Белая ночь

— Вова... Вовочка, просыпайся. Сознание потихоньку стало возвращаться к Вове. И слабые покачивания Мику за плечо едва ли ускоряли этот процесс. Но сказать, что совсем не помогали, равносильно неправде. Вова с трудом разлепил глаза и поднялся. — Ты так всю жизнь проспишь! — Мику засмеялась. Вова вскочил и коснулся своей груди. Не больно. Он распахнул рубашку. Раны не было. Шрама тоже. Вова стал озираться по сторонам, ожидая нападения. Мику начала беспокоиться. — Я жив? — недоуменно спросил Вова, — но Алиса же... А потом Семён, Пионер тот, а потом он хотел с тобой сделать ужасное... — Все позади, — спокойно отреагировала Мику, — ты просто устал, вот и уснул. Эта смена была довольно тяжёлой — Как ты можешь быть такой спокойной? На твоих глазах меня... — Шшшш, Вовочка, не бойся, — Мику встала с лавочки на площади Генды и обняла Вову, — Все хорошо... Я рядышком... Никому не дам в обиду. Постепенно стало спокойнее. Частое и сильное сердцебиение замедлилось, дыхание стихло. Наконец в голову начали приходить мысли, несущие с собой основы логики. Она не помнит? Нет, она спокойно реагирует на заявления Вовы, связанные с Пионером. И вроде не воспринимает как сон. Значит, она это пережила. А раз она не боится, значит, и правда все позади. Но так быстро принять это... — А где Семён? Юля? — Семён где-то здесь. А Юля... Не знаю. — Ты веришь, что я ее видел? — Я и Сёма чувствовали ее присутствие. Что-то похожее на сон. Слышали ваш разговор. И знаем, чем он закончился, — Мику крепко поцеловала Вову, — ты выбрал нас. — Но какой тогда смысл?! Все равно ты забудешь, все начнётся сначала! Мику лукаво улыбнулась. Что-то она знает такого, чего Вова не знает. Ей дали память? Дали возможность жить как Вова? Звучит как-то... Не очень на самом деле. Мику будет вынуждена вновь и вновь переживать одну и ту же смену и держаться чтобы не сойти с ума... Вова поможет ей. Всегда будет рядом. И Семён тоже. Кстати о нём. Он спешно пересекал площадь Генды в направлении к Вове. — Проснулись, улыбнулись! Как оно? Надеюсь, проверка не нужна, а то хвастаться на весь лагерь своими шрамами не очень хочется, ах да, их же нет, — Семён довольно потянулся до хруста в позвоночнике — Персик... — Вова отстранился от Мику и сделал шаг к Семёну, — прости меня... Я думал, что мы сбежим отсюда, а получается, что мы тут остались. Я обрёк тебя на вечное заточение, когда ты не раз спасал мою шкуру... — Боже, боже... — Семён положил руку на плечо Вовы, — ты так и будешь винить себя за все грехи человечества? У нас началась новая жизнь. И пусть она ограничена стенами этого лагеря, мы рядом. И я уже говорил, что там меня никто и не ждёт. А здесь ты и Мику... Большего для счастья мне не надо — А про меня не забыл? — раздался дерзкий голос Ребята обернулись. Перед ними стояла готовая к убытию из лагеря Алиса с большим баулом у ее ног. Она игриво улыбнулась, поймав на себе удивлённый взгляд Семёна. — Алиса?! — Ну не Лена же! Чего стоишь, словно призрака увидал?! Только не говори мне, что после той ночи, — Алиса мгновенно закипела от злости, — ты стал меня избегать! — Н-нет, ни в коем случае! — Тогда докажи! Рыжая приняла довольно вызывающую, в каком-то роде соблазнительную позу, отчего Семёну стало не по себе. Чего она ждёт? Какая ночь? В смысле избегать? Он бы так и стоял и тупил, если бы не Вова. Когда он привлёк внимание Семёна на себя, Вова пальцем указал на него, стукнул кулаком себе в грудь, а потом указал на Алису. — Цыц, Вова! Не подсказывай! — Алиса угрожала Вове кулаком Вова вскинул руками и отошёл. Он и сам не понимал, что происходит, но чувствовал, что так и должно быть. Скоро и до Семёна дошло это понимание. Он подошёл к Алисе. — Я люблю тебя, Алис. Всегда любил. Всегда был рядом. Когда ты злилась на меня и радовалась моей компании. Когда ты плакала и смеялась. Прошло очень много времени, но я не забывал о тебе ни на день. — Очень много времени, говоришь? Неделя для тебя очень много? Странный ты. Ну да ладно, зачтено. А раз так, то с меня награда, — Алиса схватила Семёна за края его рубашки, притянула к себе и страстно поцеловала, а после нежно к нему прижалась, — и я люблю тебя. Пусть ты и тупишь, как пень. — Так, ребята! Становитесь в строй! — скомандовала Ольга Дмитриевна Когда ее отряд выстроился в шеренгу в последний раз, все почувствовали грусть. Ульяна с трудом сдерживала слёзы. На памяти вожатой это построение первое, когда царит такая дисциплина: ровный строй, все стоят по ранжиру, ровная осанка, голова гордо приподнята вверх. — Вот когда уже все, так дисциплина в строю, — грустно улыбнулась Ольга, — а когда смена — так все поясничают... Я бы многое отдала, чтобы все вернуть, как было раньше.... Последняя перекличка. Я и так вижу, что вы все здесь, но... Могу ли я просить вас о моём последнем капризе? — Да! — тихо ответил ее отряд — Спасибо вам большое, ребята! Славя! — Я! — Лена! — Я! — Ульяна! — Я! — Алиса! — Я! — Мику! — Я! — Женя! — Я! — Саша! — Я! — Серёжа! — Я! — Семён! —... Я, — неуверенно отозвался Семён, а после шепнул рядом стоящему Вове, — какого? Я же вообще не с твоего отряда. Меня тут вообще нет! — Вова! — Я! Вожатая захлопнула блокнотик, в котором вела учёт ребят, ещё раз окинула взглядом свой гордый и самый лучший отряд. — Ребята. Вы покидаете наш лагерь. Я надеюсь, эта смена запомнится вам на всю жизнь. Я надеюсь, вы многому научились, стали лучше, познали товарищество, дружбу, сплочённость. Я знаю, это ещё не прощание, я должна сопроводить вас до райцентра, но... — тут она не сдержала эмоций, она начала плакать, — я буду очень, очень сильно по вам скучать. — Ольга Дмитриевна... — Славя первой вышла из строя, подошла к вожатой и крепко обняла ее, — мы тоже будем очень очень сильно скучать! К ней в итоге присоединился весь отряд, кроме ничего не понимающих Вову и Семёна и все ещё загадочно улыбающуюся Мику. — Ты явно что-то скрываешь, не находишь? — Нет, с чего ты взял? — Ну, тебя совершенно не волнует, что несколько часов назад Вову пытались удержать в лагере, а нас всех убить, — злобно прошипел Семён, но Мику проигнорировала — Давайте уже пойдём. Надо кое с кем ещё попрощаться. С вожатой ещё успеем, а она останется тут, — Мику взяла Вову и Семёна за руки и повела в лес. Они вышли к лесной опушке. Ребята не понимали, чего Мику хочет. Но тут она достала из кармана зелёное яблоко и положила на землю. – Юля... Она здесь? — неуверенно спросил Семён — Да... — грустно ответила Мику, — она многое сделала для нас. Грубо будет не попрощаться с ней Они постояли немного возле дерева с тайником девочки кошки, и скоро было принято решение уходить, хоть это было сложно. Но уйти далеко им не было суждено. — Почему? После всего того, что я сделала, почему вы все ещё добры ко мне? Юля сидела на земле и посыпала грибы сахаром. Ей было очень, очень грустно... — Ну а как иначе? — Мику осторожно подошла к Юле и погладила по голове, Юля замлела, хоть и всеми силами старалась не показывать этого, — ты ведь не со зла. В итоге ты все сделала хорошо. А что ты делаешь? — Готовлю запасы на зиму... Зима будет очень холодной. Готовиться надо... — Так, девочки, мы чего-то явно не знаем и требуем объяснений, — заявил за себя и Вову Семён — Ну да... Вы правы, — Юля встала и вышла в центр полянки, — Вова принял решение, что делать дальше. Ты, Семён, захотел остаться с Вовой несмотря ни на что. А она, — Юля указала на Мику, — захотела той жизни для Вовы, которой он заслуживал. Это место — не тот лагерь, этот лагерь особенный. Здесь вы будете по-настоящему счастливы. Получите то, чего всегда хотели ваши сердца. Хе-хе... Мне следовало изначально поместить тебя сюда, Вова. Так что первой договор всё-таки нарушила я, — Юля грустно улыбнулась — Ты не хочешь уехать отсюда? — спросил Вова, — ведь именно этого ты хотела. — Не могу... Хочу, но не могу. Кто-то должен наблюдать за этим местом. Я обманула тебя. Ты, не зная того, стал мне заменой. А без замены я не могу покинуть это место. Я использовала тебя. Вы сюда пришли извне, а я всегда тут была. Мне не место в вашем мире... — по ее щеке пробежала одинокая слезинка — А какая разница? Раз я здесь, значит, ты можешь уйти. Давай. Он тебя ждёт. Я видел сны от твоего лица. Это ведь ты искала его. Ждала встречи с ним. Ты ведь хочешь его увидеть. Давай соблюдим наш договор. Я остаюсь здесь навсегда, а ты уедешь туда. Мы оба отдаём и получаем равноценное. — Ты добрый, Вова. Даже слишком. Но я не могу взвалить на тебя это бремя. У тебя своя жизнь. С Семёном и Мику. Она будет отличаться от того, чего ты ожидаешь. Ты не сможешь взять на себя это обязательство... — Я могу. Перед Юлей возник Пионер. Он окинул компанию беглым взглядом и вернулся к Юле. — После твоего ухода я взял на себя ответственность за твои заботы, хоть и занимался этим ранее. Было тяжело, но я собрал команду мне на помощь... Я уже говорил когда-то, "Совёнок" — это испытание... Чтобы повзрослеть, ты должна преодолеть ошибки юности. Ты повзрослела, Юля. И готова уйти. Не бойся, я не дам это место в обиду. — Ты... Правда готов на это? — с надеждой спросила Юля — Я был готов ещё с того дня, как решил присматривать за Семенами. И сейчас я не отступлю. А Вова прав. Он ждёт тебя. Беги к нему —... спасибо вам. Спасибо. — Юля заплакала Юля была очень маленькая, но все же смогла обнять всех тех, кто пришёл проводить ее. После она убежала за дерево, раскопала свою ямку и с трудом достала мешок. — это мой прощальный подарок... Но пусть Вова, Мику и Семён возьмут побольше! Дорога будет долгой... — Я буду сильно по тебе скучать, Юля, — Семён опустился перед Юлей на колено и крепко обнял, — спасибо тебе за все. За Алису, за дружбу. Только не кисни, ладно? Семён с трудом отпустил Юлю. Той было очень тяжело уходить, и ребятам было невыносимо от тяжести прощания смотреть ей вслед. Но все же девочка-кошка скрылась в лесу, на последок взмахнув хвостом. Она ушла. Вожатый спустя минуту молчания заговорил. — Ну и привалило мне работы. Но я не имею ничего против. Вам надо поторопиться, автобус скоро. А я пока "приберусь" тут. Удачи. — он исчез — Ну, пойдём? — Мику взяла ребят за руки и повела из леса — Постой! — Вова остановил девушку, — ты чего-то не договариваешь. Что все это значит? — Узнаешь, не хочу портить сюрприз На том разговор и был окончен. Они вышли к остановке. Ольга Дмитриевна, взволнованно осматривая свой отряд в поисках пропавшей троицы, нашла потеряшек и подбежала к ним. — Ребята! Где вы были? Почему убежали, ничего не сказали? Я переживала! — Простите нас, Ольга Дмитриевна, — взмолилась Мику, — просто мы ходили попрощаться — С кем? — удивлённо спросила вожатая — С Юлей, — подхватил Вова — Так зовут девочку-кошку, которая обитает в этих лесах, — закончил Семён — Но так это всего лишь легенда... — протянула Ольга — Но она все равно часть нашего лагеря, — "заступилась" за Юлю Мику — Ого! А это здорово! — Ульяна пробежала в сторону леса, но так, чтобы вожатая не потеряла ее из виду, и начала неистово махать рукой, — ПОКА, ЮЛЯ! Инициативу Ульяны подхватили все ребята отряда. Это было не забавно, это было... Правильно. В конце прощальную цепочку закончила и вожатая, а после повернулась к Вове и Семёну. — Вот, ваши документы. А теперь в автобус. Я должна вас рассадить и привезти в райцентр. Только давайте теперь без самодеятельности. Ребята расселись в салоне. Вове, Семёну, Мику и Алисе достались места рядом, так что общаться всю дорогу им никто не помешает. — Не волнуйся, Вовочка. Все будет хорошо — Как все может быть хорошо, если ты забудешь, а смена начнётся сначала? — Но ты ведь не забудешь. Присматривай за мной, как Семён за Алисой! — Конечно! Обещаю! Вова посмотрел на Семёна и Алису. Они уже дремали, оперевшись друг о дружку. Как-то быстро они утомились. Кажется, Семёна терзали те же страхи, что и Вову. Он почти что с силой прижимался к Алисе, боясь вновь ее потерять. Может, решение остаться здесь и правда неплохая? Мику выглядит уж слишком подозрительно, что-то она знает такого, во что не хочет посвящать остальных. И всем видом показывала, что не стоит бояться грядущего. Ее тоже скоро уморило, и держась за Вову, крепко спала под мерный гул мотора, разговоры ещё бодрствующих пионеров и сопение уснувших. Своеобразная колыбельная, но такая убаюкивающая. Вова не спал. Что его ожидает дальше? Что ему делать теперь? — Я найду способ напомнить тебе обо всем И на этом обещании Вова провалился в бессознание снов ... — Ребята! Просыпайтесь! Мы уже приехали! Пионеры начали ленивое пробуждение. А когда сознание вернулось к ним, начали спешно покидать автобус. Вова долго не мог понять. Семён, кстати, тоже. — Это че? — Это не лагерь. Я никогда здесь не был. — Ну, Сеня, чего встал? Пошли уже! — поторопила Семёна Алиса. — Да! Конечно! Вова, ты это, не отставай Если бы не Мику, то Вова так бы и остался в автобусе в непонимании происходящего. Но Мику поступила с Вовой так же, как Алиса с Семёном — просто вытащила его на улицу. Автовокзал. Стоянка автобусов. Толпы людей, жилые дома, магазины. — Мы что, в городе? — Ага, мы приехали в райцентр. Сюрприз! — Мику от радости даже подпрыгнула, — я попросила Юлю о месте, где нам всем будет хорошо. И вот, мы все здесь. Ты остался со мной, Семён вернул Алису. Больше не будет циклов. Не будет страхов. Добро пожаловать в мой мир! Сказать, что Семён и Вова пребывали в шоке, — ничего не сказать. Как так? Как это работает? По каким законам следует? Что дальше? — И че теперь делать? — спросил Семён, — у меня тут никого нет. Походу, я тут не то что сиротский, вообще никто... — Аналогично, — согласился Вова, — мои родственники там остались. Ну, хотя бы паспорт есть... — Аналогично... Ребята решили проверить свои документы. И оба были поражены содержимым. Вова и забыл, что здесь у него опекун — Фролова Ирина, его тётя. А Семён и ещё сильнее впал в ступор. У него здесь были родители. — НУ КОНЕЧНО! Как я забыл?! Ольга же в первый день от них мне привет передавала! И они такие же, как там... Значит, мы всё-таки не потеряшки здесь! — Первым делом надо понять, что это за мир. 89 год самый неспокойный в истории Союза. А здесь вроде все хорошо. — Не о том думаешь. Надо своих искать. Мне к себе, тебе к себе. — А Мику? А Алиса? — Алиса и Мику тут живут. Ходят в одну школу и так далее. — По-хорошему и нам надо остаться здесь. — По-хорошему да. Вот только как? Документы, общежитие, деньги брать откуда? Ты историк, тебе попроще будет. А я вообще на учёбу забил. Тут я никто по факту — Сёма! Семёну махали мужчина и женщина. Они были до боли знакомы Семёну. — Мама? Папа? Он бы так и стоял в удивлении, возможно, до конца времён, если бы его не подтолкнул к ним Вова. Семён с силой обнимал своих родителей, словно не видел их вечность. Хотя, это недалеко от истины. Что ж, с Семёном вопрос решён. О нём позаботятся. А что делать Вове? Получать направление в Воронеж. А Мику? Кстати, где она? — Вова! К Вове подошла женщина средних лет. Он сразу ее узнал. Вспомнил ее тёплые и нежные объятия. Ее материнскую любовь. Пусть и по фальшивым воспоминаниям, но лёгкость на душе была настоящей — Я скучала. Как ты? Хорошо было в лагере? Посвежел как! А вырос! Похорошел! Я знала, что поездка тебе не повредит! И с прошедшим тебя, дорогой! Мне немного обидно, что я не присутствовала на твоём дне рождения, но уверена, мы ещё успеем отметить твой праздник! Ой, а что это? Тётя Ира взяла в руки кулон Мику, выскочивший из-под рубашки. Женщина улыбнулась. — Красивый. Кто-то подарил? У тебя появились друзья? А что с крестом? Всё-таки получилось отпустить это? Ты просто молодец! Как же я счастлива! — Ой, задушишь! — взмолился Вова — Прости-прости! Ну познакомь меня уже с ними! А они где живут? А то разъедутся, и все! Адреса их собрал? А они ещё приедут в лагерь? Место хорошее, Ольга Дмитриевна очень хвалила это место, и ребята тоже. — Вовочка! — к Вове подскочила Мику, — ой, здравствуйте! Меня Мику зовут! Нет, честно-честно! У меня мама из Японии, а папа русский. Он меня иногда Машей зовёт. Вы зовите меня как вам удобно! Вот они, кстати! Сюда идут, хотят с вами познакомиться! А вы его опекун? Простите, Вовочка не очень много рассказывал о себе и Вас. Немного пугливый был, но теперь все хорошо! — Мику, ну не в таких же подробностях! — Вова! Что ж ты не сказал, что у тебя девочка появилась? Как же я счастлива! А, так вот где твой крестик? Кажется, я все поняла! Когда свадьба? — Ну тётя! Хватит уже! Несмешно! — А я считаю, что твоя тётушка права! Мы уже и признались друг другу, и очень сблизились! Пора думать, что дальше! — Вы меня убьёте... Со стыда сгорю... Инквизиторы вы, вот кто! Тем временем подошли родители Мику. Теперь Вове стало понятно, в кого Мику такая красавица. Мику вылитая мама, а от отца ей мало что внешне досталось, но судя по его хмурому, но не выражающему злобы лицу от него Мику получила его черты характера: серьёзность своих намерений, непоколебимость, смелость. Тётя Ира отпустила Вову. Отец Мику протянул Вове руку. — Значит, это ты Владимир, о котором моя дочка успела рассказать о тебе все за пару минут? — Д-да. Приятно познакомиться... — Вова с волнением пожал отцу руку. Знакомство с родителями девушки всегда настоящая пытка, особенно с отцом, — Вова, да. Рад знакомству... — Папа! Не пугай Вову! — Мику обняла Вову, чтобы его успокоить — Я? Ни в коем случае! Григорьев Борис Михайлович, гордый отец своей дочурки! Тоже рад! Вижу, парень ты хороший, раз Мику о тебе такого мнения! А это моя супруга, Сонота. В Японии нет отчеств, так что я даже не знаю... — Ничего страшного! Пусть зовёт меня по имени! Но если захочет звать меня мамой, то я буду непротив! Вы уже так сблизились с Мику! Я думаю, что так уже уместно! И Борю можешь звать папой! Ты не пугайся его, он тебя уже полюбил как родного сына! Он просто из вредности так! — Мама! — теперь и Мику смутилась. Вова улыбнулся. Поняла, каково ему было. — Добрый день! Вы родители Мику, да? А я Ирина... Опекун Вовы... — Может, хватит уже... Мама? Тётя Ира счастливо улыбнулась. Схватив Вову в объятия, она чуть не закружила его. — Ну наконец-то! Тринадцать лет все "тётя" да "тётя"! Уже думала, не дождусь! Помру молодой, не став мамой! А внуки когда? Уже не терпится понянчить! А ты все не давался! Упрямый мальчишка был. А сейчас ты вырос, с тобой уже как-то не очень. — Ну хватит уже так говорить! Я правда умру от смущения! — Эй, народ! Чего шумим, а нас не позвали! К ним присоединилась ещё одна группа людей: Семён, Алиса и их родители. Они уже успели познакомиться и спешили поговорить с Мику, Вовой и их родителями. — Добрый день! Я Семён, а это моя Алиса. Мы друзья Вовы и Мику. А это наши мамы и папы. Рады знакомству! — Сёма! Спасай! — Не, брат. Я сам в таком же состоянии. Наши родители сами о внуках мечтают, боже. Кое-как отбились с Алисой! У нас тут такое! Я буду жить здесь, с Алисой! Это ли не круто! — Оу... Поздравляю... Вова загрустил. И причин объяснять не надо. А ведь тётя Ира и родители Мику чуть ли не начали строить программу для свадьбы и придумывать имена для внуков, а тут. Не выйдет пока что, и наверно очень долго не выйдет. Вова не богат, на новый дом копить придётся долго. И в гости ехать к Мику тоже дорого. Тётя Ира поняла переживания Вовы. Но, к сожалению, она не могла ничем помочь. — Так, без паники! Мы все уладим! Мам, пап! — начал Семён В дискуссию за право Вовы на счастье к Семёну присоединились и Алиса, и родители Мику. Конечно, мама и папа Семёна не могли отказать просьбе Семёна, чтобы Вова тоже жил с ними, хоть это и неожиданно. Борис предложил идею жить Вове с Мику в одном с ними доме. Он инженер, и в плане финансов не обделён, сможет позаботиться и о Вове. Но что с тётей Ирой? Вова оставил взрослых решать его судьбу и подошёл к тёте. — Я не хочу тебя покидать. Ты мне самый близкий человек. Неужели нет возможности переехать сюда? – Прости, Вова. Но ты не думай об этом. Оставайся здесь. Я буду приезжать в гости, и ты не забывай, ладно? Ну, не плач. Ты же большой мальчик. О тебе здесь хорошо позаботятся. А теперь... Мне пора на поезд. Будь счастлив, ладно? ... Этот мир сильно отличался от того, из которого прибыл Вова. Союз крепко стоял, даже намёка на тёмные времена не было. Экономика взросла до небес, и ночью люди спали спокойно, не боясь ничего. Были уверены в завтрашнем дне. Вова изучил историю Советского Союза и России в целом. Отличия от "оригинальной" истории были только в последних годах великой державы. Так что заново получать специальность учителя истории не пришлось. Точнее, пришлось, конечно, учиться в ВУЗе с нуля, но как студент Вова был крайне способным. Это было похоже на читерство, но к этому Вова подходил с особой ответственностью. Успешно защитил диссертацию на тему политики Третьего Рейха и его влиянии на Союз и получил специальность историка. Параллельно он вновь изучал профессию учителя, с успехом подтвердил свою профпригодность работы с детьми и был готов поступить в школу на постоянную должность учителя истории и обществознания. Однако, он стремился не к школьной парте и доске. Мику продолжила заниматься музыкой. Быстро и с большим успехом сдала экзамены и пошла по стопам Вовы учению работы с детьми. Мику очень любила музыку, но больше неё она любила учить ребят творить чудо. И ее чудо выражалось в игре на струнах, клавишах и барабанах. И чем больше людей научатся творить такое маленькое чудо, тем счастливее будет мир. Мику долго обижалась, что Вова отказался развивать свой вокал, но все же приняла его решение воспитывать молодое поколение. Против сердца нельзя идти. И раз оно говорит, что хочет учить детей истории, вложить в их умы любовь к Родине, то Мику не станет ему мешать. Но к ее услугам частенько обращались Семён и Алиса. Молодые Персуновы спелись во всех смыслах. Они закончили ту же музыкальную академию, что и Мику, и решили полностью посвятить себя музыке. Мику была очень рада предоставлять им свои услуги репетитора, но ей было очень тяжело принимать от них деньги, хоть и понимала, что лишняя копеечка никогда лишней не будет. Понимая неловкость происходящей ситуации, Семён решил не давать Мику денег напрямую, а оставлять их в таких неожиданных местах, что Мику заметит их только когда Семён и Алиса уйдут домой. Такой компромисс был более менее удовлетворителен для Мику. Вскоре они начали давать свои концерты в райцентре. Сначала их было всего двое, но скоро их музыкальная семья быстро пополнилась, и сформировалась полноценная группа: гитарист, басист, вокалист, барабанщик. Благодаря знанию Семёна о музыке будущего группа быстро взлетела вверх благодаря вызванной им революции в музыкальных жанрах. Опять же, читерство, но с благой целью. Четыре семьи сдружились в первый же день знакомства и спустя столько времени поддерживали крепкие семейные отношения. Двачевские, Перснуновы и Григорьевы скооперировались и сняли тете Ире однушку в райцентре: негоже семье быть раскиданной по свету! Наступил тот самый счастливый конец, который обещала Юля. Интересно, что же с ней стало? ... — Так, товарищи, мы приехали! Водитель заглушил движок своего автобуса и открыл двери, выпустив мужчину и девушку из салона. — "Совёнок"... Давненько мы здесь не были, да, Мику? — Я скучала по этому месту. Жаль, своих здесь не увидим. Так бы Сеню и Алису вытащили, но у них командировка в Ленинграде. — Ничего, мы сможем повеселиться и так. Хотя, и дел будет много. Но мы с тобой проделали хорошую работу. Мы с тобой готовы. Так, где встречающие? Неужто забыли о нас? И тут из-за ворот вышла женщина. Ее Вова и Мику хоть и подсознательно ожидали увидеть, но все равно были удивлены и рады. Каштановые длинные волосы, зелёные изумрудные глаза. В ней ничто не изменилось, разве что на глазах сидели очки. А вот она точно не ожидала увидеть именно их. — Вова? Мику? Так... Это вы? Новые вожатые? — Ольга Дмитриевна, как мы рады видеть вас в добром здравии! Вова крепко обнял свою вожатую. Мику тоже присоединилась, посыпая Ольгу комплиментами о ее победах красоты над возрастом. — Мои пионеры... Так выросли, но все ещё детишки, — Ольга пустила слезу — Берите выше! Мы теперь гордые комсомольцы! — Боже, я так рада! Я так горжусь вами! Стали настоящими пионерами, ой, комсомольцами... Но вы все равно будете моими пионерами. Сколько лет прошло. Проходите скорее! Чего в дверях стоять! Лагерь совсем не изменился. Казалось, время не имеет над ним власти. Невольно вспомнились аномальные циклы, но эти воспоминания не испортили настроение Вовы. Вокруг все так же бегали, резвились детишки, строили дружбу, проходили через различные препятствия, становились ближе друг к другу. Хорошо, что Союз так и не распался. Молодёжь подаёт большие надежды на светлое будущее. И в руках Вовы и Мику большая ответственность за воспитание детей. Скоро начнётся линейка. Под ответственность Вовы лёг самый младший отряд ребятишек. И, как сказала Ольга, самый неугомонный. Но ничего, Вова знает, как и с такими совладать. — Отряд! Становись! Равняйсь! Смирно! Товарищи пионеры! Я ваш вожатый — Фролов Владимир Борисович. А это моя помощница и, по совместительству, главная в музыкальном кружке — Фролова Мику Борисовна, или Мария. Прошу любить и жаловать! — А то, что я твоя жена, это ничего не значит, да? — в шутку обиделась Мику — Ну, конечно, как я мог забыть! Мику ещё и моя любимая жена. Не обижаешься больше? — Ни сколечко! Вот если бы ты послушал меня и стал изучать музыку, то я была бы очень счастлива! — А я между прочим о будущем думаю. Я же не просто так с детишками работаю. Понимаешь, к чему я? — ..... — Мику раскраснелась и замолчала — А теперь проведём перекличку! Я называю фамилию, вы отвечаете. Итак... Вова потянулся за своим списком, как его кто-то толкнул. Девчушка с рыжими волосами и голубыми глазами словно ракета пронеслась в миллиметре от Вовы. Едва бросив "простите", она бежала в сторону своего отряда. — Опаздываем! — А я все равно не в вашем отряде! У вас здесь нет власти! — девушка остановилась. Ей на вид было лет 17, но она не постеснялась показать Вове язык на потеху малышей — А я думаю, что даже так могу повлиять на тебя... Ульяна Ульяна вскинула руками. — Вова? Неужели? И Мику тоже? — Ульяна? — удивилась Мику — Владимир Борисович, прошу прощения, — Вова улыбнулся и обнял неугомонную хулиганку, — ребята, это Ульяна. Ее не слушать, в ее аферах не участвовать. Конфеты не воровать, памятники не взрывать! — Ну вас, Владимир Борисович, — Ульяна закисла, — все равно не остановите! Бывайте! Микусь, я к тебе ещё заскочу! — и убежала — Мария Борисовна, а можно вопрос? — один мальчуган потянул руку вперёд, прося право голоса. — Конечно, слушаю тебя — А почему вы носите этот крестик? Его же носили плохие люди. — А вот вступишь в мой кружок, все расскажу! — "Не строй из этого дела "одолжение". Я хочу, чтобы ты искренне хотел. Подумай о своих переживаниях, а не обо мне". Так ты говорила, когда меня приглашала? Ай-яй-яй, Микусь, нечестно, ой нечестно! — Нашёл к чему придираться! Ладно, тогда просто приходите в гости! Сыграю на чем хотите, поговорим! А Вова споёт! — Нет, и не проси! — Ну пожа-а-алуйста! —... Эх, ну как тебе можно отказать? И что ты хочешь? — "Белую ночь"