Танцующая среди пепла

Они стояли друг напротив друга: три скованные напряжением девушки, у чьих ног теперь валялось все содержимое пакетов, и обезоруживающая своей наглой и самодовольной ухмылкой брюнетка. Нерисса откровенно забавлялась: стражницы находились в отвратительном положении, поскольку применение сил в стенах больницы привлекло бы всеобщее внимание. И они, прекрасно то понимая, буквально замерли на месте, позволив себе принять разве что боевую стойку. Провоцировать такого опытного и коварного противника себе дороже. Но и рассчитывать на то, что все обойдется одной лишь беседой - наивно. - На-адо же, какие вы неловкие, - с наигранной досадой проговорила брюнетка и пнула подкатившийся к ней апельсин, - С пола есть не буду, даже не уговаривайте. В линзах очков Тарани отразилось бушующее внутри нее пламя. Пожалуй, из всех существующих миров, Нерисса была единственным существом, которого не было бы жаль испепелить заживо. Но, увы и ах, без объединения с Сердцем такой маневр становился невозможным. Возможно, если бы Кук последовала совету нового лидера, то она смогла бы предпринять что-нибудь дельное. Сейчас же оставалось надеяться на лучшее и сетовать на упущенные возможности. "А ведь от нее и следа бы не осталось", - промелькнуло в голове у хранительницы огня, - "Дьявол, в следующий раз я буду готова и к такому повороту" Хай Лин тоже задумалась над тем, что она могла бы попытаться принять форму невидимки и обезоружить собеседницу внезапной атакой. Главное - не переусердствовать. Все-таки тут, в палате, стояло дорогостоящее оборудование. И только Корнелия размышляла в совершенно ином направлении - а именно о том, что своими новыми манерами пропавшая подруга напомнила ей именно эту роковую женщину. Мимика, жесты, манера речи: все, абсолютно все намекало ей еще тогда, в стенах школы, что Вандом связалась с этой преступницей. И почему Хейл сразу не додумалась до этого? - Где Вилл? - как можно спокойнее спросила она. Видно, никто из подруг не собирался взваливать на себя роль дипломата. С одной стороны, Хейл была рада такому раскладу. Ни первая, ни вторая девушка не подходила для этих ролей. В себе же хранительница земли всегда ощущала лидерские задатки. Так почему бы не воспользоваться моментом и не проявить их? - А она тут была? - задала Нерисса вопрос встречный и демонстративно удивленно приподняла бровь. Ей нравилось играться. Нравилось тянуть время. Нравилось считывать напряжение и растерянность с лиц своих противников. Она ощущала себя королевской коброй, на чью территорию по неосторожности заглянуло несколько беззащитных грызунов. - У нас миллион свидетелей, что ее доставили сюда, - продолжала тем временем блондинка. Хотя, нужно признаться, что встречный вопрос несколько подорвал ее уверенность в нерушимости собственных аргументов. В конце концов, в спешке, когда общее внимание рассеянно, всех слишком легко обвести вокруг пальца. Даже к использованию сил прибегать не обязательно. - Ой, ну какие же вы бестолочи, - закатила глаза бывшая хранительница Сердца, - Бедная Любочка. Бьется с вашим невежеством по мере своих сил, а вы будто специально разыскиваете новый повод ее расстроить. Честное слово, окажись я на ее месте - сама метала бы молнии во всех подряд. Она ехидно улыбнулась, приковав свой хищный взгляд к Корнелии - единственной, кто, кажется, потихоньку начал догадываться о сути происходящего. Хай Лин и Тарани были слишком сильно заняты своими мыслями для того, чтобы заметить очевидное: Нерисса просто хотела поговорить. В противном случае - ничего не подозревающие девушки сразу попали бы в засаду. - Даже не знаю, кому из вас двоих я бы обрадовалась больше, - пожала плечами Хейл. Она опустила руки, отошла от подруг и даже позволила себе присесть на аккуратно застеленную кушетку, которая, судя по всему, была предназначена для Вандом. То было своеобразным жестом доверия, невербальным сигналом к началу переговоров. "Что ты делаешь?" - раздался в ее голове голос совершенно сбитой с толку Тарани. "Просто доверься мне", - последовал тут же ответ. Некоторое время в палате сохранялась тишина. Корнелия в упор смотрела на внезапную гостью, та в свою очередь с ехидством наблюдала за Хейл. И только стражницы огня и воздуха совершенно терялись на фоне происходящего. Они были уверены, что с Вилл случилась катастрофа. И виновница стоит прямо перед ними. - В Совете раскол, - с внезапной серьезностью начала было Нерисса, - И очень скоро каждому придется выбрать сторону. Брюнетка добилась желаемого эффекта - девушки были обезоружены. Конечно, они не исключали теоретической возможности разлада в Кондракаре: тому могла послужить и внезапная смена хранительницы Сердца, и последующие события связанные с Вилл. И все-таки трудно поверить в слова, что раздаются из уст небезызвестного преступника. Хай Лин невольно поморщилась. Она не питала иллюзий относительно личности собеседницы. В ее глазах зеленоглазая ведьма (а иначе ее и язык назвать не поворачивался) была самим воплощением корысти и зла! Если она и решилась организовать тут переговоры, то исключительно из соображений личной выгоды. Так зачем ее слушать, когда сторона очевидна? Оракул занимается сохранением порядка, а стражницы разделяют с ним эту ношу. То было бременем Ян Лин, и теперь, перешедшее как бы по наследству, упало, словно небо на плечи атланта: ее внучку Хай Лин. - И ты предлагаешь перейти нам на твою сторону? - внезапно для самой себя влезла в разговор хранительница воздуха, чем вызвала у бывшей хранительницы только приступ искреннего, хоть и не особо приятного смеха. Что за поразительная наивность? Казалось бы, девочка уже совсем взрослая, а правил игры все равно не понимает. Такие долго не живут, это противоестественно. Если только они не сбиваются в стадо. Дайте ему звучное название "друзья", приплетите красивые сказки о бескорыстии, но суть не изменится. К стаду прибивается только тот, кто не способен выжить в одиночку. Нерисса же ни к кому прибиваться не собиралась. Но ей было важно очертить определенные границы, задать правила игры, над которой очень скоро придется ломать голову. - Зачем мне такие дилетанты? - снисходительно ответила она, не удостоив вопрошающую даже взгляда. Глупенькая-глупенькая Хай Лин, - Или смерть подружки так и не развеяла ваши розовые фантазии об уровне собственной важности? Сколько же человек должно отправиться на тот свет, чтобы до вас дошли очевидные вещи? Или дело не в количестве жертв, а просто в неспособности сложить два плюс два? Так постарайся скрывать свою феноменальную тупость. Умное выражение лица тебя сделать не прошу, это слишком сложно, но, для начала, можно не открывать лишний раз своего рта. Попробуй! У тебя обязательно получится. Руки Хай Лин невольно сжались в кулаки. Плевать на личные оскорбления, они не стоили внимания. Но вот кончина Ирмы казалась чем-то настолько трепетным, настолько интимным, что делиться с переживаниями не хотелось даже с самыми близкими. Это горе было из того рода, что принято переживать самому. Без лишних обсуждений, без показушных истязаний. Это можно было бы назвать особым видом траура, и пусть окружающие и не понимают его природы. Но Нерисса не относилась к тем, кто просто "не понимает". Шестое чувство, именуемое интуицией, подсказывало и Тарани, и Хай Лин, что эта кобра целенаправленно ударила их по самому больному месту. Так был ли смысл в трате времени на эту беспринципную, самодовольную и аморальную женщину? Ответ же очевиден - она недостойна аудиенции. Так какого черта Корнелия настолько апатично реагирует на ее речи? Неужели ее душевные раны уже затянулись? Да и были ли таковые вообще? Иногда Хейл вела себя настолько эгоистично, настолько автономно, что, казалось, настоящая привязанность ей попросту незнакома. Так, может, все сказанное в столовой тоже было перфомансом? Очередным спектаклем для того, чтобы вызвать сопереживание к себе, дорогой? - Тебе нужна Любовь, - тем временем подвела итог хранительница земли. И пусть внешность была обманчиво бесстрастной, но внутри нее бушевали не меньшие чувства. Какими бы со стороны ни были их взаимоотношения с Лэр, но Корнелия ее искренне любила. Хоть и по-своему. Но сейчас был совершенно неподходящий момент для выяснения отношения и отстаивания чести похороненной. На кону теперь стояла жизнь Вилл. И раз она каким-то чертом связана с Нериссой, то, выходит, с этой женщиной лучше не конфликтовать. Сглотнув подступающий ком в горле, девушка продолжила свою мысль, - Но выйти на нее самостоятельно ты почему-то не решилась. Где-то там, в душе, блондинка была искренне горда собой. Во-первых, по выражению лица преступницы было очевидно, что она пришла к верным выводам. Во-вторых, ей удалось удержать эмоции при себе, не дать им затуманить разум. И оттого в очередной раз испытывала чувство собственного превосходства. И не безосновательно. Даже в глазах бывшей хранительницы Сердца она занимала гораздо более выигрышную позицию. - Да, к ней сейчас приковано слишком много внимания, - отмахнулась брюнетка, подразумевая Оракула и приближенную к нему "свиту". Сделано то было с наглядным пренебрежением, как бы лишний раз подчеркивая, насколько всеми переоценивается их могущество. - Я не предлагаю сотрудничества, - продолжила Нерисса, понизив голос на пару тонов, как бы невольно акцент на последующих словах делая, - Хочу лишь, чтоб мы не мешали друг другу. Все-таки мои цели никак не противоречат ее. Девушки невольно переглянулись меж собой. Такое заявление наталкивало только на один вывод - их враг (бывший или нынешний?) опасается сил действующего лидера. Но почему? Что этой женщине вообще известно о нынешнем владельце Сердца? И о каких целях идет речь? Однако никто не успел озвучить ни одного вопроса: образ преступницы растворился в воздухе. - И что это сейчас было? - развела в сторону руками Кук. Как Корнелия того и просила, в диалог она вмешиваться не стала. Но теперь же можно было обсудить произошедшее, - Не понимаю, чего ты хотела от нее добиться пустыми разговорами, но... -...но я все-таки добилась, - довольно улыбнулась Хейл и даже ощутила порыв гордости за собственную смекалку, - Ей хочется связаться с нашим лидером, но самостоятельно она то сделать не может. Придется действовать через посредников, то есть через нас. В это же самое мгновение, на границе Хитерфилда открылся ведущий в самый центр Вселенной портал. Сквозь его ослепительно-холодное свечение прошла только одна фигура, после чего воронка свернулась прямо за ее спиной. Послышался тяжелый вздох. Прибывание тут, на Земле, воспринималось гостьей как каторга. - Элис, - сказал ей в напутствие Оракул, - Ты всегда отличалась прагматичностью и верностью интересам Кондракара. Поэтому я вынужден обратиться к тебе за помощью... Глаза девушки прикрылись под тяжестью внезапно наплывших мыслей. Мудрейший, как его было принято называть, любил озадачивать своих подчиненных самыми размытыми формулировками задач. Одни воспринимали эту привычку как проявление мудрости, ведь подчиненные были вынуждены подключать голову, а не безвольно выполнять приказ. Другие же подозревали, что и сам Оракул точно не понимал, что именно ему было нужно. Девушка же относилась к категории вторых. А город был накрыт тяжелым куполом беспросветного бетонного неба. Об асфальт разбивались первые капли дождя. Неспешным движением изящной руки прибывшая скинула с головы капюшон, обнажая копну огненно-красных волос. С нескрываемым отвращением она глядела в сторону нагроможденных друг на друга построек - туда, куда теперь ей и предстояло держать свой путь. Ужасное зрелище, вызывающее ассоциации с примитивным жильем для таких же примитивных жителей. Тому, кто привык к изяществу дворцовых сводов, было трудно воспринимать такое архитектурное надругательство за норму. "Вот это дыра", - поморщилась Элис. В отличие от той же Орубэ, она не питала никакого интереса ни к этим бетонным коробкам, ни к забивших им людишкам. Вообще, Земля, в ее понимании, была одним из самых унылых миров. А с ним девушка была знакома не понаслышке - десяток лет назад на ее плечи было взвалено бремя наставничества над Джульеттой и Любовью. Возможно, за это время внешняя сторона и приобрела более облагороженный вид. Но Элис, как настоящий прагматик, смотрела в суть. А потому могла с уверенностью сказать, что не окажись ее подопечные в опасности - и ноги бы ее тут не было. Безлюдные улочки, единичные машины... Хитерфилд напоминал бы вымерший город, если бы не сияющие в полутьме окна домишек. К одному из таких и держала путь появившаяся. Сверив адрес с написанным на бумажке, она решительно постучала в дверь. - Тьма окутала бывшую хранительницу Сердца, - неодобрительно покачал головой Оракул. Он, распустив Совет, теперь находился наедине с самыми доверенными лицами, коими считались Тибор и Луба. Те прекрасно понимали, к чему именно клонит мудрейший: Вилл Вандом пошла по стопам своей предшественницы, Нериссы. И, зная обо всех подводных камнях, что встретились у нее на пути, теперь могла добиться куда большей силы и могущества. - Я думаю, Вы все-таки переоцениваете эту девочку, - пожала плечами Луба. Она никогда не видела в действующих стражницах серьезного потенциала. В их лидере так в особенности, - Даже если она связалась с тьмой, это еще не значит, что ей хватит сил на приручение и дальнейшее использовании этой энергии. Она колоссальна! Нужны месяцы практики, если не годы. - Это при отсутствии толкового наставника, - аккуратно вмешался Тибор. Он был уверен, что его вечный оппонент постарается опровергнуть такое предположение, но, ко всеобщему удивлению, Луба оказалась солидарной. На лице Оракула не отражалось ни одной эмоции. Он был непоколебим в своем спокойствии, хотя в глубине души и не мог проигнорировать ощущение постепенно нарастающей в Кондракаре тревоги. - Закон - есть закон, - ответил он как можно мягче, - Мы не можем вмешиваться в происходящее. А кто может - тот уже делает все от него зависящее. Под таковыми он подразумевал трех расположившихся на кухне девушек, чьи руки сейчас согревались чашками со свежеприготовленным какао. Стены дома утопали в тусклом свете ламп и ароматах пряностей. Этот вечер казался идеальным для того, чтобы завернуться в теплый плед, сесть перед телевизором и окунуться с головой в любимый сериал. Но появление гостьи очень сильно изменяло планы. Нельзя сказать, что Любовь сильно напрягало такое развитие событие. Ее гибкий ум был способен в скором времени перестроиться с одного вида деятельности на другое. И все-таки хотелось получить ответы на свои вопросы. - Не могу поверить, что в Совете так всполошились из-за какой-то мелкой крысы, - с притворной обидой сказала она и вытянула губы в трубочку, - Не слишком ли много чести для такой пустышки? Или там, в Кондракаре, совсем заняться нечем? Неужели Мудрейший так недооценивает ее силу? Разве демонстративного наказания Вилл было мало? Стоящая позади Джульетта задавалась такими же вопросами. Хотя она, по большей части, склонялась к тому, что Оракул опасается предательства со стороны других стражниц. "Даже если теоретически допустить такую вероятность, наших сил должно было хватить для сдерживания", - размышляла девушка, разминая указательным пальцем противно пульсирующий висок. Как иронично, что именно в такую дождливую погоду у хранительницы воды начиналась такая невыносимая мигрень. Впрочем, это было наименьшим из ожидаемых побочных эффектов. Джульетта должна была умереть, как и десятки других "экспериментальных образцов". Но судьба распорядилась так, что она и Любовь выжили, прихватив по скромному "приданному" из своего прошлого. Одна - в виде головных болей, вторая - эмоциональной неустойчивости. И пока приверженцы опытов восторженно охали и ахали, а противники неодобрительно качали головой, Элис вела переговоры с Мудрейшим о том, чтобы взять бремя наставничества над победившими саму смерть. - Сначала и я задавалась таким вопросом, - с едва заметной усмешкой ответила гостья и сделала маленький глоток. Напиток приятно обжигал горло и оставлял после себя ненавязчиво сладкое послевкусие. Определенно, Земля была одним из самых тухлых мирков. Но нужно признать, что иногда даже в такой свалке можно откопать что-то стоящее. Какао с пряностями, какао с маршмеллоу, какао с карамелью... Должно быть, именно такие мелкие радости сдерживают землян от висения в петле. Девушка сделала еще один глоток, после чего заметно тише продолжила свою речь: - Все оказалось чуточку сложнее. В самом начале никто и не глядел на какие-то там ваши разборки. Вы являетесь взрослыми людьми и ваше взаимоотношения - это исключительно ваше дело. Но сейчас Вандом заключила сделку с самой тьмой. Воспринимай ее как верхушку айсберга. Что-то такое, что находится на поверхности и не несет совершенно никакой угрозы. Мы же пытаемся понять, что находится глубже. Послышался гром. Капли все громче стучали по черепице и стеклам. С каждой минутой обстановка становилась все более и более мрачной. И если большинство людей испытали бы от этого дискомфорт, то Любовь получала искреннее удовольствие, а Джульетта оказалась настолько увлеченной своими мыслями, что попросту не замечала таких мелочей. Послышался облегченный выдох. Новость о том, что в деле замешаны какие-то фантомные силы и Вилл заметно упрощали ситуацию. Такие мелочи не выбьют хранительницу Сердца из колеи. В случае же с предательством других стражниц, она наверняка бы потеряла контроль над собой и, соответственно, над своими силами. А в таком случае смерть показалась бы всем милосердным подарком. - Бороться с тьмой - это моя работа, или я что-то не понимаю? - никак не унималась хранительница Сердца. Она была бы искренне рада видеть свою давнюю подругу, но при совершенно иных обстоятельствах. Сейчас же это воспринималось как навязчивая попытка приставления няньки Советом. От подобных ассоциаций девушка впадала в тихую, но искреннюю злость, о чем говорили внезапно замигавшие лампы - единственный источник освещения этого дома. - Твоя работа, - не отступала красноволосая, - если брать конкретный данный момент, заключается в обучении далеко не самых смышленых подопечных. Нужна команда. Никто не ставит под сомнение конкретно твою силу. Но, используя ресурсы в виде остальных, можно добиться куда больших результатов. Ненадолго восстановилось молчание. Хранительница сердца еле сдержала подкатывающий к горлу смешок - Элис слишком хорошо знала, о чем говорила. Ведь те жесткие тренировки, от которых периодически изнывала и Тарани, и Хай Лин, и Корнелия изначально применялись на Любови и на Джульетте. И они, несмотря на своенравие, быстро смекнули, что конечная цель этих испытаний заключается не в глумлении над подопечными, а в раскрытии их полного потенциала. А потому очень скоро и без лишнего пинка выкладывались на полную силу, чем в скором времени и заслужили симпатию и уважение наставницы. Но эти глупенькие простушки, смеющие называть себя "стражницами", были готовы искать своей лени миллион различных оправданий: начиная от особенностей характера нового лидера и заканчивая желанием оторваться на них, бедолагах, из-за дружбы с обезьянкой Вилл. - Знаешь, - неспешно начала Любовь, - С моей командой можно дизель на полном ходу остановить. Без применения сил. Настолько они тормознутые! Я, конечно, понимаю, не всем быть талантливыми и гениальными, но они даже стараться не хотят. Казалось, девушка хотела продолжить свой монолог и далее, но ее прервал внезапно раздавшийся звонок. На экране мобильного телефона высветился знакомый номер, а сверху надпись - Корнелия Хейл. Поначалу хранительницу Сердца крайне разозлил такой поворот событий. Она ненавидела, когда ее речь прерывали, сделано ли то было намеренно или случайно. Но какая-то чуйка подтолкнула не игнорировать входящий вызов и ответить. - Да?, - в достаточно резкой манере начала было Любовь. Лицо ее было заметно напряжено: губы поджаты, брови нахмурены и взгляд выдавал обжигающе ледяную отрешенность. Но чем дальше девушка внимала речам находящейся по ту сторону связи - тем более довольным становился ее вид. Казалось бы, прошло не больше пары минут, а девушка уже еле сдерживала благодушную ухмылку. - Говорите, Вилл связалась с посторонней силой?, - положив трубку, обратилась хранительница Сердца к Элис, - А не Нериссой ее случаем зовут?