Белая Принцесса.

Михримах и Сулейман долго думали о том, с кем породнить Элизабет Йоркскую. Претендентов было немного – Селим и Баязед. Михримах преследовала свои корыстные цели, поэтому всё-таки уговорила отца выбрать Селима. Селим же, узнав об этой новости, был взбешён не на шутку. Идти, конечно, против отца он был не намерен. Но и мириться с этим тоже нет. Беременная Нурбану в буквальном смысле не находила себе места. И даже Джанфеда-калфа не могла ее успокоить. Все трое знали, что это рук дело Михримах. Селим был до последнего категорически настроен против любых отношений с кем-либо кроме Нурбану. Но как только в султанских покоях появилась златовласая Лиззи, он буквально остолбенел и вся его жизнь перевернулась на 180 градусов. Кровь хлынула в голову, а сердце упало. Он как глупый мальчишка расплылся в довольной улыбке. Элизабет же была мрачной и холодной. Но в ее отстраненности даже было что-то притягательное. – Вы должны принять ислам, – после знакомства сообщил ей Селим, как только они вышли из покоев султана. – Без этого никях будет невозможен. Лиззи в недоумении обернулась. – Я никогда и ни за что не приму ислам и не давала согласие на какой-то никях, – фыркнула она, морщась так, будто ей дали съесть лимон. Баязед стоял в другом конце коридора и наблюдал со стороны за братом и невесткой. – У тебя нет права отказаться, Элизабет, – вмешалась Михримах. – Мы заключили договор с твоей семьей. Хочешь ты или нет, но ты примешь ислам и Селим даст тебе новое имя. Эти слова ещё больше разозлили Лиззи. Она взяла подол платья и подошла к султанше, смотря прямо ей в глаза. – Я – Элизабет Йоркская, дочь короля Англии Эдуарда IV и его законной жены Елизаветы Вудвилл. И я никогда не откажусь от своей веры. Хотите вы этого или нет. А если вы с чем-то не согласны, то я могу прямо сейчас с великим удовольствием вернуться в Лондон. Она буквально испепеляла взглядом Михримах. И когда англичанка ушла, позволив себе такую дерзость, Михримах хотела броситься за ней вдогонку, чтобы проучить. Но Селим взял сестру за руку и помотал головой: – Не трогай ее, Михримах. Ей нужно время. Баязед пошёл следом за Элизабет, проводя рукой по щетине. – Зря ты согласилась на эту авантюру, – сказал он ей в спину. Лиззи оглянулась и нахмурила брови. – А тебе ещё что надо от меня? Тоже хочешь заставить меня принять вашу веру и дать новое имя? – гаркнула она, остановившись посреди коридора. Вокруг было ни души, только одиночные факелы, освещавшие путь. Баязед усмехнулся. – Зачем мне это? – А мне откуда знать? Каждый в этом дворце хочет навязать мне своё мнение. Баязед сделал шаг к Элизабет, убрав руки за спину. Та посторонилась назад, соблюдая дистанцию. – Я хочу тебя предупредить, чтобы ты была осторожнее. У Селима есть фаворитка Нурбану, мать его детей, которая не остановится ни перед чем. Не подпускай ее к себе. Никто не знает, что творится в ее голове. Отдавать тебе Селима она просто так не намерена. – Нурбану? – переспросила Лиззи. – Какая ещё Нурбану? Они хотят меня сделать второй женой? Даже мысль об этом приводила Элизабет в ужас. В ее светлой голове не укладывалось то, как она может стать второй женой. – Мы можем иметь несколько фавориток. Впрочем, чем больше, тем лучше. И как можно больше детей, конечно. – Господи... – прошептала она, прикрыв рот ладонью. – И что у тебя тоже несколько жён? Баязед засмеялся и покачал головой: – Нет, – соврал он, думая о Дефне. – Я старомоден. Жду одну единственную. Впервые за последние дни Элизабет улыбнулась. – Ну хоть кто-то в этом дворце в здравом уме. Когда их взгляды пересеклись, Элизабет стало не по себе и она отвела глаза в сторону. Баязед засмеялся и неловкая тишина повисла между ними. – Тебя ведь зовут Баязед? Он кивнул. Они ещё пару минут молча смотрели друг на друга. Элизабет впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности. Она ещё сама не знала почему, но рядом с Баязедом ей было спокойно. Она не боялась, что он может причинить ей боль или навредить. Баязед же в этот момент испытывал бурю эмоций, которые не мог сам понять. – Тебе надо идти. Нам опасно быть наедине. Кто-то может увидеть. Элизабет послушно кивнула, в последний раз одарила Баязеда улыбкой и ушла.