We shouldn't, but why not?

Кейтлин не могла вспомнить, когда в последний раз так нервничала. Разговор с ее матерью не помог, но она солгала бы, если бы сказала, что удивлена. Она ей просто прочитала лекцию о том, что Кейтлин стоило подождать, пока у нее не будет более весомых доказательств, прежде чем идти против кого-то столь влиятельного, как советник Хоскель, и о том, что она всегда знала, что Аурелия какая-то подозрительная. Конечно же, она знала. Кассандра Кирамман всегда знала все заранее, не то что Кейтлин, она просто никогда не говорила об этом, пока этого не случалось (как же удобно). Ее отец был более благосклонен. Он помог дочери с речью, которую она должна была произнести, и пытался придумать возможные вопросы, которые Советники могли задать ей, чтобы она была готова к ним. Но он все же тоже прочитал ей лекцию о том, насколько опасно то, что она делает, и как он не уверен, что она должна продолжать заниматься этим делом, но Кейтлин решила не сосредотачиваться на этой части их разговора. — Можешь, пожалуйста, перестать ходить туда-сюда? — спросила ее Вай. Она сидела на одной из скамей рядом с залом Совета и выглядела совершенно расслабленной, как будто это был самый обычный день. — А не могла бы ты перестать выглядеть такой… спокойной? — выпалила она в ответ, но тут же села рядом, выпрямив спину и принялась напряженно теребить перчатки своей формы, не в силах усидеть на месте. —На данный момент мы больше ничего не можем сделать, — пожала она плечами, — какой смысл так сходить с ума? —Я… Вай была права, Кейтлин должна была это признать, но это все равно ее не успокоило. Это был не первый раз, когда она появлялась перед Советом, она делала это раз в месяц, чтобы сдать отчет, а в остальные случаи ей звонили, потому что у них были просьбы, но она никогда не появлялась там, потому что ее всегда во всем обвиняли. — Мы знаем, что мы правы, — сказала она ей, положив руку на бедро и остановив ее ногу, а Кейтлин даже не замечала, что нервно постукивала ногой по земле все это время,— Они тоже это поймут. —Конечно, но признаются ли они в этом? — Кейтлин покачала головой,— правда, к сожалению, для них на самом последнем месте. — Мы их заставим. Кейтлин посмотрела ей в глаза и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, нервозность не пойдет им на пользу. —Вы можете войти, — сказал им охранник, и они обе встали и последовали за ним в зал Совета. Все взгляды были прикованы к ним, и Кейтлин всегда чувствовала себя невероятно маленькой, входя в эту комнату, но она была удивлена, заметив, что в этот раз этого не было, и была уверена, что это было связано с тем фактом, что Вай была рядом с ней. Она выпрямила спину, подбородок стал выше, шаги увереннее, и она сама тоже. Ей казалось, что она все выдержит. Ее губы раскрылись в легкой улыбке, когда она оглядела всех в комнате, затем её глаза остановились на советнике Хоскеле, который улыбался так, словно победа уже была в его руках. Она улыбнулась ему в ответ. — Доброе утро, — сказала она, нарушив негласное правило, согласно которому один из советников должен был сказать это первым. Глаза ее матери расширились от удивления, затем от ярости, но она проигнорировала это. — Шериф Кирамман, — сказала советница Медарда, — офицер, вам тоже доброе утро. — Можете начать со своей речи, вас никто не будет перебивать — ее мать искоса взглянула на советника Хоскеля, — а потом мы всё обсудим. — Спасибо, — кивнула она, а затем начала говорить. Она репетировала эту речь всю ночь, она знала ее так хорошо, что почти не думала о ней, когда говорила. Шериф рассказала советникам о том, как она и ее напарница решили сами расследовать дело об украденных грузах, поскольку было достаточно случаев, чтобы это стало частым явлением. Из-за того, что грузы принадлежали советнику, она подумала, что было бы лучше, если бы она занялась этим лично сама. Затем она рассказала им, как ей угрожали, что убьют, когда она добралась до места преступления, и как она нашла Аурелию связанной в темной комнате, и единственный след, который они нашли, это граффити-обезьянка. Она рассказала им, что, несмотря на угрозу, она продолжала расследовать дело, и что взрыв на презентации Джейса был нацелен ​​​​на то, чтобы убить ее, но преступники потерпели неудачу. Она рассказала им о том, как допрашивала Аурелию и как она сказала им, что советник Хоскель убьет ее, если она расскажет им правду, но она все равно все рассказала и сразу после этого взорвала хранилище, чтобы скрыть настоящие улики. Она рассказала им, что советник Хоскель хотел ее смерти, потому что она была неудобным шерифом, потому что она не позволяла ему делать то, что ему заблагорассудится; потому что заставляла его уважать закон. Она рассказала им все, кроме того, что знала, кем был человек, которого он нанял для выполнения этой работы. Она решила не делать этого, это не ее дело. — Это все хорошо, — сказал советник Хоскель, когда она закончила, — но вы забыли упомянуть, как у вас был шанс арестовать человека, ответственного за взрыв, которым, кстати, являюсь не я, и что у вашей напарницы было целых два шанса, и все же ни одна из вас не произвела арест, вы её даже не подстрелили. Он даже не собирался упоминать Аурелию, он просто проигнорировал эти слова на глазах у всех. Он в любом случае планировал сохранить своего отличного менеджера. —Я не буду применять крайние меры, если в этом нет необходимости, — ответила она. —Думаю, я могу говорить за всех здесь присутствующих, когда скажу, что лучше мертвый террорист, чем террорист, который все еще на свободе, — сказал он, и все кивнули в знак согласия. — У вас хотя бы есть её имя? — спросил советник Шула. — Нет, — покачала она головой. — Есть, — сказала Вай в то же время, взяв Кейтлин за руку и слегка сжав ее, когда она прошла мимо нее, — ее зовут Джинкс. — Значит, вы знаете ее имя, знаете, как она выглядит, и еще не арестовали ее. Ваши предшественники уже посадили бы ее в Стилуотер или закопали под землю, — продолжила она, и Кейтлин знала, что это только начало, что все остальные советники вмешаются и напомнят ей обо всем, с чем она не справилась. Пусть говорят, сказала она себе, пусть говорят, пока не закончат, и не позволяй тому, что они говорят, как-то повлиять на тебя. Она делала это всю свою жизнь, она могла продолжать делать это и сейчас. Ей просто нужно было дать им договорить, пока они не закончат, пока они не будут удовлетворены, пока они не решат, что сломили ее, подчинили себе, а затем ей просто нужно было уйти и продолжать делать все по справедливости. —Кейтлин не будет делать так, как они, и я думаю, что каждый из присутствующих должен быть чертовски рад, что это не так, — рявкнула Вай, сжав руки в кулаки. — Вай… — попыталась Кейтлин успокоить её, но она проигнорировала это. —Цифры говорят сами за себя. С тех пор как Кейтлин стала шерифом, уровень преступности стал самым низким за всю историю, общественное мнение о миротворцах улучшилось в разы, она следит за тем, чтобы справедливость восторжествовала, а не чьи-то интересы. Зачем Вай все это говорила? Почему Вай защищала ее? — Она сделала невероятно много добра как для Пилтовера, так и для Зауна, пока вы сидели здесь, размышляя над тем, как остановить ее или снять с позиции. Вы хотите знать, почему она не арестовала её? — возразила она, — она не сделала этого, потому что потеряла сознание, — это была ложь, Кейтлин, вероятно, могла арестовать Паудер до того, как она вырубила ее, — потому что Джинкс… с ней что-то сделали, она двигается быстрее, обычный человек на такое не способен. Это будет нелегко, но мы собираемся остановить ее. Если бы вы только позволили нам делать нашу гребаную работу вместо того, чтобы обвинять нас в... в чем? В чем именно вы ее обвиняете? —она смотрела прямо в глаза советнику Хоскелю и теперь тоже стояла прямо перед ним, в центре круга, образованного столом. На мгновение Кейтлин подумала, что Вай может схватить его за воротник рубашки и вонзить зубы ему в горло, и, судя по тому, как руки Вай почти тряслись от того, как сильно она сжимала кулаки, она, вероятно, думала об этом. — Вы обвинили меня в том, чего я не делал. —Мы ни хрена не делали. Мы пришли к вам с вопросами, основанными на вещественных доказательствах и расследованиях, и это именно то, чего требует от нас наша работа. Мы вас не арестовывали, а если бы арестовали, я думаю, эта встреча выглядела бы совсем по-другому, правда ведь? — она сделала еще один шаг к нему, теперь ее руки были на столе, костяшки пальцев побелели, Кейтлин была почти уверена, что еще чуть-чуть, и стол рассыпался бы под ее пальцами, —во всяком случае, тот факт, что вы созвали это собрание после всего лишь пары вопросов, говорит нам о том, что вы всё-таки виновны в чем-то, почему еще вы стали бы так защищаться? Кейтлин была в таком шоке, что она не могла двигаться, ее руки обмякли по бокам тела, и даже ее губы были приоткрыты от удивления. Она не могла поверить в то, что говорила Вай, не могла поверить в то, как она заступилась за нее, никто никогда не делал этого раньше. Она не могла пошевелиться, но каким-то образом сдерживала себя от того, чтобы подбежать к Вай и поцеловать ее. Ну, если быть до конца честной, поцелуй был не единственной вещью, которую она хотела сделать с ней. Она выбросила эти мысли из головы, сейчас они ей совершенно не помогут, и открыла рот, чтобы заговорить, несмотря на то, что не знала что ей сказать. Может быть, это и к лучшему, что первым заговорил советник Сало. —Стража, выпроводите ее. — Я знаю, где ваша чертова дверь, — сказала Вай, подняв руку, чтобы остановить их, и пошла прочь, но потом остановилась и обернулась, чтобы снова посмотреть на них всех,— Я надеюсь, что вы все-таки откроете свои глаза. Вы не заслуживаете работать с настолько хорошим шерифом, как Кейтлин. Это было все, что она сказала, прежде чем уйти, не оглядываясь, даже не посмотрела на Кейтлин. Кейтлин заколебалась всего на мгновение, ее глаза почти инстинктивно обратились к матери, которая смотрела на нее с неодобрением, и именно это помогло ей решиться тоже уйти, следуя за Вай. Она нашла ее прямо возле здания и пошла немного быстрее, уже думая о том, как она собирается взять лицо Вай в руки и поцеловать ее. К черту последствия, к черту всех. Вай, вероятно, видела это по ее лицу, потому что она улыбнулась и посмотрела на нее так, что Кейтлин вернулась в тот вечер на танцполе, когда они только встретились и ничего не знали друг о друге. Но только на этот раз она знала Вай, а Вай знала ее, она знала ее такой, какая она есть на самом деле, а не такой, какой она всегда притворялась, и она все еще была рядом, ждала ее, она все еще заступалась за нее перед самыми влиятельными людьми в Пилтовере. Вай смотрела на нее так, как будто видела ее настоящую, она смотрела на нее так, как никогда раньше на Кейтлин не смотрели. Это разбило ее на тысячу частей и в то же время собрало заново. Она была всего в паре шагов от Вай, когда ее прервали. Кейтлин услышала голос Джейса, зовущий ее, и ей чуть не захотелось его застрелить. —Чего? — спросила она, не в силах сдержать разочарование в голосе. — Эй, что случилось? — Ничего, — покачала она головой, как она могла ему это объяснить? —что такое? —Помнишь, о чем ты попросила меня на презентации рукавиц? — спросил он ее с широкой улыбкой на лице. — Да, и я помню, как Виктор возненавидел эту идею. —Я убедил его, — пожал он плечами, его улыбка стала шире, — они ждут тебя в твоем кабинете. —Вау, — Кейтлин тоже улыбнулась, — спасибо, Джейс! — Только не говори это снова, я уверен, ты используешь их во благо. — Конечно, — кивнула она, затем обняла его, — спасибо, — снова сказала она. — Мне пора идти, но дай мне знать, как все прошло, — сказал он ей, — увидимся, девочки. — О чем он говорил? — спросила Вай, как только Джейс ушел, указывая большим пальцем за спину в том направлении, куда он направился. — Увидишь, — улыбнулась Кейтлин, — пойдем со мной. Вай выглядела смущенной, но все же пошла за ней. — Мне нужно бояться? — спросила она, когда они вошли в участок. — Нет, — покачала головой Кейтлин, — закрой глаза, — она взволнованно улыбалась, желая увидеть реакцию Вай. — Хорошо, — тихонько усмехнулась Вай и сделала, как она сказала, а затем протянула руки, чтобы Кейтлин взяла их и провела в свой кабинет. — Хорошо, подожди здесь, — она отпустила ее руки и подошла ближе к рукавицам, — теперь можешь открыть глаза. Ее щеки почти болели от того, как сильно она улыбалась. — Что это? — Вай подняла бровь. —Хекстековые рукавицы, которые Джейс и Виктор выпустили два дня назад, ты же была там. —Кексик, мне было наплевать на эту презентацию, — усмехнулась она, — я смотрела только на тебя. Что-то в животе Кейтлин затрепетало при этих словах, но она не позволила себя отвлечь. —Они… ну, я не знаю, как это объяснить, надень их. Вай выглядела неуверенной, но все же сделала то, что сказала Кейтлин, просовывая руки в перчатки, затем поднимая их со стола и сжимая кулаки, затем снова разжимая их, и снова сжимая. —Офигеть. — Ты сказала, что предпочитаешь бить кулаками, и поскольку я не могу позволить тебе ходить вооруженной только кулаками, какой бы хорошей в этом ты ни была, это… я подумала, что это будет хорошим компромиссом. —Я могу бить людей этим? — она выглядела немного удивленной, услышав это. — Да, — усмехнулась она, — они не для этого предназначены, но они могут дробить камни, так что… в любом случае, ты в этом разберешься. —Это потрясающе, — она отвела взгляд от них, чтобы посмотреть на Кейтлин, — спасибо. —Я подумала о тебе сразу же, как только увидела их, — сказала она ей, — я должна была попросить их. —Но мы же почти не разговаривали тогда. — Ты все еще была моей напарницей. Вай одним большим шагом преодолела расстояние между ними, и Кейтлин перестала дышать, а затем она положила руки на ее талию, из-за рукавиц она казалась невероятно крошечной, Кейтлин и сама чувствовала себя невероятно крошечной, несмотря на то, что она выше. Вай легко подняла ее, как будто она ничего не весила, и посадила на стол так, чтобы их глаза были на одном уровне, затем слегка наклонила голову, и ее губы нависли над губами Кейтлин. —Скажи мне поцеловать тебя, — выдохнула она. Ей не пришлось повторять дважды. —Поцелуй меня. Вай поцеловала ее, или, может быть, это сделала Кейтлин, но в любом случае их губы соприкоснулись, и Кейтлин ни о чем не думала в тот момент. Это был поцелуй, просто поцелуй, но он значил гораздо больше. Губы Вай приоткрылись под губами Кейтлин, позволив ее языку проникнуть в рот, и Кейтлин знала, что ей придется сказать все словами, но сейчас она попыталась сказать Вай все, что она хотела сказать ей, этим поцелуем. Пока они целовалсь, Кейтлин обняла Вай за шею, пальцы играли с ее короткими волосами, и Кейтлин была рада, что она сидит на столе, потому что она не была уверена, что ее ноги выдержали бы такое. Даже когда они переставали целоваться на пару мгновений, чтобы отдышаться, их лбы соприкасались, ни одна из них не хотела отдаляться друг от друга хоть на сантиметр дальше. — Мм, — кивнула Вай, — именно этого я и ждала. Кейтлин тихонько усмехнулась, затем наклонилась для еще одного поцелуя, но кто-то постучал в дверь, прервав их. —Шериф Кирамман, вы должны кое-что увидеть.