Искушение смерти

      Её Величество Смерть. Кто-то мог сказать, что она злая, или, возможно, сама по себе мрачная сущность. Она же сама себя считала наблюдателем и крайне редко участвовала в выборе тех, кому было суждено жить дальше, или же тех, кто должен был умереть, но решил перехитрить смерть. Жаль, в этом не было смысла, она ведь была лишь проводником душ. Это было, конечно, крайне редким явлением, но случилось неожиданное. Когда равновесие этого мира было почти восстановлено с убийством очередного тёмного мага, который думал, что сможет жить вечно, появилась она. Никто так и не узнал, как она там оказалась и что именно с ней в итоге произошло. И в этот раз дарами не обойтись, придётся менять историю.       Наблюдатель окончания жизни всё стояла в своём тёмном одеянии посреди огромного белого зала и выделялась ярким пятном. Но не только она выделялась. Там также было двое молодых людей, едва ли вышедших из пубертатного возраста. Оба всё ещё были без сознания, но первой очнулась девушка. Она сначала медленно открыла глаза, и, когда увидела яркий белый свет отовсюду, снова их закрыла и попыталась сесть.       Свет был слишком ярким, наверное, таких солнечных дней никогда не было в мрачном Лондоне. Однако Гермионе казалось, что она уже видела такие яркие дни в детстве, но сейчас, восстанавливая последние события из своей памяти, вспомнила, как фактически оказалась между двух огней, и, вероятно, сейчас она была мертва, иначе никак нельзя объяснить этот нечеловечески яркий свет.       Уже сидя девушка решила снова открыть глаза, стало немного легче, но белоснежность поверхностей всё равно слегка резала зрение.       «Разве мёртвые могут ощущать свет так сильно?» — подумала она, пытаясь разглядеть обстановку вокруг, пока не наткнулась взглядом на молодого парня, что лежал рядом, так же, вероятно, мёртвого, как и она.       Было видно только половину лица юноши, но было очевидно, что он само очарование, Гермиона заметила на нём школьную мантию и нашивку Слизерина. Теперь это казалось такой глупостью, эта нелепая межфакультетная война. Когда вот они вдвоём мёртвые тут. Девушка продолжала рассматривать парня, и мысли носились в её голове.       «Кто он? Почему я его не помню? Вероятно, был тихоней и не ошивался в свите Малфоя», — миллион вопросов и никаких ответов.       Стоило ей оторвать взгляд от парня, рассматривая дальше место где они оказались, она увидела большую чёрную дымку, сначала ей показалось, это дементор, но холода не было, и вообще не было ощущения ни тепла, ни его отсутствия. И эта дымка, всё ближе подлетая, обретала очертания высокой дистрофично-худощавой женщины, казалось, это та самая вдова из всех фильмов ужасов, которые так любили смотреть её одноклассники в маггловской школе.       Женщина, бледная, наверное, как сама смерть, сначала обошла сидящую девушку и вытянула свою костлявую руку в сторону парня, и, вероятно, что-то сделала, ведь он тотчас же очнулся. Он очень резко вскочил на ноги и открыл глаза, и от яркого света согнулся, закрыв глаза руками и громко застонав вслух.       — Вы более рассудительны, чем он, теперь понятно, почему именно вы должны были там быть, — заговорила женщина в чёрном, привлекая к себе внимание обоих, но обращалась она именно к Гермионе, — чтобы теперь я дала вам выбор.       Грейнджер, в свою очередь, вероятно, всё ещё была в шоке от мысли, что она умерла, поэтому была такой спокойной, но то, что он вскочил так резко, не попытавшись узнать, где он для начала, больше напоминало классического гриффиндорца чем-то, что гласила вышивка на его мантии. Но от разглядывания полусогнувшегося симпатичного парня отвлекла та самая женщина, говорящая о каком-то выборе; девушка не понимала, при чём здесь незнакомый парень.       После недолгой молчаливой паузы парень пришёл в себя, выпрямился, открыл свои глаза, большие круглые глаза цвета ночного неба, самой тёмной ночи в году. Он в свою очередь увидел девушку, которую уже хорошо знал, ведь если бы не она, его жизнь стала бы в разы проще, но он уже осознал, где они находятся. Ему неоднократно приходилось тут бывать, но теперь он знал, что это последний раз, однако было странное ощущение в груди, будто всё совсем не так, как кажется.       Он лишь закатил глаза от взгляда на Гермиону и отвёл взгляд на Её Величество Смерть, он с ней давно уже знаком.       — Что ж, я проиграл, Ваше Величество Смерть, принимаю поражение, отправляй меня куда положено, хоть в ад, хоть в чистилище! — сделав шуточный реверанс, парень, задёрнув нос, гордо смотрел на ту, к которой обращался.       — Нет, сегодня не тебе выбирать, ты много раз сделал неправильный выбор и сломал равновесие мира, пытаясь обмануть меня, теперь за тебя будет выбирать эта юная особа, которая благодаря моей сестрице Судьбе сегодня здесь, с тобой, — ответила слегка раздражённо в тон парню женщина в чёрном, как её обозначила для себя Гермиона, она всё ещё отказывалась воспринимать её как смерть.       — Мисс Грейнджер, хотя это не ваша фамилия, но об этом позже. Вы вернётесь в своё настоящее время, где вы обретёте то, что потеряли не в своём времени, и должны направить вашего подопечного в правильное русло, не дав испортить мировое равновесие, или же вы оба умрёте и будете заточены в чистилище, откуда не будет ни выхода, ни покоя.       — Эй, мисс Грейнджер, я не хочу жить, я признал поражение, с меня хватит, я слишком стар, чтобы восстановить всё, что натворил.       — Молчать! — раздался громкий вскрик, сопровождаемый эхом, и пугающим хрипом продолжил шёпот: — Это её выбор, не твой.       — Я хочу жить. Не важно где и не важно какой ценой. — Взглянув на секунду на молодого парня, что утверждал о своей старости, она снова посмотрела на смерть и продолжила: — Я буду жить!       Гордо поднятая голова и задранный носик девушки смотрелись очень воинственно, в отличие от парня, на лице которого читалось разочарование.       Её Величество же не выказывала никаких чувств, она была не способна на это. Поэтому она лишь вытянула руку в сторону и одним движением создала небольшую деревянную дверь, после чего сказала:       — Проходите! И желаю удачи. Если у вас не получится сохранить равновесие мира, мне всё же придётся отправить вас обоих в чистилище!       На этом двое молодых людей вышли в дверь, появившуюся буквально из ниоткуда, и никто из них не знал, куда она ведёт.

***

Дверь захлопнулась за молодыми людьми, которые оказались в маленьком помещении. Его освещала одинокая свеча, подвешенная в воздухе. Она могла обозначать лишь то, что они оказались где-то в магическом мире, а старые волшебные мётлы, подпирающие все стены маленькой каморки, кроме стены с дверью, ещё раз подтвердили их попадание в магический мир, но наружу никто не спешил. Стены были старыми, это было очевидно, но в Британии было слишком много древних магических зданий, чтобы опознать его по маленькому чулану. Гермиона заметила, что парень, который отправился с ней, выглядел слегка странно, он разглядывал свои руки и тело в целом. Казалось, он выпил оборотного и не узнаёт сам себя, и, судя по всему, он этому очень рад. И даже попытался посмотреть себя со спины, но получилось лишь глупое и смешное движение вокруг себя, как собачка, которая пытается поймать свой хвост. Девушке показалось это плохим, очень плохим знаком. А когда он заговорил, то и подтвердил этот плохой знак словами. — Так, это совсем другое дело! В таком теле можно и мир захватить, и действовать как в начале лишь своей харизмой! — обрадовался вслух симпатичный брюнет, продолжая странные движения. — Ты с ума сошёл? О каком захвате мира идёт речь? И вообще кто ты, чёрт побери, такой?! — возмутилась Гермиона, которая не понимала, почему её ровесник так странно себя ведёт. После чего, сложив руки на груди, сделала недоумённый взгляд. — Ах да, ты меня такого не знаешь, хотя я тебя уже давно заметил! Прошу прощения, Я Лорд Волан-де-Морт! — В каморке было мало места для красивого реверанса, поэтому тёмный маг в юном теле лишь склонил голову, заведя одну руку за спину, а второй рукой как бы приподнимая воображаемую шляпу. — Да ты псих! — закричала девушка, пытаясь как можно скорее выскочить за дверь. Это было сложно сделать, ведь расстояние между молодыми людьми не превышало и трёх футов. Гермиона попыталась вытянуть руку к двери, но этот псих, по её мнению, конечно, схватил её за руку и довольно сильно дёрнул на себя. — Отпусти, чёртов самозванец! А-а… — девушка в итоге не смогла устоять и, всё ещё пытаясь вырваться, оступилась. Эта странная пара начала падать, создавая немалый шум, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Но вокруг были лишь мётлы, что тоже громко падали и шумели. В конце концов они упали в самый подходящий момент, когда раскрылась дверь, и свалились в смутно знакомый коридор, на них смотрел симпатичный взрослый мужчина с бородой и смешинкой в голубых глазах. На нём был старомодный, по маггловским меркам, костюм — в мире магии мода сильно отставала. Мужчина смотрел на молодых людей в лёгком недоумении, как и они на него. Гермиона его не смогла узнать, ведь судя по коридору, где они выпали, это был Хогвартс. И, вероятно, довольно целый. В глазах же парня метались злость и непонимание, что заметила даже Гермиона, вероятно, он знает этого человека. — Мистер Реддл, вся школа вас ищет уже второй час, вы же знаете, что не безопасно гулять в такое позднее время, да и тем более подвергать опасности леди, — сказал мужчина, взглянув на свои карманные часы, и пока он это делал, ошеломлённая пара встала на ноги. — Прошу прощения, леди, но кто вы, и как попали в Хогвартс? Гермиона было открыла рот, чтобы ответить, несмотря на то что не понимала, что она должна сказать, как перед ней появилась записка, будто из воздуха, а перед мужчиной, что их нашёл, появилось письмо, и пока он в изумлении разглядывал его, Грейнджер успела прочитать записку и повторить её вслух, надеясь, что это помощь от самой Смерти, ведь в записке были инициалы «С.С.». — Простите, все ответы на ваши вопросы в этом письме. — Она указала головой на письмо, что он держал в руках. — Хорошо, пройдём со мной в кабинет директора, а вы, мистер Реддл, должны отправится спать, иначе мне придётся лишить Слизерин 50 очков, — сказал мужчина, взглянув на парня исподлобья, и улыбнулся девушке. Не понимая, что происходит, Гермиона направилась вслед за мужчиной, иногда оглядываясь на парня, что всё стоял у открытой двери в кладовку для мётел. И, кажется, он тоже был в шоке. Но больше всего не укладывалось в голове, что это был, мать его, Реддл, сам Лорд Волан-де-Морт, он, кажется, не шутил. Возможно, она просто умерла, и всё это ей кажется. Из мыслей её отвлёк мужчина, остановившись у знакомой горгульи ведущей в кабинет директора. — Мы пришли, — он только хотел пройти ко входу, но резко обернулся на девушку, — ах, да! Забыл представиться! Профессор Хогвартса, Альбус Дамблдор! А идём мы к директору Диппету! Гермиона лишь кивнула и последовала в кабинет, не понимая, как на это реагировать. В голове была каша, которую, вероятно, сможет расхлебать только сам Реддл. А хуже всего этого то, что она пошла на поводу у Смерти и согласилась на исправление пути самого тёмного волшебника, мать его, Тома Реддла, также известного как Лорд Волан-де-Морт!

***

— Войдите! — послышалось из-за двери буквально за несколько секунд до того, как она самостоятельно распахнулась. — Директор Диппет, студент был найден, да ещё и в компании юной особы, — сказал молодой Дамблдор Диппету, проходя вглубь кабинета, после чего подошёл в спинке одного из кресел, что стояли напротив стола директора. — Прошу, мисс Версклавен! Он указал взглядом на кресло, что он отодвинул для неё. Гермиона сначала не поняла, что он обращается к ней, но ещё совсем свежее воспоминание о письме от смерти или судьбы дало понять, что теперь это её новое имя. Поэтому она лишь покорно села и стала ожидать. — Тут в письме вся ситуация мисс описана, поэтому, боюсь, нам не стоит её сильно расспрашивать, — сказал профессор, передавая названое письмо директору, что сидел напротив девушки. Дамблдор встал чуть позади директорского кресла и стал ожидать прочтения письма. Так кабинет погрузился тишину, которую нарушали лишь наручные часы обоих мужчин. — Что ж, Мисс Гермиона Аннабель Версклавен, добро пожаловать в Хогвартс! Вам нужно будет пройти распределение на один из факультетов школы, ваши вещи будут доставлены в комнату вашего дома факультета. И вы будете зачислены на 7 курс. И пока Гермионе снова пришлось переживать ужас и одновременно восхищение каждого первокурсника, Том Риддл шёл в сторону подземелий, уже приблизительно понимая, в каком он времени. Пока он шёл, размышлял об обратной психологии, с целой душой это было намного проще. Проще рассуждать, чем просто злиться. И, конечно же, он сам не верил своему счастью, что Гриффиндорка купилась на этот хитрый трюк, что молодой парень не хочет жить. «Ох, уж этот синдром спасительниц, в этот раз мне повезло, что он сработал!» — думал теперь уже молодой снаружи и взрослый внутри мужчина. И теперь он был уверен, что она не станет ему преградой, с таким характером её ждёт лишь Гриффиндор, поэтому она будет довольно далеко от него и он сможет совершить новые планы, более продуманные для успеха его пожирателей. «Нет, не пожирателей, они ещё Вальпургиевы рыцари. В этот раз так и останется!» — твёрдо решил Том. Конечно, он продолжил бы и дальше об этом размышлять, пока он не дошёл до входа в Слизеринскую гостиную и комнаты. Ведь он и не знал пароля. Точнее, вероятно, что знал, но определённо не помнил. Конечно, он не растерялся, не зря же он носил почётный титул лучшего легилимента за последние сто лет. Надо было лишь покопаться в своей голове и найти необходимый пароль. Это заняло не более минуты, и вот он перешагнул через проход в гостиную, на него нахлынул аромат сырости и тепла одновременно, он почувствовал, как снова оказался дома. Хогвартс — единственное место, которое он мог бы назвать домом. Все уже спали, и парень решил разобраться со всеми идеями в голове завтра, сейчас у него не было никаких сил даже на мыслительный процесс. Поэтому его голова не успела коснуться подушки, как он уснул, и, естественно, он и не услышал, как кто-то очень неуклюжий зашёл посреди ночи в незнакомую гостиную в поисках своей комнаты. Но об этом он узнает завтра.