Ужинать снегом - обедать солнцем.
15 апреля 2024 г., 22:47
Нить повести тянется из неочищенного человеческого сердца. Рой Арундати
Советник Е стоял у панорамного окна своего кабинета и задумчиво барабанил пальцами по стеклу. Все последние месяцы в воздухе висело что-то зловещее — в доме нагнеталась атмосфера скандала и неповиновения. Советник Е чувствовал, что оба его пятнадцатилетних сына ускользают из-под влияния семьи. Голова младшего — Е Цю — была забита свиданиями, голова старшего — Е Сю — компьютерными играми. Один шлялся по частным вечеринкам, другой — по геймерским американским платформам. Поведение сыновей задевало чувства Советника. Посторонним трудно было представить, до какой степени это его задевало.***
Сю включил комп и загрузил «ЧЕСТЬ И СЛАВУ» — трюк, которым он пользовался, чтобы собраться с силами каждый раз, когда отец возвращался домой в особенно дурном расположении духа. Палец скользнул по клавише enter, и Сю прибыл на локацию. Прямое ущелье загрузилось в его мозг с недосягаемой для другой игры реалистичностью — словно втянуло в себя. Столетние сосны, сугробы, идет снег, но каждая снежинка прихватила с собой капельку скрытого за тучами солнца. Тишина. Сю запрокинул голову и высунул язык, пытаясь распробовать снежинки на вкус. Английская речь полилась в наушники, сердце бешено заколотилось в груди. — Ты опоздал, — раздалось злое шипение Черной Пантеры. — Жарь на мид. Их шестой загрузился. — Стрелок? — спросил Сю и тут же получил восклицательный знак в подтверждение: — Быстрее. Помоги мне добить фантомного мечника. У стрелка Сю никогда не выигрывал, Осеннее Дерево был илитой, но против мечника Мясной Луны у Сю был шанс. Сю побежал. Ноги утопали в сугробах, снег забивался за ворот, копье больно било по спине и оттягивало плечо. Или Сю только воображал это? Он был уже на месте, когда прозвучал далекий доставочный выстрел, и голова Черной Пантеры дернулась; кровь, белые осколки черепа, кусочки мозгов и красного мяса полетели во все стороны. Большие глаза Черной Пантеры выпучились. Он начал стремительно терять здоровье. — WTF! — Сленг Черной Пантеры вспыхнул в мозгу, будто выжженный клеймом. — Добей его. Сю не любил говорить, особенно на английском. Поэтому отправил в чат восклицательный знак и посмотрел на шкалу здоровья Мясной Луны. 25 процентов. Решил: «Я сумею», — и заставил своего персонажа — мага Подземные Облака — сделать выпад копьем. Добавил к этому комбо из четырех атак, пятьдесяти двух микродвижений и четырех разворотов. Все атаки достигли цели, нанося урон. Но главное, что вокруг копья Подземных Облаков закружилась ульта — четыре элементальных чэйсера: белый, синий, красный, зеленый. Атаковать дальше? До слуха Сю донеслись сухие щелчки Кольт «Гавернмент модел» . На подмогу Мясной Луне явился Осеннее Дерево и открыл огонь. Сю среагировал моментально, бросил своего персонажа вправо, поднырнул под ветер пуль, сразу же увернулся влево. Простое и эффективное уклонение, которым многие пренебрегали именно из-за этой его простоты. — ОMG, и слух, и реакции. С тобой интересно, — голос Осеннего Дерева в наушниках был веселый, не слишком высокий и не очень низкий, красивый голос, которому захотелось ответить, но Сю промолчал, зато выжал из своих пальцев 90 АПM, задоджил, в кувырке направил чэсеры на стрелка, применил призрачные шаги для защиты и бросил ульту в Мясную Луну для критического урона и опять ушел в оборону. С удовольствием увидел, что Мясная Луна потерял все здоровье, а Осеннее Дерево тридцать процетов. Сю продолжил атаковать и уклоняться, применил полезный скилл «железные кости», который давно прокачал и всегда держал под рукой, но все равно получал урон. Несколько секунд в таком темпе, и пальцы стали тяжелыми, каждое прожатие клавиш удавалось контролировать с большим трудом. Хватит ли сил, чтобы разобраться со стрелком? Осеннее Дерево почувствовал, что Сю устает. Увидел открытие и отбросил Подземные Облака назад ци пулей, сменил кольт на пулемет гатлинга. Брызнула кровь, и на мгновение показалось, что в нос ударило сильным запахом железа. Сю заставил Подземные Облака отскочить и успел поднять копье, чтобы защитить голову и тело от веера пуль, которые Осеннее Дерево превращал в дождь из лезвий и ножей. Не помогло. На небе вспыхнуло «СЛАВА», обозначая конец поединка. Осеннее Дерево отнял у персонажа Сю все здоровье за три секунды, но насмешливый голос продолжал болтать в наушниках: — Я тебе уже говорил, что ты с каждым поединком играешь все лучше! Но проигрываешь из-за лагов. Ты слишком далеко. Тебе надо переехать к нам. Сю не ответил, потому что в коридоре послышались шаги отца.***
Советник Е чувствовал, что назрела необходимость предпринять радикальные меры, и меры эти дались Советнику нелегко: младшего из близнецов — Цю — он собирался отправить в Америку на обучение в одном из интернатов Лиги Плюща и уже поставил сына перед фактом, молча протянув билет и загранпаспорт. Большего не потребовалось. Со старшим, с наследником, он хотел переговорить лично. Старший как раз рвался в Америку, но Советник решил окунуть его головой в семейный бизнес, приставить к нему своего человека для надзора и обучения, организовать стажировки на филиалах фирмы по всему Китаю, чтобы у отпрыска не было времени на то, чтобы вздохнуть, и уж тем более на то, чтобы играть. Советник потер руки и вошел в комнату сына: — Выключи компьютер. Сю повиновался. — Сын. Я не хочу, чтобы ты тратил свое время впустую на киберспорт, — Советник проконсультироваля у своего помошника перед разговором, чтобы говорить с сыном на одном языке, и постарался начать мягко и с пониманием. Он не был дураком, он кое-что понимал в психологии, в сложных взаимоотношениях поколений. — А если бы это были шахматы? — набычился Сю, но Советник знал, что не в характере сына долго пререкаться. Продолжил: — Это было бы другое дело. Но гейминг — не шахматы. Это сомнительный проводник в будущее. Сю проглотил свое несогласие. Отец был неправ, но он все еще оставался его отцом. Сю хотел быть почтительным, но и хотел донести до родителя свою позицию: — А чем они отличаются? Престижностью? А покер? В покер ты бы мне разрешил играть? А если бы я был кинорежиссером? — А это-то тут при чем? — удивился Советник. — Как при чем? Компьютерные игры — это даже круче Голливуда, пап. — Голливуд, — Советник заговорил медленно, насыщая каждое слово недовольством, — это страна снов, сын, оторванная от реального мира, в котором мы живем. Это наркотик. Его продукция несовместима с нашей моралью. Сю никогда не думал, что будет бунтовать. Но он точно не хотел, чтобы недостаток воображения отца лишил смысла его собственную жизнь. Точно нет! Поэтому он возразил: — Твой любимый философ Цю Мяоцзинь считает, что словами можно перевернуть мир! А в игре у нас не только слова, но и образы, и истории… — Если ты думаешь, что твои выходки и протесты сделают тебя независимым — сразу поставлю тебя на место. Ты зависим, — резче обычного парировал Советник и смерил сына таким взглядом, что Сю показалось — на него посмотрели как на неожиданное пятно на безупречной рубашке. — В первую очередь ты зависим от семьи. Пока ты был ребенком, ты волен был заниматься чем пожелаешь. Но теперь ты вступаешь в возраст наследника. Твои занятия стрелялками не понимают. И это мягко говоря. Твоя одержимость чужой культурой наносит удар по моей репутации. А значит, в скором времени нанесет ущерб репутации семьи. Ты меня понял? Сю уловил в хриплом голосе отца ту низкую ноту, ту долю черного аккорда, появлявшуюся, когда дело начинало принимать плохой оборот. Решил, что сегодня не испугается: — Я не хочу заниматься семейным бизнесом, отец. Я хочу стать профессиональным игроком, — сказал и почтительно склонил голову, улавливая, как комната заполняется глухим волнообразным жаром гнева. Лицо у Советника стало пунцовым, он сказал уже еле себя сдерживая, проговаривая угрозы по слогам: — Можешь играть время от времени. Никто тебе не запретит развлекаться, но со следующей недели я официально объявлю тебя наследником и твое времяпрепровождение изменится. — Ни за что. Советник точно не знал, что было раньше: мысль о пощечине или сама пощечина. Он размахнулся и ударил сына довольно сильно, выбив нитку слюны из уголка рта. Сю вытер губы тыльной стороной ладони и почувствовал, как щека вспыхнула. — Прости, — сказал Советник, понимая, что Сю никогда прежде не только не видел от него подобной ярости, но даже не представлял себе, что такое бывает. — Никогда не думал, что смогу тебя ударить. Я ведь никогда еще тебя не бил, правда? Но мне не нужен сын-геймер. Завтра утром ты отправишься осматривать заводы и филиалы фирмы. Под охраной, — в голосе отца Сю услышал неподдельное, непримиримое осуждение. Больше ничего не сказав, отец вышел из комнаты с видом человека, совершившего долгожданное открытие и готового в случае чего его повторить.***
Сю начал играть в двенадцать, сразу после того, как в Филадельфии была разработана платформа «СЛАВЫ» и открыт первый американский сервер. В пятнадцать он уже сделал себе имя среди геймеров. С кем только он не играл: с канадцами, с корейцами, с русскими, с французами. Специально тренировался противодействовать многим ультам, тратил время на изучение тайминга кастов, кулдаунов, мертвых углов, дальности действия оружия, длительности ошеломления. Исследовал микросекунды движений, расчленял их на простые жесты и тренировал противонавыки. Школа? Домашние задания? Гнев отца? Шипение брата? Лишение карманных денег? Ничего из этого не могло его остановить. Домашние аресты на каникулы и выходные? Он воспринимал их как поощрение. Сю часто побеждал, и ему это нравилось. Но часто и проигрывал. Сначала был уверен, что играет хуже из-за качества плат, поэтому научился собирать машины. Сейчас у него стояла уже третья, которую он собрал сам. Потом он столкнулся в одной из пати с Осенним Деревом, и тот ему объяснил, что дело в серверах. Серверы «СЛАВЫ» были в Америке, в Европе, в Корее и в Японии, а вот в Китае их еще не было. Там, где жил Осеннее Дерево, он зарегался на японском сервер, но Сю внутри страны со своей LAN этого сделать не мог, а физическое отсутствие серверов порождало лаги. В такой быстрой и интенсивной игре запаздывание было невыносимым, загрязняло схватки, которые проходили в виртуальном пространстве между Сю и другими геймерами из разных стран и разных континентов. Географическое положение Сю мешало ему играть «чисто», но весь последний год он учился оборачивать лаги в свою пользу. Заставлял противников постоянно обманываться в суждениях и прогнозах, менял оружие, чтобы внезапно увеличить область поражения, вставал в ложные позы, чтобы заставить думать о применении не тех навыков и ошибаться. А потом у игроков не оставалось больше времени на нужные движения, шаги или выпады. Это помогало часто, но не всегда. С Осенним Деревом никогда. С ним вообще с первого дня знакомства в игре все было иначе. Осеннее Дерево невозможно было обмануть. На него не действовали уловки. После первой же победы над Сю он сказал: — Приезжай ко мне, будем играть без лагов. Кто из нас лучший, мы можем выяснить, только играя на равных. Сю тогда ничего не ответил. Не потому что не доверял словам Дерева. Нет. Сю почти кожей чувствовал обратное. Но это не значило, что он готов был болтать с ним без умолку. Вплоть до сегодняшнего дня он общался с Деревом как со всеми, используя знаки препинания и эмодзи. Но после ультиматума отца все изменилось. Сю снова загрузил своего персонажа в «Славу», увидел, что Дерево еще онлайн и на арене. Вздохнул, в групповом чате перешел во вкладку «Звук», кликнул на «Голосовую связь» и запросил спаринг, приготовившись выйти из своей зоны комфорта. Осеннее Дерево тут же подтвердил запрос и после первых обменов ударами снова предложил: — Приезжай ко мне. Или боишься сразиться на равных? Приезжай. Я живу в городе Н. Присоединишься к моей LAN, у меня есть запасной комп. Будем играть чисто. — С чего бы тебе меня звать к себе? — спросил Сю и поразился насколько взволнованно прозвучал его голос. — Внезапная безоглядная мужская дружба. Такое объяснение пойдет? — и пока Сю ошарашенно переваривал сказанное, добавил: — Маг и стрелок! Вместе мы могли бы составить непобедимый дуэт! Если однажды в Китае появится свой сервер и начнут создавать профессиональные команды, у нас с тобой есть реальный шанс стать лучшей парой первого сезона. А пока будем вместе жить и тренироваться. Я Су Муцю. А ты? — Е Сю. И я подумаю. Сю не считал себя ребенком. Знал, как взвесить за и против, чтобы принять решение. Он вышел из игры, все взвесил за несколько секунд, как привык взвешивать в «СЛАВЕ» сильные и слабые стороны стратегий противников, и принял решение: игра — это его путь. Боль, которую он причинит родителям, — плата за этот путь. Он поедет к Су Муцю. К Осеннему Дереву. Сю тут же провел расследование расписаний рейсов самолетов, поездов и автобусов в интернете, даже международных, чтобы запутать следы и сбить охранников отца со следа. Потом отправился в комнату брата посоветоваться о том, как быстро получить паспорт, в котором у него до этого никогда не возникало необходимости; о том, где в другом городе на другом конце Китая можно найти работу. Деньги? Ему уже почти шестнадцать, и его примут на полставки. На работе как правило есть общаги. О том, как выглядит Осеннее Дерево в реальной жизни и какой у него адрес в городе Н, он даже не думал. Войдя в комнату брата, удивился: — Ты собрал вещи? Зачем? — Отец хочет отправить меня подальше от Му Фэн. А я и дня вдалеке от нее не проживу. — То же самое ты говорил неделю назад о Чэй Лу. — Да что ты понимаешь в чувствах! — Ошибаешься. Я в чувствах специалист. — Тут замечательная идея посетила Сю, и он сказал: — Поэтому спасу тебя. Поеду вместо тебя. Договорились? Нас же кроме родителей никто не различает. — Отец поедет меня провожать… — Но это будет завтра, — Сю вспомнил таблицы вылетов самолетов, которые он только что просматривал, сказал: — А я могу улететь сегодня. Самолет через шесть часов. Есть места. Я проверял. Если ты дашь свой паспорт, я подменю тебя и отправлюсь в аэропорт немедленно. Только дай мне денег в дорогу. — Ты сделаешь это ради меня? — И ради себя. В Америке я стану про-игроком, отец мне не помешает.***
В аэропорт Сю не поехал. Это был отвлекающий маневр на случай, если брат проговорится. Добравшись до автовокзала, Сю вдруг захотел вернуться, сердце защемило, но он преодолел это чувство. Оно стало первым взносом в его взрослую бездомную жизнь. Устраиваясь на заднем сиденье автобуса дальнего следования под тусклыми лампами и закопченным потолком, Сю метнул взгляд через весь салон к зеркалу заднего вида. В центре большого стекла отразилась суетливая площадь. Сумел различить крошечное отражение солидного человека в дорогом костюме с импозантной проседью в волосах. Тот неспеша рассматривал все вокруг себя, словно старался выцепить среди посторонних людей знакомое лицо. Помощник отца. Сю сполз с сиденья пониже. На всякий случай. Сердце бешено колотилось. Автобус тронулся, а Сю все не решался сесть нормально. Из ступора его вывел звонок брата: — Отец в бешенстве. В кои-то веки решил поужинать с нами вместе и хватился тебя. Он отправил своих людей перехватить тебя в аэропорту… Но я в тебя верю. Как прилетишь в Америку — позвони. Дальше пошли гудки и, слушая их, Сю постепенно успокаивался и засыпал. Весь следующий день он выходил из автобуса, только чтобы купить лапшу и попить, пытался читать, пытался слушать музыку, пытался представить свое будущее… Часов в пять вечера задремал и проснулся, только когда в глаза начали бить фары встречных машин. Когда автобус остановился в центре города Н, Сю, положившись на удачу, вышел вместе с толпой пассажиров в ночь, хорошо разбавленную неоновыми огнями вывесок и фонарями. Телефон разрядился, Сю выкинул сим-карту в первую попавшуюся урну. Мысленно извинился перед братом: «Тебе лучше не знать, что я не полечу в Америку. Ни ты, ни я не умеем врать отцу». Когда под фонарями и вывесками нервно заметалась снежная крупа, Сю посмотрел на шахматные клеточки окон многоэтажек, на неоновые надписи, выискивая место, чтобы погреться. Вывеска интернет-кафе «Эра Великолепия» привлекла его внимание. Именно об этом кафе как-ир говорил Су Муцю — Осеннее Дерево. Вот только адрес-то он спросить забыл. И телефон. Ничего страшного. Сю решил, что найдет стрелка в игре. Заодно спросит, как тот выглядит. Сказано — сделано. Сю достал из кармана несколько аккуратно сложенных купюр, протянул их девушке на ресепшене и, взяв табличку с паролем и горячую лапшу, побрел к арендованной на несколько часов машине.
