Devil May Care

Шерлок расслабленно лежал в тёплой воде, свесив руки по бокам фарфорового великолепия, которое было установлено специально для него в спальне. Над ванной витал ароматный пар от которого слипались глаза. Вода шелковистым теплом обтекала тело. По плечам рассыпались влажные кольца кудрей. Ник всегда при этом присутствовал. Сейчас он сидел позади, то массируя Шерлоку плечи и ныряя руками в пену, то подносил к алевшим губам бокал с вином, в которое всегда капал немного дурмана. Ник всегда ждал, пока его любовник полностью расслабится, прежде чем приступить к ласкам. Сейчас он определил по отяжелевшим векам, что Шерлок уже немного опьянел. Он помог ему подняться, собственноручно набросив на влажную кожу халат. Они легли на широкую удобную кровать, продолжая пить вино, неторопливо целуясь, уделяя внимание мягким объятиям и только прикасаясь губами к губам.    Ник наклонился еще ближе, прижимаясь к обожаемому телу. Он любил гладить абсолютно везде разнеженного после ванны Шерлока, но начинал всегда с ног. Длинные, худые, но сильные ноги, сводили его с ума с самого первого дня. Он брал в руки изящную узкую ступню, прикасаясь к ней губами, поочерёдно вбирая пальцы в рот, посасывая и покусывая. Рот наполнялся слюной и он продолжал "купать" в ней изящные пальцы. Потом руки двигались выше, вверх по голени, добираясь до округлости колен. Их он поглаживал, накрывая сверху ладонями, но специально томил себя, не разрешая раздвинуть ноги и оказаться между желанных бёдер.  Он сжимал нетерпеливо ягодицы, приоткрывая их, а пальцы проникали внутрь как можно глубже. Шерлок наблюдал немного затуманенным взором, довольно улыбаясь, и слегка раздвинул ноги, нарочно дразня аппетит любовника. Тогда Ник нажал на колени, толкая их в стороны, открывая себе доступ. Он приник к лобку и властно взял слегка возбуждённый член в рот, поглаживая одновременно плоский живот и подбираясь пальцами к уже затвердевшим соскам. Пары движений ртом хватило, чтобы член встал. Ник поднялся поцелуями выше. Он каждый раз с жадностью целовал бледную нежную кожу, вылизывая сперва один сосок, а второй с силой сжимая пальцами, слушая исступлённые хриплые стоны. Он вылизывал шею, заставляя Шерлока сильно запрокидывать голову, скользя языком по ямочке внизу горла, покрывал поцелуями расходившиеся в стороны выступы ключиц. - Шерлок! - в голосе расцветала мольба. Ник забрал в пригоршню отросшие кудри Шерлока, и потёрся носом о затылок. - Я так хочу тебя... Шерлок покорно замер разрешая связать себе запястья приготовленным загодя шёлковым шнуром. Под поясницу Ник подложил ему небольшую подушку, прижал ноги к своим бокам, и вошёл, неторопливо, прикусывая губы. Следующие полчаса Шерлок должен был провести молча, с закрытыми глазами и не шевелясь. Ник любил полную неподвижность во время обладания. *** Вначале его удивляли пристрастия Ника. Он пьянел, вылизывая ему ноги, делая минет или собственноручно купая в ванне. Он приучил его пить вино с наркотическими примесями.  В первый раз он немного напугал тем, что сначала связав руки, примотал их к спинке кровати, тем самым сделав Шерлока беззащитным, приказал не шевелиться и притвориться мёртвым. Шерлок прикрыл глаза, внутренне содрогаясь и холодея, что даже не почувствовал боли, когда Ник взял его. Он старался замереть и как можно тише дышать, чтобы грудная клетка поднималась незаметнее. Он надеялся, что с ним ничего не случится и ему не перережут горло на пике страсти. Хотя... Это тоже мало заботило его. Он просто не хотел умирать в мучениях. Было неосмотрительно сразу согласиться стать фаворитом, не побывав предварительно в доме того, кому он стал принадлежать. Он ничего не успел узнать о Николасе, но сразу, после своего короткого "да" на предложение, получил сумму за месяц на личные расходы. Потом он проследовал за хозяином в его экипаж, совершенно не позаботившись никого предупредить, что переезжает: лишних вещей у него не было, поэтому он не стал прощаться ни с кем из жильцов холодного дома. Но сделанный им выбор, не слишком обдуманный, не принёс неприятных сюрпризов. Предпочтения Ника в сексе его не тяготили, тем более, тот всегда был ласков и внимателен, удовлетворяя Шерлока орально.  Они проводили много времени вдвоём. Интересный собеседник, искусный игрок в карты, ценитель разнообразных удовольствий. Когда Шерлоку в голову закралась мысль, кто же его покровитель, какой титул имеет, внезапно понял, что не знает о нём ничего. Слуги были молчаливы, никогда не обращаясь к хозяину вслух. Дом был не очень большой, но удобный, обставлен со вкусом, но не богато и не вычурно. Для визита в оперу или ресторан, Шерлок опять одевал маску, закрывавшую пол-лица. С ними все здоровались почтительно и держались на расстоянии. Никто ещё ни разу не позволил смерить явно купленного любовника презрительным взглядом или начать шептаться.  Шерлок не мог не ценить заботу Ника. Он нравился ему внешне, устраивал в общении. Но часто тоска холодным кинжалом впивалась в грудь.  Он практически позабыл, что значит просыпаться от холода или когда внутренности сводит голодный спазм, причиняя боль. Когда теряешь сознание, но выходишь на улицу ждать клиента, до полного обморожения, когда кажется, что замёрзшие пальцы стали хрупкими как стекло и могут разлететься на осколки, если до них дотронуться... Шерлок не понимал, чем он мог привлечь внимание Ника. И самое главное - где тот заметил его? Когда он мёрз на улице, или когда стоял на коленях, перед очередным клиентом, сквозь рвотный спазм и слёзы подсчитывая, на что хватит заработанных денег? Это оставалось тайной, но нисколько не омрачало их партнёрства. *** - Дорогой! - Ник постучался в дверь. Шерлок набросил халат и сел в постели. Последние несколько дней он чувствовал лёгкое недомогание, сражённый межсезонной лихорадкой. Он осунулся и побледнел больше обычного. - Заходи. Ник зашёл в комнату с таинственным лицом. В руках он держал чёрный лакированный футляр вытянутой формы. Было видно что Ник только что вернулся из магазина и спешит похвалиться новым приобретением. - Как самочувствие, дорогой? - лёгкий поцелуй с привкусом миндаля осел на губах. Шерлок облизал губы и стал ждать чем собрался удивить его любовник. - Посмотри на это чудо! Ник присел рядом, поставил футляр на колени, и открыл. На покрытой китайскими узорами доске лежала длинная узловатая трубка. Рядом, в специальных отсеках, находились маленькие серебряные ножницы, лампа с фитилём, пинцет, ещё странные предметы, названия которым Шерлок не знал. Там ещё были две небольшие шкатулочки. Ник достал трубку и передал Шерлоку. - Ты пробовал курить опиум? Ник посмотрел на Шерлока искушённым взглядом. Шерлок взвесил изящную вещицу на ладони, любуясь работой и рассматривая небольшие насечки и прорези на трубке. - Нет.  - Но ты составишь мне компанию, дорогой? Ник прижался боком к Шерлоку и провёл рукой по его спине. - Ты совсем загрустил у меня в последнее время. Шерлок не боялся. Курить опиум - он слышал, это затягивает, но дарит ощущение счастья. - Я буду. - коротко ответил он. Ник открыл одну из шкатулок, достал опиумный шарик и положил в чашку трубки. Чиркнул спичкой и зажёг фитиль в маленькой лампе. Он наклонил трубку под углом, раскурил и передал Шерлоку. Тот осторожно сделал первый вдох. Это был не обычный дым, как от табака: скорее, это походило на приторный и тёплый пар... Шерлок выдохнул и откинулся на подушки. Глаза Ника стали искушающе-притягательными, он устроился рядом с ним. Ещё раз затянувшись, он отложил трубку на специальную подставку. Шерлок почувствовал тихий струящийся свет, забрезживший внутри сердца. Он высветил ведущие к нему артерии и сосуды, и Шерлок залюбовался красотой этого зрелища. Он вытянул руку, разглядывая, как мерцают под прозрачной кожей вены и его накрыло волной спокойствия и счастья. Это состояние было очень своеобразно. Ничего не хотелось, только лишь бы оно длилось и длилось.  Ник услышал тихий переливчатый смех. Он повернулся к Шерлоку. Он впервые увидел полный безмятежности взгляд любовника. Шерлок потянулся к трубке. Ник был зачарован его плавными движениями. - О моё божество! - простонал он, припадая к груди Шерлока. - Моё искушение, мой эротичный бог, мой грешник, мой экстаз! Он медленно ласкал, ставшее самым желанным на свете, снежно-белое тело любовника, пил из приоткрытых уст сладкие лунные сумерки.  Освободившись от одежды, они тесно переплелись, словно древние корни. Они вспыхнули от огня страсти, крича от наслаждения, пока их тела медленно сгорали... Шерлок был восхитительно бледен, сгустилась темнота ресниц. Верёвки перехватили тонкие запястья. Обладание казалось вечностью. Шерлок томно выгибался, тело блестело от солёного бисера. Ник чувствовал жар от пламени всё сильнее и сильнее. Пик. Пламя вырвалось наружу. *** Вот первый лучик рассвета пробежал по умиротворённым лицам. Лёгкий ветерок постучался в окно. Шерлок открыл глаза. Мысли в голове лениво перекатывались, как мраморные бильярдные шары. Во всём теле слабость и пьянящая свобода.  Рядом лежал Ник. Заколка, скреплявшая волосы на затылке, была утеряна, и белые пряди укрыли обнажённую спину. Шерлок коснулся ласково рукой гладких камушков позвонков, ладонь застыла на поясничной ложбинке... Что-то насторожило Шерлока. Внезапно он вскрикнул от ужаса: сквозь белые волосы на затылке просочилась густая багровая кровь. Шерлок перевернул любовника к себе лицом и отпрянул. Лица, как такового и не было, снесённое выстрелом. Шерлок вскочил, пятясь и разглядывая окрашенные чужой кровью руки.  Дверь в спальню с громким треском распахнулась, в комнату ворвались гвардейцы. Шум оглушил и сбил с толку. Шерлока грубо схватили и заломили за спину руки.  - Вы арестованы по обвинению в убийстве барона Николаса Ланца. - Я не делал этого! - происходившее было дурным сном. Возможно, это ему снится, после опиумного дурмана. - Я не мог его убить... Но боль от удара прикладом по затылку была сильной и настоящей. Шерлок упал на пол, но его подняли и потащили по коридору. Теряя сознание, он вдруг вспомнил чьи-то слова, но не мог вспомнить ни имени, ни лица человека, сказавшего их при нём:  "Ты можешь кричать, что невиновен, но убедишь в этом лишь пустоту." Значит, впереди его ждёт эшафот...