verbrechen, bestrafung

Машина осветила стоящую у дома высокую фигуру, что держала руки в карманах длинного, тёплого пальто. На улице заметно опустился градус за эти полчаса, до легкой дрожи в плечах, до мурашек, что проходили по ним же. Возможно, мурашки не только из-за холода, но и из-за эмоций, что плотно охватывали со всех возможных сторон. Не знал тот, с чего такое беспокойство за левого пацана, найден который был за тёмным углом, но оно было сильное и словно необыденное какое-то… Очень хотелось надеяться, что этот парень, которого с таким нетерпением ждали, не успел замерзнуть и в машине есть отопление, иначе придется еще и греть… Как только был сделан первый шаг, так водитель вышел, внезапно открыв дверь. Показались его длинные, собранные в хвост волосы, поблескивающие на свету лампы под крышей. Он напоследок глянул на пассажира и подошел быстрым ходом к замершему Тиллю. Он глянул на него, а после указал на машину, поднося к губам неясно откуда появившуюся сигарету и мимолетно затягиваясь. — Он же вроде учится до сих пор, — намек был явно на возраст, — ты где его подобрал? — Этот вопрос был чуть ли не в лоб, глаза в глаза, пока дым медленным, угловатым узорчиком выходил из полуоткрытых губ. Да еще и сказан таким тоном, словно подозревает о чем-то нехорошем. Либо его заинтересовала эта рана на лбу, либо само состояние Рихарда. А, возможно, все вместе. Урод, что его только красивый длинный нос все время пытается влезть в какие-то левые дела? — Я проходил мимо, услышал очень неприятный говор. Решил проверить и подобрал. Рихард почувствовал то, что машина остановилась. Двигатель заглушен, услышал только лишь закрывающуюся дверь. Он уже пришел в себя, но решил не подавать виду и прикидываться дальше. Это единственное что он может сделать в этой ситуации. Он напуган, ему казалось — это конец, но может быть всё не так страшно. Рихард через стекло внимательно наблюдал за мужчинами, пытаясь понять, о чем идёт речь. Он дернул за ручку, дабы убежать куда подальше от этого ада, но, к сожалению, машина оказалась закрытой. Круспе наблюдал ровно до того момента, как высокая темная фигура сдвинулась с места. Он сразу же прилег в максимально правдивую позу для сна, дожидаясь «окончания». Линдеманн пожал плечами, стараясь сохранять хоть какую-то приветливость в мимике, говоре и движениях. Но при этом не кинул на собеседника даже мимолетного взгляда, все это время смотря на стекла машины и стараясь рассмотреть на задних сиденьях того, о ком велся диалог. Почему, черт возьми, этот Рихард так заинтересовал? Долгое отсутствие какой-либо близости играет злую шутку, или это совесть под ребрами скребется, как ошалевшая во время мартовских дней кошка. — Хорошо и что ты собираешься сейчас с ним сделать? — Снова этот по-дьявольски не доверительный тон, застывший в голове как столб ебаный, прямо посреди всей благоприятной картины. Чего водила прилип, словно жвачка, вообще не ясно… — Привести в порядок, узнать адрес и отправить после его к себе домой. — Хмыкнул Тилль. Он толкнул плечом собеседника, словно невзначай и просто по случайности, но на деле хотел уже просто заткнуть того и сделать свое дело. Конечно, водителю еще придется некоторое время ждать, пока Рихард вернется и это вообще чудо, что данный человек решился взяться за такси в такое время суток. Но, однако, излишнее внимание напрягает своей настороженностью к таким глупым деталям. Они даже толком не знакомы, откуда ему знать о настоящих приятелях Тилля? — Вести опять его буду я? — Тот вновь затянулся, выдыхая теперь резко и почти без раздумий. — А тебя что-то не устраивает? — Тилль в очередной раз хмыкнул, наконец подойдя к машине, и открывая дверь. Свет почти не попадал внутрь салона и приходилось щуриться, дабы к темноте привыкнуть. Приблизившись, проверил реакцию и только после этого решился взять аккуратным движением лицо того к себе в пальцы, тем самым повернув расслабленную шею. Рихард, либо уснул, либо отрубился, в силу своего состояния. Был действительно донельзя расслаблен и уязвим… Что печально. Мало ли что некоторые удумать могли. Тилль фыркнул, убирая ненужные сейчас мысли в сторону и скользнул глазами по линии волос. И да, он действительно опять вырубился, видимо из-за переживания. Но чувствовал каждый звук, каждое касание Тилля. Несмотря на погоду его руки теплые, он был аккуратен, словно с какой-то дорогой вещью. Кровь на лбу в некоторых местах уже свернулась, а где-то продолжала слегка поблескивать, прокатываясь мелкими каплями дальше, к бровям. Он ощутил, как тот убрал свисавшие локоны, проведя ладонью по лбу. Тилль получше рассмотрел ранение оценивая свои способности. Круспе ещё и слышал моментами монолог, все было так отрывисто, от недовольства он нахмурил брови: — Я хочу привести его в должное состояние, немного поколдовать, дабы тот ничего не вспомнил. — Дернул бровью Тилль. — Узнать некоторую информацию… К примеру, адрес или тех, с кем он связался. Наверное, у него есть знакомые, которым он плакался насчёт тех отморозков. — Пока Линдеманн болтал, раскрывая свои карты воздуху, ведь водиле было уже, честно говоря, плевать до высокой колокольни — он спокойно расхаживал в некотором расстоянии от машины, смотря в телефон и продолжая курить, Тилль стал пытаться как можно аккуратнее вынуть Рихарда авто. Мальчонок прижался к мужчине, не желая отпускать, ведь было так тепло. Тепло физически, или просто на душе… Иногда из уст Рихарда, доносились фразы, скорее всего связаны с избиением и этой всей ситуацией. Он ведь ещё так молод, но уже имеет «хорошие» проблемы на своём счету. Казалось бы, глупо выбивать огромную сумму денег у обычного студента, а может и не такого уж обычного? Он спокойно уместился на руках и не был даже толком тяжел. Шаги не давались с трудом, Линдеманн спокойно шел в сторону дверей, кинув напоследок водителю об ожидании на месте. Открыв плечом дверь, моргнул, из-за резкого прилива яркого света, и продолжил свой путь до ванны, где было все нужное для того, чтобы «нахимичить». В голове был четкий план и главное, чтобы Круспе внезапно не разомкнул глаза, иначе ситуация мигом выйдет из-под контроля. Так, движение было все более плавным, менее извилистым и размашистым, пока Тилль старался пройти до ванной. Ее дверь тоже пришлось открыть плечом. — Тише. — Он шепнул, держа его под затылком и боком, дабы удержать в равновесии. Круспе все время покачивался на стуле, приходилось быть еще более аккуратным. — Сиди. — Тело наконец облокотилось на спинку, расслабляясь. Спокойный выдох и вот хозяин дома встал с колена, поворачиваясь. Спустя некоторое время, кровь была уже смыта, рана, конечно, не скрыта до конца, но имела менее настораживающий вид. Осталась лишь одна часть всего этого дела. В руках Тилля был обычный, медицинский шприц, наполненный прозрачной жидкостью. Несколько пузырьков вышли наружу, стекая после по иголке вниз. Положив его на пол, вновь встал на колено, снимая куртку с Рихарда. Отогнув рукав толстовки, открыл себе зону, в которую и хотел колоть. Взял иглу, проверил напоследок, насколько крепко засел он в небытие, и быстро проник внутрь, вливая содержимое. Реакция препарата должна быть быстрой… И Рихард слышал каждое действие Тилля: как тот смывает кровь с его раны, а позже обрабатывает её, то, как он открывал медицинский шприц, а позже перекладывал Рихарда на пол. Пол теплый, с подогревом, как раз то, что нужно. От введённого шприца в кожу, Круспе слегка прошипел сквозь сон, хмуря брови, позже недовольно фыркая. Открыть себе внутренности чужого телефона далось с большим трудом. Если в медицине Тилль хоть какие-то знания имел, то вот подобрать пароль дело не простое. Он знал одну фишку, что могла сбросить некоторые настройки, но это будет слишком подозрительно. Но сейчас думать о чём-то другом так же опасно, как и надеяться на долгое действие введенного препарата. Да и как оказалось, ничего нужного внутри и не было. Ни переписок, ни фото, никакой нужной информации или хотя бы той, что могла немного подтолкнуть. Линдеманн остался ни с чем, а ему очень хотелось узнать личности этих придурков. Придется отложить телефонный звонок и оставить Рихарда на эту ночь. Неясно даже что именно пожирало грудную клетку: желание мести, любопытство, возможная совесть, о которой говорилось ранее, или элементарный интерес человеком. Смешок показался неожиданностью, ведь Тилль просто с нихуя отправил того к себе домой просто потому что. — Алле. — Тон был вновь направлен в нужное, более спокойное русло, как гудки прекратились. — Я тебе переведу, можешь ехать. Звонок прекратился, оставшись без должного ответа. Тилль, вздохнув, еще раз глянул на Рихарда и решил окончательно заняться им, хотя бы освежив, прежде чем положить спать… Рихард уже действительно лежал в теплой большой кровати, под одеялом, спокойно спал, казалось, ничто не может потревожить его сон. На улице давно как стемнело, за окном показывались лишь фонари, аккуратно заглядывающие в комнату. Он сопит как маленький ребёнок, иногда улыбается, ему снится что-то хорошее. Он взял вторую подушку и обнял её, сначала потерся щечкой, видимо, кто-то должен быть на её месте. Одна нога и головушка, виднелись из-под одеяла. Рихард словно в раю, по крайней мере, пока не проснётся. Хозяин же квартиры скрашивал свои часы за чашкой чая. Он был тёплый и слегка отдавал паром. Недавно приготовленный, приятно отдавался теплом в районе груди и становилось ещё более блаженно, и даже уютно. Давно не приходилось чувствовать хорошую атмосферу в собственном доме, ведь обычно даже кухня кажется такой необычайно холодной и тусклой, что невольно мысли катятся и вовсе не в ту колею, которую хотелось бы. Вот буквально несколько минут назад подобные чувства, словно лёгких порханий бабочки, было вызвано, когда Рихарда удалось окунуть в ванной. Так же Тилль смог осмотреть и синяки, что, судя по насыщенности, как раз были недавними. Стало так странно на душе от такой жестокости… Она казалась в какой-то степени родной, наоборот, она иная. Как вода — скользящая, утопающая и удушливая. К ней любви не было, ведь та проходит быстро и резко, убивая исподтишка, а не томно, повязывая верёвку на шее медленно, только со временем делая её более тугой. Скольких врагов Линдеманн смог довести до такого состояния, когда они уже молили о смерти, а здесь… Словно мелкий ангелочек, свалившийся на землю по глупой нелепости, а сейчас, лёжа в воде, был еще более прекрасен… Ведь кожа обнажена и показана на всеобщее обозрение зелёных глаз: бледная и тонкая, что проявляла нити вен на ключицах и плечах. Ещё один глоток был сделан спустя довольно продолжительное время после первого и чай успел немного остыть. Да и сон уже витал где-то рядом, подталкивая с трапезой закончить. Глянув в окно и увидев все ту же картину, Тилль дернул бровью. Надо бы проверить неожиданного гостя, а то вдруг умудрился уже удрать. Нет, Линдеманн толком не расстроится, ведь номер все ещё был в кармане аккуратно сложенной куртки, а значит связь будет не до конца потерянной, если Рихард не примет за конченного идиота. Новый смешок и вот, спустя некоторое время, чашка была уже пуста, а Тилль направился в сторону спальни. После проверки мальчишки, Линдеманн со спокойной душой спал, вытянувшись на диване во весь рост. Спать ему оставалось толком не долго, но упустить такой возможности, как хорошенько и крепко вздремнуть, он никогда не упускал. Рядом с ним стоял стеклянный столик с такой же пепельницей. Она была едва ли полна… Только даже благодаря этим моментом можно было показать, что Тилль личность крайне аккуратная. Но вот на кроватях, а тем более диванах, когда на ней был проведён сон, всегда творился бардак. И даже с появлением гостя нихуя не изменилось: подушка и вовсе стала валяться на полу, когда долгожданное утро наступило, а одеяло оказалось скомканным и осталось валяться в ногах. Позаботиться об этом хозяин берлоги не скоро, ведь, уже в такие часы, он стоял у плиты. Знания в готовке не сказать, что малы, но вот толком хорошей практики не было, а тем более, когда практика на время. Стрелки стукнули, уже показывали восемь утра. Тилль, подняв голову и увидев это, выключил плитку, проведя по той двумя пальцами, а после, поправив тёмную футболку, направился в спальню. На улице уже светлеет, но до сих пор тихо, нет городской суеты, только лишь, пение птиц. Рихард понемногу начал просыпаться: он потянулся и зевнул, позже открыл глаза, офигевая от происходящего. Круспе осмотрелся, и понял, что он далеко не в своей кровати, и находится не у себя дома. Он приподнялся, дабы лучше осмотреться, но вчерашняя ситуация дала о себе знать: ужасная головная боль и Рихард опять упал на кровать. Единственный вопрос, который его интересовал в тот момент, так это его местонахождения. На тюрьму это не похоже или на другую комнату «издевательств», место вроде безопасное. Но стоило ему только заметить стоящую в дверях фигуру и испугался, хватаясь с места. Линдеманн на это лишь невольно рассмеялся, глядя на того, и опустил голову, стараясь успокоиться. Обычно, здесь надо показать, что ничего такого страшного в ближайшем округе нет, но ничего, кроме как засмеяться, больше тот сделать не смог. Продолжительно выдохнув, он закрыл дверь и, упершись на нее, сложил руки за спину. — Доброе утро, Рихард. — Мягко улыбнулся Линдеманн, склонив голову на бок. — Одежда твоя в шкафу, в нижнем ящике. Наверное, у тебя множество вопросов, но я хочу сказать самое главное: вреда тебе не причиню, могу довести до колледжа, завтрак уже готов. — Он ещё раз глянул на того и вновь щёлкнул ручкой. — Если хочешь уйти, ключи — вот тут. — Указал на тумбу, что стояла прямо рядом с дверным проемом. Разглядев уже очень знакомую фигуру в двери, щеки Рихарда сразу же покрылись румянцем. Ему так неловко от этой ситуации, хотел бы он сквозь землю провалиться. Это показалось взору Тилля чем-то крайне неожиданным и даже сердце в груди стукнуло неистово сильно, по сравнению с обычным, привычным биением. С самого начала тот казался крайне привлекательным, а отрицать это даже в голову не приходило, но сейчас, приняв это чуть ли не в лоб, стало от данного чувства слегка не по себе. Тилль повёл плечом, отгоняя эти ощущения и стараясь держать отстраненность. Подпускать людей ближе, чем на деловые встречи, не очень хотелось… Но это же совершенно иной случай? Тем временем, Круспе поднялся, спрятал ноги под одеяло, поджимая их под себя. Слегка зажмурился от головной боли, позже переводя взгляд на Тилля. — Доброе утро… — Он потер глаза и потянулся к ящику с вещами. — Я происходящее помню урывками, и до того момента, как вы меня забрали из машины. Можете мне рассказать подробней? — Голос его немного дрожал. — Да, конечно. — Снова улыбнулся Тилль на вопрос гостя. Нет, так легко сдавать позиции тупо из-за своих рамок и принципов тот не собирался, и теперь старания больше уходили в расположение гостя к себе. — У вас, наверное, тоже много вопросов ко мне… — Рихард надел на себя штаны, а позже толстовку, положил в карман телефон. — Да, у меня тоже есть несколько вопросов. — Пока Круспе постепенно одевался, Линдеманн пытался построить внятное предложение прежде всего в голове, иначе получатся просто несвязанные друг с другом слова, ведь он все ещё находится в нервном состоянии, не зная, куда и двинуться. Эта ситуация действительно была до истерического смеха абсурдной и нелепой. — Надеюсь, я не покажусь навязчивым, если выберу завтрак. — Тот поднялся с кровати, и пошел в сторону дверного проёма. Тилль лишь кивнул ему. — Спасибо большое… — Он подошел к мужчине, и обнял нежно в качестве благодарности. Вновь по телу Тилля пронесся целый табун мурашек: особенно по спине, меж лопаток, расплываясь после в районе талии. Не было дано в последнее несколько лет просто с кем-то обняться не ради своей же выгоды, а здесь… Он целиком и полностью ощущал, возможно, искренность? Это сводило с катушек. Рихард вошел на кухню, она была не совсем большой, но и не маленькой. Он осмотрелся и потопал к столу, сел, перед ним показался завтрак. На тарелке, яичница вместе с поджаренным беконом, немного овощей и зелени, кусочек сливочного масла, и ломтик подсушенного в тостере хлеба, а ещё чай. Он редко так плотно завтракал, у него обычно, хлеб с маслом и всё. Тилль присел за стол после того, как сел Рихард и подождал несколько секунд, прежде чем начать что-то говорить. Круспе посмотрел на сидящего возле мужчину, пожелал ему приятного аппетита, волновало его то, что он даже его имени не знает. Недолго думая, приступил к трапезе. — А ещё, простите за предоставленные неудобства, я не хотел, чтобы всё так получилось. — Ничего страшного. — Мягко ответил Тилль. Рассказ придётся немного приврать, чтобы не было сильных подозрений к собственной личности. Это могло выйти боком в будущем, если наладить отношения с Рихардом получится. «Зачем?» — мог бы подумать Линдеманн, но ответ на этот вопрос сразу же пришёл, как снова он глянул на него, а в памяти пронеслись эти объятия, что не были ему присуще продолжительное время… Напротив сидящий мог стать хорошим другом, как бы странно в данный момент эта фраза не звучала. — Ответ на твой вопрос довольно краток: я услышал гневные возгласы, решил проверить в чем заключалось недовольство и нашёл тебя. Мирно с теми разобрался, показав, что позвонить полиции мне ничего не стоит и они ушли. Я не успел спросить у тебя адрес, как ты отключился и потому отвез к себе. Не на улице же бросать. — Он сделал глоток из кружки и снова устремил взгляд на Рихарда, наблюдая за переменой эмоций на его лице. Что же так сильно притягивало — черт пойми, но данное чувство казалось любопытным. Но Круспе отвлек от прослушивания телефонный звонок. Он достал телефон из кармана толстовки, и посмотрел в экран. — Неизвестный, хм… — Рихард задумался на несколько секунд, но решил не брать трубку. Мгновение, и на телефон пришло смс, Рихард просто нервно сглотнул, глядя в экран телефона… Тилль даже сперва всей ситуации не понял. Его собственный телефон лежал спокойно в кармане, а значит, что звякнули Рихарду. Тактичность часто заставляла унять себя, например когда возникало желание глянуть в чужой телефон, но сейчас она ушла куда-то в небытие, отдавая целиком и полностью любопытству. То, как Круспе смотрел в экран настораживало: не дано было разглядеть в глазах того истинных эмоций и понять, что ему такого написали, но мысль пришла сразу. Главное подвести ее плавно, чтобы она не показалось Рихарду невпопад.  — Какую ты сумму должен тем людям, что тебя зажали? — Ткнув вилкой в яичницу, Тилль усмехнулся. — Не думаю, что они из-за несколько евро тебе лицо разукрасили И Рихард уронил вилку на пол, прочитав содержимое сообщения. «То, что ты не взял трубку, Рихард, тебе не поможет. В следующий раз, не будет мимо проходящего «спасителя». Мы знаем о тебе практически всё. У тебя есть время вернуть нужную сумму, до завтра. Не будет денег, расплатишься по-другому» Руки сразу же затряслись, хотел бы, он ответить, что всё в норме, но эмоции вырвались наружу. Рихард до смерти боялся этих людей. Он совсем один, а их целая шайка. Сильно пожалел Рихард, о том когда-то что связался с ними. Угрозы поступали постоянно, самые разные, Круспе уже явно устал от такого давления. — А? Сумму.? — Рихард говорил дрожащим голосом, пытаясь не заплакать перед Тиллем. — Это совсем не важно сейчас… — Мгновение и слезы потекли по щекам, он опустил голову вниз, пытаясь скрыть эмоции. Напряжение выросло мгновенно, чуть ли не рывком, даря этой комнате немыслимый накал. Оба почувствовали его. Сказать, что у Тилля груди сейчас бурлил адский огонь — сказать ничего. Да, этот дьяволенок разбудил так долго спящие чувства, заставил их всплыть на поверхность, а ведь те раньше приносили удовольствие, но ничего, кроме как продолжать скрывать их и держать маску некого равнодушия, тот больше делать не мог. Проявлять эмпатию слишком рисково, но Линдеманн уже сделал невольный шаг и даже ни один, что тогда тормозить? Да, Рихард — левая личность, с которой знакомство и вовсе произошло слишком несуразно и резко, так почему злоба резко скакнула к горлу, как слезы по щекам у того потекли? Потому что не был обычен Круспе. «Надо было все же глотку этим пидорам перерезать, а не кидать обычные предупреждения. Придурки… Ещё узнают, что связались явно не с тем человеком, пожалеют» — рассуждал тот. Глянув на напротив сидящего, Тилль прикрыл глаза и вздохнул. Сердце не унималось, стучало в груди резко и быстро, чуть ли не больно, и унять можно было одним действием. Подождав некоторое время, он медленно протянул руку к телефону и плавно взял из иных в свои, стараясь делать это не резко и не дать повод дернуться Круспе лишний раз. Дрожащие кисти ещё больше эмоции кипятили, причём обоим, о черт, как же это было жгуче. Опустив взгляд, глянул на экран и быстро прочёл, еле сдерживаясь, чтобы не сжать кулак до побеления костяшек. Нет, так это оставлять нельзя было. Тилль поднялся из-за стола. Рихард приподнял голову, смотря на того. Линдеманн положил телефон и подошёл к тому, сжимая его руку в своей. Тепло мгновенно передалось, касание отдалось электрическим разрядом по мышцам, а в груди новая волна смешанных чувств в виде страха, гнева и, наверное, сочувствия? Как же это все непривычно, словно выход из зоны некого комфорта, да взять и оставить все так, как есть, он не мог. Не настолько был черств, чтобы оставить Рихарда без хоть какой-нибудь поддержки. Рихард же казался, был не против, потому что ощущал успокоение. И его потянули на себя, помогая встать и хозяин квартиры поравнялся с ним, опуская голову и рассматривая сырое личико. Сердце сжалось из-за касания собственной ладони к скулам. Он медленно убрал с одной соленую воду, вновь отмечая, как же тот был красив, даже несмотря на слезы. А после, повернув другой стороной, убрал и с неё, проведя ещё большим пальцем прямо под с глазом, чтобы вытереть выпавшую слезу. — Я хочу тебе помочь, Рихард. — Шепнул тот, обнимая его, прижимая к себе и кладя ладонь на взъерошенный затылок. Тот, несмотря на дикую слабость и дрожь в коленях, без каких-либо колебаний обнял в ответ. Тактильный контакт сейчас казался необходимым. — Либо ты говоришь мне сумму, либо мы вместе связываемся с полицией. Вряд ли твоя душонка заслуживает всего этого. — Тилль старался говорить это твёрдо и убедительно, чтобы показать настрой. А он был серьёзен. — И да… Меня зовут Тилль. Линдеманн поднял его лицо за подбородок, слегка отстранившись. Посмотрел новому гостю снова в глаза и эта привычка, увидеть в них все самое сокровенное, иногда бесила самого обладателя. Но никогда не было суждено увидеть настолько глубокий голубой оттенок, поблескивающий не только из-за слез. Юн Рихард, но полон проблем себе на голову, что огорчало, однако, благодаря им сейчас удавалось в руках держать иное тело, путаться в ощущениях и разбивать собственные принципы, страхи и опасения. Мозг привлекли не сами черты Рихарда, а то, как удачно подвела судьба с бокалом красного вина в руках, пятно которого расположилось прямо под сердцем. Это был единый случай, который мог довести до бешенства, но необычайное спокойствие приглушило… — У них связи в полиции, думаю это будет бессмысленно… — Рихард запереживал ещё больше, это слышалось в его голосе. — Я должен им пятнадцать тысяч евро… Но я ведь сам виноват, я не хочу, чтобы у вас были проблемы из-за меня. — Рихард опустил мокрые глаза, закрывая их. Вопрос насчет полиции… Это действительно заставило задуматься, просмотреть некоторые моменты из жизни вновь. Раз и у них есть какие-то люди из участка, то игра становится ещё более жаркой и интересной, ведь так вскрыть глотки им будет труднее, чем предполагалось. Да, именно этот факт первым пришел на ум. Раз Рихард кровавым пятном был подослан, то и те уроды станут кровавым пятном на асфальте. Нет, Тилль не считал святым ни самого Рихарда, ни этих зачинщиков такого дерьмового состояния у того на данный момент. Его будоражил сам факт, что может отомстить, дабы устранить одну проблему от другой. Вторая же была более безобидной, на первый взгляд, и пугливой. — Мы выкрутимся. — Улыбнулся Тилль. А Рихард уже и позабыл, что познакомился с этим человеком буквально пару часов назад. Его настолько хорошо приняли… Не оставили там на улице, совсем одного. Ему казалось, что это знакомый человек, совсем близкий. Скорее всего, нехватка теплых отношений с людьми давала о себе знать. Ситуация не из лучших, но сейчас Рихард чувствовал себя в безопасности. — Ты точно не доставишь мне проблем, не волнуйся. Думаю, я смогу тебе помочь, и они отстанут. — Проведя ладонью по затылку и ощутив мягкость волос, он, зарывшись пальцами в тёмные локоны, улыбнулся ещё шире. — А сейчас, прошу тебя, успокойся. Эти люди не стоят того, чтобы пускать слезы ради них. Пойди, умойся. Ванна по коридору и поворот налево. — Он похлопал по плечу и слегка подтолкнул в сторону, намекая пойти. А сам же приблизился к столу. Рихард пропустил мимо ушей все остальные слова Тилля, он просто смотрел на него, рассматривал. Тилль выглядел слегка уставшим, но все равно, сам по себе был симпатичен. Волосы лохматые, темные. Его зеленые глаза, такие холодные. Брови прямые и густые, низко посажены. Лицо немного продолговатое, с явно выраженной линией челюсти, небольшая щетина. Губы не очень выраженного цвета, в какой-то мере сухие, красивой формы, слегка приспущены уголками вниз, это и добавляло серьезности образу Тилля. Он достаточно высокого роста и в хорошей физической форме, подкаченный, это было видно даже через футболку. — А, да… Рихард всё-таки услышал Тилля, и пошёл в ванную по указанному маршруту. По пути рассматривая интерьер дома. Рихард вошёл в ванную комнату, она была в светлых тонах. Он направился к умывальнику, над которым висело зеркало. Круспе сначала хорошо умылся теплой водой, потом вытер лицо белым полотенцем, поднял голову и посмотрел на себя. Он дотронулся к ране на лбу, позже к синяку на скулах, и тихо прошипел от боли. Рихард приподнял кофту и посмотрел на свой торс, как не странно, там тоже были синяки. Он просто молча вздохнул, и направился на выход из комнаты. Линдеманн за несколько минут успел перенести несколько данных к себе, пока Круспе коротал время в ванной. Ему нужна информация о этих придурках и была надежда на постоянные телефоны у них, иначе на вестях об одноразовом далеко уехать не получится. А вот из-за мысли «ехать» резко торкнуло в голову, что Рихард учится. Его надо было бы отвести: ближайший колледж находился в нескольких километрах, а автобусы уже, наверное, проехали мимо. Да и рядом с частными домами в этом районе редко когда и ездят, в принципе. Черт, главное не паниковать. Линдеманн совершил все нужные махинации и положил вещь на место, сам же сев за стол. Ему надо было позавтракать, иначе весь остальной день будут преследовать ощущения насчет сводящего глотку схватывания. — Рихард, — встретив его взглядом, произнес Линдеманн, тыкая вилкой в яичницу. — Предлагаю тебе забыть на ближайшее время о недугах. У тебя же учеба? — Дернул бровью тот. — Сосредоточься на ней. Я могу тебя подвести до места.