Правдивое руководство по стратегии игр онлайн

В этих последних матчах между ними что-то протянулось.

Словно мост.

Словно что-то описало круг и соединило их@

Движимый импульсом только что завершенного сражения, Зекай выскользнул из южных служебных ворот стадиона никем не замеченный. Оглянулся в поисках такси или частника, или DiDi. Прекрасно понимал, что времени у него критически мало, но как назло приложение снова и снова показывало: свободных машин нет. И не будет еще целых десять минут. Зекай прикинул, что за десять минут до Гранд Отеля он может и добежать. Заодно выплеснет из себя накопившееся напряжение. И он побежал. Разгоряченный, мазнул электронным ключом по двери номера, подумал, что если Сю там нет, то придется бежать обратно. Когда загорелся зеленый огонек, потянул дверь на себя и замер, увидев спину Сю между кроватью и ярким небом за панорамным окном. Забыл все заготовленные слова, завороженный присутствием человека — не персонажа — в реальности маленького гостиничного номера. Попытался унять напряжение в каждом сантиметре тела. Сю тут же почувствовал чужое присутствие, обернулся и остановил на Зекае взгляд слишком внимательных глаз. Чжоу четко ощущал, как его оценивают по каким-то особым критериям, которые Сю накапливал и оттачивал не один год, но не понял, оправдал ли ожидания. Заметил лишь на лице Сю секундное замешательство, следом его зажигалка щелкнула с категоричностью спущенного курка. Между пальцами появилась сигарета, Сю затянулся так глубоко, что сигарета потеряла едва ли не половину своей длины. Едкий дым ударил в ноздри. В голове у Зекая щелкнула тревожная мысль: «Не дать Сю развернуться и уйти! Удержать! Удержать!» Зекай дождался, когда Сю опустит сигарету в пепельницу, словно дождался открытия противника на соревновательной арене, ногой, совсем не бережно, захлопнул дверь и двинулся вперед, собираясь сделать «раш одной волной», накрыл ладонь Сю своей, посмотрел в глаза. В ответном взгляде прочитал что-то тревожное. Не сожаление — такого Зекай бы не выдержал — но… замешательство, поэтому вместо поцелуя просто задержал пальцы Сю в своих и вдруг испугался: а что если это все, что Сю может ему позволить на деле? Сю руки не отнял, но от прикосновения Зекая ему почему-то стало трудно дышать. Чтобы справиться, он через силу набил в легкие побольше воздуха и заставил себя говорить тихо, но четко, потому что между ними все должно было быть честно: — Муцю сделал тебя очень похожим на себя. Словно решил, что ты можешь его заменить. В игре. И в жизни. Зекай сразу понял о ком Сю говорит, разжал пальцы, почти всплеснул руками: — Заменить? Я думал, что он создан игрой и тренирует меня, чтобы, ну… раскрыть потенциал персонажа. Сю мотнул головой, почувствовал, как у него все внутри сжимается от этого разговора, но должен был довести мысль до конца, чтобы искупить свою вину за слишком запоздалое осознание драгоценности Муцю. И тем хуже для него, если Зекаю эта мысль не понравится: — Муцю умер десять лет назад, и я до сих пор чувствую вину за то, что слишком запоздало осознал его драгоценность. Я не смог его отпустить. Не хотел. И игра не захотела его отпускать. — А потом голос Сю, сорвавшийся на фальцет, заполнил маленькое помещение: — И я любил его. И никого больше. Зекай застыл на мгновение, словно оказался посередине минного поля, а потом слова, которые часто произносил Призрачный Стрелок, вырвались из него непроизвольно, больше похожие на вопрос, чем на ответ: - Всегда есть новая попытка. Совсем не ожидал, что скажет то, что нужно, но Сю наградил его таким полным надежды и благодарности взглядом, что у Зекая внутри стало горячо. Больше ни о чем не думая, он цапанул подбородок Сю, заставляя чуть вскинуть голову, и поцеловал в горько-маслянистый от табака рот быстрее, чем сумел себя остановить. Потом, точно испугавшись, провёл большим пальцем по нижней губе Сю, будто пытаясь стереть произошедшее.

***

Касание Зекая, как «касание падающего цветка», вызвало у Сю ошеломление. Он не мог подобрать другого слова, чтобы описать то, что почувствовал. И захотел, чтобы Зекай почувствовал то же самое. Перехватил и отвел в сторону его ладонь, прикоснулся к чужим мокрым и напряженным губам. Вложил в это касание все накопленные за десять лет и нерастраченные чувства. Дальше все происходило так же стремительно, как в матче. Доверие, откровенность, отсутствие слов. Синхронизация тел, синхронизацию чувств, будоражащее вдыхание запахов, резких, но не противных. Возбуждение, как острый колющий предмет проникающее прямо в мозг, спускающееся до пупка и желудка, сползающее в пах. Сю пропустил момент, когда Зекай легко, словно перышко, вжал его бедрами в стену и просунул между ног колено. Потер. Внутри Сю вспыхнуло хаотичным пламенем и запульсировало. Снова и снова. «Похоже на огненный чэйсер», — подумал он, прижался к Зекаю и стоял так, щека к щеке, наверное, целую минуту, потом хрипло втянул в себя воздух: джинсы было уже не спасти. Не смог понять унизительно ли вот так стоять в номере отеля с мокрыми штанами и дрожащими коленками перед одним из Богов Славы или это называется как-то по-другому. Пока пытался с этим разобраться, Чжоу сказал: — У меня есть запасные, — и многозначительно кивнул подбородком куда-то в дальний угол отельной комнатки, а следом применил неожиданный контролирующий навык: — Я помогу тебе переодеться. Или раздеться. Если ты готов на еще один раз. От неожиданности Сю отпрянул и нервно рассмеялся. Зекай по-своему интерпретировал его смех. — Если нет — все нормально. Есть люди, которым вообще не нравится секс. — Мне секс нравится, — честно признался Сю и поправился: — Мне понравилось то, что сейчас было. Но дальше… — Дальше, — весело перебил его Чжоу, — действовать буду я, — и выбросил руку вперед в характерным жесте вскидывания пистолетов. Это движение было приятно для глаз и пропитано ностальгией. Оно произвело на Сю тот же эффект, что и «дракон разрушающий ранги»: вымело из сознания всякую способность сопротивляться и оставило после себя тишину и покорность. Понимая, что то, что он собирается сделать, равносильно добровольной сдаче в плен, Сю начал расстегивать куртку, запутался в рукавах, потом в пуговицах рубашки, в конце концов стянул ее через голову, проклиная свою неловкость и нерасторопность. Посмотрел на Зекая, опасаясь, что тот прямо сейчас ужаснется того, что Сю делает, и сбежит. Но Зекай никуда сбегать не собирался, а сбрасывал с себя одежду, действуя скоро и методично. Закатное солнце подсвечивало его бледные волосы, заставляя их сиять ярче, окрашивало кожу в золотой цвет. Это абсолютно сбило Сю с толку. Рядом с ним был не Муцю. Сю видел не его. Но то, что он видел, ему нравилось. Нравилось худое, жилистое тело со вздувшимися венами на руках, редкие волоски на груди, выступающие ребра грудной клетки, а еще длинные ноги с выпирающими коленками. И то, что откровенно стояло между ног. — Ого, — оценил Сю. Скорее всего вслух, потому что Зекай повернул к нему голову и улыбнулся своей фирменной улыбкой, которую Сю столько раз видел в рекламе: — Помочь? — и, не дожидаясь согласия, ловко расстегнул Сю джинсы, спустил их вместе с трусами до лодыжек. Полюбовавшись на проделанную работу, толкнул Сю на кровать, после чего стянул с него все, включая спортивные туфли и носки. Скомкал джинсы и трусы и забросил в угол. Отпустив себя, Сю подумал: «Сколько можно сражаться? — с самим собой, со своим прошлым, с рекордами, с желаниями, с памятью. Сейчас все просто. Пусть таким и останется». А потом снова были губы в губы. Резко и быстро. Словно яростный дракон пронзает сердце. До крови. Слизнув ее, Зекай оставил губы в покое и принялся исследовать тело Сю, как новую локаци. Целовал его так, будто встретил противника в узком переулке и решил не отступать ни на шаг. Каждый поцелуй Сю вознаградил неконтролируемым вздрагиванием. Когда Зекай взял его руку и положил на свой член, Сю сначала растерялся, а потом сжал пальцы, и это послужило Зекаю достаточным поводом, чтобы, не тратя время на вопросы, — что тебе нравиться? что ты хочешь, чтобы я сделал? как тебе сделать хорошо? и прочую мутотень — вобрать член Сю в рот. Раз. Потом еще раз. А потом Зекай некоторое время владел ситуацией торопливо и безраздельно. В это время Сю открывал для себя, что у него нет склонности к долгой ласке, что он совершенно беззащитен перед умением Зекая прикасаться и пробуждать неожиданные желания. Когда Зекай отстранился, чтобы посмотреть на часы и выдохнуть: уже пять! — Сю недовольно одной рукой надавил ему на затылок, — Не отвлекайся! — а другой передернул его готовый кончить член.

***

Когда углы в комнате были объедены сумерками, а в окне теплился последний закатный свет, Сю и Зекай едва могли перевести дух, словно только что пробежали марафон. Но чувствовали такой прилив сил, будто могли пробежать ещё пять таких же и смаковали последние минуты интима в одной постели. Единственным человеком, с которым Сю когда-либо ее делил, был Муцю. Несколько ночей они теснились на узком матрасе до того, как в доме появилась третья кровать. Позже случалось, что Сю перебирался к Муцю, когда не мог заснуть. Хотя с тех пор прошло почти десять лет, было что-то до боли знакомое в ощущении чужого веса на кровати рядом. Куда менее знакомым оказалось то, как Зекай вжимал Сю в матрас и гулял руками по плечам и груди. Губы у Зекая припухли; кожа у Сю пылала, но до ленивого, сытого блаженства было еще очень далеко, а вот до начала итоговой пресс-конференции десятого сезона — очень и очень близко. Скоро должно было наступить время прощания, а они вообще еще ни о чем не поговорили, ничего не обсудили, ни настоящее, ни будущее. Сю начал собираться с мыслями, но Зекай первым нарушил молчание: — Твой Зонт кошмарил меня весь этот сезон. Ужасное оружие. Я к нему ревную. — Нет в нем ничего ужасного, — вскинулся Сю, потянулся, нашарил телефон в ворохе одежды, загрузил последнее сражение и ткнул пальцем в тот момент матча, когда Ань Вэньи в героическом прыжке крестом уложил Пронзающего Облако к своим ногам. Серьезно сказал: — Этот кадр будет кошмарить поколение геймеров. Хочешь, чтобы я тоже тебя ревновал к Маленьким Холодным Ручкам? — И они оба рассмеялись. Зекай потянул Сю вместе с телефоном назад на колкие подушки, положил голову ему на грудь, и они пересмотрели групповую арену. Смеялись, глядя на раскачивающегося словно рваный носок на ветру Мрачного Лорда, на беспомощного Обмана, убитого неигровыми персонажами за несколько секунд, на застрявшего в скале Лунно-заманчивого Мороза. Сю время от времени отрывал взгляд от экрана телефона и косился на Зекая. — Что? — наконец не выдержал Чжоу. — Тебе идет быть в Самсаре. Зекай удивленно улыбнулся, и Сю пояснил: — Страсть, Дисциплина, Преданность — тебе подходит, — а потом сразу без перехода добавил: — На пресс-конференции я объявлю, что уйду в отставку. — Что? Ты собираешься уходить? — Ну, я же не робот. Не могу играть вечно. — Без тебя мне будет неинтересно, — огорчился Зекай на полном серьезе. Именно этого Сю и опасался, поэтому сразу же перешел в наступление: — Неинтересно? Ты знаешь сколько у меня было побед в этом сезоне? — Тридцать семь в тридцати восьми матчах, — как по учебнику ответил Зекай. — Специально оставил одну. Сначала это было задумано в память о Муцю. Чтобы он мог меня превзойти. Однажды. В другой жизни. Но сейчас я уверен, что оставил шанс для тебя. Не разочаруй меня, малыш Чжоу. Иначе тогда уже мне перестанет быть… интересно. «Интересно» оказалось слишком непримечательным словом, чтобы описать то, что Чжоу сумел прочитать в насмешливом взгляде Сю, а Сю, видя, как уголки губ Зекая загибаются в искреннем предвкушении, продолжил, но уже без смеха: — После пика формы придет депрессия. Я уже переживал такое. После побед в трех сезонах подряд жизнь вовсе не казалась сахаром. Думаю, со мной станет тяжело общаться и… — Я сумею, — перебил его Зекай, не дав выговориться до конца, — буду приезжать и оставаться на ночь или на день, — заверил таком тоном, словно думал обо всем об этом и все распланировал: — Наверное, смогу и на два. Если ты не против. — Я не против, — кивнул Сю, пораженно разглядывая кленовый лист из родимых пятен, который только что заметил на предплечье Зекая. В этот момент в разговор вторгся внешний мир: дверь сначала дернули, после того как убедились в том, что она надежно закрыта — постучали. Приглушенный голос нервно напомнил: — Пресс-конференция, Чжоу! Спонсоры ждут! Чжоу одним кошачьим движением выскользнул из кровати. Мучэн тоже уже наверняка ждала и волновалась. У Сю не осталось времени разглядеть узор из родинок как следует, но он надеялся, что в следующий раз у него будет больше времени. Он спустил ноги на пол и поинтересовался: — Где, ты говоришь, у тебя запасные джинсы?

***

Перед самым выходом Сю окинул Чжоу требовательным взглядом, поправил воротничок дорогой рубашки, игнорируя легкое подрагивание пальцев, провел подушечками не только по шелку ткани, но и по шелку кожу. Этим жестом засвидетельствовал свое место в жизни Зекая и гарантию новой встречи. Выходя из номера последним, Сю скользнул прощальным взглядом по разобранной постели, по скомканным и брошенным в угол джинсам, по паркетному полу с разбросанными по нему подушками. Запомнил все это и спрятал в потаенные уголкам памяти вместе с сожалением о закончившемся дне, о закончившейся карьере и о дорогом для него человеке, который стал навсегда частью ЧЕСТИ и СЛАВЫ.

конец