Коллекция девиаций

      Гэвин жевал. Жевал долго, вдумчиво и настолько тщательно, что мышцы челюсти успели устать и отзывались неприятными спазмами, но небольшой кусочек мяса, который по текстуре напоминал каучук, а по вкусу был похож на старую, кем-то использованную жвачку, а не любимую говядину, не желал поддаваться. Сколько он лежал в морозилке — полгода, может, год? Гэвин напряг память и решил, что нет, всего пару месяцев, вряд ли больше, но съесть его было невозможно.       Какая дрянь, не нужно было вообще его готовить…       Взгляд упал в глубокую тарелку, в которой кусочек к кусочку лежало любовно нарезанное мясо, идеальные кубики картошки, солнечные кругляши моркови и дольки томатов, с которых предварительно была снята кожица. Ароматный конструктор из продуктов утопал в пикантном красном соусе безупречной консистенции — тягучий, укутывающий теплом каждый кусочек, а не жижа с жировой плёнкой сверху и не загустевшее подобие желе. В ярком дневном свете гастрономическое великолепие аппетитно переливалось бликами и кричало «съешь меня, Гэвин». Ох, если бы не чёртово мясо…       Может, без него будет вкуснее, лучше. На запах ведь приемлемо.       Поймав в плен ложки кусочек картошки, Рид втянул его в рот и раскусил. Жевалось нормально, картоха была полностью готовой, не хрустела и не распадалась в пюре при малейшем давлении языка. По консистенции она была ровно такой, какой должна быть картошка в рагу — в некогда любимом рагу Гэвина, — но вкус… Приятная пикантность и остринка, что слышались в запахе, на рецепторах превращались не в пожар даже, а жгучий поток лавы, который хотелось затушить литром-другим воды или молока. А лучше не литром, а сразу бочкой.       С трудом проглотив кусочек, Рид перевёл завистливый взгляд на Ричарда, который наводил порядок и перекладывал всякую мелочёвку по одному ему известному фэн-шую. Длинные пальцы, которым мог позавидовать любой пианист, порхали по полкам и шкафам, стряхивали лежалую пыль, двигали и переставляли.       Лучше бы эти умелые и не в меру активные пальцы сейчас хозяйничали в другом месте. «Например, у меня в заднице», — с грустью подумал Гэвин и перемешал содержимое тарелки, словно действие помогло бы рагу стать хоть сколько-нибудь съедобным. На этом фоне андроиды снова выигрывали: есть не надо, давиться гадостью не надо — счастливчики! Даже учиться готовить не надо, ведь можно просто скачать алгоритмы домохозяйки и ваять шедевры — многие именно так и делали.       Гэвин снова перевёл взгляд на Ричарда.       Многие, но не все.       Некоторые упрямые пластиковые бараны считали себя выше этого. Куда уж продвинутому детективу-спецназовцу-военному и просто самой передовой модели андроида загружать в себя программы для готовки от какой-нибудь АХ400. Нет, не мечтай, Гэвин, твой андроид может ловить преступников, может проводить анализы прямо в своём рту, может вытрахивать из тебя душу на кровати, в машине, у стенки или в любом месте, где приспичит, может сосать так, что кончишь быстрее, чем в пятнадцать. А вот скачать приложение (или что там у андроидов), чтобы приготовить вкусно пожрать, он не может.       Падла.       Но любимая падла.       Ричард, который наконец оторвался от ревизии полок, шагнул к плите и перемешал булькающее в кастрюле варево, зачерпнул ложку бульона и повернулся.       — Попробуешь? — Разве Гэвин мог отказать этим блестящим серым глазам и просящему домику бровей (научился притворяться милашкой, засранец)?       — Может, не стоит, а? Можно же заказать доставку или сходить в тот итальянский ресторанчик через два квартала. — Нужно было хотя бы попытаться отказаться.       — Нет, Гэвин, стоит! Я сказал, что сделаю сам, значит, так и будет. Я всегда держу слово. — И сделал шаг вперёд, не расплескав и капли бульона.       — Просто признай, что это немного не твой профиль. Нельзя уметь делать всё, даже если ты андроид.       — Можно, я же лучший! — фыркнул Ричи и протянул ложку.       — Твоё самомнение меня погубит, — тяжело вздохнув, Гэвин принюхался к содержимому ложки.       — Не неси чушь, я не сделаю ничего, что может навредить тебе.       — Мой желудок с тобой не согласен. — Сделав глубокий вдох, как перед нырком в воду, Гэвин обхватил губами ложку.       — Ну как? — Снова взгляд забытого хозяином щенка и блеск визоров, будто вот-вот заплачет.       Актёр, мать его.       — Отвратительно, — выдавил Гэвин, как только нашёл в себе силы проглотить чудо-бульон. — Прости, Рич, у тебя снова вышла херня. Несолёное, вкуса мяса не чувствуется, просто водичка с маслом, привкусом розмарина, земли и, кажется, носков. Может, признаешь уже, что готовка тебе неподвластна, и закажешь мне нормальный обед? У меня после твоих экспериментов уже несварение.       — Нет уж, Гэвин, я поставил себе задачу накормить тебя домашней едой, которую я приготовлю сам, и я эту задачу выполню. Я обязательно научусь.       Отвернувшись, Ричард снова начал исследовать полки и досыпать в кастрюлю новые и новые специи. Гэвин же махнул рукой и уткнулся обратно в тарелку с рагу, которое на фоне мерзостного бульона уже не казалось таким уж несъедобным. «Остаётся надеяться, что он действительно научится», — подумал Гэвин и зачерпнул ложку с рагу.