История без хорошего конца

— И Аврора. Он заходил к тебе в комнату, когда ты лежала без сознания после обморока. Все тотчас устремили свои взгляды на меня. Неосознанно моё тело покрылось мурашками, а в горле встал ком. Может и снаружи этого пронизывающего шока и страха было не видно, но внутри меня всю трясло. Я ни разу не видела Тёмного Лорда вживую: слышала лишь разговоры о том, что его лицо похоже на восковую маску. Видеть такое мне не особо хотелось. А думать о том, что он заходил ко мне, пока я валялась без сознания и рассматривал, тем более. Иса прижалась ко мне сильнее, стискивая мою руку до боли. Я как будто очнулась от собственных мыслей, оглядев ребят. Все они были насторожены и смотрели на меня с нескрываемым беспокойством. Хоть я и старалась не показывать своё отношение к делам Тёмного Лорда, друзья были не слепыми и видели по крайней мере моё безразличие. Они знали, что действия Тёмного Лорда и его приспешников меня не привлекают, из-за чего можно сделать логический вывод, что и во вступлении в их ряды я не заинтересована. Повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине. В моей голове за секунду пролетел вихрь мыслей. Например, где был в этот момент Сириус? Об этом я задумалась очень неожиданно. Но ведь он и правда был со мной всё время, пока я лежала без сознания. Как он мог не заметить прихода взрослого человека? Неожиданно Алекто издала смешок, и все перевели внимание на неё. Девушка стояла, облокотившись на диван, и поглядывала хитрыми, смеющимися глазами на Рабастана. —То есть обратили внимание только на них троих, а про тебя, Рабастан, главного фанатика, Лорд просто забыл? , — подруга ткнула пальцем в парня и расхохоталась. Я заметила, как Лейстрендж сжал кулаки, а его лицо начало медленно краснеть, как будто он закипал, подобно чайнику. Мы с ребятами настороженно переглянулись, боясь стать свидетелями очередного их дуэля. —Мой брат ещё до начала Рождественского Бала познакомил меня с Темным Лордом, — гордо задрав подбородок, проговорил Рабастан, — И чтобы ты знала, он сказал, что непременно ждёт моего совершеннолетия, чтобы я наконец смог стать полноправным Пожирателем смерти. Алекто ехидно фыркнула. —Ему просто не хватает пушечного мяса при выполнении заданий с большим риском провала. Рабастан вытащил свою палочку и направил её на подругу, прожигая её взглядом своих карих глаз. Конечно же, Алекто не восприняла этот выпад всерьёз и не предприняла никаких попыток как-либо защититься. Рабастана было легко разозлить, когда речь заходила о Пожирателях Смерти и его участии во всём этом. Тем не менее он не какой-нибудь дикарь, бросающийся на людей за язвительные комментарии в его сторону. —Что значит, он отметил нас? Все перевели внимание на меня, и Рабастан опустил палочку. В моей голове только что кое-как уложился тот факт, что Тёмный Лорд наблюдал за мной, и теперь появился новый вопрос: с какой целью он это делал? Почему выделил только нас троих? Для чего ему вообще мы понадобились? И вообще, по каким критериям он выделил меня, учитывая, что половину Бала я танцевала с Сириусом, а половину провалялась в гостевой комнате. —Он хотел бы с вами встретиться, видеть вас в своих рядах, — воодушевлённо сказал Рабастан, моментально забывая про свой гнев. Я нахмурилась, погружаясь в свои мысли. Всё равно это не давало внятного ответа, за что конкретно нас отметил Тёмный Лорд. Я взглянула на ребят: Эван казался абсолютно спокойным, лишь изредка его брови собирались на переносице, скорее всего когда он размышлял о моём попадании в этот список; Регулус сжимал спинку дивана, тоже о чём-то увлечённо думая. Почему-то мне казалось, что все их мысли сводились ко мне — может это было последствием их осторожных взглядов на меня, которые они усиленно старались скрыть. —Как я попала в этот список? , — наконец решилась спросить я, поднимая взгляд на Рабастана. Рука Исы на моём плече сжалась сильнее, как будто она не хотела услышать причину. Лицо Лейстренджа вытянулось в вопросе и я поспешила пояснить, — Я ничего выдающегося не сделала на этом Балу, почему он отметил меня? —Он не говорил, почему конкретно вы, — Рабастан пожал плечами, переводя взгляд ехидных глаз на Алекто, — Наверное в вас есть то, чего нет в Алекто. Алекто саркастически выгнула бровь, усмехнувшись с глупой попытки парня задеть её. Уверена, её тоже не особо интересовала эта тема. Как бы я не хотела сейчас поразмышлять об этом, в голове металась лишь одна мысль — Тёмный Лорд отметил меня, а значит мои родители в курсе этого. Они знают, что я ему понравилась, а значит отец будет готовить меня к вступлению в их ряды вдвое быстрее и сильнее. —Исабеллу он тоже не отметил, — заметил Эван, подавая голос. —Это неудивительно, — пожала плечами Алекто и сразу пояснила, — Иса всегда выглядит, как запуганный зверёк, который боится любого писка. Иса в подтверждение слов подруги положительно покачала головой, бегая своими большими голубыми глазками по нашим лицам. Я обняла её за плечи, прижимая к себе ещё ближе. Она всё ещё была напугана, но уже не дрожала так, как раньше. Мы снова погрузились в напряженное молчание, разбавляемое лишь тиканьем часов. И если минут двадцать назад меня клонило в сон, так как уже было около девяти часов вечера, то сейчас его не было ни в одном глазу. Эван о чём-то увлечённо думал, потирая костяшки на руках. Обычно по такому действию можно было сказать, что он волнуется. Но тогда возникал вопрос: из-за чего он так переживает, что его тревожит, ведь он должен радоваться, что Тёмный Лорд, которым он восхищается не меньше Рабастана, его выделил. Его реакция мне была непонятна и наводила на мысли о том, что он волнуется совсем не за себя. Это меня беспокоило. После разговора на Рождественском Балу с Исабеллой о том, почему ребята не захотели нам рассказывать о своей помолвке, в моей голове упрямо засел лишь один вопрос: почему Эван не хотел поделиться этой новостью именно со мной? Неужели то, чем мы занимались летом могло как-то на него повлиять. Нет, я конечно понимала, что человек может начать испытывать симпатию к тому, с кем проводит большое количество времени и имеет достаточно близкий контакт, но я не думала, что это коснётся нас с Эваном. Друг никогда не привыкал и не влюблялся в других девушек, с которыми делил постель. У него и отношений то серьёзных не было — лишь короткие интрижки. Нет, я себя слишком накручивала. Эван просто заботится обо мне, как о хорошей подруге и младшей сестре. У нас всегда были близкие отношения, начиная с лета перед четвёртым курсом. Мне нужно было перестать думать о том, что чувствует Эван и сосредоточиться на более важных вещах, таких как Тёмный Лорд. Если он и правда меня отметил, то мои родители уже точно должны об этом знать. Тогда возникал вопрос, почему ко мне до сих пор не долетела наша семейная сова, с наказами отца вести себя ещё лучше и не падать в грязь лицом. Либо меня ещё ждёт такое письмо, либо Тёмный Лорд не сказал им о своей заинтересованности мной. Если последнее, то я даже рада — так отец будет возлагать на меня меньше надежд. Около одиннадцати часов мы с ребятами разошлись по комнатам. Ирма, наша соседка, уже посапывала в своей постели, как обычно, что-то бормоча. Мы уже привыкли. Я умылась, переоделась в ночную сорочку и легла в кровать, закрывшись балдахином. Сон всё ещё не шёл, упорно отгоняемый мыслями обо всём подряд. Я слышала, как по комнате ходит, громко топая, Алекто в поисках своей расчёски. Иса уже легла спать, но словесно всё ещё помогала подруге искать предмет. Я открыла балдахин, чтобы тоже помочь в поисках. В итоге расчёска была найдена под кроватью, а меня так и не начало клонить в сон. —Почему он не отметил тебя? , — еле слышно произнесла я, смотря на Алекто. Подруга усиленно расчесывала свои густые волосы и немного зависла, когда я задала вопрос. Краем глаза я заметила, как Иса перевернулась лицом к нам, начиная слушать. Она была закрыта балдахином и скорее всего думала, что мы не слышим, как она ворочается, но ошибалась. —Потому что он уже меня видел, — спокойно ответила девушка, заплетая рыжие волосы в две косички, чтобы они не запутались ночью. Мои брови удивлённо полетели наверх и подруга пояснила, — Прошлым летом он был в нашем доме, видел меня, поздоровался и сказал, что ждёт, что я пойду по стопам своего братца. Алекто фыркнула, завязывая резинкой последнюю косу и кладя расчёску в тумбочку. На кровати Исы кто-то громко втянул носом воздух, задерживая дыхание. Надеюсь, Исабелла не начала дрожать и сможет уснуть. —Ты не хочешь быть Пожирателем смерти?, — я сделала такой вывод, исходя из её реакции на свои же слова. Не знаю, что я хотела услышать. Я не должна была удивляться, если бы она ответила да, но и нет меня бы тоже не поразило. Алекто никогда не высказывала чёткой позиции насчёт Тёмного Лорда, поэтому предугадать её ответ было сложно. Девушка нахмурилась, поднимая глаза к потолку, и задумалась. —Лорд иногда говорит правильные вещи, но я считаю себя ещё слишком мелкой для того, чтобы принимать решение насчёт своей политической позиции в мире магов. В конце концов я ещё несовершеннолетняя. Иногда я забывала, насколько мы ещё дети. Алекто пожелала мне спокойной ночи, задула свечу на своей тумбочке и закрылась балдахином. Я повторила за ней, закрываясь от других и окутывая комнату темнотой. В ушах всё ещё стояли слова Рабастана о заинтересованности Тёмного Лорда во мне. И как бы я не старалась выкинуть это из головы, ничего не получалось. Я закрыла глаза, перекатываясь на правый бок, в попытках уснуть — пыталась не думать ни о чём кроме того, как жутко устала и хочу спать. Только ближе к часу ночи я окончательно провалилась в сон. … Прошло около недели. В голове всё ещё вертелись мысли о Тёмном Лорде, но уже где-то на задворках сознания. Мне было не до этого. Экзамены были всё ближе, и атмосфера между пятикурсниками начинала заметно напрягаться. Все шептались между собой, размышляя какие задания там будут, что нужно обязательно выучить, а на что можно не обращать внимания. Конечно, всех интересовал вопрос, можно ли будет списать. Но старшие курсы в один голос твердили, что никто нам такого шанса не даст, да и он нам не понадобиться. Многие считали, что экзамены сдать очень легко. Так думали в основном либо старшие, либо первый и второй курсы, которые ещё не знали, что их ждёт. Я основательно взялась за учёбу, чтобы точно всё сдать, а заодно и выкинуть из головы любые ненужные мне мысли, например о Тёмном Лорде или Сириусе Блэке. Последний кстати успокоился: он перестал менять каждую неделю девчонку и больше не пытался привлечь моё внимание. Как будто сдался. В любом случае мне это было только на руку, так как сейчас совершенно не хотелось себе на голову ещё больше проблем и пищи для размышлений. Наступила суббота. Дети, сломя голову, бежали в Хогсмид, чтобы побыстрее закупить как можно больше сладостей и других новых вещей. Весна радовала хорошей погодой на улице и ярким солнышком. Правда из-за тающего снега было довольно сыро. Влажный воздух кудрявил волосы Алекто, из-за чего мы с ребятами большую часть дня проводили в замке. Я сидела в библиотеке, усердно перечитывая «Успехи заклинательных наук». Мне было необходимо подтянуть теорию, чтобы хорошо сдать письменные работы. С практикой всё было неплохо. Тем не менее до экзаменов ещё было как минимум три месяца, и я решила дать себе поблажку. Закрыв книгу, я собрала свои принадлежности и поспешила удалиться из библиотеки под строгий взгляд Мадам Пинс. Алекто и Иса сейчас находились в комнате: Кэрроу скорее всего зачитывалась каталогом новой косметики в журнале, который ей недавно принесла её сова, а Исабелла рисовала что-то в своём блокноте. Я не хотела отрывать их от занятий, поэтому решила дойти до своего любимого места. Поднявшись на Астрономическую башню, меня сразу же окутал лёгкий ветерок, оставляя ощущение свежести. Я подошла к перилам, облокотившись на них и оглядывая лужайку внизу. Неподалёку от Чёрного озера я заметила своих друзей: Рабастан и Эван носились по траве, перекидываясь мячом, напоминающим квоффл, а Регулус сидел возле старого дуба с книгой в руках, изредка поглядывая на ребят. Иногда мне казалось, что он тоже пытается забыться с помощью учёбы. Дверь неожиданно лязгнула, заставляя меня резко развернуться и посмотреть на нарушителя моего спокойствия. Сириус стоял в проходе, ничуть не удивлённый моему присутствию. —Я так и знал, что найду тебя здесь, — он ухмыльнулся, двигаясь ко мне ближе, и встал рядом. Я снова развернулась, вглядываясь в темноту Запретного леса прямо передо мной. Сириус положил руки на перила и тоже смотрел куда-то вдаль. Мы замолчали на пару секунд прежде, чем он снова заговорил: —Тебя искал Джеймс, он хотел, чтобы ты пришла на его день рождения, — я повернулась к парню лицом, показывая своё удивление. Странно, но он всё ещё избегал на меня смотреть, — Только скажи, что точно придёшь, а то будет так же, как и с моим днём рождения. Я услышала нотки грусти в его словах, но лицо всё так же ничего не выражало, не считая сосредоточенности. Я бы подумала об этом, но сейчас голову занял лишь вопрос о том, зачем я Джеймсу? —Для чего мне туда приходить? , — выпрямившись, я снова вопросительно взглянула на Блэка и снова осталась без ответного взгляда. Слишком странно он вёл себя сегодня. —Он хочет с тобой о чём-то поговорить. Мне не сказал о чём, — он сжал руки на перилах, совершенно это не контролируя. Даже его брови слегка дёрнулись, хмурясь, но Сириус быстро надел маску равнодушия и серьёзности обратно. —Что с тобой происходит? , — я не хотела терпеть этот спектакль, тем более, когда он так бесцеремонно нарушил мой отдых в одиночестве. Сириус слегка удивился и наконец повернулся ко мне лицом. —А что со мной?, — он захотел снова отвернуться, но я удержала его за руку, гневно прожигая взглядом. Своим непонятным поведением он взбесил меня и никак не хотел это объяснять. —Ты ведёшь себя не как обычно, объясни. —Ты хотела сказать «Ты перестал обращать на меня внимание и что-то чувствовать ко мне»?, — он передразнил мой голос, заново разворачиваясь и смотря мне прямо в глаза. Я немного опешила от его ответа. Нет, я конечно знала, что он что-то чувствует ко мне, но никогда не получала никакого этому подтверждения. Сириус смутился и отвёл взгляд, снова уставившись на верхушки покачивающихся деревьев Запретного леса. —Так и перестал?, — что-то во мне противилось его этой фразе, как будто знало, что он врёт. Я выгнула одну бровь, взглянув на парня с лёгкой ухмылкой. Сириус снова обернулся и без предупреждения приник к моим губам. Я даже не успела среагировать, от напора делая шаг назад. Он целовал так исступлённо и отчаянно, будто всю жизнь мечтал это сделать. Я не спешила отвечать, но и не отстранялась. Последний раз жадно прикоснувшись к моим губам, Сириус отстранился. Он ещё несколько секунд находился на расстояние не менее дюйма, вглядываясь мне в глаза и ища что-то в них. Я была совершенно спокойна, но сердце всё равно билось быстрее обычного. Хотя это всего лишь адреналин. Так и не найдя в моих глазах то, что искал, парень отошёл на приличное расстояние. Сириус так и не ответил на мой вопрос — он развернулся и быстрыми шагами пошел к двери. Только около неё Блэк остановился и кинул мне напоследок: —Двадцать седьмого марта приходи в гостиную гриффиндора к пяти часам, тебя впустят. Он вышел, громко хлопнув дверью. Я только сейчас поняла, что это был прекрасный шанс спросить его о вечере Рождественского Бала и о том времени, пока я лежала без сознания. Я могла узнать, когда Сириус отходил от меня и вообще делал ли он это. Так хотя бы можно было бы понять, когда Тёмный Лорд посещал меня. … Двадцать седьмого марта было жарко. Солнце палило нещадно, заставляя жмуриться и надевать солнечные очки. Сидеть на уроках в до жути душном классе было невозможно. Учителя открывали окна на полную, а ученики буквально сидели в футболках. На завтраке я выпила не меньше трёх стаканов лимонного сидра и не притронулась к еде. Алекто недовольно ворчала, одной рукой обмахивая себя книгой, а другой выбирая из тарелки с фруктами яблоки. Исабелла выбирала зелёный чай, но не злоупотребляла им, как я своим напитком. Парни буквально вешались от такой жары: Рабастан вышел из гостиной в простой футболке, при этом ещё причитая, насколько ему плохо; Эван искал самую холодную тарелку на столе, чтобы приложить её ко лбу и наконец перестать ощущать вселенскую жару; Регулус ещё кое-как держался, иногда обмахивая себя книгами. На улицу ученики выбегали с радостными воплями. После спёртого воздуха кабинетов дышалось легко, и даже тёмная чаща Запретного Леса не казалась такой мрачной. Мы с ребятами уселись прямо на траву в тень старого дуба, заранее расстелив мантии. Я облокотилась на Ису, прикрывая глаза от бессилия. Иса достала свой блокнот, принимаясь за рисование — это её очень успокаивало и помогало отвлечься. Алекто и Рабастан, как обычно, спорили из-за какой-то нелепой вещи, Эван спокойно разлёгся на своей мантии, а Регулус что-то усиленно перечитывал в учебнике зельеварения — его глаза проходились по одной и той же строчке несколько раз. Вдруг споры Алекто и Рабастана прекратились, карандаш Исы в её руке перестал рисовать, а слепящее солнце перед моими глазами закрыла какая-то тень. Я приоткрыла глаза и неожиданно увидела перед собой до жути серьёзного Джеймса Поттера. Мои брови удивлённо приподнялись, когда я оторвала свою голову от плеча Иса и выпрямилась. —Ты не забыла, что у меня и Дженны сегодня день рождения? Конечно нет. Как можно забыть такое, когда сегодня утром все гриффиндорцы только об этом и пели на завтраке. Серьёзно, буквально весь стол скандировал фразу «С днём рождения Поттеры!». —Ты хочешь, чтобы я вам песенку поздравительную спела?, — саркастически выгнула бровь я, а Рабастан, стоящий рядом усмехнулся. Джеймс нахмурился, сжимая кулаки и проговорил: —Я хочу, чтобы ты не забыла о своём обещании. С этими словами он презрительно оглядел моих друзей и удалился. Ребята остались в полном непонимании происходящего, и мне пришлось приоткрыть завесу тайны, сказав, что Поттер хочет, чтобы я пришла на вечеринку в честь его дня рождения. Как я и предполагала, реакция была резко негативной: Эван и Регулус отказывались меня туда пускать, Алекто и Рабастан наперегонки называли мне ужасные качества гриффиндорцев и последствия моих решений, если я зайду в их гостиную, а Исабелла просто сидела, молча прижав свой блокнот к груди и выпучив глаза на меня. —Мерлин, вы накручиваете, я не маленькая и смогу за себя постоять, если что-то пойдет не так, — я закатила глаза, поднимая руку и призывая галдящих Кэрроу и Лейстренджа заткнуться. Всё-таки через двадцать с лишним минут мы с друзьями пришли к компромиссу, что всё будет в порядке, если со мной пойдет Эван. Тысячу раз обговорив с ним, что он не кидается на каждого встречного и молча стоит рядом, я всё же согласилась. Регулус еще пытался упомянуть Сириуса, как человека, который не даст меня в обиду, но его предложение закидали камнями. Я честно говоря тоже не питала иллюзий о его защите, так как после той встречи на Астрономической башне Блэк меня очень активно избегал. Внутренний голос мне подсказывал, что это было последствием его непринятия собственных чувств и попытка их выкинуть из головы и сердца. … К половине пятого я уже была почти готова: элегантная чёрная юбка-карандаш с небольшим вырезом, кофта в тон с рукавами до локтя и скромным декольте, туфли на невысоком каблуке и золотая цепочка с парой колец. Я не чувствовала себя особенно нарядной — сомневалась, что день рождения Поттера будет напоминать светский раут. В любом случае, я собиралась заглянуть туда всего на пару минут, просто чтобы выяснить, зачем понадобилась Поттеру. Когда я вышла из комнаты, в коридоре уже ждал Эван. Мы молча шли вместе по коридору, иногда он бросал на меня взгляды, будто стараясь запомнить, в чём я, чтобы не потерять из виду. В любом случае мои мысли были заняты предстоящей встречей. Гриффиндорец, пропускающий нас в гостиную, смотрел с неприкрытой ненавистью и желанием поскорее выставить обратно за дверь. Я не обратила на это внимание, сразу принимаясь глазами искать Джеймса. Это оказалось труднее, чем я думала. Яркая, в жёлтых и красных тонах, гостиная была просто переполнена людьми, что даже прорваться к тем же спальням не представлялось возможным. Я то и дело ловила на себе удивлённые презрительные взгляды, сопровождаемые перешёптыванием. Казалось еще чуть-чуть, и сзади идущий Эван с кем нибудь подерется. Желание уйти с каждой секундой увеличивалось. —А она что здесь делает?! Громкий звонкий голос за спиной заставил меня обернуться. Дженна сидела на диване в самом центре, окружённая гриффиндорками, и буквально испепеляла меня взглядом. Я улыбнулась и помахала ей, тут же уворачиваясь от подарочной коробки, кинутой девушкой. Люди начали перешёптываться громче, и даже те, кто меня ещё не видел, обратили внимание после истеричных воплей Дженны. —Сестра будь гостеприимней, Аврора пришла ко мне, — в двух шагах от меня раздался голос Джеймса, и его рука тут же коснулась моего плеча. Я сразу перевела взгляд на Эванс и увидела на её лице нотки удивления. В принципе все присутствующие были ошарашены поступком парня и моим приходом. Эван тут же положил свои руки мне на талию, отодвигая меня от Джеймса, но тот особо и не возражал, кидая на Розье лишь хмурый взгляд. Дженна ещё сильнее нахмурилась, показывая всё своё недовольство данной ситуацией. Неловкое молчание затянулось, и Джеймс попросил прибавить музыку, что и сделал в эту же секунду Питер. Джеймс выдержал паузу и наконец обернулся на нас: — У меня личный разговор к Авроре. Я обещаю, что не займу много времени, — как ни странно он обратился к Эвану. Друг был напряжен, его руки медленно и неохотно опустились с моей талии.  — Только недолго, — процедил он, бросив на Джеймса недовольный взгляд. — Я не собираюсь её похищать, — сдержанно ответил Джеймс, затем повернулся ко мне и, подхватив меня под руку, повёл по направлению к спальням мальчиков. Я видела, как на нас начинали коситься, а особенно увлечённо наблюдали Дженна и её подружки — Марлин, Мэри и Лили. Последняя была крайне удивлена моему приходу и поведению Джеймса, но старалась этого не показывать. Даже думать не хотелось, что люди могли подумать, пока видели, как Поттер тащит меня в свою комнату. В спальне по периметру стояли четыре широких кроватей с пологами на четырех столбиках, закрытые темно-красными бархатными балдахинами. Под кроватями находились вместительные сундуки для личных вещей. Все было выполнено в красном и золотистом цветах. Правда, в основном всё было разбросано: одежда, форма для Квиддича, покрывала, школьные принадлежности — всё валялось на полу. Лишь одна кровать была заправлена и на ней ничего не было разбросано. Что-то мне подсказывало, что это место Римуса. Улыбка Джеймса, которой он одаривал всех по пути в комнату, тут же спала, и на её смену пришла нервозность. Парень начал ходить по спальне взад-вперёд, кажется забыв о моём присутствии. Я не растерялась и, пройдя кое-как через разбросанные вещи, присела на кровать Римуса. Джеймс замер, как будто что-то вспомнил, повернул ко мне голову, выдохнул и присел на кровать напротив. Было ощущение, что он готовил речь. Я приподняла брови в вопросе, готовясь выслушать. —Не думал, что ты придёшь, — нервно усмехнулся парень, потирая руки. Мои брови изогнулись в ещё большем вопросе, — Мне нужна твоя помощь. —В чём?, — не это я ожидала услышать от него. Даже сама я не могу понять, чем смогла бы быть ему полезна. —Помоги мне построить отношения с Лили Эванс, — Джеймс сжал губы в тонкую линию, сложил руки в молящимся жесте и посмотрел своими оленьими глазами, будто хотел пробудить в моей душе сострадание. Мои глаза расширились от такой просьбы, и я немного зависла. —Что прости? —Помоги мне построить отношения с Лили Эванс, — Джеймс начал дергать ногой, всё также не отрывая от меня взгляда. —Каким образом? , — у меня никак не могло уложиться в голове, почему он обратился с этой проблемой именно ко мне. —Помнишь, перед четырнадцатым февраля ты мне сказала, что Лили никогда не полюбит хулигана и самоуверенного выскочку? , — я кивнула, всё ещё не особо понимая куда он ведёт, — Я стал вести себя более сдержанно рядом с ней и представляешь что — мы с ней наконец погуляли только вдвоём. —Зачем тебе тогда я, если уже всё идёт неплохо?, — я саркастически приподняла бровь, складывая руки на груди. —Я не хочу падать в грязь лицом перед ней и мне нужно, чтобы кто-то давал мне советы, как себя вести рядом с ней. —Почему не попросишь свою сестру помочь? Она хотя бы дружит с Эванс, могла бы тебе сказать, что ей нравится. Я не имею ни малейшего понятия, чем кроме книг она интересуется. —От неё никакой помощи, она вечно летает в облаках, — фыркнул и отмахнулся Джеймс, заставляя меня удивиться ещё раз. Я думала у них достаточно близкие отношения, но видимо недостаточно, если ни она, ни он не знают про любовные увлечения друг друга. —Что мне будет от этой помощи?, — корысть конечно плохая черта, но уж точно не тогда, когда ты делаешь доброе дело для гриффиндорца. Он же не думал, что я соглашусь за просто так. Хотя смотря на его удивлённое лицо, я уже не уверена в своих доводах. —А что ты хочешь? —Не знаю, сам предложи мне что-нибудь, — я ухмыльнулась с его задумчивого и хмурящегося лица. —Я помогу тебе на СОВ. —Я и сама смогу его прекрасно сдать. —Деньги. —У меня они в избытке. —Всё что угодно, прошу Аврора, я сделаю всё что угодно, придумай и я исполню любое твоё желание, — Джеймс опустил на мои плечи свои руки, заглядывая мне в глаза. Мерлин, отчаяние так и плескалось на дне его зрачков, и я закатила глаза. —Хорошо, — на самом деле это довольно неплохой способ отвлечься от дум насчёт Тёмного Лорда и остальных давящих на мой разум вещей, — Но что я по твоему должна буду делать? Научить тебя целоваться? —А ты можешь? —А ты не умеешь? , — я усмехнулась, думая, что он пошутил, но увидя, как он смущается, мои глаза тут же стали размером с галлеоны, — Да ладно? Джеймс Поттер ни разу не целовался? —Я хранил себя для Лили, — я рассмеялась от его серьёзного лица в этот момент. Смущённый Джеймс это пока лучшее, что видели мои глаза. —Ну так будете друг у друга первыми, — я встала с кровати, намереваясь уже уходить. —Я не хочу испортить её первое впечатление от нашего поцелуя своей неопытностью, — пробурчал Джеймс, заставляя меня усмехнуться, — Надо встретиться на следующей неделе, чтобы ты смогла бы мне дать совет или чему-нибудь обучить, чтобы я смог влюбить в себя Лили. Я невольно представила наш с Джеймсом поцелуй. Всё выглядело довольно неплохо, учитывая, что в моих фантазиях он умел целоваться. Было интересно сравнить их с Сириусом умения. Мы договорились встретиться в воскресенье в библиотеке. Поттер провожал меня до Эвана, который уже стоял около выхода из гостиной. Весь наш путь конечно же сопровождался прожигающими взглядами. Особенно я уловила карие глаза Дженны, которые будто потемнели от злобы. Уже будучи рядом с Эваном, я заметила краем глаза распластавшегося по дивану Сириуса. С ленивой улыбкой он позволял очередной младшекурснице кружить вокруг себя. Она что-то щебетала, кокетливо поправляя волосы, а он, не особо слушая, бросал в мою сторону долгие, оценивающие взгляды. Было очевидно, что он нарочно выставляет напоказ своё внимание к ней, словно пытаясь вызвать у меня хоть какую-то реакцию. Его рука легко легла на плечо девчонки, и она тут же залилась краской, а Сириус, не отрываясь, смотрел прямо на меня, будто ждал, что я покажу раздражение. Чего он каждый раз ожидал? Чего хотел добиться своими выходками? Понять мои чувства? Если он их не понимал, то я решила окончательно показать ему. Я резко повернулась к Эвану, который всё это время стоял рядом, напряжённо наблюдая за всем происходящим. Схватив его за шею, я притянула и поцеловала его так, чтобы Сириус видел каждое движение. Чтобы видел, что поцелуи с ним ничем не отличались от поцелуя с любым другим человеком. Эван удивлённо моргнул, но не стал отстраняться. Его рука легла мне на талию и он ответил с такой осторожной нежностью, что мне на мгновение стало не по себе. Когда я отстранилась, он спокойно отпустил меня. Я бросила взгляд на Сириуса — его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень раздражения. Я же почувствовала только холодное удовлетворение. Пусть знает: всё, что было между нами, не значит для меня ровным счётом ничего. Эван всё ещё держал меня за талию, его взгляд был полон растерянности. Я не стала ничего объяснять — ни ему, ни себе. Просто отвернулась, чувствуя, как внутри разливается ледяное спокойствие. В молчаливом пути в нашу гостиную, я невольно поняла, что теперь с гриффиндорцами мне придётся видеться больше, чем нужно. Вряд ли они будут надолго отпускать Джеймса из своего поля зрения. Только сейчас идя в тишине коридора, я поняла, куда ввязалась.