We shouldn't, but why not?

— Это было горячо, Кексик, — сказала Вай, как только они закрыли за собой дверь кабинета Аурелии. — Перестань, — усмехнулась она. — Откуда ты знала, что это сработает? Кейтлин пожала плечами. —Это всегда работало. — Так ты тоже умеешь заигрывать, — Вай подошла ближе и обняла ее за плечи. — Разве ты ещё не заметила? — спросила она, отталкивая ее, намекая на то, что именно Кейтлин проявила инициативу в ту ночь, когда они встретились. — Ты права, — пожала она плечами, а через несколько мгновений добавила, —а ты ее не исправила. —Что ты имеешь в виду? —Она сказала, что мы встречаемся, а ты ее не поправила. —Это была не самая важная часть разговора, — ответила она. Конечно же, она думала об этом, но эти слова все равно не имели смысла. Аурелия, вероятно, просто сказала это, чтобы посмотреть реакцию своей бывшей на это. —То, что она сказала, было не так уж и плохо, — продолжила она, вероятно, имея в виду слова Кейтлин, на то, что люди скажут о ней, если они с Вай начнут встречаться. Кейтлин какое-то время молчала, пытаясь решить, стоит ли продолжать этот разговор. Может быть, ей стоило просто закрыть эту тему. Что ж, ей, наверное, следовало бы это сделать, но на самом деле, она хотела, чтобы Вай поняла, почему она не поддается тому, чего они обе так явно хотят. Она глубоко вздохнула, а затем заговорила, не глядя на нее. —Знаешь, что говорили о ней, когда мы встречались? Вай покачала головой. —Учитывая то, что я была в тюрьме, нет. —Ее стали называть шлюхой низшего класса, — сказала Кейтлин, показав скобки пальцами, — и другими ужасными кличками. Они говорили, что она встречается со мной, чтобы подняться по социальной лестнице, из-за денег, из-за возможностей, — она помотала головой, —они все словно забыли о том, что мы вместе росли, ходили в одну школу, что наши родители были… ну, не друзьями, но достаточно близки. Она не рассказывала мне многие вещи, которые ей говорили. Никто никогда не говорил такое при мне, но иногда она не приходила на наши свидания или появлялась в слезах. На несколько мгновений Вай потеряла дар речи. —Тогда почему она продолжала с тобой встречаться? — Потому что она любила меня, наверное? — она пожала плечами, —Не знаю, я никогда не спрашивала. Наверное, следовало бы, но уже нет смысла об этом говорить. — С кем ты могла бы начать встречаться, если бы не Аурелия? Кейтлин усмехнулась. —Ни с кем, наверное. Они... ну, такие люди, как Аурелия, привыкли к такому. Даже если я видела, как ей было плохо, она была из тех людей, которым было наплевать на то, что о ней говорят. Я рассталась с ней по многим причинам, но одной из них было то, как она плачет перед сном после светских мероприятий. После этого я решила отдохнуть от отношений, потом я стала шерифом, и у меня просто не было на это времени. —Короче говоря, ты не хочешь, чтобы мы были вместе, потому что хочешь защитить меня, и потому что у тебя нет на это времени, все правильно?, — они все еще стояли в одном из коридоров вдали ото всех, и Вай толкнула её к стене, уперев свою руку к стене рядом с лицом Кейтлин. Она была близко, очень близко, их дыхание перебивало друг друга, и в этот момент Кейтлин хотела поцеловать её больше всего в жизни. Но ей нужно было сохранить остатки самоконтроля. —Почему ты такая невыносимая? —она улыбнулась и положила свой лоб на плечо Вай. — Потому что все эти вещи, которые ты мне рассказала… — она подняла ее подбородок пальцами и заставила посмотреть себе в глаза, — я думаю, ты стоишь того, чтобы их потерпеть. — Ты не должна через все это проходить. — Мне все равно, — покачала она головой, потом чуть-чуть приподнялась и подошла ближе, чтобы поцеловать свою напарницу. Кейтлин собиралась дать ей поцеловать себя, но она мало что могла сделать, чтобы уберечь Вай. Она расстанется с ней сразу же, как увидит, что на самом деле означает быть вместе с Кейтлин. Сейчас ей просто нужно было попытаться не позволить этому полностью сломить ее, когда это неизбежное произойдет. Однако миротворец, кричащий во всю мощь: «Мадам шериф», прервал их, прежде чем они смогли нарушить и без того неустойчивый баланс между ними. —Что такое? — спросила она, отступая от Вай и быстро направляясь на голос. —Эта бомба пищит, — она указала на нее. Бомба выглядела как жестяная банка, но на ней была нарисована обезьянка неоновым синим цветом. —Тогда почему ты позвал меня, а не закричал, чтобы все убирались из здания? — она повысила голос, — Все вон, СЕЙЧАС ЖЕ! Все побежали, и всем удалось выбраться наружу к тому времени, когда бомба взорвалась, или, по крайней мере, все находились достаточно далеко, чтобы никто не получил от нее больше чем, несколько царапин. — Не могу поверить, что она действительно сделала это, — выдохнула Вай, не обращаясь к кому-то конкретно. Однако Кейтлин все же ответила. —Это была не она, — покачала она головой, — это была Аурелия. —Откуда ты знаешь? — она посмотрела на нее таким взглядом, будто была готова пожертвовать всем, чтобы поверить, что это не её сестра только что пыталась подорвать целое здание и большое количество людей. —Потому что она дала нам достаточно времени, чтобы выбраться, — сказала шериф, и наступила тишина, когда смысл ее слов стал очевидным. Однако, это действительно было так. Прошлой ночью сестра Вай пыталась убить Кейтлин, и в итоге она ранила семерых других людей, которые не имели никакого отношения к этому делу. Было бы странно, если бы она сейчас дала так много времени. Это была Аурелия, у Кейтлин не было сомнений. Аурелия не хотела их убивать, но хотела уничтожить улики. И, судя по развалинам, на которые они смотрели, у нее все получилось. —Будем надеяться, что нам удалось что-нибудь раздобыть из ее дома, — выдохнула она, — жду отчет об уликах на моем столе до конца дня, — добавила шериф, говоря громче, чтобы все услышали — мы не можем продолжить здесь расследование по понятным причинам, но всё то, что мы собрали должно помочь делу. *** Кейтлин читала папку дела в своих руках, пока они с Вай шли к особняку советника Хоскеля. Вероятно, он знал, что они придут, но они не предупредили его официально, надеясь застать его хотя бы немного неподготовленным. Они ждали, пока все отчеты будут готовы, и, что неудивительно, от них не было толку. Все, что нашли миротворцы, было то, что они уже знали: что советник Хоскель был связан с Нижним городом, что это он заставил людей оттуда делать его грязную работу и сидеть в тюрьме за него, но все реальные улики были уничтожены. Кроме того, нигде не упоминалось имя сестры Вай, ни Паудер, ни Джинкс. Все зависело от ее способности сломить советника Хоскеля, от ее способности заставить его сказать то, что уже было известно: что он хочет убрать её с дороги, потому что она неподкупна, потому что не собирается играть в его игры. Жаль, что избавиться от нее будет не так просто. Она слишком усердно работала, чтобы стать шерифом, быть тем, кем она является сейчас, быть тем человеком, которым ей нравится быть, чтобы позволить кому-то отнять это у нее, не вступая в борьбу. И она будет бороться. Она будет бороться изо всех сил за то, во что верит. Советник Хоскель просто еще не знал об этом. — Добрый вечер, советник Хоскель, — сказала она, входя в его кабинет без стука. Он сидел за своим столом и, похоже, не был занят, как будто ждал ее. — Кейтлин Кирамман, — улыбнулся он и откинулся на спинку стула, — что привело вас сюда? — Шериф Кирамман, — поправила она его, — и почему бы вам не рассказать мне о том, что привело меня сюда. — Откуда мне знать? — он пожал плечами. — Ну, для начала, сегодня утром взорвался один из ваших складов, — она села на стул перед ним, хотя он ей и не предложил этого, а Вай села рядом с ней. — Миротворцы уже были на месте, если не ошибаюсь. И вы тоже были там, не так ли? — Да, — кивнула она, — но я думала, вы будете намного больше... переживать из-за этого. — А что мне делать? — Найти виновного? Он даже не пытался притворяться, что ему не все равно, что он еще не знает, кто несет за это ответственность. Он знал, что у нее не будет никаких доказательств, если ничего не будет говорить, и Кейтлин от этого хотелось просто кричать. — А мне кажется, это ваша работа. — Очевидно, но если бы вы пытались хоть как-то помочь, я бы смогла сделать это быстрее. — Ого, что я слышу.. шериф не может справиться с преступлением. Кейтлин на мгновение потеряла дар речи и повернулась к Вай, чтобы посмотреть её на реакцию, и её напарница была в ярости. Вай выглядела так, словно хотела пробить им стену, и на мгновение Кейтлин действительно подумала, что она это сделает: ее кулаки были сжаты, глаза были готовы убить его, все ее тело выглядело как мощное оружие, готовое взорваться. Но она выглядела и устрашающе, и привлекательно одновременно. Кейтлин протянула руку и положила ее на сжатый кулак Вай. —Все нормально, — выдохнула она, и ее рука тут же расслабилась. Она снова посмотрела на советника Хоскеля. —И я скажу вам то же самое, что сказала Аурелии перед тем, как она попыталась нас всех взорвать, — у нее не получилось, но он, вероятно, приказал ей сделать это, — у вас есть выбор: вы расскажете нам все, что знаете, и почему вы пытались убить меня, или я арестую вас и устрою официальный допрос. —Арестуете меня? — усмехнулся он. — На каком основании? Кейтлин пожала плечами. —Миротворцы чуть не погибли сегодня утром после того, как один из ваших складов был взорван. Разве это не значит то, что вы несете за это ответственность? — Что же тут сказать? — он поднял бровь. — Вы делаете очень опасные предположения, мисс Кирамман. —Шериф. —Как бы то ни было, у вас нет доказательств, подтверждающих то, в чем вы меня обвиняете. —Даже тот факт, что ваша сотрудница сказала нам, что вы убьете ее, если она скажет нам, что вы хотите убрать меня с дороги, не подтверждает этого? Что вы наняли кого-то, чтобы убить меня? — Это ее слово против моего, и мы оба знаем, какое из них громче, — он сделал паузу, — и она обвинила меня в том, что, вероятно, сделала сама. Кейтлин поняла, что он собирается обвинить Аурелию во всем, и ее заставят взять на себя вину. Она была так глупа, думая, что советник Хоскель когда-нибудь в чем-нибудь признается. Глупа и наивна. — Это ваше слово против моего тоже, — она посмотрела ему в глаза, отказываясь разорвать зрительный контакт и отступить. Она, конечно, намного моложе его, намного менее опытна, но он не был воспитан Кассандрой Кирамман. —Не думаю, что это пойдет тебе на пользу, дитя, — он посмотрел прямо ей в глаза, и Кейтлин взяла руку Вай и сжала ее, немного успокоившись тем фактом, что она сжала ее в ответ. Они все равно были скрыты от его взгляда. — Это риск, на который я готова пойти, — тихо сказала она, стараясь, чтобы ее голос не дрожал. — Тогда мы снова встретимся завтра утром перед всем Советом, — он откинулся на спинку стула, — и посмотрим, чью сторону примет каждый. — Отлично, — кивнула она, затем встала вместе с Вай. — Увидимся завтра, — он насмешливо улыбнулся и помахал им, когда они уходили. Кейтлин быстро вышла из здания и остановилась только тогда, когда они были достаточно далеко, чтобы никто из работающих там не увидел и не услышал их. —Нам пиздец, — сказала она Вай, — мы не готовы появляться перед Советом, — она покачала головой, — у нас ничего нет. — Вообще-то есть, — Вай взяла обе ее руки, и только тогда Кейтлин поняла, что они трясутся, — у нас есть ожерелье Аурелии, и любой может увидеть установленные нами доказательства, они, как минимум, позволят нам обыскать его дом. — Нет, — она снова покачала головой, — у нас достаточно улик лишь для того, чтобы он повесил все на Аурелию, а потом он снова продолжит все это творить. — Этого не произойдет, — покачала головой и Вай. —И он, вероятно, собирается использовать это как оружие и против меня тоже. —Каким образом? —Ну, прошла уже неделя с тех пор, как мы начали расследование, и у нас до сих пор ничего нет. Если он свалит все на Аурелию, а я знаю, что так оно и будет, он тоже возьмет на себя ответственность за это. Он скажет, что все понял еще давно, а мы были слишком заняты обвинениями в его сторону, чтобы понять, что правда была прямо перед носом. — Но это же неправда. —На самом деле никого это не волнует, — она чувствовала, как наворачиваются слезы, — я, наверное, могла бы пересчитать людей, которых действительно волнует справедливость, по пальцам одной руки, они увидят простое решение раздражающей проблемы и воспользуются этим. — Но... — Наверное, поэтому ты и оказалась в Стиллуотере. Вай помолчала несколько мгновений, как будто только сейчас это поняла. Как будто она только сейчас поняла, что оказалась в Стиллуотере не по причине того, что, по их мнению, она сделала, или потому, что они у них было что-то против нее, а просто потому, что она была легкой мишенью, легким решением раздражающей проблемы. —Должно быть что-то, что мы можем сделать, — она посмотрела ей в глаза, почти умоляя. —Я не знаю, — вздохнула Кейтлин с поражением, — я думала, что есть, я так старалась, но… я в этом теперь не уверена. Она работает шерифом всего несколько месяцев, и уровень преступности уже был на самом низком уровне, когда-либо существовавшем. Стилуотер был почти пуст, люди действительно обращались за помощью к миротворцам, даже некоторые люди из Нижнего города начинали обращаться к ней, и все же ничего из этого, казалось, не имело значения. Всего этого было недостаточно, чтобы помешать влиятельным людям думать только о спасении себя и жертвовать тем, кем им нужно, чтобы это сделать. Может быть, все, ради чего она работала, не имело смысла, было всего лишь детской мечтой, за которую она так зацепилась. Может быть, ее родители были правы, и ей следовало выбрать карьеру, более подходящую для Кирамман, может быть хотя бы в этом она была бы хороша. —Нет, я не могу так просто отступить. Мы найдем больше улик сегодня, мы будем готовы к завтрашнему собранию, и у нас получится посадить его за решетку. Вай выглядела уверенной, глядя ей в глаза, Кейтлин тоже стала спокойнее. В тот момент, когда синее слилось с голубовато-серым, она почувствовала, что нет ничего, чего они не могли бы сделать, если делают это вместе. Она глубоко вздохнула. —Тогда нам пора идти. —С чего начнем? Кейтлин задумалась на мгновение, затем честно ответила. —Понятия не имею. Вай расхохоталась. —Прекрасно. —Единственные люди, которые могут что-то знать, это… ну, сомнительные люди. Я даже не знаю, где их можно найти. — Тогда тебе повезло, что мы напарницы, — усмехнулась Вай и нежно приобняла Кейтлин за плечи, — мы направляемся в Нижний город.