Часть 3
«Лица королей будут восстановлены, мы найдём их всех!»
Далеко, в хребте Кримкейк, лежит долина горы Чеддер. Одно из самых жарких и сухих мест в Криспии. Туда непросто добраться, даже если вы хотите попасть на праздник Саншайн в башню Королевы Золотого Сыра.
Дворец стоит высоко высоко над всей равниной с углублением рельефа, построенные на небе башни охраняют Золотые Сырные Птицы, что то и дело сходят вниз. Сама Королева — величественный герой, честь и уважение которой нужно будет заслужить, иначе просто так во дворец не пропустят. В этом королевстве не бывает дня без всего, дня без празднования, из-за того почти круглосуточно в пирамиде замка звучит музыка разных жанров, толкуют, что королева веселится с гостями, а позже сходит к поданным, чтобы устроить праздник и им.»
Наша королева просто чудо!
Эспрессо закрыл старинную летопись, переводя взгляд на своего мужа.
«подумать только, почти все свитки на этой полке так или иначе относятся к истории королей, и в каждом из них упоминается Королева Золотого Сыра...»
— угх, столько времени прошло, а Светлый Король ещё не найден! — Рядом завывал болезненно бледный юноша, терзающийся сильными ожиданиями от своих подданных, ссылаясь на молитвы к Пуре Ванилле. Что уж гадать, кто кто, а Мадлен куки из молочных резцов светлой долины пряных рек страдал больше всего.— Мадлен... Я думаю, всё образуется. — Эспрессо своего мужа поддержать пытаясь, закидывает ему руку на плечо, поражая свет брони тёмными частицами магии, разглядывая остальные книги в библиотеке, что хранятся словно под куполом.
Не проходит и двух минут, как оба юноши слышат за своими плечами тихий, куда более непривычный для их стороны баритон:
— Вообще-то, мы не можем утверждать, что Пуре Ванилла не найден... Скорее, история гласит, что Светлый Король не получает известий от нас. — Такой строгий, подтянутый, всегда прямой, неверующий в пятерых королей католик, но повествующий о многих ликах истории и действующий в её законах, Эклер куки, держащий в себе потрясающие сочетание обоих племён, что так много лет ведут разногласия. — ох, ну, прекрасно! Теперь мы застрянем с этой новостью здесь на века! — Мадлен, словно дитя, губы поджимает и отворачивает свой взор, руки на груди складывает и защищает сам себя. — ... Я цепляюсь за то, что Тёмный Король тоже не найден. — смотрящий на протирающего монокль историка Эспрессо очки чуть сдвигает, желая узнать как можно больше, ведь в этих свитках можно копаться до утра.— что? Эспрессо, ты с ума сошёл! Пока мы не найдём Пуре Ваниллу, даже думать не будем о других королях! — и резкое серое обвинение падает на плечи мага от его молочного воина. Эспрессо подвергается обоим сторонам гнева
— Мадлен, важно хотя бы понять местонахождения всех королей! — — давно ты так преисполнился в своей вере? Я пойду к Ликорису! — грозно объявляет Мадлен, но их ссору тормозит гид этих книжных разрух. — «Дворец стоит высоко высоко над всей равниной с углублением рельефа, построенные на небе башни охраняют Золотые Сырные Птицы, что то и дело сходят вниз. Сама Королева — величественный герой». — он мысль заканчивает мятежно, удивлённые взгляды супругов ловя. Но, чтоб не торопить историю, даёт им лишь пару указаний. — ... Доберитесь до долины Крем Чиз, покорите эти горы, попадете во дворец. Королева Золотого Сыра - наша отшельница, но, я полагаю, она знает куда больше, чем, даже, может быть, я. — — до долины Крем Чиз? Отлично, давай сюда карту! — нетерпеливо требует молочный воин, вытягивая руки вперёд, дожидаясь награды за эти мучения, ведь Пуре Ванилла не благословил. — ... На вечеринку требуется приглашение, — замечает всю доступность похода на светский раут Эклер. А затем два голубых кристальных билета тянет, и их хватает тут же Мадлен. — Эклер, ты просто находка! — в восклицание своей жилки шепчет воин, на мага тёмного взгляд переводя. — Мадлен, я думаю, тебе будет лучше пойти с кем-то из защиты Пуре Ваниллы. — выставляет вердикт он словно судья. — что?... Но почему? Эспрессо, приглашения же два! — высокий юноша нервно глотает, ощущая внутри тягу волнения. — я хочу провести кое-какие исследования, поэтому останусь здесь... Конечно, если ты не против, но если нужно - я всегда пойду с тобой. — принимая испытания брюнет головой кивает, обнимая супруга. — нет... Нет, не стоит, право. Эспрессо... Кажется, я знаю, кого с собой взять... — поглаживая в ответ по хрупкой спине своего любимого, Мадлен образом в своей голове вспыхивает. Ему обязан помочь кое-кто, и вся долина реки молочной засохнет, если этот человек откажет просьбе Малдена. — э-э-э-эй, Ликорис.. — на ходу поднимая чёрную лакричную палочку и забегая куда дальше, чем бы позволил ручной мантикора на цепи неподалёку, Мадлен, перешагивая кудрявую, ползущую лозу, прутья, с надеждой, что тёмный маг ещё никуда не отошёл, не забыл про своего светлого друга, не покинул пост пророка, ведь луна не видела твёрдую косу с чужими черепушками уже много дней, не освещала дальнейший путь по дороге ужаса и мрака, не связывала цепи Хэллоуина, не скрывала таящий тайны дарк сайда открытый во веки веков глаз... — Ликорис?! Черт, где же ты! — молочный воин склоняясь к мечу на колено восклицает, и видит перед собой вход в тёмные покои. Лакричная палочка светится, указывает путь.. — ... Об этом я не знал. Эй, тёмный маг! — надеясь, что его спасут и просьбы, и молитвы, светволосый парень броню поправляет, слыша, как сзади серебристые плиты скользят за ним следом и будто следят... — Ликорис! — наконец нарушив вещий покой пророка защитник Пуре Ваниллы предстаёт пред чем-то, похожим на кровать. Оттуда поднимается, из лозы, давно усохших листьев, карабкаясь костями вместо пальцев их мрачный труп невесты, будто бы восставший из под земли Ликорис откидывает назад чёлку, а затем и почерневший, рваный капюшон, дабы разглядеть нежеланного гостя. — а-а, Мадлен... Черт, ты бы хоть постучался! Ещё раз припрешься без приглашения на дарк сайд - я тебя мантикоре скормлю! — И, улыбаясь проворно, пророк всея тёмной зоны с грозными армиями фавнов переворачивается на одеяле, когда оттуда же возникает другой тёмный облик... — чт... Ты?! — обжигающий взгляд серых, подведенных лакричной косметикой глазок мужчина прищуривается, буквально рыча на только что пришедшего соперника. — т-ты.. Ты? — по плечам высокого воина бегают волны нежеланных мурашек, и тот, под плащом скрываясь, на чёрно-белые, кофейно-молочные волосы, разбросанные по плечам уже без аккуратного пучка пялится.
