Найджел.
5 февраля 2022 г., 01:24
От старых привычек трудно избавиться.
Найджел бросает взгляд на часы. Он пришел на семь минут раньше. Как и время, Миранда Пристли никого не ждет. Все остальные ждут ее.
Он вернулся в Штаты по делам; когда Миранда узнала об этом, она связалась с ним о встрече, чтобы наверстать упущенное, как в старые добрые времена. Это было единственное время, которое он мог уделить ей. Он не видел ее с тех пор, как покинул «Подиум».
Почему Миранда выбрала японский ресторан, выше его понимания. Сейчас он живет и работает в Японии большую часть года-похоже, японская кухня больше не является для него новинкой или редкостью. Шеф-повар суетится за стойкой. Маленькая официантка-азиатка подходит к нему и спрашивает, не хочет ли он еще саке, и Найджел скромно отказывается. Еще рано, и ему нужно совсем немного, чтобы расслабиться. Нехорошо быть пьяным перед Мирандой.
Найджел узнает звук ее походки еще до того, как видит ее. Она вальсирует с опозданием на пять минут, и несколько человек в этом тихом ресторане мгновенно тянутся к ней. Она всегда знает, как войти.
Найджел встает, берет ее руки в свои и легонько целует в обе щеки. Она, как всегда, сногсшибательна, и он говорит ей об этом.
«А ты совсем не изменился, Найджел». Она очаровательно улыбается ему и садится. «Рыба-меч здесь абсолютно божественна-ты должен попробовать ее».
Найджел подзывает официантку и просит несколько порций сашими, включая в заказ (а что еще остаётся?) — сырую рыбу-меч. Миранда заказывает ежедневное блюдо и сливовое вино. Они болтают, ожидая, когда принесут еду.
«Итак, я слышала, что тебя недавно повысили», — улыбается Миранда. «Поздравляю».
Найджел наклоняет голову. «Спасибо».
«Тебе нравится работать на Кадзу? Надеюсь, все идет хорошо?»
«Очень хорошо. Мы только что открыли новые сети по всей Восточной и Юго-Восточной Азии. Наше присутствие в Европе еще не совсем сформировалось, но мы работаем над этим».
«Конечно, конечно». Миранда кивает. Она, конечно, уже все это знает. «Я очень, очень рада, что у тебя все получается».
«Ну, это благодаря тебе мне представилась такая возможность, так что я обязан сказать «спасибо».
«О, чепуха. Это полностью твоя заслуга».
Миранда ведет себя тепло, мило, приятно-и это заставляет его чувствовать себя неловко. В мгновение ока он понимает, что не привык к вежливости Миранды. Он больше не посвящен в ту сторону Миранды, к которой привык, — ту сторону, которую она раскрывает тем, кто находится под ней, или тем, чье мнение не имеет значения. Лицо, которое сейчас перед ним, — это то, которое она приберегает для посторонних. Эта мысль причиняет боль. Он думал, что знает ее как свои пять пальцев, а теперь не может сказать, о чем она думает.
Если бы не Миранда, он, возможно, сейчас работал бы на Джеймса Холта. А может, и нет-Джеймс, вероятно, в конце концов предал бы его, рука об руку с кем-нибудь другим. То, что сделала Миранда, причинило ему боль, но он уже давно решил для себя, что относится к ней с таким уважением, что не будет относиться к ней иначе, чем в прошлом, что бы она с ним ни делала. Он не может сказать, что его нынешняя ситуация совершенно нежелательна, так что, возможно, все сложилось к лучшему.
«Я там, где я есть сегодня, благодаря тебе, Миранда». Он говорит это с предельной искренностью.
«О, не будь таким скромным». Миранда машет рукой. «Итак, ты сейчас в Токио, столице моды востока! Расскажи мне все об этом. Ты, должно быть, наслаждаешься каждой минутой, проведённой там. "
«Да, так и есть. Еда замечательная, город никогда не спит, а ночная жизнь удивительна».
«Вполне», — соглашается Миранда. «В последний раз, когда у меня была возможность посетить Токио, я случайно проезжала через Синдзюку Ни-чоме — очень интригующее место. Ты, должно быть, хорошо знаком с ним.»
«Второй квартал Синдзюку?» Она что, издевается над ним? Конечно, такой выстрел ниже пояса был ниже ее достоинства.
«Ну знаешь, район, где дети разгуливают в самых возмутительных костюмах. Некоторые могут назвать их чувство стиля отвратительным, но я бы назвала его довольно смелым. К тому же это отличный торговый район.»
«Ты, должно быть, имеешь в виду Харадзюку», — уточняет Найджел.
Миранда пожимает плечами. «Наверное».
Ни один человек на этой земле ни за что не спутал бы модный район Токио с его всемирно известным гей-районом в Синдзюку, если бы он там действительно был, но Найджел решает поверить, что даже Миранда может совершить невинную оговорку. «Это самое экзотическое место, наполненное… о, кого мы пытаемся обмануть. Харадзюку и потребление сырой рыбы являются живым доказательством того, что японцы безумны».
Миранда хихикает. «У них традиционно очень преданная трудовая этика, не так ли? Это должно означать долгий предстоящий срок службы для тебя».
«Не дольше, чем в «Подиуме», — заявляет Найджел. — Хотя на самом деле у меня есть время вне работы, чтобы наслаждаться сейчас».
«Наслаждаться чем?»
«Жизнью, я полагаю». В голосе Найджела нет и следа горечи. В конце концов, он выбрал такой образ жизни. «И отношениями».
«Как мило», — восклицает Миранда. «Да, пора бы уже. Где вы с ней познакомились?»
Найджел кривит губы. «На самом деле, я встретил, ах, его, в Синдзюку Ни-чоме».
«Ах… Понятно». Он может сказать, что она, должно быть, ожидала такого ответа, и все же она все еще не может скрыть, что слегка ошарашена, что Найджел находит немного забавным. «Ну, ты должен рассказать мне о нем все. Откуда он родом? Он японец? На каком языке вы говорите друг с другом?»
«Он японец, но свободно говорит по-английски. Он провел довольно много времени в Европе.» Найджел чувствует теплую яму счастья в животе, когда говорит о нем.
«Как давно вы вместе?»
«Уже около полугода. Я немного отвык от романтики, но, слава богу, он меня еще не бросил.»
«Что ты имеешь в виду?»
За все годы, что Найджел знал Миранду, это был самый интимный разговор, который у них когда-либо был. Он никогда добровольно не делился информацией о своей личной жизни, а Миранда никогда не проявляла ни малейшего намека на интерес. Он не совсем понимает, почему Миранда делает это сейчас. Может быть, она все еще чувствует себя виноватой из-за сделки с Джеймсом Холтом, но это было бы невозможно, потому что Миранда никогда ни о чем не сожалеет.
«Ну, это прошло… Сколько? Десять или пятнадцать лет с тех пор, как у меня были какие-либо отношения. Я имею ввиду те, которые не являются свиданьями на одну ночь или какой-то анонимной быстрой встречей». Найджел смущенно смеется над этим признанием. «Я, вероятно, не знал бы, чем себя занять после работы, если бы снова был одинок».
В выражении лица Миранды произошла довольно глубокая перемена, как будто все мышцы ее лица расслабились. Дело не в том, что она ошеломлена, она просто казалась… обезоруженной. Он никогда не видел ее такой. Он задается вопросом, через какие жизненные перемены она должна была пройти, чтобы стать такой.
Ее следующие слова стали для Найджела шоком. «Жаль, что тебе пришлось ждать до Японии, чтобы вступить в отношения. Я бы поддержала тебя всем сердцем, независимо от твоей ориентации».
«О Боже, нет», — быстро говорит Найджел. «Дело не в этом… Это было не из-за… Я имею в виду, у меня просто не было времени, вот и все».
«Боюсь, мы слишком усердно с тобой работали», — задумчиво говорит Миранда.
«Вовсе нет.» Найджел качает головой. «Мода-требовательная любовница, и мы все должны платить ей по счетам».
«Интересно сказано».
«Это правда. И будем честны, моя преданность ей бледнеет по сравнению с твоей».
Миранда выглядит удивительно тронутой, как только смысл его слов доходит до неё.
Им приносят еду. Они ненадолго прерывают разговор, когда официантка ставит их тарелки.
«Так как там «Подиум»?» — спрашивает Найджел, когда ест.
«Без тебя гораздо труднее, но мы как-то справляемся».
«О, прекрати». Найджел скромно опускает голову. «Мы оба знаем, что единственный незаменимый человек «Подиума»—это Миранда Пристли».
«Ты мне льстишь».
«Мы не можем допустить этого сейчас, не так ли?» Его глаза сверкают. «Кстати о незаменимых людях, вы уже нашли нового второго помощника? Эмили говорит мне, что должность постоянно меняется с тех пор, как ушла Энди Сакс.»
Губы Миранды незаметно сжимаются. Возможно, она изо всех сил старается держать язык за зубами. Является ли Энди Сакс безопасной темой? Найджел предпочел бы, чтобы она поддалась порыву отругать его, хотя бы для того, чтобы он мог сказать, каковы границы в общении с ней.
В конце концов она говорит: «То, что ты больше не работаешь на меня, не означает, что я приму от тебя такую наглость». Но в ее голосе нет злобы. «Как там рыба-меч?»
Найджел, вероятно, смог бы найти такое качество сашими только в очень немногих избранных ресторанах Токио. Это просто восхитительно.
Он рад, что пришел. Может быть, позже он сможет втиснуть еще несколько колкостей об Энди.
