Кто же ты на самом деле?

      Этим вечером я снова остаюсь один. Гуляю с Вегасом, он соскучился и носится возле меня, приносит палки и всячески пытается развеселить, а мне как-то слишком паршиво, чтобы здраво соображать, не говоря уже о том, чтобы веселиться. Зря я пил глинтвейн, знаю же, что алкоголь это не мое. Да еще и эта тема.       Придя домой пытаюсь сесть за написание своей книги, но как-то безуспешно. Мучают головные боли и, досидев за открытым ноутбуком до часу ночи, закрываю его, так и не написав ни строчки.       В доме нет лекарств, не считая антидепрессантов, но они не особо помогут в этой ситуации. Долго решаюсь, чтобы сходить в круглосуточную аптеку напротив и купить там аспирина, а когда все же спускаюсь и через пару минут оказываюсь в аптеке, понимаю, что забыл кошелек.       Готов разреветься от несправедливости.       — Вам чем-нибудь помочь? — консультант, молодой парень в очках с прозрачной оправой, приветливо улыбается и встает за прилавок.       — Эм, понимаете, я живу напротив, и я забыл кошелек, можно взять аспирин сейчас, а позже вернуть деньги за него. Я могу принести их уже через минут семь, просто аспирин выпью сейчас, даже всю упаковку могу не забирать, чтобы вы точно знали…       — Извините, я не могу отпустить вам товар, если у вас нет возможности оплатить его, — немного подумав отвечает парень.       — Но послушайте, я правда схожу за деньгами и тут же вернусь обратно…       — Тогда сходите прямо сейчас, аспирин никуда не пропадет, я могу даже отложить именно эту упаковку.       — Нет, слишком голова болит, пожалуйста, можно выпить сейчас? — видимо нервничать было лишним, боль из тупой и ноющей стала резкой, отдающей звоном в ушах. Да еще и эти слезы, предательски подступившие к глазам.       — Извините, но сначала нужно…       Я не стал дослушивать, не знаю даже, что двигало мной в тот момент, но почему-то я собрал последние свои силы и сорвался с места, уверенно двигаясь к выходу. И все бы ничего, если бы не чья-та крепкая грудь.       Упасть с таким грохотом, наверное, нужно постараться. Как я еще ничего не задел?       Остальное помнится порядком смутно: вот подбежал парень в очках, он что-то быстро говорит, но разобрать невозможно. И кто-то еще, наверное, тот мускулистый шкаф, не иначе.

***

      Пришел в себя я уже в приемном отделении, голова на удивление перестала болеть, но отчего-то дышать стало тяжело. Я попытался пошевелить конечностями и дотронуться до носа, когда мне на предплечье легла чья-то рука.       — Пришел в себя, воришка? — нескрываемая усмешка вернула мне силы, и я хотел уже было возразить, когда вспомнил последние события этого вечера.       — Да… получше, — еле слышно пролепетал, сам о себя не ожидая такой робости, и вообще это в горле пересохло, — можно воды?       Секунда и вода в стакане уже перед моим лицом. Я приподнялся на локтях и наконец-то смог нормально разглядеть «моего спасителя».       Рыжий с черными глазами, он создавал двоякое впечатление, а деловой костюм и вовсе выбивал из колеи. Кто так ходит в аптеку ночью?       — Меня зовут Джеронимо Стилтон, можно просто Джером, — и снова эта милая приветливая улыбка.       — Ага, меня Рафаэль, очень приятно, — мой голос по-прежнему кажется каким-то не таким и тут-то я замечаю отчего же мне так трудно дышать, — у меня что, сломан нос?       — Врач сказал, там просто трещинка, но было сильное кровотечение и поэтому они вставили тампоны и сказали, что ближайший день-два придется походить так.       Можно снова отключиться?       Отчаянный стон вырвался изо рта.       Господи, что за невезение?       Падаю обратно на подушку и хочу просто заснуть на два дня, а потом встать как ни в чем не бывало и пойти по своим делам.       — Ну как, очнулись уже? — врач появившийся из ниоткуда, буднично проверяет повязку и похлопывает одобряюще по плечу, — это отлично. Опасность миновала и вас можно выписать, а через два дня придете к дежурному хирургу, и он проверит ваш прекрасный нос и заодно снимет повязку, — хоть все эти слова и были адресованы мне, врач почему-то обращался со всем этим к Джерониму, до чего же длинное и странное имя ему выбрали родители.       — Хорошо, я обязательно прослежу за всем, — мужчина в костюме встал и, поблагодарив доктора, направился на пост к медсестрам, подписать выписные бумаги.       — Я что-то упустил или… — прокрутил все, что успела запомнить моя бедная голова в этой аптеке, но хоть убейте, никакой связи прежде с этим человеком я не имел и знать его не знал.       — Встать сам сможешь и одеться? — он уже тут как тут, даже пальто натянул.       Хмыкнул, решив, что с такими простыми действиями я уж точно без посторонней помощи справлюсь, и я, честно, почти все сам сделал. А то, что мне кроссовки, как ребенку, на ноги одели и шнурки завязали, это мелочи.       — Пошли, Рафаэль, на часах уже пять утра, а мне нужно быть на работе к 9, — придерживая за плечо, мужчина повел меня к выходу.       — Пять? — вот тут-то моя совесть и проснулась, — зачем же вы сидели со мной все это время? Вы ведь не обязаны. Вы же вообще в аптеку шли, наверняка, что-то случилось, вам может самому…       — Успокойся, — чуть сжимает мое костлявое плечо, — если бы я не имел в распоряжении этого времени, я бы поступил иначе, но в конце концов не мог же я отпустить этого воришку безнаказанным? — останавливается и так пронзительно смотрит своими черными глазами на меня, что непроизвольно мурашки по телу пробегают, — садись в машину, отвезу домой.       На парковке, на которой обычно свободных мест нет, сейчас довольно пустынно и среди немногочисленных машин довольно явно выбивается огненно-рыжая мазда.       Решаю прикрыть свой рот, прикинув было сколько денег она стоит, но уже оказавшись в машине, все же сажусь вполоборота к водителю и уточняю:       — Я не крал аспирин, я просто ходил по аптеке…быстрым шагом… — как-то совсем неубедительно, — и что произошло все-таки после того, как я упал там и потерял сознание?       — Я купил аспирин, он у тебя в кармане куртки, если что, а потом отвез тебя в больницу, так как ты не приходил в сознание больше трех минут, а помощи от аптекаря было немного, — выехав с парковки, машина плавно двинулась по улицам Рима, — где ты живешь?       Назвав адрес, я вытащил упаковку аспирина и покрутил ее в руках, было неловко спрашивать, но я не мог сдержать свое любопытство:       — Почему вы именно тогда оказалась в аптеке и так повели себя? Почему заплатили за меня и провозились всю ночь, я все-таки не понимаю… И вы ведь пришли в аптеку за чем-то… Можете сказать хотя бы, нашли или нет?       — Хах, как много вопросов. Ограничимся простым нашел, что искал, — мужчина мельком глянул на меня и снова устремил все свое внимание на дорогу.       — Вот же, — прошипел тихонечко, но так чтобы он не слышал, — а почему доктор все указания вам говорил? Кем вы представились и неужели и правда собираетесь со мной идти через два дня к хирургу? — хоть он и казался старше меня, но отчего-то место моей неуверенности постепенно занимала наглость.       — Он мой знакомый, ничего больше, а насчет похода к врачу — обязательно, я нас уже записал на 11 утра, как раз справимся до обеда.       Это как он уже записал? А если у меня планы? И что такого будет в обед? И где ответ на вопрос, кем представился?       Вопросов становилось все больше, а ответы лишь дразнили. Я так не играю.       — Мы уже почти приехали, высадите меня здесь, я хочу немного пройтись по свежему воздуху, да и вам же нужно еще хоть немного поспать, вот поезжайте к себе домой, — смотрите, даже на вы перешел.       Снова хищный, смотрящий прямо в душу, взгляд, нет, этот Джером не потерпит таких глупых отмазок.       — Мы уже почти приехали, потерпи пару минут, — улыбка делает его взгляд мягче, но отчего-то ладошки все равно потеют, а мысли о чем-либо кроме этого мужчины не посещают мою голову.       До дома и правда оказалось ехать не более двух минут, но сказанные напоследок слова, что он наберет меня уже завтра к обеду, чтобы проверить мое самочувствие, вызвали тревогу.       Откуда он знает мой номер? Зачем так беспокоиться обо мне? И почему и правда решил, что я пойду с ним к врачу?