История без хорошего конца

Мои ноги будто приросли к полу, когда на пороге дома появился Сириус Блэк. Промокший до нитки, запыхавшийся и дрожащий от холода. Я инстинктивно прижалась к стене, надеясь остаться незамеченной, но, похоже, всё его внимание было сосредоточено на Джеймсе. Лицо Поттера было таким же удивлённым и чересчур растерянным, как и у меня, но Сириус будто этого не замечал. Он топтался на коврике возле двери, глядя на Джеймса отчаянными глазами, будто Поттер был его последним шансом выжить. —Прости, что так поздно друг, — произнёс Блэк, нервно усмехаясь. Джеймс сглотнул ком в горле и ответил: —Что-то случилось? —Да так, с предками поругался и сбежал, — он говорил так непринужденно, будто делал это каждый день, — И на этот раз, навсегда. Любимая матушка выжгла меня с семейного древа и пообещала, что мне не достанется ни одного кната из наследства. Добавил Сириус и снова усмехнулся. На этот раз легко, почти беззаботно. Его, казалось, совсем не волновали ни наследство, ни фамильное древо. В голове застряло одно слово: «навсегда». Почему-то первой мыслью было — если он не вернётся, нашу помолвку просто отменят. Я не знала радоваться мне или плакать. С одной стороны я долго ждала этого, моё желание не выходить за Блэка было таким же стойким, как и полгода назад. Я не представляла нашу семейную жизнь и думала лишь о том, что снова окажусь в золотой клетке. Но с другой стороны вряд ли отец оставит меня на долгое время одну — новый жених мне обеспечен, и не факт, что он будет таким же молодым, как и Сириус. Сердце начинало стучать всё быстрее, стоило мне задуматься об этом, пока внизу доносились приглушённые голоса парней, занятых своим разговором. —Ты хочешь остаться у меня? , — спросил Джеймс, всё также растерянно моргая. Взъерошенные волосы, мятая одежда и припухшие губы — весь вид Поттера был странным, и я не понимала, как Сириус ещё не обратил на него внимание. Блэк кивнул, подтверждая слова друга и ожидая приговор, поднял глаза. Джеймс не мог его выгнать. Он его друг, — Оставайся конечно, только дай комнату в порядок привести. —Я могу устроиться и в гостевой, — сразу заулыбался от облегчения Сириус. Джеймс кинул нервное «не надо» и оказался в объятиях Блэка, — Спасибо, ты самый лучший друг на всём белом свете. Я на мгновение выглянула на лестницу и встретилась взглядом с Поттером. Его лицо тут же исказила болезненная гримаса, и я, не желая усугублять ситуацию, тихо скользнула в гостевую, чтобы собрать свои вещи. Конечно, он чувствовал вину. Джеймс знал, что я нравлюсь Сириусу, и всё же пригласил меня к себе, настаивал на поцелуях, делал всё, чтобы быть ближе. Казалось, только сейчас до него дошло, насколько жестоко он поступал по отношению к своему другу. И это осознание отразилось в каждом напряжённом движении, в каждом взгляде, брошенном мне вслед. Я не винила его, но уж точно не мне с этим разбираться. Я к Сириусу не имею никакого отношения и никаких обязательств у меня перед ним нет. Джеймс — его лучший друг, и он поступил плохо. Он знает это, я видела это в его глазах. И всё же прошлое не исправить, а ситуацию остаётся спасать лишь мне, быстро собирая вещи и стараясь убежать из дома, не попавшись на глаза Блэку. Наложив на комнату заглушающие звук заклинания, я принялась собирать вещи, пока Джеймс разбирался с Сириусом внизу. В основном пришлось дольше всего разбираться с одеждой, которую я носила в последние дни, так как остальное даже не доставалось из чемодана. В последний раз оглядев комнату, я привела всё в нетронутый вид и, надев длинный кардиган, двинулась к двери, перемещая чемодан по воздуху с помощью магии. Прислонившись к двери ухом, я услышала приглушённые голоса — парни сидели на кухне, довольно далеко от меня, но близко к гостиной и к камину в ней. Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. К счастью, дерево не скрипнуло, как и пол под ногами. Внизу Сириус и Джеймс о чём-то оживлённо беседовали, время от времени переходя на громкий смех. Но я сразу уловила фальшь в голосе Поттера. Сейчас это был не смех, а попытка скрыть тревогу. Джеймс явно нервничал, и, возможно, я могла бы его успокоить, но, пожалуй, ему стоило немного понервничать. Вряд ли он был бы так спокоен, узнай он, что Сириус целовался с Эванс; скорее всего, в доме не осталось бы ни одного целого предмета. Дверь его комнаты была открыта, и я заглянула туда. Постель была мятой и явно отражающей, что здесь что-то происходило. Книги на полке стояли не в том порядке, в каком были, когда я только приехала. Я была слишком увлечена чтением, поэтому часто таскала их у Поттера из комнаты. Колдографий на стене стало больше, и я подошла туда, чтобы получше разглядеть. Всё те же снимки с друзьями, родителями, Квиддичем и Эванс. Проходясь по весёлым лицам, я неожиданно для себя заметила под детской колдографией Сириуса и Джеймса с их первого матча по Квиддичу, фото со мной. На нём я сидела в кресле на заднем дворе этого дома, увлечённо читая книгу и не замечая Джеймса. Я перелистывала страницы, хмуря брови и накручивая локон волос на палец. Я была удивлена, что Джеймс выбрал именно эту колдографию, ведь после, когда я заметила его, были снимки, где я смотрю прямо в камеру, более интересные и красивые. Здесь я выглядела слишком задумчивой. Я поспешила снять эту колдографию и убрать в нижний ящик стола. Если Сириус любит рассматривать эти снимки так же, как и я, то у Джеймса были бы большие проблемы. Я ещё раз прошлась взглядом по комнате Поттера, стараясь оставить это мгновение в памяти и где-то на задворках сознания надеясь приехать сюда ещё раз. Выйдя из комнаты, я увидела на лестнице Джеймса — он был один. Заметив меня, он стремительно побежал вверх и, аккуратно взяв меня за руку, завёл в гостевую. —Где Сириус?, — задала я вполне логичный вопрос, пока Джеймс нервно оглядывался, ещё раз проверяя за мной комнату. —В ванной, на первом этаже, скоро придёт в мою комнату, — пролепетал он. Мне стало жалко его нервов, и я в успокаивающем жесте положила руки ему на плечи. Он застыл, а потом устало выдохнул, — Спасибо тебе. —Хоть это и не моя проблема — лишь ты здесь считаешься предателем — я всё равно не горю желанием разрушить вашу дружбу, — я мягко улыбнулась, и он повторил за мной. Снизу послышался крик Сириуса, зовущего Поттера. —Жди здесь, я выведу тебя, — напоследок сказал мне Джеймс и вышел из комнаты. Я слышала, как друзья поднимаются по лестнице, а Сириус не перестаёт благодарить Джеймса за возможность жить с ним, радуется, что у него такой прекрасный друг и как ему с ним повезло. Мне казалось, я могла видеть болезненную маску счастья Джеймса. Уверена, ком вины в его груди разрастался с каждым словом Блэка. Вскоре голоса стали тише, а дверь в комнату Джеймса захлопнулась. Я подождала ещё минуты две, прежде чем зашёл Поттер, всё время косясь на собственную дверь. Он дал мне сигнал рукой, и я без колебаний пошла за ним. Мы спустились вниз, пока за дверью комнаты Поттера Сириус начал играть на гитаре. И у него получалось довольно неплохо, если быть честной. Джеймс отвёл меня к камину и достал специальный порошок. —Пока, — сказал он с какой-то грустью, передавая мне средство для портала. Я посмотрела ему в глаза, усмехнулась и взъерошила волосы. —До встречи, — в этот момент Сириус закричал громкое «Джеймс», и я без колебаний произнесла про себя место, где жила Иса, и бросила порошок. Зелёное пламя тут же закружило меня в водовороте, неся в неизвестность. … Камин, стоящий в гостиной коттеджа Исы, слава Мерлину был не зажжён. Свет нигде не горел, и я прикинула, сколько сейчас может быть время во Франции. По моим подсчётам около девяти-десяти часов ночи. В такое время Исабелла уже должна была давно спать, но видимо шум разбудил её, потому что прямо сейчас она стояла на лестнице передо мной, усиленно вглядываясь в темноту. Я улыбнулась ей, и она, будто тут же меня узнав, кинулась в мои объятия, запутываясь в полах своего халата. —Я ждала тебя позже, — подняла на меня глаза подруга, не переставая держать меня за плечи. —Возникли непредвиденные обстоятельства. Я рассказала ей обо всём, что случилось. Иногда мне становилось смешно за ней наблюдать, видя, как забавно меняется эмоции на её лице. —А Римуса там не было? , — украдкой спросила она, поглядывая на меня исподлобья. Я закатила глаза, отрицательно мотая головой. —Забудь о нём. Твои родители никогда не позволят тебе встречаться с ним, — я нахмурилась, и Иса повторила за мной, начиная тараторить: —С Джеймсом тебе бы тоже не позволили быть вместе, но ты всё равно поехала к нему, — я опешила, но виду старалась не подать. Это совершенно разные ситуации: она влюблена в Люпина, я же — просто помогаю Поттеру, ничего больше. Я не стала отвечать подруге — просто взяла чемодан и направилась наверх, в свою комнату. Здесь всё было совсем иначе, чем у Джеймса: яркие обои, дорогая мебель, изысканные детали декора, простор и множество картин на стенах. Я поставила чемодан в угол и с усталостью опустилась на кровать. Исабелла тихо вошла следом, остановилась в дверном проёме и, скрестив руки, оперлась о косяк, наблюдая за мной молча. —Прости, если задела тебя, — пробубнила я в подушку и через несколько секунд почувствовала, как матрас прогнулся под ещё одним телом —Я знаю, что не смогу с ним быть, но почему мне просто нельзя помечтать, — прошептала она, и я подняла на неё глаза. Конечно, она понимала, что у них ничего не выйдет, а я повела себя ужасно, думая, что моя подруга настолько глупа. Я села на постели и притянула Ису к себе. Остаток ночи мы просидели на моей кровати, обсуждая всё что можно и нельзя и только к пяти часам утра заснули в обнимку. Когда я открыла глаза, то обнаружила себя под одеялом и без кардигана. Иса видимо проснулась раньше и позаботилась о том, чтобы мне было комфортно. Я села на кровати, потирая лицо. За окном ярко светило солнце, готовое вот-вот пробраться в мою комнату. Я поднялась с постели и только хотела выйти, как в окно настойчиво застучали. Обернувшись, я увидела сову Поттеров. Я немного опешила и застыла, поэтому птица стала ломиться сильнее, и, побоявшись за стекло, я очнулась и быстро открыла окно, впуская её. Сова влетела в комнату, любопытно осматриваясь по сторонам — видимо к Исе она прилетала в другие комнаты. Я кое-как смогла спустить её на небольшой столик и отвязала от лапы письмо. Сова послушно осталась сидеть на столике, наблюдая за мной своими большими глазами. Письмо было написано впопыхах и довольно размашистым почерком. Я начала вчитываться в строчки, пытаясь разобрать слова. «Я пишу это, пока Сириус отсыпается. Хочу сказать, прости, что так получилось. Я даже не думал, что он может приехать, обычно родители не отпускают его никуда. Видимо ему это надоело. В любом случае хочу сказать, что эти четыре дня я был счастлив и весел, как никогда. Я рад, что ты согласилась провести со мной время, и я смог узнать тебя получше. За родителей можешь не беспокоиться, они и виду не подадут, что ты была у нас. К сожалению, скорее всего этим летом мы больше не увидимся, но я буду писать тебе! Спасибо ещё раз за то, что провела со мной эти дни. Надеюсь в следующий раз у нас будет больше времени.» —Что такого весёлого в этом письме?, — я подпрыгнула со страху, а глаза стали похожими по размеру на галлеоны. Повернувшись к двери, мои глаза расширились ещё больше — оперевшись на косяк, передо мной стоял Регулус, ухмыляясь уголком губ. Я и не заметила, как мои губы растянулись в улыбке при чтении этого письма, а сейчас стали ещё шире. Регулус выглядел довольно расслабленным для человека, у которого вчера сбежал из дома брат. Конечно, у них никогда и не было близких отношений, но что-то он был слишком спокоен. Я скомкала письмо, кидая его куда-то на кровать, и подлетела к Регулусу, обнимая его всеми конечностями. Он притянул меня к себе, укладывая голову мне на плечо. —Так что там было? , — прошептал он, не поднимая головы. Регулус знал лишь половину всего и теперь мог теряться только в догадках. Я хотела ему всё рассказать, но не знала, чем это обернётся. Будет ли он искать Сириуса? И вообще заинтересован ли он в его поимке? Тем не менее Регулус спрашивал совсем про другое. —Письмо от Поттера, — Регулус поднял голову, удивлённо посмотрев на меня. Я невинно улыбнулась, приготовясь рассказывать ему от и до, но друг меня перебил. —Сириус у него?, — я опешила от его серьёзного тона и вопроса. Почему он вообще этим интересуется? Я медленно кивнула, не отводя взгляд от его напряжённого лица, — Ты знаешь это, значит либо ваше общение стало слишком близким, либо было что-то ещё. Я вздохнула, в какой раз восхищаясь проницательностью Регулуса, и усадила его на кровать. Он недоуменно за этим наблюдал, но позволял мне вести его и молчал. —Рассказ будет долгим, — я вздохнула и из моего рта полетело огромное количество слов. Регулус молчал, внимательно слушая и иногда усмехаясь, когда я рассказывала какой-то забавный момент. Когда я дошла до моментов с Сириусом, друг напрягся и заметно попытался скрыть эмоции, надев маску равнодушия. Ему стоило это делать с менее знакомым человеком — я знаю его слишком хорошо. Когда я закончила рассказ, Регулус сидел в мрачном раздумье, сложив руки на коленях и положив кулаки на подбородок. Я спокойно ожидала, что он скажет. Почему-то я была уверена, что он забыл всю часть с Джеймсом, когда появился в повествовании Сириус. Он размышлял слишком долго, поэтому я тронула его за плечо, и друг вздрогнул, будто очнувшись ото сна. —Я не удивлён, что ты поехала, — мои брови взлетели вверх. —Нет? —Нет, я предполагал, что в письме, которое ты получила в Хогвартсе будет что-то про это. На Дне Рождении Исабеллы, вы обе вели себя странно, а потом ещё и попросили отправить вас в коттедж. Конечно, я сразу понял, что ты хочешь сбежать от родителей, а это прекрасный способ. Так что да, я знал, что ты будешь делать. На самом деле я приехал сюда, только чтобы убедиться, что ты вернулась сюда от Джеймса и с тобой всё хорошо. Было понятно, что мой братец попросит помощи у своего лучшего друга. Я слушала всё это с непроницаемым лицом, кивая на каждую его догадку. В душе же я вновь и вновь поражалась таким хорошим знаниям Регулуса обо мне. Мы слишком хорошо друг друга знали. В какой-то момент в моей голове сверкнула мысль и я не смогла сдержать, чтобы не озвучить её вслух. —Кстати, как ты уехал? Я думала из-за побега Сириуса тебя запрут на сотни замков. Регулус усмехнулся, но в его голосе я услышала необъяснимую грусть. —Родители доверяют мне. Да и им сейчас некогда: Сириус доставил много хлопот, — Регулус фыркнул от злости, — Им надо решать сейчас много организационных вопросов. —Таких, как наша свадьба, — вырвалось у меня невесело. Регулус посмотрел на меня со смесью сожаления и понимания. Он прекрасно осознавал, что сейчас мне быстро найдут другого жениха, и вряд ли это будет молодой человек подобно Сириусу. —Да, примерно, — мы немного помолчали, пока друг не решил разбавить атмосферу, — Матушка больше всего наверное боится разговаривать именно с твоим отцом. Они так упорно добивались этой свадьбы, все так хотели породниться, а в итоге Сириус, как всегда, всё испортил. Я усмехнулась, думая теперь лишь о том, как отреагирует отец. Наверняка устроит скандал Блэкам. Сомневаюсь, что Миссис Блэк позволит себя унизить, но всё же это провал с их стороны. Снизу закричала Иса, созывая нас всех на завтрак. Перед этим я зашла в ванную, чтобы умыться. Холодная вода приятно покалывала руки, и я задержала ладони под струями подольше. Всё походило на сон. Мне не верилось, что теперь я не связана узами брака с Сириусом, не верилось, что теперь на роль моего жениха будет претендовать кто-то другой. Было ощущение, что я будто уже смирилась со своей участью и приняла тот факт, что Старший Блэк станет моим мужем. Я не знала, что делать: радоваться или грустить. Зайдя на кухню, я, неожиданно для себя, застала сидящего за столом Эвана — он спокойно пил чай, поедая какую-то булку. Когда я зашла, он повернулся и осмотрел меня с ног до головы, будто боялся, что я раненая или что ещё хуже. —Где ты была?, — Эван всё ещё сидел на своём месте, но я буквально ощущала его тревогу, исходящую волнами энергии по всей кухне. Кажется, Иса и Регулус тоже это чувствовали, неловко переглядываясь. Я села за стол, беря себе стакан апельсинового сока. Всё это время Эван наблюдал за мной — никто не рассказывал ему о том, где я провела четыре дня. Эван прекрасно догадывался, что является единственным человеком в комнате, кто не знает об этом, и поэтому его тревога и гнев становились сильнее с каждой секундой. —Так где ты была? , — с напором задал вопрос друг, и я заметила, с какой силой он сжал вилку в своих руках. —Какая разница? , — недовольно воскликнула Исабелла, опасливо косясь на Эвана, пока накладывала фрукты в тарелку, — Кажется, это её дела. —Тогда почему вы знаете о её делах, а я нет?, — гневно ответил Эван, хмурясь ещё сильнее, — Мы кажется друзья, разве нет? —Не думал, что ответ тебе не понравится? , — спокойно и довольно тихо произнесла я, поднимая на друга взгляд. Одна моя бровь поползла вверх. Эван подозрительно разглядывал меня ровно минуту, а потом недоверчиво спросил: —Только не говори, что ты была с магглом или грязнокровкой?, — он скривился, и я за ним. —Почему у тебя сразу такие мысли?, — фыркнула я, отпивая из стакана сок. —Потому что ты сказала, что ответ мне не понравится, — воскликнул он, недоуменно пялясь на меня. Эван пытался понять, у кого же я тогда такого была, раз не могу ему сказать, но получалось у него из рук вон плохо. Я молча продолжила есть завтрак, пока в его голове происходили мыслительные процессы. Иса и Регулус тоже не решались что-либо сказать. Всё было слишком неловким. Так прошло две недели — в неловкости и недосказанности. Эван стал приезжать всё чаще, будто он боялся, что я сбегу снова. Меня это раздражало. Я сидела дома, читая книжки и переписываясь с Джеймсом и Регулусом. Друг уехал на следующий день по приказу родителей. Больше из дома его не выпускали, не считая светских раутов. Иногда нам с Исабеллой писала Алекто — она обещала приехать, но каждый раз её план рушили брат или отец. Рабастан приезжал пару раз, рассказывал о сумасшедшей жене своего брата, смеша нас забавными историями, и привозил нам всё новые и новые книги заклинаний. В основном это были тёмные заклинания, так что Исабелла туда даже не смотрела. Джеймс писал мне каждый день, рассказывал что-то новое, иногда упоминал о Сириусе. В основном лишь то, что касалось меня: наша свадьба и так далее. Джеймс писал, что Сириус не думал об этом, когда убегал. Конечно, он не думал. Сомневаюсь, что его вообще что-то волновало в тот момент помимо собственной шкуры. Я не могла его винить, но всё равно не понимала его поступка. Он устал терпеть такое отношение к себе, но разве он не сам привёл к такому. У кого-то такие отношения с родителями даже если ребёнок делает всё, что они просят. Мне не было его жалко, и его поступок был импульсивным и сделанным на эмоциях. Конечно, из-за своей гордости он не вернётся домой, тем более Миссис Блэк уже разговаривала с моим отцом. Он прислал мне короткое и лаконичное письмо: «Твоя помолвка отменяется». Пергамент будто был наполнен злобой и тёмной энергией моего отца. Я буквально видела, как он до скрежета сжимает зубы и хмурится, пока пишет это письмо, слишком сильно давя на перо так, что после оно ломается и остаётся клякса. Он зол, очень сильно, и я рада, что не присутствовала в это время с ним рядом. Но потом я вспоминала, что мама всё ещё с ним. И сейчас она наверняка терпит побои, а когда я приеду, будет надевать закрытые вещи и морщится при любом нашем контакте. Эти мысли заставляли меня плакать глубокой ночью, давя всхлипы подушкой. … Я проснулась от громких стуков в дверь. Выйдя в коридор, я наткнулась на такую же сонную Ису, потирающую ещё не отошедшие ото сна глаза. Стуки не прекращались. На настенных часах в гостиной показывало семь часов утра. Я начинала злиться на человека, который так долбиться в нашу дверь. Завязав волосы в хвост, я решительной походкой пошла вниз, чтобы открыть дверь и высказать всё самое лучшее моему прерывателю сна. Иса волочилась за мной, ещё не до конца осознавая, что происходит. Я надеялась, что это просто докучливые соседи, которым не спится рано утром. В дверь не прекратили стучать, даже когда я громкими шагами показала, что иду открывать. Провернув замок, я раскрыла дверь с хмурым выражением лица, выражающим весь мой праведный гнев, и застыла на месте не в силах произнести ни слова. Мой отец критично рассматривал меня, шумно вдыхая и выдыхая. Он был в бешенстве, но так как рядом стоял Мистер Малфой, не показывал этого. —Здравствуйте, — хором сказали мы с Исой, слегка склоняя головы. При виде своего отца Исабелла проснулась сразу же. Ради приличия отец поцеловал руку Исе, а мою — Мистер Малфой. Почему-то он выглядел более уравновешенным, чем мой отец. —Время уже семь утра, а вы всё ещё спите, — небрежно бросил мой отец, осматривая коттедж, когда мы пропустили их внутрь. —Азриэль, будь снисходительнее, всё же у них каникулы, — мягко произнёс Мистер Малфой, но я видела какой осуждающий взгляд он кинул на Ису. Он был недоволен нехваткой наших манер, просто не хотел показывать это перед моим отцом. —Они представительницы аристократии, — нахмурился пуще прежнего мой отец, останавливаясь около камина, — Они должна вставать на рассвете, чтобы приводить себя в порядок и встречать любых гостей, даже незваных, в прекрасном виде. Мерлин, как мне хотелось на него накричать, наслать летучемышиный сглаз и выгнать из дома. Палочка лежала в моей комнате, но это не единственное, что меня останавливало. Я не глупа, знаю, что не справлюсь с ним ни физически, ни магически, ни морально. Тем более здесь Малфои: показывать такое неуважение к отцу при других — это будто нарочно копать себе могилу. —Видимо их давно никто не посещал, раз они позволяют себе такие вольности, — надменно сказал Малфой, окинув меня презрительным взглядом, будто я была виновником ухудшающегося поведения Исы. Будто она становилась хуже из-за меня. Мерлин, мне пришлось сжать руки в кулаки, впиваясь ногтями себе в кожу ладоней, чтобы не ответить. Конечно, я себе никогда такого не позволяла и не позволю, но иногда так хочется. —Что вас привело сюда, Папа? , — подала голос Исабелла, прильнув к отцу и смотря на него своим лучшим ангельским взглядом. Она знала, как заставить его смягчиться. Жаль я ещё не нашла такой рычаг у своего отца. —Мы решили, что ваш отдых закончен, — ответил мой отец, всё также критически осматривая помещения, — Собирайтесь. —Что-то случилось?, — взволнованным голосом поинтересовалась Иса, снова вглядываясь в лицо отца. Его взгляд становился теплее и мягче с каждой минутой. —Ничего такого. В скором времени состоится День Рождения Авроры, ей надо подготовиться к нему, а что тебе здесь делать одной, — ответил Мистер Малфой, поглаживая дочь по голове. Та кивнула на его ответ и посмотрела на меня. —Собирайтесь, — с нажимом сказал мой отец не в силах уже терпеть, и мы с Исой рванули наверх. Так быстро я не собирала вещи ещё никогда. Всё летело в чемодан не по порядку, мятое, нетронутое, чистое, грязное. Я стала обыскивать каждый угол комнаты на предмет моих вещей, чтобы ничего не забыть. Я нагнулась, чтобы посмотреть под кровать, и замерла. На полу в тёмном пространстве лежали десятки писем Джеймса, отправленные за эти недели. Я не выбрасывала их, складывая под кровать, чтобы Эван случайно не увидел. Я не знала, что с ними делать: оставлять здесь категорически нельзя — родители Исы могут сюда вернуться. Брать с собой — я боялась, что не успею сложить всё. Выкидывать рискованно — мужчины могут заметить. Я сидела с секунду, пока не наплевала на всё, сгребая пергаменты в кучу и запихивая их на дно чемодана. Отец зашёл в момент, когда я всё накрыла одеждой. Он подозрительно посмотрел на меня и, кивнув чему-то своему, указал мне на выход. Я подхватила вещи и двинулась вниз. Мы с Исой уже были одеты и стояли, ждали, пока отцы решат свои вопросы, и с помощью трансгрессии отправят нас всех по домам. Иса придвинулась ко мне ближе, практически шепча: —Как думаешь что случилось? —Сириус, — также прошептала я, когда отец обернулся и двинулся в мою сторону. Нам дали с подругой попрощаться, и мы обнялись, обещая написать друг другу сразу по приезде. Иса стояла с таким же непонятливым выражением лица, что и минуту назад, когда я ответила на её вопрос. Моим предположением была паранойя моего отца — он боялся, что я поступлю подобно Сириусу, убегу вместе с ним. Было глупо так думать, но иногда мысли о побеге и правда закрадывались в моём сознании. Конечно, я сразу понимала, что мне просто не на что будет жить. Все мои друзья — чистокровные аристократы, родители которых всегда хотят угодить моему отцу. Они сдали бы меня ему при первой возможности. Отец схватил меня стальной хваткой за запястье и, кивнув Мистеру Малфою, трансгрессировал. Открыв глаза после перелёта, я оказалась на крыльце нашего поместья. Мама стояла около двери в длинной юбке-карандаш и водолазке, хотя погода была жарче некуда. Мне захотелось плакать и проклинать одновременно отца и Сириуса. Если бы не он, кто знает, может быть отец не бил бы маму в эти дни. Я побежала к маме, обнимая её настолько аккуратно, насколько могла. Она прижалась ко мне, и её запах ванили окутал меня с ног до головы. Стало спокойнее. Напряжение преследующее меня с самого утра наконец начало отпускать. Отец подошёл сзади и строгим тоном приказал зайти в дом. Конечно, мы его послушались. Мы устроились в гостиной, а мама поспешила на кухню готовить чай. Каждый раз, проходя мимо отца, она будто сжималась, напрягалась до предела, вытягиваясь, словно натянутая струна. Она всегда его боялась, но сейчас этот страх был почти осязаемым. Я сжала руки в кулаки, а щека ныла от того, как сильно я её прикусила. Моё терпение держалось на последнем издыхании. Я уже давно знала, что не смогу простить отца за всё, что он сделал со мной, но видеть, как он ломает маму, вызывало во мне желание отомстить ему за все эти годы. —Знаешь ли ты ситуацию, которая произошла с Сириусом Блэком? , — серьёзный голос отца вывел меня из раздумий, и я подняла на него глаза. Я кивнула, подтверждая его слова. —Откуда? , — его глаза сощурились. Он подумал, что Сириус искал поддержки у меня или то, что я тоже хотела вместе с ним убежать, но кишка была тонка? —Регулус писал мне об этом, — отец покачал головой, принимая из трясущихся рук мамы чай. Я взяла у неё поднос, ставя на маленький столик посреди комнаты. —Ты же понимаешь, к каким последствиям привело его ужасное поведение?, — отхлебнув чая, он снова поднял глаза на меня. —Я больше не его невеста, — вслух это звучало более осознанно, чем в голове. Я больше не его невеста. Мне не нужно больше беспокоиться о том, как реагировать на его чувства. Больше нас ничего не связывает. —Верно, — поставив наполовину пустую чашку на столик, отец сложил руки в замок, наблюдая за мной, — Но это не значит, что ты совсем больше не невеста. Мои глаза расширились, а брови на долю секунды взлетели вверх. Этого хватило, чтобы отец плотоядно улыбнулся. Будто он хотел сначала обрадовать меня, а потом окунуть лицом в суровую реальность. —Вы уже нашли мне нового жениха?, — мой голос был готов сломаться, но я держалась. В конце концов я подозревала, что такое произойдет, просто не думала, что так быстро. —Долго искать не пришлось. Ты довольно завидная партия, спасибо мне, — отец снова ухмыльнулся, заставляя меня кусать щёку ещё сильнее. Я чувствовала привкус собственной крови, — Ты узнаёшь кто он на своём Дне Рождении.