поцелуй со вкусом фисташкового мороженого, Гэвин вышел на кухню.       — Господи, я встречаюсь с идиотом. — Ричард устало помассировал виски.       Из-за закидонов Гэвина уже начиналась мигрень.       — Или с королевой драмы, — добавил и выключил телевизор. — А, может, и то и другое.