История без хорошего конца

Всю дорогу до дома я пребывала в каком-то оцепенении, крепко сжимая в руке письмо от Джеймса. Я так и не отпустила его ни на минуту, и мои друзья, не зная, что было написано в этих строках, не могли понять причину моего странного состояния. Шум колёс доносился теперь будто сквозь воздушную стену. Единственный звук, который я слышала, было биение моего сердца. Я была удивлена, что это произвело на меня такое сильное впечатление. Меня пугал тот факт, что Джеймс хочет продолжить общение даже после того, что случилось. Но ещё больше меня пугало то, как я сразу в голове начала придумывать план, как мне поехать к Поттеру. Я слишком быстро согласилась на его предложение. Шёл третий час в пути. Кроме сухой степи и зелёных лесов за окном не видно было ничего. Друзья тихо переговаривались между собой, как будто боялись меня потревожить. Я была благодарна им за заботу, но, если честно, их болтовня успокаивала меня, оставляла в реальности, когда я начинала слишком часто представлять, для чего Поттер позвал меня к себе. Иногда некоторые мысли заставляли мои щёки гореть. В эти моменты я часто замечала пронзительный взгляд Регулуса — он явно пытался понять, что происходит. Уверена, друг уже понял от кого письмо, по крайней мере по моей реакции это было не трудно сделать, если знаешь ситуацию с Джеймсом. А Регулус знал и точно догадался. Я не хотела ему рассказывать всё сейчас, боясь, что ребята могут обидеться тому, что я не делюсь с ними всем. По сути так и было, но я успокаивала себя тем, что однажды всё-таки поделюсь этим со всеми друзьями. —Ну так что Иса, скоро твой день рождения, планируешь отпраздновать, как следует? , — ухмыльнулась Алекто, слегка ударяя подругу плечом. На пятом часу поездки все вспомнили, что через неделю у Исабеллы будет день рождения и принялись это обсуждать. Конечно, все хотели начать наши каникулы с запоминающейся вечеринки. —Уверена, отец в любом случае уже начинает приглашать гостей на мой праздник, как и каждый год, — тихо проговорила Иса, сминая пальцами юбку. В нашем обществе родители делали за детей всё, в том числе и организовывали дни рождения. Именно они решали кого пригласить на мероприятие от имени своего ребёнка и всем всё равно, если этот ребёнок в глаза не видел приглашённого. —Это понятно, — отмахнулась Алекто, снова замирая в предвкушении, — Я имею в виду твою личную вечеринку, которую ты устроишь только для друзей. Это был бред. Во-первых, родители не позволят ей устраивать такие мероприятия и обзовут слишком распущенной, а во-вторых, характер Исабеллы слишком мягкий — вряд ли она сама захочет шумную вечеринку. Иса, будто в подтверждение моих мыслей, отрицательно покачала головой, и интерес Алекто стих. Последние два часа мы ещё немного пообсуждали будущее лето, делясь кто чем скорее всего будет заниматься. Эван и Рабастан хотели активно начать внедряться в отряды Пожирателей Смерти. Когда они это сказали, все взгляды тут же устремились ко мне, как будто они боялись, что от одного упоминания Тёмного Лорда и его приспешников я грохнусь в обморок. Я лишь фыркала на такое поведение и просила продолжить разговор. Алекто решила всё лето посвятить светским вечеринкам с не светскими правилами. Обычно это было мероприятие после официального раута, которое проходило за закрытыми окнами и дверями и всё, что происходило там, оставалось там. После слов Алекто пальцы Регулуса сжались в кулаки, и он упрямо уставился в пол, избегая встречаться взглядом с кем бы то ни было. Всем было ясно, что подруга говорит это не просто так. Возможно, она и не собиралась всерьёз идти туда, но ей было важно увидеть хоть какую-то реакцию Регулуса — убедиться, что его волнуют её поступки, пусть даже только как друга. Увы, Регулус оставался непроницаемым, не давая ей ни малейшего повода для надежды. Односторонняя любовь Алекто вновь разбивалась о его спокойную сдержанность, но если бы она не пыталась его задеть, это была бы уже не Алекто. У Исабеллы и Регулуса особых планов не было: они будут делать то, что захотят от них родители. В основном скорее всего оба будут таскаться со своими старшими братьями. Когда очередь дошла до меня, я сказала то же самое, что Иса и Регулус. Когда я смеялась над тем, что особого выбора у меня нет и сидеть мне дома до конца лета, Регулус как то странно поглядывал на письмо в моих руках, которое я так и не убрала. Я даже не выпустила его из рук. Меня это испугало, и я поспешила засунуть его в сумку, лежащую рядом со мной. Это тоже не ускользнуло от внимания Регулуса, и он прищурился, а его брови сошлись на переносице. Конечно, он догадался и напишет мне об этом, как только вернётся домой. К шести часам вечера поезд затормозил на платформе девять и три четверти в Лондоне. Я старалась не смотреть в окно, дабы не увидеть строгое лицо отца. Я не хотела его видеть. Я хотела разрушить ему жизнь также, как он делал это с моей. Когда ученики начали толпиться в вагонах, послышались радостные голоса, вскрики и смех от долгожданной встречи. Я завидовала этим людям. Они любили своих родителей и не боялись их. Нет, я очень любила маму и всегда буду её любить, но отец никогда не вызывал у меня таких чувств. Только ненависть, гнев и обиду. А ещё иногда страх. Лучи солнца ударили мне в лицо, как только я вышла из вагона вслед за Регулусом. Он подал мне руку и помог стащить чемоданы. Я повертела головой в поисках своих родителей, неожиданно встретившись взглядом с Вальбургой Блэк. Её строгое и бесстрастное выражение лица напомнило мне отца и заставило съежиться. Она оценивала меня. Я слегка кивнула ей, и она сделала то же самое в ответ. Регулус обнял меня на прощание, прошептав на ухо: —Пиши мне обо всём, что с тобой происходит. Я кивнула ему, обещая рассказывать всё, и друг ушёл по направлению к своей матери. Таким же образом я попрощалась с другими друзьями, с которыми мы тоже договорились писать друг другу все важные события. Через несколько минут после того, как все ребята покинули меня, на моё плечо упала чья-то тяжёлая рука. Глупо было не догадаться кому она принадлежала. Я обернулась и встретила привычно непроницаемое, каменное лицо отца. Он крепко сжал мне плечо и коротким кивком указал в сторону портала. За его широкой спиной я заметила маму — она улыбалась, но отец не позволил ей подойти ближе. Несмотря на это, я не смогла сдержать улыбку: одно только её присутствие согрело меня, и с неожиданно лёгким сердцем я направилась к порталу. Дом выглядел, как всегда, безупречно: с приходом лета лужайка стала ещё зеленее, а цветы на ней расцвели. Деревья всё также возвышались над домом, а за ним цвёл сад с яблонями и сиренью. Каменная дорожка, ведущая к широкому крыльцу была очищена от листьев, как и всегда. В абсолютной тишине мы зашли в дом, и только клацанье когтей Морока по полу разрушало её. Я подняла кота на руки, прижимая к себе — казалось, он похудел ещё больше. Его здоровье волновало меня всё сильней, и я решила, как можно быстрей на каникулах с этим разобраться. Мама тихонько коснулась моей спины, подталкивая к своей комнате, но отец грубо схватил её за руку тем самым останавливая меня. —Сначала пусть сообщит об успехах в школе, — пророкотал он в оглушающей тишине, и мы с мамой переглянулись. Она натянула одну из своих улыбок и сказала мне пройти в гостиную, пока она будет делать нам чай. Я медленно зашла в просторную комнату, присев на белый диван. Кот всё ещё лежал на моих руках, довольно мурча. Кажется отца раздражал этот звук, так как он хмурился всё больше и больше. В любом случае я ничего с этим делать не хотела, так как это доставляло удовольствие моему животному. —Итак, поделись достижениями с родителями или моя дочь ничем не выделилась? , — на «ничем» он сделал акцент, чтобы я точно поняла, что глупые вещи, вроде победы в какой-нибудь дуэли или хорошие оценки его вряд ли интересуют. Нет, конечно он бы не потерпел, если бы я перестала быть отличницей, но сейчас его явно волновало совсем не это. —А чем я должна была выделиться? , — Мерлин, мой безразличный тон был слишком равнодушным, что внутри я даже сжалась, боясь, что он ударит меня за такую дерзость. Но отец лишь сильнее нахмурился. —Ну например, до меня дошли слухи, что твой патронус — змея, — он многозначительно посмотрел на меня, пытаясь понять правда это или нет. Мама остановилась в дверях, вытаращив на меня глаза. Я до сих пор не понимала, почему все так удивляются. —Не вижу в этом ничего выдающегося, — пожала я плечами, выпуская Морока на пушистый ворс ковра и вставая, чтобы взять чашку у мамы. —Значит ты глупа, подобно своей матери, хотя даже она понимает, почему это так важно, — строго произнёс отец, выхватывая из моих рук чай и ставя его обратно на поднос, чуть не разливая. —Так объясните, — взглянула я на отца, и он сел в кресло, со страдальческим выдохом, будто я самое тупое существо, которое он когда-либо видел. —Патронус змеи был лишь у нескольких волшебников за всё время нашего существования. Такими людьми были сильнейшие темные волшебники своих времён. В детском возрасте они могли вызывать патронус, но в будущем уже не были способны это сделать, поглощённые тьмой. В любом случае обычно патронус змеи предвещает большое тёмное будущее для его хозяина. После своей речи отец плотоядно улыбнулся, будто уже представил, как с моей помощью становится сильнейшим. Я была уверена на все сто процентов, что он хотел силы именно для себя. Я никогда не была для него приоритетом, лишь средством для достижения цели. Повернувшись лицом к маме, я заметила с какой силой она сжала поднос с чаем. Неужели она думала, что я когда-нибудь захочу стать кем-то вроде печально известного Гриндевальда или того же Тёмного Лорда? —Я пойду…? , — обернувшись вновь на отца, задала я вопрос, не зная как ещё ответить на его слова. Отец испустил разочарованный вздох, будто надеялся, что я начну боготворить его и сразу предложу свою силу. Он небрежно махнул рукой в сторону выхода, и я пулей вылетела из комнаты. … Ровно через неделю я стояла перед зеркалом, аккуратно поправляя ленты на плечах длинного белого шёлкового платья — оно было привезено из одного из лучших французских бутиков. Отец, вручая мне его, заметил, что этот цвет в сочетании с моими волосами делает меня похожей на ангела. Мерлин, это был такой неловкий комплимент, что я даже не знала, как на него реагировать. Сегодня был важный день — День Рождения Исабеллы. На это мероприятие съезжались все чистокровные, за исключением семейки Уизли и Поттеров. Вспомнив о Джеймсе, я невольно снова начала думать о том, как попасть к нему. Просто попросить отца отпустить меня к нему было ужасно глупо — Поттеры пользуются дурной славой среди чистокровных за поддержку грязнокровок и магглов. Отец запрёт меня на тысячу замков, если я хотя бы заикнусь об этом. Тем не менее я всё равно хотела провести с Поттером какое-то время, чтобы выяснить все вещи между нами. Разъяснить ситуацию и продолжить общаться, как ни в чём не бывало. Я не хотела быть неловкой ещё и с Джеймсом, тем более именно с ним, не считая Регулуса, мне было спокойней всего. —Ты готова? , — из размышлений меня вырвал тонкий голосок мамы, остановившейся в проходе. Она оглядывала меня с выражением восторга на лице, и я смущённо улыбнулась, — Самая красивая девушка на свете, которую я когда-либо видела. Обмениваясь улыбками, мы спустились вниз, в прихожую, где нас уже ждал отец. Парадная мантия была снова новой — он никогда не выходил в одной дважды, чтобы показать свой статус и насколько он богат. Идиотизм. —Надень, — он протянул мне серебряное колье с фианитом, размером с моего кота. Осанку с ним будет держать труднее. Тем не менее у меня не было выбора, так что я просто повернулась спиной к отцу, и он надел на меня украшение. Я буквально почувствовала, как под его весом мне хочет склониться, но не сделала этого, гордо выпрямившись. К шести часам вечера мы трансгрессировали к поместью Малфоев. Огромное в темных тонах здание внушало страх и уважение. Тем не менее праздник происходил на улице, за домом. Светлячки летали повсюду, работая своеобразным источником света. По периметру лужайки стояло около дюжины столов с разной едой и напитками. Около дома, рядом с входной дверью стояла огромная картина Исабеллы во весь рост. Я не особо понимала это чей то подарок или родители Исы решили напомнить всем, ради кого мы тут собрались. Я огляделась — мы были не самыми первыми гостями и всё же народ ещё собрался не до конца. Из наших друзей я поймала взгляд только Эвана и Исабеллы, которой выпала честь приветствовать всех гостей и благодарить за подарки. Подруга была в светло-розовом воздушном платье с широкими рукавами и корсетом. Увидев меня, она лёгким шагом поспешила к моей семье. —Добрый вечер Исабелла, — оценивающе улыбнулся моей подруге отец, косясь на её родителей, и поцеловал ей руку, — С твоим днём, сегодня всё для тебя. Иса натянуто улыбнулась, принимая из рук моего отца маленькую коробочку — в ней были серёжки из белого золота, выбранные лично мной. Исабелла начала коситься на меня, и мама, поняв, что нас надо оставить наедине, взяла отца под руку и увела к родителям Исы. —С днём рождения, — уже шире улыбнулась я и обняла подругу за плечи. Лицо Исы тоже перестало быть таким напряжённым, и она расслабилась, обняв меня в ответ. —Регулус писал, что Сириус тоже приедет на праздник, — прошептала она мне на ухо, но моя улыбка не дрогнула. На нас пялились, и я не могла показать слабость. Отец бы убил меня. Тем более это не было для меня новостью, я бы больше удивилась, если бы он не приехал. Родители бы его заставили. —Алекто и Рабастана всё ещё нет? , — немного отодвинувшись от подруги, я перевела тему, оглядывая толпу. Гости собирались, но семей Кэрроу и Лейстренджей не было видно. —Скоро должны прибыть, по крайней мере их семьи я ещё не приветствовала, — незаметно закатила глаза Иса, показывая своё пренебрежение к этой своей обязанности и заставляя меня усмехнуться. Я оглянулась ещё раз и поймала взгляд отца — он стоял рядом с семьёй Мальсибера, увлечённо что-то ему рассказывающего. Моё сердце чуть не упало в пятки. Вдруг Мальсибер следил за мной и после письма отца о Поттере? Неужели он видел нас вдвоём? А вдруг он лицезрел наш поцелуй? Я на негнущихся ногах двинулась к родителям, извиняясь перед Исой. В любом случае к ней уже подошли другие гости. Встав рядом с мамой, я поприветствовала Мистера и Миссис Мальсибер, после того, как первый поцеловал мою руку. Мальсибер смерил меня подозрительным взглядом — он замолк сразу, как только я подошла — взял мою руку и коснулся её губами, не отрывая взгляда от моих глаз. Моё лицо выражало лишь равнодушие, только внутри всё завернулось в узел. Я посмотрела на отца, но он не проявлял ко мне интереса. Не знаю, был это хороший знак или нет. Я оглянулась на Ису и неожиданно поймала взгляд Сириуса, стоящего рядом со своей семьёй, приветствующей именинницу. Он осматривал меня с восхищением и какой-то грустью, будто был расстроен, что сейчас не рядом со мной. Смотря в глаза старшему Блэку, я невольно вспомнила Джеймса. Из-за этих мыслей мне пришлось отвернуться, но без внимания Сириуса я оставалась недолго. Так как мы были помолвлены, их семья, сразу после приветствия хозяев, шла к нашей. —Добрый вечер, — улыбнулась во все тридцать два Вальбурга Блэк, подавая руку для поцелуя моему отцу. Она была на несколько сантиметров выше моей матери, поэтому смотрела на неё свысока, будто выказывая отвращение. Из-за этого я ненавидела её ещё больше. —Рады вас видеть, — с радостью поцеловал руку женщине мой отец, и меня чуть не вырвало. Орион Блэк, отец ребят, коснулся губами маминой руки, а затем моей. То же самое повторили и его дети. Казалось, Сириус задержал в своей ладони мою на какой-то миг, что мне даже пришлось вырвать руку из его хватки. Тем не менее ни моё лицо, ни его не выражало ничего. Следующие десять минут прошли для меня в ужасном напряжении: наши родители обсуждали разные темы, иногда затрагивая помолвку, а братья всё это время не отводили от меня взгляда. Я старалась не смотреть ни на кого из них, предпочитая безмолвно общаться телепатией с Исой, которая тоже кидала на меня просящие помощи взгляды. Вскоре, наконец-то, всех пригласили за стол. Я села между родителями, что видимо не понравилось отцу, так как он явно хотел, чтобы я была поближе к Сириусу. Меня только пугала такая мысль, тем более он сидел через три человека от меня. Пока я спокойно и аккуратно ела запечённую картошку, недалеко от нас что-то обсуждали родители Исы и Эвана. Невольно я начала подслушивать их, абстрагируясь от других звуков. —Хотели отправить Исабеллу во Францию, в её резиденцию, тем более вы там рядом, так что сможете всегда за ней присмотреть, чтобы убедиться в её добродетели, — пропела лилейным голоском мать Исы, натягивая улыбку и кидая её Миссис Розье. Я застыла от мысли, которая тут же пришла мне в голову. Там, во Франции, в коттедже Исы за нами никто не следит. Мы сами себе хозяйки и гарантией нашей безопасности там для родителей всегда являлся более старший Эван. Они почему-то всегда ему безоговорочно доверяли. Помотав слегка головой, я снова сфокусировала взгляд и заметила, как пялится на меня Сириус. Будто он хотел прочесть мои мысли. Я отвернулась от него в сторону Исы, на этот раз концентрируясь только на поздравлениях, которыми любезно одаряют мою подругу все гости. После того как всем было негласно разрешено встать из-за стола, я тут же побежала к Исе. Я поймала подругу на входе в дом. —Что такое? , — удивлённая моей хватке, спросила Исабелла, всё также направляясь в дом. —Давай поедем вместе этим летом в твой коттедж, отдохнём, повеселимся, улетим от этих проблем с темной магией и родителями, — я нетерпеливо улыбнулась, всё также вися на её руке. Мы дошли до уборной, и я поняла, зачем подруга ушла в дом. Я учтиво подождала её возле двери, а когда Иса вышла, накинулась на неё, повторяя всё те же слова. —Зачем тебе убегать от родителей? Что ты хочешь сделать такого, что они бы тебе не разрешили? , — конечно, Иса читала меня, как открытую книгу. Она прищурилась, и я сдалась — завела подругу в её комнату и выдала всё как на духу, про Джеймса, про наш поцелуй и про его предложение. Исабелла не перебивала меня, только изредка её глаза расширялись от удивления, становясь размером с галлеон. —Скажи что-нибудь, — после моего рассказа повисла неловкая тишина, которая затянулась, пока подруга что-то обдумывала в своей голове. —Я просто удивлена, что ты готова на такой риск из-за Поттера, — фамилию Иса сказала с некой изумленностью. Она явно не ожидала, что такое произойдет. Но и я не понимала её слов про риск. Да родители запрещали мне это, но никто не будет меня казнить, если поймают. —В этом нет ничего такого. —Ты бы не стала так рисковать для кого-то другого, только потому что он хочет встретиться, — улыбнулась краешком губ подруга, беря меня за руку. Я подозрительно посмотрела на неё, пытаясь понять, что она там себе надумала. —Перестань думать про всякие глупости, — фыркнула я, вставая с её постели. Иса снова загадочно улыбнулась, поднимаясь вслед за мной, — Помоги мне уговорить родителей на это. Одну меня отец слушать не станет. Лицо подруги сразу приобрело серьёзное выражение, и она уверенно кивнула. Мы спустились обратно, ловя непонимающие взгляды друзей — они все стояли рядом друг с другом, что-то обсуждая, но замолкли, как только мы появились в поле их зрения. Несмотря на них, мы с Исой пошли к моим родителям. Нам повезло, потому что они стояли, как раз рядом с родителями Исы. Так было проще их уговорить. Отцу будет просто неудобно отказывать Малфоям. И я оказалась права: стоило Исабелле начать мило хлопать ресницами, уговаривая отца, как мистер Малфой тут же поддержал её идею. Мой отец, нервно крутя в пальцах ножку бокала шампанского, с неохотой согласился на эту затею. После этого он метнул в мою сторону уничтожающий взгляд, будто сразу понял, чьих это рук дело. Я едва заметно улыбнулась уголком губ и гордо подняла подбородок. В этот момент я по-настоящему радовалась своей маленькой победе. Всё остальное время на празднике я чувствовала себя более расслабленно, общаясь с друзьями и даже не закатывая глаза на фальшивую любезность других чистокровных, которые пытались подлизаться ко мне, хваля внешность. Даже Сириус со своим извечным взглядом не надоедал мне. Без Поттера он был намного более хмурым, а под взглядом Вальбурги съеживался и напрягался ещё больше. Мне даже было жалко его. … Следующие две недели в предвкушении поездки прошли быстро, но не менее напряжённо. Я заметно похудела, так как отец жёстко контролировал мой рацион. Пару раз к нам приходили Блэки, слава Мерлину в полном составе, то есть с Регулусом. Если бы был один Сириус, я бы не выдержала. Я не испытывала к нему ненависти или отвращения, но у меня не получалось не злиться на его взгляды и постоянно крутящееся в моей голове его признание. Вина так и сжирала меня, да ещё и приписывался наш поцелуй с Джеймсом. Иногда я думала о нём. В основном о том, что он мне скажет насчёт нашего поцелуя. Я боялась, что всё также закончится признанием. Также я ездила в Больницу Святого Мунго со своим котом, Мороком. Его состояние меня сильно беспокоило, и я решила сделать для него всё, что смогу. Он сильно похудел и мало ел, что меня волновало. Врачи назначили лечение, после того как поставили диагноз, связанный с желудком и старостью. Иногда по ночам я прижимала животное ближе к себе, чтобы слышать сердцебиение. Я боялась однажды проснуться и не услышать его. Тем не менее отец не разрешил мне взять Морока с собой. Я начинала ненавидеть его ещё больше. Ровно через две недели я стояла около поместья Малфой-Мэнор, сжимая в руках ручку от чемодана. Я была в предвкушении. Рядом стояли мама, на руках у которой сидел Морок, и рядом с ней отец. Он строго осматривался, даже не предложив мне помощи с чемоданом. Через несколько минут из дома выбежала Иса с родителями. Её брата, как всегда, не было видно, даже на дне рождении он не присутствовал, что очень обидело Исабеллу. В моей груди поднималось волнение с каждой секундой в преддверии нашего избавления от родительской опеки. Конечно, с нами будет Эван, но договориться с ним будет легче, чем с отцом. Когда наконец всё было готово, порталом стала какая-то старая маггловская книжка, отец повернул меня к себе и сказал так, чтобы слышала только я: —Веди себя, как истинная леди, не заставляй меня краснеть, — он звучал угрожающе, а его руки сжали мои плечи так сильно, что я чуть не всхлипнула. Я взглянула на маму, которая смотрела на меня со смесью беспокойства и любви. Только её я не хотела разочаровывать, а отца я боялась расстроить. Это разное. Я обняла маму, поцеловала Морока и кивнула отцу, а затем повернулась к Исе и с предвкушающей улыбкой мы на счёт три схватились за книгу. Меня тут же оторвало от земли и закружило так, что теперь я видела лишь лицо Исы с зажмурившимися глазами. Чувство полёта не сходило пару секунд, прежде чем мы приземлились на голую землю. Мы оказались посреди коттеджного городка, недалеко от города Сен-Жермен-ан-Ле. Солнце светило в глаза, поэтому пришлось надеть очки. Я огляделась, подмечая оглушающую тишину. В Лондоне было около десяти утра, а здесь и вовсе должно было быть одиннадцать. Тем не менее концентрироваться на этом не хотелось, поэтому мы последовали с подругой к её коттеджу на окраине городка. Он был отделён от других домов и защищён деревянным забором. Это был двухэтажный дом с пристройкой в виде мансарды. Мы зашли на территорию, осматривая нетронутые около года постройку и не растущую с помощью магии траву. Бежевая каменная кладка и светло-коричневая кровля в стиле прованс, арочные формы дверей и окон, вымощенные аккуратные садовые дорожки. Все украшено большим количеством корзинок, горшков с живыми цветами. Мы зашли внутрь, в просторную гостиную в светлых тонах, с высокими потолками и белым тюлем на окнах. —Скоро придёт Эван. Когда ты покинешь нас? , — подала голос Иса, ставя свои сумки на белый с голубыми узорами диван. Я опустила чемодан рядом и присела на большое кресло. Джеймс уже знает, что я согласилась на его предложение, так как несколько дней назад я послала ответ на его письмо, пока отец был на работе, а мама занималась в саду. Джеймс не ответил, но я предупредила, что этого делать и не нужно. —После его визита, чтобы не вызвать подозрений, — мы ничего не рассказали Эвану, решая оставить объяснения на случай, если ничего не получится. —На сколько ты уедешь? , — повернулась ко мне Иса, переставая теребить лямку сумки. В коттедже мы проведём полтора месяца до августа, так что у меня было много времени на Поттера. И всё же никто не знал, когда родители захотят нас навестить, если они будут настолько подлыми, чтобы не предупреждать нас о своём визите. —Думаю, провести у него пару дней, — а может неделю, а может две. Я махнула головой, выкидывая эти мысли, что не ускользнуло от Исы, и она снова загадочно улыбнулась, уходя на кухню. Мы просидели, попивая чай и обсуждая всё подряд, около двух часов, прежде чем явился Эван. Слава Мерлину он был один, без родителей и младшего брата. Мы с Исой выбрали себе комнаты, расположились и разобрали вещи. Не показывая Эвану своего волнения, я пила чай, улыбаясь каждой его шутке. Он был рад нашему приезду и говорил, что как-нибудь к нам приедет Рабастан. Исабелла быстро среагировала и попросила перед каждым своим визитом писать о нём. Эван удивился этому, но ничего не сказал. К шести вечера Эван оставил нас, а я принялась собираться к Джеймсу. Взяла всё необходимое, не совсем понимая зачем захватила пять комплектов одежды на пару дней. Иса никак не комментировала это, лишь с улыбкой наблюдая. —Может мне как-нибудь тоже приехать к Джеймсу в гости, вдруг там будет Римус, — вздохнула подруга, опираясь на косяк двери моей комнаты. —Я обязательно тебе напишу, если Люпин туда прибудет, — подмигнула я ей, и Иса толкнула меня в плечо. Я рассмеялась, продолжая собираться. Узел нервов в моём животе никак не проходил, но я спихивала это всё на волнение из-за того, что ничего не получится. К восьми часам вечера я была собрана и стояла около небольшого камина в гостиной коттеджа. —Я жду новостей, — обняла меня напоследок подруга, будто отправляя на войну. Я взяла специальный порошок и, произнеся адрес, написанный мне Поттером, закрутилась в водовороте. Надо заканчивать с этими порталами и учиться трансгрессии. Через пару секунд я приземлилась на северо-западе Англии, в Годриковой впадине, в каком-то кафе. Официантка вскрикнула, когда увидела меня и поспешила выгнать меня на улицу. Закат здесь вступал в свои права, но не был ещё таким ярким, как во Франции. Я перевела взгляд на небольшой двухэтажный коттедж прямо передо мной, подошла и, немного помедлив, открыла калитку. Изнутри раздавались звуки болтовни, смеха и музыки. Свет уже горел в окнах, и мне показалось, я увидела кудрявую голову Поттера. Остановившись у двери, я на мгновение всерьёз задумалась — не сбежать ли обратно к Исе во Францию. Волнение было почти невыносимым, и я никак не могла понять его причину. В конце концов, в Поттере не было ничего особенного, так почему же я так нервничаю? Собравшись с духом, я подняла руку и трижды постучала по деревянной двери.